Новенький

***

Эта ночь наверное будет самой адской в жизни Севена. Плачь ребенка, усталые вздохи Эллиота и сама по себе обстановка была не из самых приятных. Кулкид много плакал и барахтался рядом с Эллиотом. Этот чертенок не мог уснуть, поэтому и поставил весь дом на уши. Блондин его и так, и сяк. Ни в какую. Младенец продолжал кричать дальше и болтал своими маленькими ручками и ножками. — Севен, прошу тебя один раз, ты можешь теперь с ним посидеть? — вяло отозвался Эллиот с комнаты, — Я уже не выдерживаю этот плачь. Севен подходит к юноше и берет на руки уже своего сына, начиная его покачивать в разные стороны. Нежно и аккуратно, боясь сделать что то не так. Хоть и получалось плохо, Эллиот подметил, что хакер был уж слишком в этот момент милым, но мысли сразу же осели после того, как шатен вдруг сказал: — Почему он до сих пор красноватый? Заболел что ли? — Смотря сколько он лежал на улице, до того, как ты подобрал его, думаю, что да — заболел, — опечалено произносит доставщик, — В целом, этот маленький чертенок уж слишком худой. — И какой мудак додумался оставить младенца на улице! Не понимаю! — А что тут такого? Это мир — гнилой и серый, где родители-алкаши могут случайно оставить ребенка на улице просто потому, что забыли купить в магазине рыбу к пиву, — поморщился и сплюнул Эллиот, — Ненавижу таких. — А зачем тогда рожать? — Алименты, наверное, — почесал затылок блондин, — Я и сам не знаю, может по случайности вообще от кого то залетели, кто этих воспитанников советского союза знает. В этот момент в дверь настойчиво постучали, будто дверь сейчас сломается напополам от ударов: — Кого там ещё принесло? — неожиданно сказал 007н7, поворачивая голову в сторону двери. — Ты кого то ждал? — Нет, — Иди проверь тогда, вдруг что то важное! — сказал Эллиот и подтолкнул парня к коридору. С интересом шатен подошел к двери и открыл её с помощью ключа, дверь распахнулась. — Может уже успокоите своего чертова ребенка и дадите подъезду поспать, а? — на пороге перед Севеном стояла соседка с этажа ниже. Это была старая бабушка, которая была очень противной и высокомерной женщиной. Её недолюбливает почти весь подъезд, ведь та все время ставила и до сей поры ставит свои порядки и правила, от чего в этом доме почти невозможно нормально жить. — Да вроде бы мы не так громко шумели, да и это младенец, — начал оправдываться Севен, пожимая плечами, — Если вам что то не нравится, то именно для вас дверь всегда открыта! — Посмотрите ка на него, — ахнула женщина, прикрываясь ладонью грудь от возмущения, — Ты как со старшими разговариваешь? Не стыдно ли перечить таким людям? — Я вам объяснил, что это младенец, мы его пытаемся успокоить, — Плохо пытаетесь! — Вы хоть сами работали с детьми? В курсе, что это довольно сложно? — Сложно? Это просто вы тупые малолетки! — начала кричать женщина, тыкая пальцем, — Не надо дружить с теми, кто ноги раздвигает! — Женщина, вы вообще в курсе всей ситуации? — продолжил он, — Прежде чем такое вообще говорить — подумали бы сначала. — Ты меня ещё учить собрался? — Сново взбесилась женщина, — Ты кто такой вообще? — Вам то какая разница? Просто уходите и оставьте нас с ребенком в покое, — вежливо попросил 007н7. — Пока не успокоите своего маленького ублюдка, не сдвинусь с места! — Извините? — Я все сказала! — Да пошла ты! — агрессивно ответил юноша и захлопнул дверь прям перед лицом соседки, — Изюм старый Зайдя обратно в комнату, его сразу же воскликнул Эллиот: — Кто там был, Севен? — с интересом спросил Эллиот, держа уже в руках младенца, — Я услышал, как кто то там кричал. Юноша сразу же успокоился, хмыкнув он сел на диван, закинув голову на спинку дивана и закрыв глаза: — Да соседка с нижнего этажа, назвала этого красного младенца ублюдком! — Серьезно? И что ты ответил? — Послал её и закрыл перед её ебалом дверь, нечего обзывать моего сына как попало! — А если она на тебя заявление напишет? — неуверенно ответил Эллиот, убирая челку за волосы, — Тогда что ты будешь делать? — А что ещё мне останется сделать? — с сарказмом проговорил шатен, склоняя голову вбок, — Сделаю так же, у меня много на неё компромисса есть — Это какие например? — Эта тупица посреди ночи заорать может, а один раз так вообще из окна цветок кинула, ладно там никого не было! — Пиздец, что у вас творится вообще в этом подъезде? — Много всякой херни, не забивай себе этим голову, — усмехнулся 007н7, кладя одну ногу на другую, — Может закажем что нибудь? — Что например? — удивленно сказал блондин, похлопав глазами — Пиццу, роллы, — в этот момент у Севена зазвонил телефон, — Я сейчас подойду! Быстро проговорив это, хакер рывком двинулся на кухню. На телефоне была иконка и имя, а внизу кнопки, чтобы отклонить или ответить: Главарь драм — Ноли? Наконец Севен взял трубку, из телефона сразу же послышались радостные звуки: — Наконец то, ещё бы дольше брал, — сказал двуликий на том гудке. — Ты чего так поздно звонишь? — проскрипел тот, — И почему через такое короткое время? — Прошло уже тридцать минут, мне слишком скучно-о, — В чем тогда моя вина? Иди в доту поиграй, о господи, уже что нибудь поделай! — Ну Сев, — жалобно ответил Ноли, — Я так умру в одиночестве! — Не умрешь, пойдём завтра погуляем тогда? — резко и неожиданно для самого себя предложил 007н7, Ноли сразу же остановился и резко начал кричать в трубку: — Наконец то ты это предложил! О Теламон, спасибо, что уговорил моего друга пойти погулять! — продолжал он, — Завтра в час дня выходим, пока! — Придурок, — прошипел шатен, в этот момент звонок выключился, а на кухню зашел Эллиот: — Кто там был? Севен дернулся и повернул голову, в руках все так же был телефон. — Ноли, предлагал мне пойти завтра погулять, — медленно рассказывал хакер, пока не увидел торчащую венку от злости у Эллиота, хотя, улыбка блондина не сдвинулась даже на миллиметр, — Ясно, и во сколько он предлагал пойти? — После обеда, а что? — Может, я с вами пойду? — Что? — Что? — Эллиот поднял переносицу, — Что в этом такого, поближе узнаю Ноли, — Мне кажется, он будет против, — парень почесал затылок, — Но я спрошу у него, ладно? — Договорились, закажи нам роллы, любые, — с этими словами Эллиот вышел с кухни, оставив Севена одного. Тот уже чувствует, что завтра будет явно тяжелый и трудный день.