В паутине

Логан, запертый в тощем, гибком теле Питера Паркера, карабкался по стене к окну его квартиры и ругался на каждом шагу, боясь сделать лишнее движение; паутина не подчинялась ни силе мысли, ни специальным жестам и выстреливала в неподходящие моменты. У Логана было слишком мало времени, чтобы привыкнуть к ней. — Чертов циркач, твои руки меня не слушаются, — бормотал он, и удивлялся выносливости и силе в этом на вид мальчишеском теле. Ему нужно было найти штуковину — крошечный прибор, прототип стабилизатора реальности, о котором говорил Стрэндж. Забрать, вернуться, все исправить. Быстро, пока настоящий Паук в теле Логана отбивается от нападавших — каких-то наемников, охотящихся на самого Логана. Логан вполз в окно, приземлился бесшумно, легко, огляделся и стянул маску. Квартира была типичной для Питера: высокий торшер освещал заваленный комиксами угол комнаты, комод с научными журналами и коробки из-под пиццы на полу. Он направился к столу в спальне, где должен был найти прибор, но замер, едва переступив порог. В кресле у окна сидел он. Дэдпул. В своем красном костюме, с ногами на подлокотнике, с комиксом в руках. — Ну наконец-то, малыш, я тебя жду уже час! — воскликнул Уэйд, театрально захлопнув комикс. Его рот растянулся в ухмылке, которую Логан заметил даже под маской. — Ты опоздал на наше рандеву. Опять геройствовал? Или просто дразнишь меня? Я знаю, ты любишь дразнить папочку. Логан закатил глаза — эти огромные, выразительные глаза Питера — и проворчал: — Твою мать, только не это…. Но Дэдпул уже был рядом, быстрый как молния. Он схватил Логана за талию — Логан даже не успел увернуться, — оторвал его от пола и прижал к себе, обнимая крепко, как будто они были любовной парочкой. — Где мое «Прости, Уэйди, я задержался в пробке»? Где объятия? Где… поцелуйчик? Уэйд задрал свою маску и попытался поцеловать Логана, но тот оттолкнул его с рычанием, которое изо рта Питера прозвучал как писклявый визг и, вырвавшись, наконец коснулся ногами пола. — Отвали, идиот! Сейчас вообще не до твоих шуточек! Я не Питер, я Логан. Так получилось, не спрашивай. Дэдпул замер на секунду, а потом расхохотался, хлопнув себя по бедру. — О-о-о, мы снова играем в ролевые игры, как в прошлый раз? Ты — Росомаха, а я — злой наемник, который укрощает зверя? — В какие, к черту, игры?! — возмутился Логан, пытаясь пройти к столу, к которому Уэйд не подпускал его, а потом внезапно остолбенел, будто осознал услышанное. — Подожди… что значит «‎снова»? Дэдпул хмыкнул, подбираясь ближе, ловко закинул руку Логану на плечо и вновь прижал его к себе. — Ну да, когда ты был Волви, помнишь? Я тебя отшлепал по заднице, и ты так мило зарычал… Логан моргнул, будто на секунду отключился мозг. — Ты о чем, черт тебя подери? — Ах, — Дэдпул прильнул теснее, шепча в ухо: — Обожаю, когда ты так входишь в роль. — Слушай, ты, придурок озабоченный, — Логан с силой сбросил его руки и оттолкнул, — я не Питер, говорю же! — Да-да, конечно, — Уэйд снисходительно кивнул, будто разговаривал с ребенком. — Ты Логан, а я — королева Англии. Все понятно. Продолжай. Логан сжал кулаки — и только чудом удержался от того, чтобы не вмазать. — Господи, — прорычал он сквозь зубы. — Чем вы тут занимаетесь? Прибью пацана, если он правда с тобой мутит. Дэдпул подмигнул — или Логану показалось, что подмигнул, — и снова потянулся, пытаясь погладить его по спине. — Ты мой извращенный гений, Логан — твой фаворит, да? В последнее время ты слишком часто о нем вспоминаешь. Рычи еще, это заводит. Логан зарычал по-настоящему и сильнее толкнул Уэйда в грудь. Уэйд отлетел обратно в кресло. — Мы с Пауком поменялись телами из-за какой-то хрени с мультивселенной! А теперь вали отсюда, пока я не выпустил когти… черт, паутину! Логан быстро прошел вглубь спальни, оглядывая полки, тумбочки, стопки учебников. Он метнулся к столу, роясь в куче хлама: пробирки, схемы, какой-то мигающий девайс… Время поджимало: Питер в его теле наверняка уже разнес тех наемников, но без нужного устройства они застрянут в этом кошмаре навсегда. За спиной уже послышалось характерное: — Хэй, малыш, а мне нравится, когда ты делаешь вид, что не замечаешь меня. Игнор — это же чистейшая прелюдия. И, прежде чем Логан успел повернуться, к его пояснице прижалось что-то большое и твердое. Конечно же — член Дэдпула. Что это еще могло быть? — Ты издеваешься?! — взревел Логан, дернувшись, и отпихнул Уэйда локтем, но Уэйд только рассмеялся. — Снова притворяешься, что не хочешь. — Он обхватил его крепче, уткнувшись лицом в плечо. Логан выдернул руку, но Уэйд тут же прильнул с другого боку и с силой сжал пальцы на его ягодице, мешая заниматься поиском. — Ах, Пит, ты знаешь, как я обожаю эту задницу. — Я не Питер, — зарычал Логан, пытаясь вырваться и одновременно заглянуть под диван. — Да-да-да, — мягко пропел Уэйд,. — Скажи еще: «Я суровый Росомаха, не подходи ко мне». Помнишь, чем закончилось в прошлый раз? — Еще шаг — и я тебе яйца отрежу. — Вау, — Дэдпул театрально затрепетал. — Садо-мазо режим активирован! Логан сжал челюсти, готовый рвать когтями — но когтей не было, только паутина, которую он не мог контролировать нормально. — Господи, за что мне это… — прохрипел он, пинком отбрасывая стул, под которым заметил блестящую коробочку. — Нашел! Но стоило нагнуться за ней, как ладонь Уэйда снова легла на его задницу. Логан схватил коробку и резко выпрямился, выпустив паутину ему в лицо. — Да прекрати уже, идиот недоразвитый. Но Дэдпул был настойчивым ублюдком. Он сорвал паутину с лица и нырнул вперед, снова хватая Логана за талию. Логан взвыл, его собственное тело — нет, тело Паука — отреагировало странным покалыванием, от которого захотелось врезать себе по морде. Он пытался подойти к окну, чтобы поскорее сбежать, но Дэдпул постоянно утягивал назад, держал, гладил, тискал. Логан еле уворачивался от его настойчивых рук и губ. От злости он снова выпустил паутину, но она вылетела не в Дэдпула, а обмотала его собственную ногу, прилепив к полу. — Черт, это тело — сплошной цирк! — выругался он, пытаясь оторваться, но потерял равновесие и повалился прямо на Дэдпула. Тот, конечно, обрадовался, поймал его. И, прежде чем Логан отреагировал, паутина брызнула во все стороны, как неконтролируемый фонтан. Она обмотала их обоих множеством слоев, толстыми, липкими сетками, прижимая друг к другу. Они упали на пол, запутанные, как в коконе. Логан попытался разорвать ее, но она была свежей, плотной, эластичной, и ее было так много, как будто тело Паука решило выдать весь годовой запас. «Питер, сукин сын, ты мне за это ответишь…» — подумал он, пока Дэдпул, не теряя времени, сжимал его задницу. — Сука, вытащи меня отсюда, — раздраженно проворчал Логан. — Никаких «вытащи», — мурлыкнул Дэдпул, прижимаясь лицом к его лицу. — Только «затолкай». — Кретин! — Логан рванулся, но даже с паучьей силой разорвать паутину мгновенно не так-то просто — особенно когда тело не слушается как надо. Дэдпул довольно повел носом у его шеи, втянул запах. — Вот за это я тебя и люблю. Всегда до конца держишь роль, ты — моя маленькая Росомашечка. Прямо как в комиксах. Он коснулся губами щеки, уголка губ, подбородка. Логан зашипел и злобно на него рыкнул: — Не трогай меня! — Ага-ага, — пропел Уэйд, слегка покусывая его шею. — Если что-то не так, ты знаешь наше кодовое слово. — Какое, к черту, слово? — М-м, притворяешься, что забыл. Ты сам его придумал. Рука Дэдпула скользнула ниже, к паху, и Логан, к собственному ужасу, почувствовал, как тело Питера моментально реагирует. Горячо, остро, предательски. — Нет-нет-нет, — забормотал он сквозь зубы, пытаясь отодвинуться, но паутина держала слишком крепко. — Да чтоб тебя… Тело дернулось само, слишком чувствительное, будто током ударило. Логан замер, и от этого Дэдпул только приободрился, продолжая целовать ключицу через костюм. Логан скрипнул зубами, пытаясь сосредоточиться. Но паучье тело реагировало слишком быстро: кровь приливала мгновенно, дыхание сбивалось. Это было… слишком живо, слишком ярко. — Перестань… — хрипло выдавил он. — Кодовое слово? — шутливо спросил Уэйд и, не дожидаясь ответа, поцеловал его в губы. Сначала легко, потом глубже. Логан замер, чувствуя, как тело Питера Паркера, полное страсти и энергии, — начинает реагировать, вопреки его воле, еще активнее. Либидо у пацана бурлило, как вулкан: легкий жар разливался по венам и кружил голову. Сердце Питера готово было выпрыгнуть из груди от одного только поцелуя. Руки Уэйда, насколько позволяла паутина, скользили по его телу: одна сжала задницу, другая пробралась под край костюма — Питер не носил трусов. Пальцы коснулись члена, погладили, сжали и… его тело мгновенно выгнулось навстречу этим рукам. — Я не знаю никакого кодового слова. — простонал Логан, его голос звучал почти нежно, с ноткой отчаяния. Он дергался, все еще пытаясь разорвать паутину, слои один за другим. Сила была — он мог поднять тонну, — и каждый раз, когда он почти прорывался, Дэдпул прижимался ближе, держал его руки, отвлекая поцелуями в шею и лицо, сильнее стискивал его член. Кожа под костюмом горела, как будто каждый нерв был оголенным проводом, готовым заискриться. Это не его старое, повидавшее многое дерьмо тело, привыкшее к боли и регенерации, — это молодая, двадцатилетняя оболочка, полная тестостерона и адреналина, где прикосновение вызывало молниеносный отклик. Дисциплина Логана — та железная воля, выкованная веками боли, — пыталась взять верх, но гормональный шторм Питера был быстрее и сбивал с толку, несмотря на внутреннее сопротивление. Росомаха в этом тощем, чувствительном тельце реагировал как подросток на первую ласку. Логан наконец разорвал один слой паутины, но кокон держался, давая Дэдпулу время на «игру». Еще минута — и Логан вырвется, но эта минута казалась вечностью. Уэйд не терял времени — его напор был как ураган, безумный и неостановимый. Его поцелуи были влажными, настойчивыми: сначала легкие чмоки по ключице и открытой шее, потом — мокрые с языком, который ненасытно скользил по горячей коже. Уэйд терся всем телом — его бедра двигались ритмично, затвердевший член под костюмом задевал член Логана. Уэйд, уверенный, что это часть игры, расстегнул молнию на своем костюме, схватил руку Логана и направил вниз. — Давай, малыш. Потрогай меня тоже. Ты же знаешь, как я люблю твои сильные пальцы. — Пошел нахрен, — рявкнул Логан. Но рука уже оказалась там, где Дэдпул хотел. Логан замер. Горячо, непривычно — черт возьми, за двести с лишним лет он успел попробовать всякое, но ласкать мужиков в его планы никогда не входило, и уж тем более он не горел желанием трогать член самого навязчивого, наглого и бесящего болтливого наемника на всем белом свете, но тело Питера снова отреагировало волной жара, мгновенно. — Сожми, — прошептал Уэйд. — Сильнее. И какого-то черта Логан это сделал. Может, чтобы поскорее отвязался. Может, потому что мозг не успел за телом. Может, потому что внутри кипело раздражение и все перепуталось с этим внезапным удовольствием. Уэйд застонал и прижался ближе, его губы снова накрыли щеку, уголок губ, наконец рот. Логан, стиснув зубы, рыкнул, но не отстранился. Сжал ладонь на его члене, он был большим, теплым, Логан пальцами чувствовал упругие вены. Уэйд был необрезанным, в отличие от Питера, и Логан сильнее сжал пальцы на набухшей влажной головке через крайнюю плоть, оттянул ее, затем снова закрыл. Уэйд застонал громче, уткнувшись ему в шею. Логан замер на секунду, время поджимало. То устройство валялось в метре, Питер ждал, наемники могли вернуться. Он снова задвигал ладонью, уже быстрее. В ответ Уэйд сильнее сжал кулак на его члене, твердом как сталь. Он двигался ритмично: кулак скользил вверх-вниз, большой палец размазывал предэякулят, натирая уздечку — особенно чувствительное местечко на члене Питера, и Уэйд знал это. Логан закатил глаза и невольно застонал, не переставая дрочить Уэйду. Он не хотел признавать, но, черт, в этот момент ему действительно стало очень хорошо. Они двигались синхронно: Логан сжимал член Уэйда, ускоряя темп, чувствуя, как он напрягается сильнее, готовый к разрядке; Уэйд в ответ ласкал Логана, его ладонь скользила по стволу, смоченные слюной пальцы второй руки потянулись к промежности, легли на анус, надавили, немного проникая внутрь. И Логан это позволил. Кульминация накрыла их почти одновременно: тело Паука, молодое и отзывчивое, сдалось первым — оргазм ударил как молния, задница сжалась, член запульсировал в руке Уэйда, выстреливая в костюм спермой, горячей и липкой, заливая живот. Логан зарычал, его разум на миг затуманился от эйфории — эмоции смешались: облегчение, злость, отвращение к себе за то, что поддался. Уэйд кончил следом, его член дернулся в кулаке Логана, выплескивая семя ему на руку и костюм, его стон эхом отозвался в комнате. Они лежали в коконе, тяжело дыша, паутина слегка ослабла от их движений. — Ну… — хрипло сказал Дэдпул, ухмыляясь. — Это, пожалуй, была самая правдоподобная «ролевая игра». Я будто с реальным Логаном встретился. Логан открыл глаза и с ненавистью уставился на него. — Я тебя убью. — Ага, ага, — довольно пробормотал Уэйд, снова прижимаясь. — Только сначала… еще разок? Логан почувствовал, как ярость и здравый смысл наконец пересилили гормональный угар этого проклятого тела. Его рука — тонкая, ловкая рука Питера — все еще была липкой от спермы Уэйда, а костюм, пропитанный его собственной спермой, прилипал к животу, вызывая отвращение. «Черт, что за дерьмо я только что сделал?» — прорычал он про себя. Он рванул паутину, раздирая ее с треском, не без усилий, оттолкнул Дэдпула, схватил с пола маску, прибор и метнулся к окну. Остановился на пару секунд, оглядывая себя под светом лампы, и тяжело вздохнул. — Чертова дрянь. Гребаный ублюдок. — О, Питти, — протянул Дэдпул, развалившись в остатках паутины. — Ты прямо вошел в образ. Даже побег после — в стиле «Я ненавижу тебя, но тайно люблю»! — Я. Тебя. Прикончу. Позже, — процедил Логан, но в голосе было больше злости и неловкости, чем угрозы. Этот чертов спандекс был как вторая кожа, и теперь он чувствовал себя настолько омерзительно грязным, что хотелось помыться. Но времени на это не было. Логан матерился на чем свет стоит, пока вылезал из окна и карабкался по стене вниз, цепляясь липкими пальцами за кирпичи. — Питер, ты мне ответишь за этого психа, — злобно бормотал он. — Ну-ну, беги, Паучок, — послышалось из окна. — Кто следующий? Джин Грей, Циклоп? Может быть, Ксавьер? Логан выстрелил паутиной — на этот раз удачно — и помчался по крышам прочь. За спиной эхом звучал смех Дэдпула. Логан только зарычал, желая поскорее встретиться с Питером и закончить этот кошмар. Но в глубине души он знал: эта ночь будет долго преследовать его.