Восход Красной Луны

      Латинский алфавит не был придуман одним человеком, а сформировался в результате постепенного развития и адаптации греческого письма, столетия совершенно разные люди вкладывали в буквы значения, необходимые для написания исторических трактатов и философских произведений. И Адам этих людей ненавидел.       Буквы уже начинали расплываться перед глазами, а голова склонялась всё ниже к деревянному столу в надежде хоть немного вздремнуть, но Адам не позволял себе расслабиться. Отложив очки в сторону, он устало потёр глаза и попытался нащупать кружку с недопитым кофе, в ответ послышался приглушённый удар. Адам вздохнул, какое счастье, что большинство посуды у него из алюминия, а вот ковёр придётся отнести в химчистку, так просто пятно от кофе не вывести, он проверял. Не став больше отвлекаться, Адам вновь нацепил очки, буквы всё так же издевательски смотрели на него со страниц древнего фолианта, выторгованного за баснословную сумму у какого-то британского коллекционера, чьё имя Адам даже не пытался запомнить.       — Что же вы задумали, сволочи? — Пробормотал он себе под нос, в тишине комнаты раздавалось лишь едва слышное тиканье часов и жужжание холодильника, даже соседи сверху сегодня были на удивление покладистыми, обойдясь лишь парочкой ёмких ругательств. Звук захлопнувшейся книги прозвучал достаточно громко, чтобы дремлющий на водоотливе кот подпрыгнул от неожиданности и зло зашипел. Убрав фолиант в сумку, Адам нашарил там же пачку сигарет и вышел на балкон, прохладный ночной воздух окутал его, и мысли слегка прояснились, стало понятно, что дальше так продолжаться не может, слишком много признаков указывали на приближение катастрофы. Горящий экран телефона на секунду ослепил его, невольно напоминая о продолжающейся бессоннице, однако найти нужный номер Адаму не составило бы труда и с закрытыми глазами.

***

      С расстояния этот дом заметить было сложно. Он стоял вдали от остальных построек, скрытый ветвями вечнозелёных деревьев. Жители села «Восход» давно шептались о его владельцах, выдумывая слухи, одно бредовее другого, провожая женщину с её ребёнком хмурыми взглядами, норовившими прожечь дыру на месте терпения матери.       Адам громко хлопнул калиткой, этот звук должен был привлечь чужое внимание и дать понять, что он не враг и, по крайней мере, не умеет или не хочет действовать скрытно, а значит, кроить его череп надвое пока не стоит. Двор был пуст, за исключением одинокого дерева, стоящего по правую сторону дома, к его массивной ветви были привязаны самодельные качели, продолжающие раскачиваться по инерции, будто с них недавно кто-то слез.       Адам аккуратно постучал в дверь, и та с громким скрипом отворилась. И уже это насторожило его, ведь для подобного дома такая беспечность несвойственна. Напряжённо вглядываясь в темноту коридора, Адам нащупал в кармане несколько порошков, убить не убьют, но при должном использовании оставят сильные ожоги. Стараясь как можно тише ступать по скрипучим половицам, он вошёл в коридор, лучи тусклого осеннего солнца с большой неохотой осветили помещение, Адам сощурился и едва не споткнулся о небрежно брошенные на пол ботинки, тихо сматерившись, в ответ он услышал приглушённое хихиканье откуда-то сверху. В этот момент дверь с грохотом захлопнулась, Адам моментально напрягся, медленно отступая назад, когда нечто холодное коснулось его шеи. Незаметная тень скользнула вниз и остановилась прямо перед ним, Адам сощурился, вглядываясь в темноту, оттуда на него смотрели две ярко горящие точки, существо подалось вперёд, издавая низкий рокочущий звук, несколько капель чёрной вязкой слюны упали на пол.       — Юра! — Послышался усталый вздох вперемешку с уже более громким смехом. — Твою ж мать!       Вытянутое существо тем временем начало приобретать человеческие черты, пропали острые когти и растянутая улыбка. Чудовище наконец предстало перед ним в своём привычном облике ребёнка.       — Вот скажи на милость, что это было? — Адам раздражённо отряхнул руки от порошка, ему даже представлять было страшно, что было бы, подожги он сына Ангелины или того хуже — её дом, он-то сам собой не восстановится. Юра тем временем только пожал плечами, на его лице не было видно ни грамма раскаяния, только удовлетворение от собственной глупой шутки.       — А зачем ты в чужой дом залезаешь без спросу? — Сказал он с явной издёвкой, словно не сидел во дворе целый час, раскачиваясь на самодельных качелях, жадно вслушиваясь в окружающие звуки, стараясь уловить шум приближающегося автомобиля. На это Адам мог только закатить глаза, мальчишке было уже четырнадцать, но вёл он себя всё ещё слишком по-детски, хотя сам колдун временами тоже не отличался «взрослым» поведением.       — Шутки в сторону, Юра. — Адам, проигнорировав протянутую руку, встал, оперевшись о стену, покрытую жёлтыми обоями. — Где Ангелина? Мы договорились о встрече, и я более чем уверен, что она всё это не одобрила бы. — Он показательно обвёл руками тёмный коридор.       — Её вызвали в школу, один придурок случайно пострадал. — Юра жестом пригласил колдуна пройти в гостиную. Адам насмешливо приподнял бровь.       — «Случайно пострадал»?       — Я не принимал истинную форму, если ты об этом. — Недовольно буркнул Юра, вспоминая перекошенное от злости лицо Феди. Если бы этот клинический идиот не решил подоставать Василису, то и не возился сейчас со сломанной рукой. За себя Девин ещё мог постоять, используя лишь человеческие методы, но вот за подругу придурку пришлось ответить сполна.

***

      В кружках уже дымился свежезаваренный чай, ни один визит дяди Адама в их дом не обходился без маленького чаепития, зачастую происходившего либо в гостиной, либо в небольшой беседке на заднем дворе их дома. Болтали всегда о разном: древних языках, неловких случаях и новых приёмах, которым успел обучиться Юра за прошедшее время, к этим визитам он готовился усердно, желая впечатлить не только Адама, но и свою мать, в последнее время, правда, контроль эмоций давался ему всё хуже, виной тому был возраст и характер.       На экране телевизора молодая женщина с очаровательной улыбкой озвучивал прогноз погоды, стараясь заверить зрителей в скором потеплении, даже несмотря на середину осени, и если раньше чужая болтовня на фоне помогала отвлечься и скрасить разговор обсуждением чего-то, помимо привычной рутины, сейчас голос ведущей наоборот давил. Прошло уже пятнадцать минут с прихода Адама в их дом, а он так до сих пор и не завёл привычного будничного разговора, да и вообще выглядел слишком нервным, даже невинная шутка названного племянника, кажется, действительно его напрягла.       Юра написал матери, чтобы она приезжала как можно быстрее, что-то явно было не так.

***

      Расположение дома Ангелина выбрала не случайно, в конце концов скелеты их семьи давно перебрались из шкафа в глубокий подвал и практически еженедельно пополнялись, а с появлением Юры так и вовсе были вынуждены залезать друг другу на головы в попытке не превратиться в труху. Нет, она не жалела о его рождении, но и не собиралась отрицать действительность, насколько сильно у её мальчика было развито чувство собственного достоинства, настолько же плохо он контролировал свои эмоции. Честное слово, иногда она проклинала гены Константина.       Ангелина заглушила мотор и прислушалась, одновременно проверяя зеркала заднего вида, привычка, вытренированная годами, которая позволяла заметить потенциального врага даже среди плотно прижатых друг к другу ветвей, прятаться в любом случае было бесполезно, недруг находился на их территории. Но пока всё было спокойно, хотя, учитывая сообщение Юры, вполне возможно, что скоро кто-то может заявиться сюда с далеко не безобидным разговором.

***

      Встретивший её одинокий звук телевизора вызвал мгновенную ассоциацию с недавним делом, в котором самый обыкновенный Душехлёб стал причиной гибели целой семьи, их всех: отца, мать и двух мальчиков-близнецов, нашли уже полностью окоченевшими, они сидели на старом диване и выцветшими глазами смотрели на сменяющиеся яркие картинки, спасти их уже было невозможно, а сбежавшую тварь пришлось выслеживать ещё две недели, прежде чем лишить её хоботка и способа питания соответственно. Помнится, эту разжиревшую особь она заперла где-то в подвале, запас чужой жизненной силы не давал ей умереть ещё месяц, но, чует Ангелина, тварь об этом очень сильно пожалела.       Напряжение в комнате всё ещё отказывалось спадать, однако чувство общей неловкости ушло на второй план. Ангелина коротко кивнула и уселась в кресло напротив Адама.       — Юра, ты можешь пойти в свою комнату. — Мальчик хотел было что-нибудь возразить, но холодный взгляд матери заставил его заткнуться и угрюмо поплестись в сторону лестницы. Когда дверь его комнаты нарочито громко захлопнулась, Ангелина раздражённо вздохнула, её терпение не вечно, и, видит бог, она пыталась вести себя как «нормальный» родитель, следуя советам школьного психолога, но Юра не обычный ребёнок, и подход к нему должен быть более жёстким, возможно, укуси или оставь он Фёдору парочку синяков во время драки, всё было бы не так плохо, но сломать руку тому, кто весит вдвое больше тебя, выглядит как минимум подозрительно, а переезд сейчас — слишком сложное и дорогое мероприятие.

***

      Ангелина ещё раз прошлась глазами по тексту и вернулась к фотографиям растерзанных тел. Трупы выглядели обезображено: абсолютно голые, с выколотыми глазами и множеством оккультных символов, вырезанных прямо на коже. Группа туристов, пропавшая в горах около недели назад, была обнаружена волонтёрами, спасти никого не удалось, трое были мертвы уже несколько дней, и ещё двоих, судя по остаткам, сожгли заживо.       — Пещера, в которой обнаружили тела, была довольно неприметной, так что, если бы не дотошность волонтёров, их бы никогда не нашли.       — Ясно. — Ангелина едва заметно коснулась правой щеки, проводя пальцами по огромному шраму, тянущемуся от уголка губ практически до самого уха. Это маленькое действие всегда её успокаивало, именно так Константин прикасался к жене, когда видел, что она не в порядке. — И ты уверен, что это связано с ритуальными убийствами в семнадцатом веке?       — Абсолютно. — Древний фолиант с полувыцветшими страницами приземлился на стол. — Это дневник одного салемского инквизитора, здесь он описывает практики изгнания дьявола из жертв, и вот, — Он указал на потёртые символы по краям страниц. — Они схожи с теми, что вырезали на телах туристов. Я перевёл часть текста, судя по всему, две одержимые женщины являлись представителями некоего культа Красной Луны.       — Красной Луны? Впервые слышу о таком.       — Потому-что его первое и единственное появление запечатлено только в этом фолианте. — Адам коснулся одной из страниц. — Этот культ появился абсолютно внезапно и также внезапно пропал, когда казнили тех двоих, подозреваю, что одна из них была лидером, поэтому без неё культ не смог жить дальше. Но знаешь, что интереснее всего?       Ангелина ничего не ответила, вопрос был явно риторическим, но драматическая пауза автоматически заставила её напрячься, словно нутром ощущая надвигающуюся угрозу, но не в силах понять, откуда она исходит.       — Казнь произошла при довольно интересном природном явлении, вот. — Он указал фрагмент на листке с переводом.       «И стоило лишь двум прислужницам дьявола взойти на эшафот, как небо тут же окрасилось в цвет крови, простой люд, стоявший на площади, зашёлся в крике, несколько женщин упало без чувств, мы же, слуги Господни, не переставая читали молитвы, чувствуя, как земля дрожит под нашими ногами, лишь после того, как головы проклятых упали с плеч, всё прекратилось…»       — Я навёл справки. — Адам начал нервно барабанить пальцем по столу. — Учёный Брайан Кэлхун исследовал этот феномен и пришёл к выводу, что это либо общее помешательство, либо какие-то незначительные изменения в атмосфере, совпавшие с землетрясением, но я руку на отсечение готов отдать, что это ни хрена не так. Этот культ явно не остановится на примитивных оргиях и жертвоприношениях, в новостных каналах уже начали говорить о зафиксированных подземных толчках, к тому же воздух стал чуть тяжелее, ты чувствуешь? — Адам демонстративно вдохнул. — Почти физически ощущается.       Ангелина никакой тяжести не ощущала, и новости давно привыкла воспринимать с долей скепсиса, однако всё вышесказанное стоило принять во внимание, землетрясение — это не шутка, независимо от того, кто или что его вызвало.       — Так ты хочешь сказать, они каким-то образом призывают эту самую Красную Луну?       — Мм, возможно, либо это невероятно редкий феномен, который толком не удавалось зафиксировать вплоть до семнадцатого века, но он, безусловно, связан с чем-то очень важным.       И очень опасным. Несказанное предложение повисло в воздухе, ощутимо оседая в лёгких. Ангелина потёрла переносицу, просто замечательно, мало ей было бунтующего сына и проснувшейся в окрестностях Кикиморы, теперь, вероятно, дело придётся иметь ещё и с культом. Но в первую очередь было необходимо отправить Адама спать, он уже выглядел так, будто готов уснуть прямо за столом.       — Давай вот что, ты сейчас ляжешь в гостиной и хорошенько выспишься, а я успею изучить материал, и после мы всё обсудим.

***

      Первое, что заметила Ангелина, поднявшись на второй этаж, это слегка приоткрытую дверь спальни сына, как и ожидалось, Юра не мог не подслушать разговор взрослых. Но пока что она решила это проигнорировать, сейчас важно разобраться непосредственно с материалами, а уже после объяснять сыну, почему он не может пойти спасать мир вместо посещения наискучнейших уроков литературы. Юра подождал несколько секунд и, лишь услышав звук закрывающейся двери в кабинет матери, схватил телефон, пальцы на автомате нашли нужный контакт, последнее сообщение в чате с Василисой было отправлено около часа назад, глупый смайлик с подмигивающим Майклом Майерсом, Юра быстро забарабанил пальцами по клавиатуре. Юрочка: надо поговорить, ты офигеешь!