Мой ангел в аду

      В мёртвой тишине, на тёмном, как чернила, небе виднелись едва светящиеся звёзды, отражающиеся на глазах Хери. Хоть и чёрные глаза наблюдали за небом, мысли были совсем не о нём. В них крутилась целая вселенная, которую выдерживает мозг Хвана, параллельно ища ответы на, как казалось, лёгкие вопросы. В аду, хотя бы, можно было занять себя другими обязанностями, да и тут тоже, но вот ночью уже не получалось. Ночью включалась функция «думать», мешающая спать и существовать в целом. Ночь, само по себе, уникальное время. В это холодное, спокойное время принимали решения. В это обычное, каждодневное время, люди признавались в любви, танцевали с партнёром в кухне, расставались, придумывали что-то гениальное. Ночью люди стихи писали, ночью люди кушали, любили и дышали. Пока остальные спали — добрая половина творила, чувствуя свободу лишь в это время суток. А добрая половина уходила из жизни, так и не высказавшись кому-то и не услышав «я тебя люблю» от того самого человека, ради которого не было жаль даже мир сжечь. Брюнет, к счастью или к сожалению, не знал, к какой половине относится — к тем, кто решается и действует, или к тем, кто сдаётся. Но он знал точно — этих людей и его связывает излюбленное им время: ночь.

***

      Прошло уже три дня с разговора с отцом. Все эти дни его не беспокоил никто: дети, после последнего разговора, где Хери нагрубил им, больше к нему не подходили, что его как радовало, так и огорчало; ангелы даже боялись что-то говорить или подходить, опасались его, будто он их за слово съесть может; а от того самого отца ни слуху ни духу. Возможно, всё дело в том, что он сам неосознанно избегает встречи и разговоров, лишь бы не заставили возвращаться домой, ставшей для него кошмаром. Несмотря на то, как отец постарался донести до него, что ему тут, мягко говоря, не место, до брюнета не доходило. Он определённо хотел остаться тут, и это было видно даже слепому. Он не считал ад своим домом, да и рай тоже, но в раю ему было легче, свободнее. — Хери? — послышался тихий шёпот сзади, вырвавший демона из мыслей. Он развернулся и посмотрел на того самого человека, то есть, ребёнка, решившего побеспокоить его. Увидев, что это тот же ребёнок, подходивший в первый день, он усмехнулся и подумал, что это самый храбрый из всех детей, раз его так часто отправляют к демонам, как он, или он сам решает подойти к нему и дёргать лишний раз. — Да? — Ты не знаешь, когда вернётся дядя Ёнбок? Точно, Ёнбок. Ангел. Вот о ком также нужно было думать, а не только о людях, душах, смысла существованим. Конечно, брюнет понимал, что Ёнбоку там не очень таки хорошо. Зная ад, ему там ужасно, и Хван всё ещё удивлялся тому, что никто не подходит к нему и не умоляет вернуться в котёл, лишь бы их любимый ангел вернулся домой и, наконец, поиграл с детьми, развлекал, терпел и успокаивал. В общем, делал всё, что не смог сделать демон. Но он безумно хотел иметь возможности остаться тут, желательно навсегда, без каких-либо побочных эффектов. Возможно, если получится, стать ангелом, но не наблюдающим за детьми. Возможно, ему стоит показать, что он сможет остаться тут? Сжалиться ли кто-то над ним и пойдёт против судьбы, превратив рай в его дом? Звучало глупо, как мысли психически больного шизофреника, но почему бы не попробовать? Лучше жалеть, что не получилось, а не из-за того, что не решился. — Прости, но нет. Что-то случилось? — Хери потрепал ребёнка по волосам, на что тот искренне удивился, но обрадовался, как говорили ему его глаза, резко заблестевшие после действий Хвана. — Знаешь, мне... То есть, нам, немного скучно. Может, ты сможешь с нами поиграть? Если хочешь. Если получится. — он опустил взгляд, боясь снова услышать ругань, но ему было повезло, у брюнета было хорошее настроение, в частности от того, что его насильно не вытаскивают из рая, так что тот просто кивнул, наблюдая за тем, как маленький зовёт остальных, радостно уведомляя, что Хван знает, как развлечь заскучавшихся детей. Радостные крики наполнили всё пространство, также как и счастливые улыбки детей, бегущих к нему. — Итак, первым делом, запомните одно: это просто игра! Не нужно расстраиваться, что вы проиграли, ладно? Главное, что вы постарались, что у вас была возможность участвовать. Договорились, да? — все кивнули, что не могло не обрадовать демона. — А что мы будем играть? — Ну.. есть два варианта: я говорю слово по определённой теме, а вы повторяете его и говорите своё, и так продолжается, пока не останется только один участник; второе: я буду считать до десяти, вы убегаете как можно дольше, а потом я за вами, догоню — проиграете. — увидев то, как дети завороженно и внимательно слушали его, понимая, что им ну точно не будет скучно, брюнет улыбнулся, впервые чувствуя внутри что-то невероятно тёплое, будто он не демон, которому сложно контактировать, а ангел, который обожает всех. — Давайте второе! — Да, второе! Он, конечно, сам предложил поиграть в эту игру, но всё равно надеялся, что они выберут первое и он будет лишь сидеть, без активных физических действий. Но дети не дети, если не выберут всякие бегалки, прыгалки. — Так, я начинаю считать. — Хери закрыл глаза рукой и начал громко и отчётливо проговаривать цифры, чтобы было слышно до детей. — Семь, восемь, девять, десять! — он резко открыл глаза и уже был готов побежать, но пришлось остановиться и постоять несколько секунд в одном положении из-за головокружения, чтобы прийти в себя. Почувствовав, что ему стало намного лучше и легче, он побежал к детям, ловя их по одному, пока те смеялись и спросили над тем, кто же сможет победить крутого дяди Хери. Увидев, как один ребёнок всё-таки смог выиграть, ведь остальные уже в «заложниках», Хери и дети синхронно похлопали ему, поздравляя с маленькой победой. Хван рассмеялся, понимая, что за всё время тут, он начинает привыкать к раю, к детям и играм, всё больше чувствуя себя комфортно в этой атмосфере. Он, может, боялся, что рай станет его «вторым домом», что он не сможет решиться уйти отсюда, и из-за него погибнет и Ёнбок, и он сам.

***

      С каждым днём дела улучшались, благодаря Мин, конечно. Он всегда находился рядом, готовый помочь, ответить на вопросы ангела и терпеливо объяснять до тех пор, пока до него не дойдёт, как работает сие ужасное, как смерть, место, названное адом. Ёнбоку пора было бы привыкнуть к тому, что демоны, особенно тут, беспощадны и получают удовольствие от каждого крика, действия и мольбы. Но сколько бы дней не проходило, он не мог даже близко подойти к котлу, не то чтобы наблюдать за тем, как туда опускают людей. Он уже давно хотел отсюда уйти. Каждый день надеялся, что демон всё-таки решится вернуться в ад, что блондин наконец сможет встретиться со своим домом, шумными и весёлыми детьми, слышать радостные вопли от разных людей, а не крики и взгляд, наполненный страхом и немым мольбой, чтобы их вытащили. — Почему ты всё ещё не уходишь? — спросил красноволосый, будто читая мысли ангела. — Не вижу, чтобы тебе нравилось оставаться тут. — Я бы хотел уйти, как можно скорее, но демон.. — Хери? Ёнбок замолчал, так и не договорив свою мысль. До этого он не знал, из-за кого ему приходится терпеть эти мучения, но имя этого демона было таким.. необыкновенным. — Да. Наверное, он не хочет возвращаться в ад, хотя я не знаю, почему, но будто понимаю его. Я бы тоже хотел остаться в раю настолько, насколько можно, лишь бы не жить в этом ночном кошмаре. — Знаешь, он... Наверняка можно сказать, что он был как я. Мы с ним неплохо ладили, так как взгляды у нас были одинаковы. — Мин улыбнулся краешком губ, вспоминая, как сидел с брюнетом и размышлял своё существование, тот был единственным, кто понимал красноволосого, а теперь есть и Ёнбок. Конечно, они знакомы всего несколько дней, но у них было много общего, что привело к близкой связи и желания оберегать, помогать, находиться рядом. — Но.. не хуже ли от этого нам обеим? Да, возможно, ему понравилось в раю, как и мне нравится там, но по словам Господина, то наше состояние ухудшится из-за того, что мы не там, где должны быть. Этот титул после распределения не просто так существует. Не просто так мы называем себя демонами и ангелами. Демоны принадлежат, то есть питаются адом, а ангелы — раем. — красноволосый кивнул, чувствуя, что Ёнбок слишком долго держал это всё в себе, пытаясь быть хорошим. Он знал, что блондин не рад тому, что они не могут сами выбирать куда душа желает, но им приходится всегда быть там, куда попали, ведь от судьбы нет выхода. В жизни тоже также. Никто не выбирает себе проблемы, мысли, или, может, окружение. Каждый день люди просыпаются, едят, работают, возвращаются, спят, и это повторяется до тех пор, пока один из таких дней не станет их конечной остановкой. Да, многие стараются контролировать свои желания и эмоции, но как бы они не пытались утверждать, что у них получается, они всё равно потеряют силы, сломаются. Ведь нельзя контролировать что уже предписано тебе. Как бы ты не старался, исход один: чтобы стать счастливым, тебе нужно научиться чувствовать себя так там, где ты уже стоишь. Ведь только так ты сможешь найти силы перейти в другое место, там, где тебе кажется, будет лучше. Но не будет лучше. Иначе почему сейчас ты чувствуешь себя не там, где ты хочешь находиться, если несколько лет назад это было твоей мечтой: быть таким, какой ты сейчас. Сзади послышались шаги, отчего Мин обернулся, пока блондин сидел и даже не старался вслушиваться, узнать, кто это и что ему нужно. Он знал, что с ним ничего не сделают. Даже если и сделают, то что изменится? Ни живым, ни мёртвым ему тут нехорошо. — Ангел Ёнбок тут? — услышав своё имя, блондин всё-таки обернулся, замечая демона, который был намного крупнее и страшнее и его, и Мин. Красноволосый молча наблюдал за ними, в его взгляде нельзя было прочитать ни страха, ни удивления, только тихая тишина, давящая ангела всё больше и больше. Он не знает, зачем его зовут, что с ним собираются делать, стоит ли ему опасаться чего-либо, но пытался понять по глазам Мин, но и в них не было ответа, из-за чего ему пришлось встать и пойти за демоном, помахавшим ему рукой, прося последовать за ним. Все, кого они встретили по пути, молчали и наблюдали за ангелом, из-за чего становилось ещё тревожнее. Руки начали непроизвольно дрожать, паника охватила всё тело, не давая мозгу нормально соображать и разглядеть уже знакомый маршрут. Начав дышать глубоко, Ёнбок на секунду закрыл и глаза, прошептав самому себе, что всё будет хорошо, понял, что его везут к тому самому Господину. Паника начала медленно отпускать тело ангела, а взамен него появилась мерцающая надежда, что его отправят в рай и демон Хери всё-таки вернулся, как бы ему не было сложно сделать выбор. Пропустив ангела в кабинет, демон удалился, оставляя их двоих наедине. Атмосфера помещения ничуть не изменилась с прошлого, но Ёнбок уже не чувствовал приступов рвоты, как это было раньше. Увидев то, каким напряжённым выглядит Господин, а его глаза пылают огнём, блондин тихо сглотнул, боясь даже пошевелиться и издать какой-либо звук. Судя по его виду было понятно лишь одно: ничего хорошего нет и не стоит ожидать. — Здравствуйте... — тихо и неуверенно прошептал ангел, а заметив, как Господин поднял суровый взгляд на него, он вовсе пожалел, что нарушил эту мёртвую тишину. С каждым разом, все эти встречи с демонами, исключая Мина, Ли ненавидел их всё больше и больше. Нет, конечно, он недолюбливал их и раньше, но после встречи ещё больше. То, какие они были грубые, суровые, пугающие — буквально убивало ангела изнутри, вызывая лёгкую тошноту и тревожность, которое потом снималось молчанием на несколько минут и витанием в мыслях, чего тот не очень сильно хотел, ведь после этого ощущал себя так, будто его выжали из соковыжималки. И как бы он не старался побороть этот животный страх, протолкнуть тошноту глубоко, чтобы тот больше не появлялся — ничего не помогало. Он чувствовал себя ещё хуже, потратив всю энергию на эти попытки. Хоть и любопытство брало вверх, блондин старался молчать, пока тот сам не начнёт говорить что-либо или, может, если само величество соизволит, объяснит, какого чёрта происходит. Но не через секунды, не через минуты молчания тот не заговорил, всё также сверля то ли Ёнбока, то ли стола взглядом. Замечая глаза Господина на себе, Ёнбок молился, чтобы тот перестал на него смотреть, иначе он прямо здесь, в кабинете, накрутит себя и его вырвет прямо на демона, ведь гарантию, что блондин сможет контролировать тошноту, не было и никогда не будет. Паника и тошнота всегда появляются внезапно, и нужно определённое количество времени, чтобы научиться их контролировать. А ангел ещё не научился, судя по всему. За всё время их игры в молчанку, ангел сидел и рылся в своей голове, пытаясь понять, что произошло. Разные догадки и варианты исчезали также быстро, как и появлялись в его голове. Помолчав некоторое время, демон наконец вздохнул и принялся рассказывать, что же всё-таки произошло. — Не вызывает ли никаких вопросов то, что ты тут уже довольно таки долгое, для ангела, время? — Ну... — Ёнбок же, как раз таки наоборот, слишком часто думал об этом, пытаясь узнать, что же происходит и что с ним будет. — Конечно же, были. Но я решил промолчать, раз уж вы не сообщали о новостях, и хороших, и плохих. — То есть, ты рад, если тебе скажут отрицательную новость? — Нет, я всего лишь то предпочитаю получать хоть какую-то информацию, нежели ничего. — протаротил он. — Не буду ломать голову, в попытках найти ответы на интересующие вопросы. — Ладно. Перейдём к сути, — демон положил руки на стол, скрестив их. Блондин приблизился и старался вслушиваться и запомнить всё, что он говорит, ведь зная себя, сейчас он, возможно, не поймёт что-то и просто кивнет, а потом, уже наедине с самим собой, он вспомнит все эти слова и до него начнёт доходить то, что Господин пытался объяснить ему. — Я поговорил с этим вашим отцом, желая узнать, когда же можно будет забрать Хери и ты сможешь вернуться в рай. Но, судя по тому, что я понял, Хван так и не объявился, скорее даже начал прятаться, избегать. — Но разве он не знает, что ему самому будет хуже? — демон вопросительно посмотрел на него, не совсем понимая, о чём речь. Именно из-за его взгляда ангелу начало казаться, что ему наврали, что ничего не случится, если демон будет находиться в раю, а ангел — в аду. — Ну, если верить вашим же словам, которые были произнесены в нашу прошлую, не очень радостную, встречу, то мы не можем быть там, где нам не суждено быть. Разве это не так? — Естественно, это так. Ему самому будет хуже, но и не только ему, тебе тоже, если ты не забыл. — усмехнулся он, будто злорадствовал ангелу. Хотя тут нечему радоваться — будет ангел тут, или не будет, в любом случае, не принесёт никакой пользы. — Ты ведь тоже не там, где ты должен быть, ангел. — специально сделал акцент на последнем слове, будто это Ёнбок нарочно пришёл в ад, чтобы увидеть мучения людей и получать от этого удовольствие. Только вот наслаждения он не получал, что является нормальным явлением, если ты сам адекватный. — Да, верно. — прочистил горло блондин, пугаясь, что если он хоть как-то заденет самого Господина, то он убьёт его, либо же отправит в котёл, наблюдая за всем этим лично и получая удовлетворение. — Так.. какие сроки то, если они существуют? — Их нет. — Что? — выпалил Ёнбок быстрее, чем демон успел продолжить своё предложение. — Сроков. — выдохнул Господин, сдерживая себя от закатывания глаз. Вот, что ему не нравилась в ангелах. Они были слишком.. эмоциональны. Остро реагировали, перебивали, так и не дослушав до конца, а демоны же, наоборот, молча ждали объяснений, и лишь потом задавали интересующие их вопросы. И Ёнбок только доказывал его правоту: своими реакциями, бессмысленными вопросами, не имеющих логики. — И как же, простите, мне понимать, что пора как можно скорее вернуться домой? — По ощущениям. Сначала всё будет хорошо, ты и не заметишь ничего странного. Но потом, когда пройдёт достаточное количества времени, ты будешь чувствовать себя по-другому. Устало, вяло, будто из тебя высосали душу. — Значит... Я не смогу вернуться в рай? Я умру здесь? — ангел боялся услышать ответ на этот вопрос, ведь он тоже, как и люди, боялся смерти. Да, они были ангелами, но они тоже не знали, что произойдёт после их смерти. Самое очевидное и возможное: перерождение. Но на это нет гарантии, как и у людей. Попасть в рай или ад: это не выбор, это последствие наших действий. Каждое действие имеет последствие, как и в жизни, так и после него. Если ты вредишь другим, но это не возвращается к тебе обратно, не значит, что ты получишь ответа: ты как раз таи получишь его, только уже без шанса изменить что-либо. — Всё зависит от Хери. Если он перестанет избегать и сделает выбор, полезный для вас обеих, то всё будет хорошо. Но если же он, наоборот, не обращая внимания на своё самочувствие, решит остаться... — демон замолчал, пытаясь подобрать слова так, чтобы ангел после них не рыдал около котла, пугая обречённых. Хотя это его не волновало, их крики только нравились ему. — То, к сожалению, я ничем не смогу помочь. Кивнув, блондин молча вышел из помещения. Он понимал, что не всё в его руках. Он знал, какой будет выбор, ведь по словам Мин, Хери похож на него, значит он предпочтёт остаться там, где не был и не мог быть — в своих мечтах.

***

— Но почему? — шёпотом проговорил мальчик, боясь спугнуть демона и не получить ответ на главный вопрос. Сколько бы он не старался понять Хери, это становилось сложнее день за днём, тот закрывался, избегал всех, и даже не подошёл к отцу, когда он попросил передать детей позвать его, ведь не нашёл демона сам. — Наверное, ты не понимаешь... — голос брюнета дрогнул, от чего тот замолчал, пытаясь завладеть эмоциями и не показать свою слабую сторону ребёнку, которого нужно защищать, а не использовать как защиту, как это делают некоторые «родители». — Я ненавижу ад. Для тебя это, естественно, звучит странно, ведь я — демон, а значит котёл мой дом и я должен получать кайф от этого всего. Но это не так. Я не выбирал кем быть, но.. внутренний я уже выбрал. Рай стал для меня домом, не то что вторым, а настоящим. Я никогда не считал ад домом, всегда хотел уйти оттуда, и раз уж есть возможность побыть тут своё остальное время, то почему бы и нет. — Но как же Ёнбок... Хван опустил взгляд, не зная, что ответить. Последние несколько дней он закрылся от других, в попытках разобраться в себе и своём желании. В итоге он понял, что не может вернуться в ад. Он знал, что ни к чему хорошему это не приведёт, что из-за него пострадает ангел, не виноватый в чём-либо, но не мог поделать что-то с собой. — Наверное, вы ненавидите меня. — выдохнул он, игнорируя вопрос, разрывающий мозг из-за своей невозможности выбора. — Вы потеряли любимого ангела, играющего с вами, заботящегося о вас, и всё это из-за меня. Ну, как это из-за меня, из-за ошибки. Но каким боком я попал сюда — не понять. Есть только один демон, из-за которого, возможно, всё это и происходит. — он посмотрел на мальчика, сидящего рядом с ним, в глазах которых виднелись принятие, понятие и желание помочь. — Но я не уверен, что он мог так поступить, ведь были бы серьёзные наказания, а он этого не хочет. — Я понимаю. И нет, мы не ненавидим вас, по крайней мере я — нет. Да, я любил и всё ещё люблю дядю Ёнбока, но и вы тоже неплохой! — по-детски поддержал парнишка, даже не подозревая, насколько Хери нуждался в его словах. В раю у него не было близких людей, кроме детей. Но он не жаловался, оказаться в раю — уже радость и нужно быть благодарным. — Спасибо. Но всё же, я не могу нормально находиться тут. Каждый день в голове крутится лишь один вопрос, который убивает во мне всё живое и подавляет всякое желание существовать: сделал ли я правильный выбор? Ответа, к моему несчастью, ни я, ни кто-либо другой не смог дать. — Я не знаю, насколько мой ответ будет правильным и поймёте ли вы его, но скажу одно: если вы уверены в том, что не пожалеете о вещах, который произойдут вследствие вашего выбора, то вы сделали правильный выбор. Если же не уверены — советую подумать обо всём ещё раз. — мальчишка встал с места и слабо улыбнулся демону, пока тот махал ему руками, прощаясь, будто умирать уходит. — Мне попросит детей не шуметь? — Ты сам ребёнок, — тихо рассмеялся Хери, радуя парнишку. Тот был лишь рад помочь, но осознание, что он только что помог самому демону — по-детски возбуждало. Но дядя Хван не был похож на демона, скорее всего он был как усталый ангел, которому задали слишком много заданий, и теперь его переполняют отрицательные эмоции, которые стоит выплюнуть. — Не нужно стараться затыкать кого-то или себя, чтобы мне не мешало. Если хотите поиграть — играйте, не бойтесь издавать звуки, смеяться. Рай для меня как рай именно из-за всего этого. И если я найду силы, приду в себя, то поиграю с вами, хорошо? — тот кивнул и развернулся, уходя к остальным, рассказать об их разговоре. В целом, Хери не был против. Они же дети, к тому же, через минут двадцать всё забудут. Хван прикрыл глаза рукой, тяжело выдыхая. Он понимал, что избегать всё время не получится, к тому же, не стоит, ведь он ещё не знает, что произойдёт, какой след оставит его выбор. Но пока этот выбор делал его спокойным, счастливым и удовлетворял его — он был правильный. Но всё правильное заканчивается там, где начинаются правила. Ведь правила — это закон, которого все должны придерживаться и никому нет поблажек, только если ты не влиятельный.

***

      Мин сидел и ждал, когда же ангел вернётся. Когда он услышал шаги, испугался, что Ёнбок сможет возвращаться в ад, потому что не хотел оставаться один, хоть и Хери вернётся. Заметив, как недовольно вышел блондин из кабинета, демон понял — ничего хорошего не случилось. И увидев то, насколько ангел грустит из-за этого и всем телом желает вернуться, ему стало не по себе, он считал, что он плохой друг, раз уж хочет, чтобы Ёнбок не смог достичь свободы, к которой стремится. С одной стороны, он понимал, что так реагирует из-за страха и близости, ведь ангел многое узнал о красноволосос за эти дни. С другой стороны, он также понимал Ёнбока, ведь ад для него не просто помещение, которое он ненавидит, а место, где находится не по своей воле. Так ещё и приходится наблюдать над мучениями, которых не привык видеть или даже думать о них. — Что произошло? — выпалил он, как только блондин сел рядом с ним, даже не кинув взгляд в его сторону. Сначала демон испугался, что в кабинете блондину наговорили разных глупостей про него, или, может, обидели, напугали, но ничего такого быть не могло, ведь демон не имеет права причинить боль тому, кого даже трогать не может. Но Ёнбок выглядел таким злобным, недовольным, каким его Мин не видел, кажется, никогда. — Да ничего интересного, как и всегда. — зло протаротил он. — Просто ваш Господин решил, что мне не хватает своей головы, я не понимаю, что демон не хочет возвращаться и решил мне опять об этом напомнить. Спасибо, что-ли. — фыркнул тот, а Мину, наблюдающему за ним, пришлось прилагать все силы, чтобы не засмеяться. Ёнбок, скорее всего, дулся, а не злился, из-за чего выглядело мило и смешно одновременно. — Ладно, не злись. — погладил он по волосам, утешая. Блондин молча сверлил взглядом свои колени, так и не посмотрев на демона. Если честно, он устал. Не потому, что пахал день и ночь, хотя он этим и не занимался, а просто от людей. Правильно говорят, что окружение влияет на нас. Побывав здесь от силы неделю, он чувствовал, как ему становится всё хуже и хуже. Даже в раю, играя с детьми, работая каждый день, ему было намного лучше, чем сейчас. Он, несмотря на плохие новости, всё ещё надеялся, что сможет вернуться, чего бы то это не стоило. Сердце его всё ещё верило, пытаясь убедить в этом мозг, который уже давно строит сценарии о том, как ангел умирает, так и не попрощавшись с детьми и не насладившись своим существованием в рае до конца. — Ёнбок? — тихо прошептал демон, пытаясь не напугать ангела, находившегося в просторах своих мыслей. В последнее время он часто замечал, что блондин долгое время был тихим, молча сверля всё, что попадётся ему на глаза, и уходя в свой внутренний мир. Ангел поднял на него глаза, в которых больше не было того самого лучика света, исходящего в их первый день знакомства. Да, он всё ещё сиял, что отличало его от демонов, но взгляд медленно тух, что было видно даже невооружённым глазом. — Что для тебя «дом»? — Дом? Рай, конечно. — Нет, не тот, в который ты прописан, а дом, которого хочет твоё сердце. У каждого есть своё понятие дома, у меня, например, дом — это место, где ты можешь вытворять всякую хрень, но никто тебя не осудит, всем на тебя плевать. — улыбнулся Мин, радуясь, что поделился об этом хоть с кем-то, и плевать, что это ангел. И какая вообще разница, кто он? Единственная правда была лишь в том, что Ёнбок — самый близкий и единственный друг демона, которому он так открылся. Даже Хери, являющимся демоном, он столько не рассказывал. Тот знал больше, чем остальные демоны, но ангел, по ошибке попавший в ад знает больше, чем все они. И, возможно, даже больше самого Мина. — Я не думал об этом... Таким образом. — Ёнбок задумался, в попытках найти ответ на вопрос. Запах крови, жар огня мешало думать, так и наровясь напомнить, что он в аду. — Для меня дом — это место, где ты любим. Где ты можешь делать всё, что хочешь, и дом начнёт повторять за тобой, а не смеяться над твоим поведением. Это там, где тебя принимают таким, какой ты есть, будь ты уставшим, грубым или наивным. Где тобой не пользуются, а ставят в приоритет, оберегают. — на одном дыхании выпалил он, лишь бы высказать всё и не потерять предложения в других мыслях, плавно текущих по его голове, забирая с собой концентрацию. — Это когда те, кто должны были тебя защитить — защищают, а не наоборот, нападают. Надеюсь, я правильно понял и ответил, да? — с ноткой надежды спросил он, ведь за последние дни он будто отключался, становился глупым. Ему было тяжело понять даже базовые лёгкие вопросы, хоть он и прилагал все усилия, чтобы до него дошло, но ничего, к сожалению, не помогало. — Да, более чем правильно. — прочистил тот горло. — Ты ответил очень даже правдиво. Знаешь, это всё звучит как факт, а не как мнение, и я считаю, что это действительно так. Ты смог передать словами то, что другие не смогли. Блондин лишь слабо улыбнулся, понимая, что ему нужно домой. Ему хочется домой, но в этот раз кое-что изменилось — он хочет домой и всегда хотел домой, хоть и находился там.

***

"Ты абсолютно везде И абсолютно всегда Ты на земле и в воде Ты вся минута в годах"