Палитра перемен

Гарри отправил подарочную корзину Амелии Боунс и забаррикадировался в библиотеке. Пока он принимает лечебные зелья, чтобы спастись от урона нанесённого Дурслями, ему нельзя было пить зелье старения. А это значит пару месяцев сидеть в теле ребенка. Значит нужно потратить это время с пользой. — Гарри, — Сириус ворвался в библиотеку и начал трясти каким-то пергаментом. — Что? — Мне написал дедушка. Арктур Блэк, — Сириус перевёл дыхание, — он хочет встретиться. — Ну так иди, — махнул Гарри рукой. — Я не могу просто идти! — Сириус всплеснул руками, как драматичный подросток, коим он и является. — Он никогда не писал мне раньше. Ни строчки, ни совиного пуха. Это подозрительно! Гарри медленно оторвал взгляд от книги, которую изучал, и уставился на крёстного поверх обложки. — Сириус, ты взрослый, перестань звучать как подросток. — Я просто говорю, — проворчал тот, — он ненавидел, что я ушёл из семьи. А теперь внезапно вспомнил, что у него есть внук. Наверняка хочет сунуть мне пергамент с проклятым наследием и сказать: «Бери, мальчик, и мучайся». — Всё равно иди, — хладнокровно повторил Гарри, делая пометки на полях. — Если он зовёт, значит, ему что-то нужно. Узнай что. Сириус нахмурился. — А если это ловушка? — Ты взрослый волшебник, который сбежал из Азкабана и участвовал в нескольких войнах. Если тебя поймает старик с тростью, я буду разочарован, — сказал Гарри строгим тоном. Сириус фыркнул, но уголки его губ дрогнули. — Ты звучишь как МакГонагалл. — Спасибо, — без тени улыбки ответил Гарри. Он вернулся к чтению. Сириус посмотрел на это и вздохнул. — Ладно. Если я не вернусь через три часа, отомсти за меня. — Конечно, — отозвался Гарри, не поднимая глаз. — Но только после того, как дочитаю книгу. — Прекрасно. Настоящая семья. Полна любви и поддержки. Гарри спокойно перевернул страницу. — Дверь за собой закрой. Гарри спокойно сидел и читал, как почувствовал что тело проносится сквозь тонкую трубу. Как только он перестал бороться с тошнотой и разлепил глаза, Гарри увидел Барти. Они оба сидели на тротуаре перед площадью Гриммо. Он встал подёргать дверь, но она не открылась. — Кричер, — закричал Гарри. Перед ним с хлопком появился растерянный домой эльф. — Что случилось? Почему нас выкинуло из дома? — У Благороднейшего рода Блэк сменился хозяин. Гарри про себя выругался, вот Сириус придурок. Ему или дед передал лордство или Сириус убил того, не понятно. Нельзя принимать наследство, пока дома есть гости. — Приведи моего придурковатого крёстного сюда, срочно. Он повернулся к Барти. — Как можно вырасти в фанатичной чистокровной семье и остаться таким глупым гриффиндорцем? Барти почесал затылок, нервно оглядываясь вокруг. А чёрт, парень давно не был на улице, наверное нервничает. — Хочешь прогуляемся? Или в Косой Переулок? Их прервал Кричер, появившись с Сириусом. Гарри уставился на него настолько злобно, насколько мог пятилетний ребенок. — Приношу свои извинения, — произнёс крёстный без капли сожалений и подхватив его на руки понёс обратно в дом. Гарри дал ему подзатыльник. — Ай, хватит драться, в угол поставлю, — надуто произнёс Сириус. — Барти? Может хочешь прогуляться? — спросил Гарри, обернувшись. — Нет, лучше в другой раз. Гарри обратил внимание на немного посеревший цвет лица парня и решил не настаивать. — Что случилось? — спросил Гарри, когда его занесли на кухню. — Старина Арктур отдал мне кольцо Лорда и сказал: «Не дай нашему роду угаснуть, заведи наследников». — И ты согласился? — удивлённо поднял брови Гарри. — Ну да. Если магглы нас не найдут или мы каким-то образом спасёмся, почему бы мне не хотеть завести парочку таких милых карапузов, — Сириус демонстративно потрепал его за щёчку и скривился когда Гарри бросил на него злой взгляд, — только настоящих карапузов, а не стариков. Гарри и Барти одновременно фыркнули.

***

— Это такая глупость, — сокрушался Гарри себе под нос и ходил из стороны с сторону. Устройство Визингамота было настолько архаичным, что хотелось плакать. На данный момент, в Палате Лордов было активировано всего двадцать три места. Консерваторы: Блэк — один из столпов старой знати, традиционалисты. Малфой — финансовый и политический центр консерваторов. Розье — влиятельные, поддерживают «чистые браки». Яксли — сторонники сохранения старого законодательства о магглах. Нотт — осторожные, но лояльны старой линии. Эйвери — радикальные чистокровные идеологи. Лейстренджи — радикальные идеологи использования тёмной магии. Кэрроу — союзники Малфоев и Розье, агрессивны в решениях Визенгамота. Бёрк — торговцы артефактами, финансовая опора консерваторов. Трэверс — военная знать, ориентированы на порядок и силу. Булстроуд — поддерживают консервативную экономическую политику. Центристы: Гринграсс — умеренные, выступают за сдержанную модернизацию. Флинт — прагматики, ориентированы на экономику и торговлю. Селвин — политические бюрократы, стараются держать нейтралитет. Фоули — ориентированы на административные и дипломатические связи. Монтегю — переменчивые, но рациональные; часто голосуют с большинством. Прогрессисты: Лонгботтом — старинный, но либеральный; союзник Министерства. Шэклболт — символ новой Британии, выступают за расовое и магическое равенство. Поттер — линия младшего благородства, поддерживают новые реформы. Аббот — гуманисты, связаны с Целительской коллегией Святого Мунго. Макмиллан — умеренные прогрессисты, за реформу образования. Диггори — поддерживают прозрачность суда и реформу Визенгамота. Смит — потомки Хаффлпаффа, идеалисты, за равенство крови. Фаусетт — младшая линия, активно выступают за социальные реформы. Боунс — идеалисты, выступают за уравновешивание реформ. У каждого дома один голос. У министра и верховного мага тоже по одному голосу. Также каждые пять лет назначают три независимых судьи и у каждого по одному голосу. Итого, судьбу магической Британии решают двадцать девять голосов. Плюс, Гарри должен добавить фамилию Певерелл в этот список, итого тридцать. У него было два голоса, от Певереллов и Поттеров. Также, один у Блэков. Если Барти примет наследство Краучей, он тоже должен попасть в палату Лордов. Этого всё равно недостаточно. Как переманить Северуса Снейпа на свою сторону? Он мог бы взять лордство Принцев и ещё будет один голос. Гарри отложил перо и устало потёр виски. Если бы Визенгамот управлялся здравым смыслом, а не генеалогическими древами, мир был бы куда спокойнее. Но волшебники предпочитали фамильные кольца демократии. — Снейп, — произнёс он вслух, словно проверяя, как звучит эта идея. Барти как раз зашёл в библиотеку в этот момент. — Что, простите? — Северус Снейп. Он мог бы активировать титул Принцев. Линия хоть и почти угасшая, но у него прямое родство по матери. — И ты думаешь, он согласится? — Барти скептически поднял бровь. — Он ненавидит политику больше, чем студентов. — Он любит контроль, — поправил Гарри. — А контроль начинается с власти. Ему просто нужно показать, что Визенгамот можно использовать в своих целях. Барти фыркнул, но задумался. — То есть ты хочешь, чтобы человек, который ненавидит всех, сел в зал, полный снобов, и голосовал за реформы? — Примерно так. — Что у тебя на него есть? — поинтересовался Барти. Гарри улыбнулся. — Долг жизни, плюс он поклялся защищать меня, плюс он ненавидит Воландеморта, а когда мы его воскресим, ему снова придется играть двойного агента. Сниму тёмную метку и он будет свободен. — Тёмный Лорд убьёт его сразу, — испуганно сказал Барти, — и как ты снимешь метку? — Не убьёт. Крестраж, помнишь? — Сказал Гарри поднимая чёлку, — Только вот Северус Снейп ненавидит меня и вряд-ли захочет хотя бы поговорить. — Может, мне попробовать поговорить с ним? — спросил Барти. — А если он пойдёт и расскажет всё кому-нибудь? Дамблдору например. Сириус вошёл в библиотеку. — Кто что расскажет? Гарри пересказал ему их разговор. Крёстный скривился, не нравится ему Снейп, но хотя бы теперь без этих детских прозвищ, походу реально повзрослел. — У Блэков в хранилище есть артефакт, браслет. Если надеть его во время разговора, он создаёт купол конфиденциальности и Снейп не сможет ничего рассказать за пределами этого купола, — поделился Сириус. — Почему ты раньше о нём не рассказывал? — удивился Гарри. — Его можно использовать только один раз в год, — махнул рукой Сириус. — Тогда я могу попробовать поговорить с ним, всё объясню, — предложил Барти. — Если ты ему скажешь, что мы планируем воскресить Воландеморта, он откажется, — сказал Гарри. — Почему? — Барти поднял брови. Насколько Барти думал, Снейп преданный Пожиратель смерти. — Он любил Лили Поттер, а Том её убил, — грустно сказал Гарри. — Том? — Воландеморта зовут Том, — хихикнул Гарри. — Ладно, — ошеломлённо кивнул Барти, — Том? У Барти был такой вид, будто кто-то помочился на икону. — Том Марволо Реддл. — Реддл? — икнул Барти. — Он полукровка, мать из Мраксов, отец маггл. — Подожди, — парень ошеломлённо присел, — Мраксы это та сошедшая с ума семья, которая размножалась между собой? — Ага, — довольно сказал Гарри. Как нравилось ему создавать хаос в умах людей. — Ты лжешь. — Он говорит чистую правду, — довольно сощурился крёстный. — Это безумие, как это может быть правдой? — Барти запустил руки в волосы и панически уставился на Гарри, — как полукровка может выступать за чистоту крови? — Моё мнение? Он просто собирал базу влиятельных последователей, выбирая цель близкую именно им, рассчитывая захватить власть. Потом он создал крестражи и скорее всего двинулся умом, — рассуждал Гарри, — или он изначально двинулся умом? — Наверное... — Тогда ты идёшь к Снейпу, а ты Сириус, иди в гости к Андромеде, — перевёл тему Гарри. — Зачем мне к Андромеде? — удивился крёстный. — Завербуешь её и Теда. Только сначала возьми клятву молчания, перед тем как всё рассказать, — проинструктировал Гарри. — Очень неловко, когда тебе отдаёт приказы пятилетка. Гарри пожал плечами и выпроводил их обоих из библиотеки.

***

Пять месяцев спустя — В год рождается от сорока до шестидесяти маглорождённых. В период от года до поступления в Хогвартс от четырёхсот до шестисот волшебных детей живут с маггловскими родителями, — объяснил Гарри, — и даже когда дети поступают в Хогвартс, чаще всего они умалчивают о жестоком обращении. — И что вы предлагаете, посещать каждого ребёнка? — скривился Лорд Нотт. Видимо ему претила мысль хоть как-то участвовать в улучшении жизни грязнокровок. — Да, это не так уж сложно, мы создадим департамент, который будет этим заниматься, достаточно шести волшебников. Двое из которых должны быть обливиаторами. Разделить на две команды и посещать шестьсот детей раз в год, когда мы волшебники, не составит труда. — Средняя зарплата сто пятьдесят галеонов, итого девятьсот в месяц, десять тысяч восемьсот галеонов в год на работу отдела. Как по мне, это капля в море для бюджета министерства, — сказала Мириам Булстроуд. Гарри удивился тому, как она всё быстро и резко подсчитала. — Ну не капля в море, моя дорогая, — улыбнулась Министр Магии Миллисент Бэгнолд, — но ты права, это не такой большой бюджет для защиты детей. Ему нравилась нынешняя Министр. Она была довольно открыта в общении. Гарри заранее обсуждал с ней законопроект и получил безоговорочную поддержку. — А что насчёт тех детей, что подвергаются насилию, куда их девать? — рассеяно спросил Освин Бёрк. Гарри закатил глаза, мужчина выглядел лет на сто и постоянно всё забывал. — Приют уже готов к открытию, — проворчал Гарри напоминая, — персонал полностью собран и прошёл проверку в Министерстве. Они провели все документы через палату лордов три месяца назад и этот чудак уже всё забыл. — Сколько понадобится времени чтобы открыть отдел? — спросил кто-то. — Его можно сформировать уже завтра из работников которые сейчас работают в разных отделах, в основном из Авроров. И по мере набора новых специалистов, заменять их, — сказала Амелия. — Я всё ещё не уверен, что это хорошая идея забирать детей из их семей, — мягко сказал Дамблдор. Снейп громко фыркнул, привлекая к себе внимание. — Я не знаю в каких розовых мечтах вы живёте, директор, но оставлять детей в среде жестокого обращения, потому что они семья, идея так себе. Все знали приверженность Дамблдора к вере в лучшее в людях. Иногда приходилось смотреть на мир через призму пессимизма. — Можно же делать предупреждения, а не сразу забирать ребёнка, — ответил старик. — Посмотрите на Гарри Поттера, знаменитого на всю Британию ребёнка и что с ним случилось? — Надавил Гарри. Ему не очень нравилось доставать карту бедного мальчика, но это повлияло на ситуацию. Лорды загудели, согласно кивая, а Дамблдор замолчал. — Если взять за расчёт маггловскую статистику, то после вынесения предупреждения семьям, которые очень плохо обращаются с детьми, приводит к ещё большему насилию, — вставил Адриан, — волшебники должны расти с волшебниками. Да, мы не можем забирать детей из счастливых семей, но мы можем дать многим пострадавшим возможность интеграции с самого детства. — Вы хотите разделить мир магглов и волшебников? — спросил Диггори. — Не имеет значение чего я хочу, — завуалированно ответил Гарри, — имеет значение только то, что нужно для благополучия волшебников. — Также, разрабатывается проект начальной школы для волшебников. Она будет на территории приюта, таким образом дети могут начать заводить друзей из других волшебных семей, — добавил Сириус. — Начальная школа для волшебников? Что за вопиющее предложение, — низким голосом произнёс Дамблдор, — для чего это нужно? Хогвартс великая школа магии, вы хотите сказать её недостаточно? — Да, недостаточно, — вызывающе сказал Гарри. Дамблдор медленно поднял брови. Его взгляд стал ледяным — не злым, а старчески надменным, как будто Гарри произнёс кощунство. — Я преподаю в Хогвартсе больше ста лет, юноша, — сказал он мягко, но в тоне чувствовалось предупреждение. — Хогвартс, не просто школа, а место где ребёнок формирует не только знания. Конечно, мы же не хотим, чтобы на юные умы влиял кто-то кроме Хогвартса, подконтрольного Дамблдору. — Уважаемые члены Палаты Лордов, — обратился Гарри ко всем присутствующим, — я знаю что многие из вас приверженцы чистоты крови. Также, я знаю что дело не только в наличии маггловской крови, а в том, что по вашему мнению, маглорождённые не уважают наш мир? Гарри окинул всех взглядом и многие закивали. — Те, кто выросли в мире магглов и получили письмо в одиннадцать лет ничего не знают. Они не знают как писать пером, не знают как принято здороваться, не знают правил этикета. Не знают почему волшебники носят мантии, и чем отличаются повседневные, парадные и родовые, — Гарри перевёл дыхание, — не знают, какое значение имеют цвета на фамильных гербах и кольцах. Они даже не понимают - зачем они! Не знают про судебную систему, не знают законов, не знают про палату лордов и Визенгамот. Как по вашему они должны это узнавать если в программе Хогвартса и близко ничего нет? В зале раздался негромкий гул. Даже Малфой приподнял голову, явно заинтересовавшись. — Директор, почему вы ни разу не озаботились подобной подготовкой в Хогвартсе? Почему призрак преподает историю магии, у нас недостаточно бюджета? Британские волшебники настолько бедные, что не могут позволить себе нормальное образование по истории для своих детей? — уязвил эго чистокровных Гарри. — Не так просто найти хороших специалистов, мой мальчик, — со знанием дела произнёс старик. — Это Лорд Певерелл, мы не в баре выпиваем, чтобы вы так ко мне обращались, — строго сказал Гарри, ему нужно было подвести черту, — во всей магической Британии нет специалиста по истории на курс который должен знать каждый, чтобы сдать обязательный экзамен? Он отклонился от сути. — Мы не предлагаем разрушать Хогвартс, — Гарри говорил чётко, — а создать дополнительное звено. Начальную школу, где дети смогут научиться азам магического мира. И главное — адаптироваться к миру магии, не будучи шокированными при поступлении. Миллисент Бэгнолд откинулась на спинку кресла, задумчиво покачивая пером. — Финансирование? — Первые пять лет школа и приют будут финансироваться из частных источников, потом часть финансирования на себя возьмёт министерство. — Значит, — тихо произнесла министр, подытожив, — вы хотите, чтобы Министерство Магии официально санкционировало создание детского магического приюта с интегрированной школой и департаментом контроля за безопасностью детей волшебников. — Да, — подтвердил Гарри. — И чтобы это стало государственной системой, но без политической пропаганды. Вмешательство в образовательную систему со стороны министерства будет запрещено. Визенгамот замер. Мириам Булстроуд первой стукнула пером по столу, давая знак одобрения. За ней — Амелия Боунс, затем Лонгботтом и Аббот. С другой стороны зала Малфой медленно поднял руку. Ропот заполнил зал. — Голосование по законопроекту «О защите несовершеннолетних волшебников и образовательной интеграции маглорождённых» объявляется открытым.