Тёмная сторона

POV Уэнсдей Платтсбург, Редфорд, Саранак-Лейк, Таппер-лейк, Файн, Харрисвил, Коуэн-Корнер. За семьдесят дней пройдено двести двадцать два километра по густому лесу и непроходимым болотам. Семьдесят два дня, как Энид пропала. Семьдесят два дня, как я ее не нашла. Мы с дядей Фестером недолго пользовались нашим транспортом. От Невермора до Платтсбурга, последнего островка так называемой цивилизации, мы добрались всего за два часа. Именно с этого городка начинается Слэш — линия границы между двумя государствами, проходящая через лесной массив. 400 километров деревьев, болот и зарослей. Огромная территория. Ради такой миссии, как поиск подруги-Альфы, я даже приобрела смартфон, чтобы Вещь, который остался в номере городского мотеля, мог мониторить фотоловушки, расставленные по всему лесу для наблюдения за дикими животными. Но все эти дни моя правая рука отправляет нам на рацию лишь один сигнал: не обнаружена. И сейчас, сидя на берегу реки, окруженная дикой природой и тишиной, я впервые поколебалась в своей уверенности найти подругу. Больше двух месяцев Энид находится в облике зверя. Опасного зверя. Признает ли она меня, если когда я ее найду? В книге об оборотнях, которую я прихватила с собой из Академии, сказано, что, чем дольше оборотень остается в волчьем обличии, тем больше он теряет свою человечность, а вместе с тем и воспоминания о жизни в теле человека. Но, к моей удаче, мне также удалось найти формулу противоядия. Если ввести его в тело оборотня до того, как человек внутри него сгинет навеки, то обратная трансформация станет возможна. Вот только умники, писавшие все это, не удосужились обозначить сроки. Хотя, может, это и к лучшему. Так хоть есть та самая пресловутая надежда на благоприятный исход. Внезапно сзади меня послышался хруст веток. Обернувшись, я увидела дядю: — Ужин готов, племяшка, — как всегда с улыбкой доложил Фестер, — сегодня у нас жаренные белки с грибным соусом. Этот рецепт мне рассказал… — дальше я уже не слушала. За все то время, что мы с дядей занимаемся поисками Энид, я научилась отключать его болтовню. Никогда не замечала за ним подобного. Но с другой стороны, мы никогда и не проводили вместе столько времени. Возможно, он таким образом пытается как-то отвлечь меня от наших неудач, а может, от избытка свежего воздуха у него активизировалась часть мозга, отвечающая за речь. Как бы то ни было, фильтрация посторонних звуков стала для меня полезным навыком. Покончив со своей порцией, я поблагодарила Фестера и отправилась в палатку, чтобы попытаться поспать. Завтра мы отправляемся в Картаж — деревушку в двадцати километрах от нашего нынешнего местоположения. Это первый населенный пункт на нашем пути, где есть возможность опросить местных жителей. Раз современные технологии бесполезны, пришло время действовать по старинке. Вещь же с другой стороны леса также подслушивает разговоры охотников, которые ошиваются в единственном баре Платсбурга. Но все тщетно. Возможно, нам с дядей повезет больше.

***

Картаж представлял собой крошечную деревню, в несколько раз меньше по площади, чем Джерико. Покосившиеся дома, полное отсутствие машин и асфальтированных дорог. Вдыхая влажный воздух с примесью безнадежности, я на секунду подумала, что это неплохое место для написания романа. Пожалуй, можно сюда вернуться, когда отыщу Энид. Возможно, на следующее лето. Мы с дядей шли по узкой дороге между домами уже минут пять, но за это время так и не встретили ни одного человека, что являлось дополнительным бонусом для моего писательского дела. Да, я определенно вернусь сюда на каникулы. Но, пройдя еще пару минут, мы услышали позади себя скрип двери и мужской голос: — Как вас сюда занесло? Вы не заблудились часом? — Нет, — тут же ответила я, — мы туристы. Папа, — я указала на Фестера, — решил обучить меня как выживать в дикой природе. Что может быть лучше свежего воздуха и песен у костра? — выпалила я с непроницаемым лицом. Мужчина окинул дядю неодобрительным взглядом: — Ну и выбрал же ты места, папаша! — покачал он головой. — Этот лес огромен. Нашел бы что-нибудь поскромнее. Тут сам дьявол затеряется. Месяц назад двое туристов из Уотертауна тоже решили приобщиться к природе. Так до сих пор ищут, — незнакомец усмехнулся. — Сами-то откуда? Давно в наших краях? — Мы из Бостона, — ответил дядя. — Уже неделю гуляем по вашим живописным местам. Фестер улыбнулся, а я закатила глаза. Всегда удивлялась, как он не устает растягивать рот в широкой улыбке. К счастью, местный житель по-своему интерпретировал мое явное неудовольствие: — Устала, малышка? — у меня уже готов был едкий ответ на его «малышка», когда мужчина продолжил. — Заходите ко мне. Сможете принять душ и выпить чаю. А я завсегда готов пообщаться с новыми людьми. Здесь это большая роскошь. Зайдя в дом, я поняла, что Джексон (именно так звали хозяина) может дать мне хоть какую-то информацию. На стенах висели несколько видов ружей, а оленьи рога занимали почетное место над камином. Не нужно быть гением, чтобы понять род деятельности этого человека. Выдав мне полотенца и извинившись за отсутствие женского шампуня, мужчина вместе с Фестером отправился на кухню. Одними губами сказав дяде «ни о чем не спрашивай без меня» и получив в ответ кивок, я скрылась в ванной. Как только теплые струи воды коснулись моего тела, я глубоко вздохнула. Никогда не думала, что приду в восторг от, казалось бы, такой банальной вещи как душ. Но два месяца скитаний по лесу, где из водных процедур был только короткий заплыв в ледяной реке, все же сказались. Вымыв голову, я решила еще немного насладиться теплой водой. Вспомнилось, как постоянно высказывала Энид за неприлично долгое нахождение в ванной комнате. Соседка вечно торчала там по часу, намазываясь бесполезными кремами из своих многочисленных баночек. Зато сейчас она уже пару месяцев носится по северным лесам в волчьей шкуре, не имея возможности насладиться очередным спа-днем. Стало противно от самой себя. Вместо того, чтобы опрашивать местного охотника, я нежусь под горячей водой. Со злостью выключив душ, я вытерлась полотенцем и стала одеваться. На кухне Фестер и Джексон активно обсуждали тему охоты. Хозяин хвастался, как однажды пристрелил стапятидесятикилограммового кабана, а дядя рассказал, как охотился на медведя. Только опустил то, что пошел на зверя голыми руками. Как только я села за стол, передо мной сразу поставили кружку с чаем и миску с чем-то похожим на суп. Мысли об одичавшей подруге снова наполнили мою голову, и от еды сразу замутило. Оставив себе только чай, а суп отдав «папе», я начала разговор: — Вы давно здесь живете? — спросила я, сделав глоток. — Даже слишком. Почти 30 лет, — улыбнулся мужчина. — Мне всегда нравилось уединение, спокойствие. В большом городе такого не сыщешь. Вот и сбежал сюда. И нисколько не жалею. — Тут уж слишком тихо. И связи нет. Я бы не смогла жить долго без телефона и интернета, — я «тяжело вздохнула», — не говоря уже об отсутствии кинотеатров и торговых центров, — меня мысленно передернуло. — О, моя дорогая, тогда такая жизнь, как здесь, точно не для тебя. У людей в этом городке из развлечений только чтение книг и общение друг с другом. Да и молодежи здесь нет. Разве что Сьюзен. Она работает в библиотеке. Хорошая девушка. Тоже, кстати, любит с палаткой отдыхать в лесу. Переехала к нам несколько лет назад. Очень нелюдимая. Я сначала удивился, мол, такая молодая, а приехала в наше захолустье. Но когда она рассказала о своей семейной драме, то… — Неужели у вас тут ничего интересного не происходило? — перебила я Джексона. — Вы же живете посреди леса. Тут наверняка куча диких зверей. Не страшно? — Ну, не больше, чем в остальных лесах. Я охочусь в этих краях уже много лет и ни разу не видел ничего особенного, — мужчина пожал плечами. — А вот заблудиться можно легко, не зная местности. Так что будьте осторожнее.

***

Спустя полчаса мы вышли из дома охотника. От злости я едва не хлопнула дверью, но сдержалась. Ничего. Абсолютно. Еще один впустую потраченный день. Еще на один день меньше для Энид. Я запрокинула голову и посмотрела в темнеющее небо. Сумерки всегда меня успокаивали, но даже наступающей темноте сейчас не унять злость и разочарование, кипящие во мне. Сделав пару глубоких вздохов, я окинула взглядом улицу. В самом конце находилось здание, явно не попадающее в разряд жилого. Скорее всего, это и есть библиотека: — Надо возвращаться в лес. Но сначала я хочу зайти в библиотеку. Вдруг в этой дыре найдется что-то полезное хоть в книгах. — Пошли. Чем черт не шутит, — согласился дядя. Он тоже был явно разочарован нашим общением с Джексоном. Само деревянное здание было явно новее остальных. Видимо, его построили сами местные несколько лет назад. Зайдя внутрь, мы сразу увидели девушку за стойкой. Ее длинные светлые волосы были заплетены в косу, на носу сидели старомодные очки. Подняв голову на звук открывающейся двери, она окинула нас удивленным взглядом: — Эээ, здравствуйте… — Здравствуйте, Сьюзен. Спасайте, — сразу начала я шепотом. — Мы с отцом, — я покосилась на Фестера, изучающего маленький стеллаж с книгами ужасов, — уже неделю в этом дурацком походе. А я взяла с собой только одну книгу, которую прочитала за два дня. И теперь умираю со скуки. Но не хочу расстраивать папочку и проситься домой. Можно взять у вас пару книг? Знаю, это против правил, но только на вас надежда. Обещаю вернуть ее на обратном пути. Всего через неделю, — я постаралась выглядеть как можно приветливее. — Да, хорошо, но откуда вы знаете мое имя? — Мы успели познакомиться с одним из местных жителей, Джексоном. Он и рассказал про библиотеку и ее сотрудницу. — Ах, Джексон. Тогда понятно. Он любитель поболтать, — «Причем бестолку». — какой жанр вас интересует? Могу подсказать. — У меня нет предпочтений. Обычно я смотрю на обложку и читаю первую страницу. Если интересно — беру. Давайте я просто посмотрю, что у вас есть? — Конечно. Проходите, но через полчаса я закрываю библиотеку, поторопитесь, — предупредила Сьюзен. Я долго расхаживала вдоль стеллажей с книгами, но так ничего и не нашла ни об оборотнях, ни вообще о кого-либо из изгоев. Научная литература пестрила знаниями по химии, биологии и математике. Скучно до скрежета зубов. Все это время библиотекарь пристально за мной следила, видимо гадая, почему я вцепилась в стеллаж «Наука». Через 10 минут ее терпение лопнуло: — Извините, мне пора закрываться. Давайте я вам все-таки помогу? — Не нужно, — ответила я, направляясь в ее сторону. Схватив не глядя первую книгу с ближайшего к стойке стеллажа, я отдала ее Сьюзен, — возьму эту. Она толстая, должно хватить на несколько дней. — Эм… ладно. Просто вы так долго изучали научную литературу. Ничего не подобрали? — К сожалению, нет. Хотела найти что-нибудь про экзотические растения, но такого здесь нет. Поэтому решила взять что-нибудь из, — я посмотрел на название ближайшего стеллажа, откуда и схватила книгу, — новинок. — Ясно. Надеюсь, вам понравится. Библиотекарь оформила книгу. Сунув увесистый том в рюкзак, мы с дядей покинули библиотеку под заинтересованным взглядом Сьюзен.

***

Оказавшись снова в лесной глуши, мы разбили палатки и разожгли костер. Нужно было решать, куда двигаться дальше. Развернув карту, мы в сотый раз стали просматривать участок земли под названием АппалачиГорная система на востоке Северной Америки, в США и Канаде.. На востоке лес был не таким густым. Через несколько километров и вовсе начиналась равнина. Поэтому лучше все-таки идти южнее. Пока мы тушили костер, рация дала о себе знать. Я быстро вытащила ее из рюкзака и стала вслушиваться в точки и тире от Вещи. И снова то же сообщение: не обнаружена. Встретившись с сочувствующим взглядом Фестера, я почувствовала себя еще паршивее. Не дожидаясь никаких комментариев от дяди, я быстро нырнула в свою палатку. И снова, лежа без сна, я прокручивала в голове последние два месяца. Я никак не могла взять в толк, почему нет ни одной зацепки? Следы, клочки шерсти, новые фото с камер, очевидцы, в конце концов! Огромный волк с цветной шерстью не мог не засветиться! Да, людей здесь практически нет, но охотники проходят регулярно. Так почему же ни с этой стороны, ни с противоположной никто ни на что не натыкался? Это сводило меня с ума! Ненавижу чувство беспомощности, но именно оно разъедало меня сейчас изнутри. Ни улик, ни свидетелей, ни видений. И что же, полагаться на чертову удачу? Со злостью хлопнув руками по спальному мешку, я села. Сна не было ни в одном глазу, а мысли крутились в голове, бились о черепную коробку и дохли. Поняв, что велосипеда все равно сегодня не изобрету, я решила отвлечься. Иногда это помогало. Переключая голову на что-то иное, можно было внезапно найти ответ. Я потянулась к рюкзаку, чтобы посмотреть, что за книгу я схватила с полки библиотеки. Включив фонарик, висевший на крючке сверху, я достала загадочный фолиант: «Поцелуи и гробы». Да вы издеваетесь! Из всех книг, которые были в библиотеке богом забытой деревни посреди дремучего леса, я умудрилась взять адскую любовную писанину своей матери! Я кинула ненавистный корешок в стену палатки. Книга отскочила и упала на пол в раскрытом виде. Закрыв глаза, я про себя досчитала до 10. Вся эта ситуация выводила меня из себя, а чертовы эмоции начали затмевать разум. Поэтому я их всегда и сторонилась. До добра они явно не доводят. Только мешают думать. Я снова посмотрела на творение матери. Решив спрятать это литературное оскорбление в рюкзак, а потом выбросить где-нибудь по дороге, я потянулась за книгой. Взгляд зацепился за строчку: «Смотря в карие глаза Артуро, я, наконец, все поняла: я всегда видела в нем эту темноту и полюбила ее всей своей мрачной душой». Сердце пропустило удар. Внезапно вспомнились другие глаза. Серо-голубые глаза безумца и такие же безумные слова из его уст: «Ты почуяла монстра во мне и полюбила его». Захлопнув книгу и сунув ее в рюкзак, я снова легла на пол. Чертов предатель и убийца, которого по каким-то непонятным причинам я отпустила, снова ворвался в мои мысли. Впервые за два месяца. Спасибо, мама! Поиски Энид не давали мне возможности подумать о своих импульсивных действиях в отношении Хайда. Но сейчас… Я ненавижу сослагательное наклонение, но что было бы, если бы мне удалось стать его хозяйкой? Смогли бы мы с ним… сотрудничать или он расправился бы со мной как с Лорел? Между прочим, в поисках оборотня Тайлер бы очень пригодился. Из дневника Натаниэля Фолкнера я успела узнать, что такие хищники как Хайд за милю чуют вервольфов. Да и в принципе обладают очень острым чутьем. Хотя это все бред! В конце концов, он убил бы и меня, и Энид. И вообще, то, что моя соседка сейчас бродит где-то в этом чертовом лесу, а не спит у себя в Сан-Франциско, исключительно заслуга Тайлера и его семейства! И вот так на волне мрачных мыслей о баристе-потрошителе, я, наконец, отключилась.

***

На заре я резко проснулась и попыталась понять, что меня разбудило. Медленно сев, я стала прислушиваться к звукам снаружи. Наконец, послышался хруст веток — кто-то явно ходил около наших палаток. Но это были не знакомые шаги дяди Фестера. И вообще не человеческие. Максимально аккуратно и бесшумно я постаралась немного приоткрыть палатку, чтобы увидеть, кто, а точнее что это. Когда мне удалось увидеть нарушителя спокойствия, я замерла. Это была Энид. Ее разноцветную шерсть ни с чем не перепутать. Потянувшись к рюкзаку, я выудила пистолет с дротиком, в котором было нужное противоядие. Также медленно я открыла палатку полностью и вылезла из нее. Оборотень сразу обернулась ко мне. Тут же из пасти донеслось рычание, а острые клыки полностью обнажились. Медлить было нельзя. Я прицелилась и выстрелила ей в район плеча. Тут же раздался пронзительный рык зверя, на который выскочил дядя Фестер. Теперь вдвоем мы ожидали, что будет дальше. Успели мы спасти мою подругу или Альфа сейчас порвет нас обоих в лоскуты: — Только не трогай ее! — обратилась я к Фестеру, который в любой момент был готов ударить мою соседку разрядом тока. Оборотень медленно стала надвигаться на меня, но вдруг остановилась и попятилась назад, рухнув на землю. Мы стали наблюдать, как длинные мощные лапы зверя начали уменьшаться, шерсть исчезать, а рык превратился в человеческий стон. Через несколько секунд на холодной земле лежала уже не грозная Альфа, а уставшая обнаженная девушка: — Принеси одеяло, — попросила я дядю, а сама села на колени и обратилась к подруге. — Энид? Ты меня слышишь? — Холодно… Уэнсдей, мне очень холодно. Облегченно вздохнув от того, что она меня все же узнала, я выхватила одеяло из рук подошедшего дяди и накрыла им Энид. А затем плюнув на все свои убеждения, крепко обняла подругу. Ей сейчас это нужно. Да и мне, как оказалось, тоже. Просидев так с минуту, мы с Фестером помогли Синклер подняться: — Как ты? Может, хочешь воды? — поинтересовалась я. Энид покачала головой и тихо произнесла: — Домой. Отвезите меня, пожалуйста, домой.