Палитра перемен

И вот, Гарри просыпается в своём «любимом» месте, чулане под лестницей. У них с Сириусом был план. Этот план включал в себя довериться многим людям. Как выяснилось, сами они не справятся. Даже с помощью Дамблдора всё получилось слишком грустно. Гарри поймал себя на мысли, что будет собирать последователей и брать клятвы о неразглашении. Чёрт, он что, собирается стать тёмным лордом? Смех, да и только. Конечно, Гарри не будет слепо доверять. Не зря он досконально изучил чары обливейт. Начать нужно было с Амелии Боунс. Она ключевой элемент плана и Гарри оставалось молиться, что она его выслушает и не отправит в Азкабан за планы свергнуть правительство. — Кричер! — позвал Гарри. Сириус ему объяснил, что он назначил Гарри наследником при рождении. Даже несмотря на то, что Арктур Блэк, нынешний Лорд дома Блэк был жив, он был болен и вёл очень обособленный образ жизни, не контактируя ни с кем. Поэтому, Кричер должен остаться Сириусу, а в последствии и Гарри. Воздух в чулане дрогнул, и с тихим хлопком рядом появился маленький старый эльф. Его глаза были красные, как от слёз, уши поникли, а голос звучал хрипло, словно он давно не разговаривал: — Кричер откликнулся на зов наследника. — Меня зовут Гарри Джеймс Поттер, я наследник Сириуса Ориона Блэка. — У грязного хозяина есть наследник! Ах, госпожа Вальбурга, если бы была жива, а Кричер один, совсем один! — Глаза эльфа распахнулись, и он вдруг завыл, ударив себя по голове длинными пальцами. Он рухнул на колени, рыдая так громко, что Гарри вздрогнул. Между всхлипами и бормотанием Гарри уловил главное: Вальбурга Блэк умерла полгода назад, и с тех пор Кричер жил один в старом доме, никому не нужный. Что же, как бы грубо не звучали его мысли, это к лучшему. — Кричер, я буду жить с тобой. И помогу тебе закончить дело Регулуса — уничтожить медальон. Но при нескольких условиях, — Гарри глубоко вдохнул, стараясь удержать серьёзность Эльф поднял голову, его глаза блестели безумным светом. — Наследник знает, знает про медальон! Кричер пытался, клялся, рвал сердце, но не смог. Кричер сожалеет, Кричер ничтожен! — завыл он так громко, что Гарри прижал ладонь к уху. Тут Гарри услышал крик Вернона и понял, что пора сматываться. — Срочно перенеси нас на Гриммо. Следующее мгновение он вдохнул сырой воздух старого лондонского особняка. Тяжёлые портьеры, тусклый свет и запах древнего дома Блэков обрушились на него разом. Гарри качнулся, едва удержав равновесие в теле пятилетнего мальчика, но внутри почувствовал странное облегчение, первый шаг сделан. — Я пообещаю тебе возродить дом Блэков, вернуть ему славу и имя. Помогу выполнить задание Регулуса. Ты же, поклянешься мне в верности и никогда не станешь предавать. Ты согласен? — перешёл сразу к делу Гарри. — Наследник необычный ребёнок? — как-то робко поинтересовался эльф. — Я путешественник во времени. В будущем случилось ужасное и все волшебники вымерли, — преувеличил Гарри, — наша с тобой задача спасти волшебное население.

***

Гарри быстро уговорил Кричера привести дом в порядок. Тем более, что дом был в очень приличном состоянии. Совсем не похоже на то, каким он был в его первой жизни. Слава Мерлину, на Гриммо было достаточно денег, чтобы послать Кричера купить зелье взросления. Если бы ему пришлось тащиться в Гринготтс, чёрт знает, чем бы это закончилось. Тот вернулся с флакончиком мутно-янтарного зелья, пахнущего железом и травами. Выпив его, Гарри ощутил, как тело вытягивается, перестраивается. Суставы ломило, кости будто бы горели изнутри, кожа покрылась испариной. Через несколько минут в зеркале смотрел на него двадцатилетний парень. Зелье могло прибавить не более пятнадцати лет, этого оказалось пока достаточно. Гарри хотелось бы выглядеть ещё старше, хотя бы двадцать пять-тридцать лет, внушало бы больше уважения, но что есть, то есть. Он порылся в шкафу Регулуса, там были аккуратно сложенные мантии, рубашки, нижнее белье, пара сюртуков, даже перчатки, пахнущие пылью. Выбрал тёмную, строгую одежду, натянул её на новое тело и почувствовал странное облегчение. Наконец он сбросил с себя обноски Дадли. Написав письмо, Гарри в общих чертах попросил женщину о встрече, намекнув, что это касается её племянницы. К вечеру пришло приглашение на встречу в поместье Боунс с одноразовым портключом. Гарри схватился за значок, который превратили в портал и мир сорвался с места. Амелия Боунс встретила его в строгой мантии, с приподнятой бровью и холодным внимательным взглядом. — Мадам Боунс, — вежливо кивнул Гарри. — Могу я узнать имя человека, который решился навязать встречу с главой Департамента магического правопорядка такими сомнительными методами? — голос её был как удар плети. Гарри вдохнул и выдержал паузу. Ему нельзя было казаться неуверенным. — Прежде чем я представлюсь и попытаюсь всё объяснить, я бы хотел поделиться с вами одним воспоминанием, после его просмотра вы многое поймёте. Я очень прошу вас довериться мне. Гарри и Сириус заранее обсуждали тактики, которые им придётся применять к разным людям, чтобы добиться желаемого. Для Амелии Боунс, не было ничего важнее благополучия Сьюзен. — Вы хотите, чтобы я оставила незнакомого человека у себя в доме, а сама повернулась к нему спиной и отвлеклась на просмотр воспоминаний? — жестко отчеканила женщина. — Я клянусь своей магией, что пришел сюда не для того, чтобы причинить вам или вашей племяннице физический вред, — проговорил Гарри и сразу почувствовал, как магия связала его. — Физический? — уточнила мадам Боунс, уже без прежней враждебности. — Я не могу знать, как вы морально отреагируете на воспоминание, но просмотр его необходим для понимания цели моего визита, — пожал плечами Гарри. Женщина окинула его скептическим взглядом, но повела за собой в малую гостиную. — Райли, — позвала мадам Боунс и появилась эльфийка, что приятно, в чистой одежде, — я отойду к себе в кабинет, ты должна присмотреть за господином. Если он попытается выйти из комнаты или что-то предпринять, я хочу чтобы ты изгнала его из поместья. Женщина дождалась утвердительного ответа и порывшись с шкафу, протянула Гарри колбу, чтобы он заполнил её воспоминанием. — У меня нет палочки, не могли бы вы? — спросил Гарри. Женщина кивнула и приставила к его голове палочку. Гарри сконцентрировался на нужных воспоминаниях и почувствовал как они полились в колбу. Он действительно не знал как отреагирует женщина, воспоминания были жестокими, но Гарри не знал, как иначе. У него на глазах умер муж и двое детей Сьюзен Боунс. Они не были частью сопротивления, просто оказались не в том месте, не в то время и стали жертвами конфликта. Она была безутешна и Гарри приютил девушку на Гриммо, раскрыв свой секрет. Удивительно, но она поверила ему сразу. Кто верит в путешествия во времени просто со слов другого? Возможно её горе было так велико, что она цеплялась за любой шанс. Сьюзен Боунс убедила его, что её тетя достойна доверия. Передала послание для своей тети, через воспоминания Гарри. Уверив мужчину, что мадам Боунс обязательно поверит. Обязательно поможет. Гарри не был до конца уверен, но выбора не было. Свой человек на таком высоком посту в министерстве был необходим. На следующий день после разговора, Сьюзен отправилась на маггловскую базу, и взорвала её, покончив с собой и забрав с собой важные разработки по технологиям, которые должны были подавлять магию. Гарри был разбит от горя, наблюдая очередную смерть. Его размышления прервала женщина, вернувшаяся в гостиную. Она была такой бледной, что Гарри удивился, как она еще стоит. — Как вас зовут? — хрипло произнесла женщина. — Гарри Поттер. Женщина в изумлении упиралась в него взглядом. Что же, меньшего ему и не приходилось ожидать. Для всего остального мира ему всего пять лет, не говоря уже о славе, окружавшей его имя. — С чего начнём, мистер Поттер? — взяла себя в руки женщина. — Я бы хотел, чтобы вы принесли клятву и тогда я смогу свободно говорить с вами обо всём, — попытался Гарри. Он не был уверен, что женщина пойдет на это, но попробовать стоило. — Непреложный обет? — Нет, клятву на магии. Была веская причина, по которой Гарри предпочитал обету клятву на магии. В случае нарушения соглашения, непреложный обет убьет нарушителя. Но уже после того, как человек пойдет против клятвы. Магическая клятва сложнее. Магия не даст своему носителю возможности лишиться ее. Поэтому будет препятствовать всеми возможными способами нарушению соглашения . Даже если человек хочет нарушить клятву и готов понести наказание в виде лишения магических способностей, сама природа магии не даст такой возможности. — Мне нужно подумать об этом, — удивила женщина Гарри. — Хорошо, мы можем отложить это на некоторое время. Сейчас я хочу обратиться к вам как к главе департамента магического правопорядка и попросить помощи. — Я вас слушаю, мистер Поттер. — Можно просто Гарри, мадам. Для начала, что вы знаете о том месте, где я живу? — с любопытством поинтересовался Гарри. Женщина удивлённо подняла брови и на её лице отразилось размышление. — Если честно, Гарри, я не могу ничего вспомнить. По логике, твоим определением должны были заняться авроры, но я честно говоря понятия не имею. Аврорат немного обособленный отдел, а я тогда была только заместителем, да и дел после окончания войны было слишком много, — немного виновато произнесла ведьма. — Дамблдор оставил меня на пороге сестры моей матери, она маггл. Со мной там ужасно обращаются, я живу в чулане под лестницей, редко питаюсь и подвергаюсь жестокому обращению, — заявил Гарри, — я бы хотел, чтобы вы помогли передать надо мной опеку, надлежащему опекуну. — Что значит оставил на пороге? — в ужасе спросила женщина. — Моя мать, Лили Поттер, применила магию крови. Таким образом я выжил после смертельного проклятия. Также, жертва моей матери, создала вокруг меня защиту, которая будет действовать только с кровным родственником. Ни один волшебник желающий мне зла не смог бы пройти в дом Дурслей. Как вы понимаете, волшебник здесь ключевое слово, — детально рассказывал Гарри, — а что касается вашего вопроса, он написал письмо, положил меня с ним в корзинку и оставил ночью с первого на второе ноября перед дверью. Женщина в шоке просто смотрела на него, видимо не сумев подобрать слов. Амелия Боунс сидела, почти не дыша. Шок от действий Дамблдора читался в её глазах: губы приоткрыты, руки сжаты в кулаки, взгляд застывший на Гарри. — Почему? Почему Дамблдор оставил тебя на пороге магглов? — хрипло спросила она. — Даже если кровная защита, почему не передать в руки... Почему все закрыли глаза на твое местоположение и не проверяли? По логике, к тебе должно быть повышенное внимание. Гарри вздохнул. Ей было трудно понять. Он сам помнил, как странно это выглядело со стороны. И если честно сам не понимал конкретно этих действий Дамблдора. Гарри сделал глубокий вдох. Он понимал, что после разговора об опеке важно объяснить контекст и показать всю несправедливость ситуации. — Мадам Боунс, есть ещё один момент, — сказал он ровно. — Сириус Блэк был обвинён несправедливо. Он не предавал моих родителей. Всё произошло из-за того, что Петтигрю был хранителем тайны и сдал их Воландеморту. А потом инсценировал свою смерть и взорвал площадь с магглами, подставив Сириуса. Министерство магии не проводило суд. Амелия нахмурилась, раздумывая над услышанным. Она старалась понять логику происходящего. — Я понимаю, но это серьёзное обвинение, — спокойно сказала она. — Но как получилось, что Блэка не судили? Почему никто не проверил его? — Я не знаю, — ответил Гарри. — Вы легко это выясните, подняв записи судебных дел. Сириус кричал что это его вина, когда его схватили Авроры. Он был убит горем. А Петтигрю сейчас скрывается у Уизли, маскируясь под крысу и их домашнего питомца. — Вау... — кивнула, размышляя. Её взгляд оставался внимательным и рациональным, она искала слабые места в объяснении, но видимо интуиция подсказывала, что Гарри говорит правду. — Значит, Министерство допустило ошибку, отправив волшебника без суда в тюрьму, но неужели ни у кого из его друзей не осталось вопросов? — спросила она. — Я не знаю, — горько сказал Гарри. Женщина кивнула. — Если это так, то первый приоритет схватить Петтигрю и поднять вопрос о проведении суда. Остальное придётся отложить. Гарри кивнул, чувствуя облегчение. Ему было важно, что она воспринимает всё без резких эмоций и готова действовать рационально. — Спасибо, мадам Боунс, — сказал он спокойно. Амелия кивнула. — Где ты будешь находиться? — Я сейчас живу на Площади Гриммо 12. Если вы имеете ввиду, спохватится ли кто-то моей пропажи, маловероятно. Я Дамблдора не видел до поступления в Хогвартс. Хотя, он может разволноваться из-за суда над Сириусом, — размышлял Гарри. — Возможно, это будет прекрасная возможность проверить обстановку в твоём доме. Но я не знаю, как нам быть. Тебе пять лет по всем магическим законам. Ты не можешь просто уйти из дома, а потом найтись. Гарри тяжело вздохнул. — У меня есть идея, я планирую создать для себя новую личность. Всё зависит от того, могу ли я получить то, что хочу от Гринготтса, — сказал Гарри. Женщина подняла бровь. — Ничего незаконного. Я просто возьму одну из светлостей, что мне полагается, и возможно выступлю тем человеком, кто забрал меня же от Дурслей. — Сколько тебе лет? — полюбопытствовала Амелия. — В первой жизни я дожил почти до пятидесяти. Во второй до сорока, — примерно сказал Гарри. — Ого, Мерлин, — выругалась женщина, — ладно, я сейчас за Петтигрю. Потом в министерство. Буду держать тебя в курсе, но предполагаю, слушание созовут завтра утром. Я пока буду придерживаться того, что мне пришло письмо из анонимного источника. Гарри почувствовал комок в горле. — Спасибо вам, — чувственно произнёс Гарри и женщина похлопала его по руке.

***

Гарри шёл по Лютному переулку, усмехаясь иронии судьбы. Он отправлялся совершить преступление после беседы с главой ДМП. Для начала ему нужна была палочка. Не то, чтобы Гарри нуждался в ней, но для точных заклинаний было удобнее направлять магию через палочку. А для применения невербального империуса у него недостаточно концентрации. Нужно прикупить две палочки. Одну для его будущей личности Адриана Певерелла, другую для будущих затей. Небольшая лавка без вывески выглядела скромно, но витрина слабо мерцала магией. Внутри пахло смолой, древесной пылью и чем-то едким, похожим на палёные травы. За прилавком сидел сутулый старик с острыми глазами и тонкими пальцами, покрытыми следами ожогов и порезов. — Что ищешь? — голос его был хриплым, но деловым. — Мне нужны две палочки, — спокойно ответил Гарри. Старик прищурился, явно оценивая клиента. Вопросов не последовало, этим он и любил Лютный. — Какая была раньше? — уточнил он. — Остролист и перо феникса, — ответил Гарри, не моргнув. Мастер поднялся и прошёл вглубь лавки. Шкафы вдоль стен были заставлены коробками, в воздухе висел хаос: древесина разных пород, куски костей магических существ, пучки перьев. Всё лежало, словно случайно, но в этом беспорядке казалось был непонятный парню скрытый порядок. Продавали тут не только палочки но и кучу другого хлама. Старик поставил две коробки наполненные старыми палочками и махнул рукой, мол выбирай. Перебирая всю коробку, Гарри наконец взял палочку. Лёгкая дрожь пробежала по пальцам, ощущение силы оказалось прямым и ясным. Вторая же была не так хороша как первая, но достаточно приятно откликалась. Будет как основная палочка для его новой личности. В любом случае палочка ему нужна только для редких случаев — Граб, сердечная жила дракона, десять дюймов и вяз, волос фестрала, одиннадцать дюймов. — Подходит, — сказал Гарри. — Двадцать галеонов, — сухо ответил старик. Гарри бросил на прилавок монеты. Звук золота был глухим, ободрали его конечно с три короба, но так тому и быть. Он спрятал палочки в рукав мантии, отметив купить себе кобуру и вышел обратно на улицу. Проснувшись на следующей день ни свет, ни заря, Гарри разделся, принял зелье старения и одевшись, отправился к дому Краучей. Барти Крауч-старший был настолько параноидален, что не подключал дом к каминной сети и каждый день трансгрессировал на работу. Учитывая, что этот волшебник по-слухам опытный дуэлянт, действовать надо было аккуратно, чтобы не столкнуться в прямом поединке. Барти Крауч-старший вышел из своего дома с привычной педантичной выправкой. Гарри стоял у кованых ворот, за кустами, спокойно дожидаясь. Когда мужчина шагнул на дорожку, Гарри тихо, произнёс: — Империо. Чары легли мягко и послушно, как шелковая сеть. Взгляд Крауча потускнел, стал пустым, а челюсти расслабились. — Пропусти меня в дом, сквозь защитные чары, — сказал Гарри ровным голосом. — Да, — последовал покорный ответ. Они вошли в дом. Здесь всё было так безупречно, что казалось неуютным: мебель начищена до блеска, ни пылинки, ни лишней складки на скатерти. Даже часы на стене тикали размеренно, будто подстраивались под жёсткий ритм хозяина. Первой показалась Винки. Её уши дёрнулись, глаза испуганно округлились. Она замахала руками: — Хозяин! Вы что-то забыли? Лёгкое движение палочки, и верёвки мгновенно оплели эльфийку и лишили её сознания. В глубине дома, в комнате без окон, Гарри нашёл Барти-младшего. Тот сидел, обессиленный, словно тень человека. Сердце в груди сжалось от этого зрелища, От него плохо пахло, глаза, полуприкрытые, были мутны. — Петрификус Тоталус, — сказал Гарри без лишних эмоций. Тело молодого Крауча вытянулось, руки прилипли к бокам, и он застыл. — Кричер, — позвал Гарри. Эльф возник с характерным хлопком. — Перенеси их обоих на Гриммо, в комнаты что я подготовил, приведи Барти в надлежащий вид, не давай им прийти в сознание, — чётко приказал Гарри. — Конечно, хозяин Гарри, — прошипел Кричер, косо посмотрев на связанных пленников. Через миг они исчезли, оставив после себя лишь лёгкий хлопок воздуха. Теперь оставался только Крауч-старший. Гарри достал небольшой флакон. Яд в нем должен вызвать сердечный приступ в течении часа. Его также не должны были обнаружить позже. — Выпей, — сказал Гарри. Крауч беспрекословно опустошил флакон. Пальцы у него чуть дрогнули, но лицо осталось безразличным. — Теперь иди в Министерство, и веди себя как обычно. Забудь всё, что происходило после того, как ты вышел из дома, — приказал Гарри. Мужчина чинно поправил мантию и зашагал к двери. Его походка была уверенной, деловой, словно ничего не произошло. Он отправился домой, подремать немного и дождаться новостей от мадам Боунс. Гарри кто угодно, но не жаворонок. Гарри разбудил Барти, как только прошло два часа с момента посещения им Краучей, так как был уверен, что теперь точно мужчина мёртв. Винки будить не стал, пока не разберётся с Барти. — Привет, — сказал Гарри резко очнувшемуся парню. — Где я? Что происходит? — хрипло спросил ошарашенный мужчина. — Что ты последнее помнишь? — мягко поинтересовался Гарри. — Я... Помню суд, Азкабан. Потом кажется мама... Я оказался дома и... — сбивчиво говорил парень, — дальше всё как во сне. — Твой отец держал тебя под империусом все эти годы, — объяснил Гарри. — Годы? — в ужасе спросил Барти. — Сейчас третье октября тысяча девятьсот восемьдесят пятого. — Как... А ты? Кто ты? Я тебя не помню, — прищурился парень разглядывая его. — Друг, — мягко сказал Гарри, — меня зовут Адриан Певерелл. Зная, как Барти любил и уважал Воландеморта, не лучшая идея, вываливать на парня, что он тот самый младенец, убивший его. — Мне это имя ни о чём не говорит, зачем ты спас меня? — Я не могу рассказать тебе сейчас всего. Важно лишь то, что я путешественник во времени, который пытается исправить многие ошибки. — Путешественник во времени, — выразительно кивнул Барти, — ясно. — Ты не обязан мне верить, но пока как-то так, — проворчал Гарри. — Твой отец мёртв. Скончался от сердечного приступа. Я скоро придумаю как сделать тебе документы. Ты будешь приходиться себе двоюродным братом и сможешь претендовать на имущество Краучей. — Мёртв, — прошептал Барти. — Ты отдыхай и приходи в себя. Винки в соседней комнате, позовёшь Кричера, он разбудит её, я не решался будить её сам. Ты и Винки пока не можете покинуть дом. Тебе нужно восстановиться. — Стой, Кричер? Мы в доме Блэков? — Да. Пока без расспросов. Твоя главная задача восстановление. Парень ошеломлённо кивнул и Гарри покинул его комнату. Ну не умел он объяснять что-то людям. Приходилось напоминать себе, что это не его лучший друг и вторая половинка Сириуса. Гарри надеялся, что лишь пока.