Writober 2025

      Велест... Велест... Велест...       Сон резко оборвался, и любой, кто увидел бы как внезапно Салльвия открыла глаза, испугался бы столь быстрого и неожиданного пробуждения. Девушка обвела взглядом избушку и убедилась, что всё также одна. Оборотень до сих пор не вернулся, а старуху она сама сожгла ещё вчера. Впрочем, с почившей ведьмы сталось бы заявиться к ней и после смерти. Вот только шёпот, что она так отчётливо слышала во сне... вряд ли он принадлежал ведьме.       Сон обратно не шёл, и Салли решила выйти на улицу. Лес всегда помогал ей успокоиться, а после попадания к ведьме и вовсе стал верным другом. Иногда девушке даже казалось, что она его слышит и понимает. Могли тот шёпот принадлежать лесу? Если и мог, то Салльвия всё равно не знала что означает это «Велест».       Ночь встретила гостью холодным воздухом и изморозью на земле. Приближалась зима, и Салли уже могла сказать, что будет суровее всех прошлых зим, что она помнила.       Девушка успела сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, сильнее закутаться в шаль и с тоской посмотреть на заготовленные дрова, когда заметила его. Высокий, болезненно бледный мужчина стоял на небольшом расстоянии от избы и смотрел прямо на неё. Он буквально привалился к дереву и часто дышал. Тёмная одежда показалась Салльвии слишком лёгкой для этого времени года. Девушка чуть ли не кожей ощущала исходящую от него ауру чего-то мрачного и тёмного.       Какое-то время они молча стояли каждый на своём месте: незнакомец у дерева, Салли на небольшом крылечке дома. Всё это время девушка рассматривала его лицо. Едва ли он был сильно старше её брата. Прямой нос, миндалевидный разрез глаз, тонкие губы и удивительно яркие серые глаза. Салльвии даже казалось, что они будто светятся.       В какой-то момент незнакомец усмехнулся и тихим, хриплым голосом спросил у неё: — Ведьма, пустишь переночевать?       Девушка не ответила. Семь лет жизни внутри барьера в тёмном лесу среди тёмных тварей научили её не верить тому, что видишь. Вот только, кроме странной ауры она не ощущала от мужчины ничего, что могло бы указывать на его опасность для неё. Так и не дождавшись от неё ответа, незнакомец отнял руку от своего бока, который всё это время сжимал, и посмотрел на ладонь.       Именно в этот момент луна выглянула из-за туч и осветила для Салльвии тёмную кровь на бледной руке. И смесь злости и горькой насмешки над своим положением на лице незнакомца. Слабый ветерок принёс к ней и стальной запах всё той же крови.       И всё же человечность оказалась в ней сильнее чувства самосохранения. Несколько шагов навстречу к вне всякого сомнения опасному незнакомцу Салльвия сделала под его внимательным, заинтересованным взглядом. — Обопрись на меня.       Салльвия довела его до дома и усадила уже внутри на широкую лавку возле печи. Мужчина устало откинулся назад и прикрыл глаза. Девушка сделала быстрый пас рукой, зажигая магический светлячок над ним. В его свете незнакомец выглядел ещё хуже. Нахмурившись, Салльвия опустилась на одно колено рядом и задрала пропитанную кровью рубашку. Мужчина, зашипев, дёрнулся и посмотрел на неё гневно, но девушка встретила его взгляд ровно. — Я могу помочь. Сиди смирно. Знаешь ли в шкафу нет места для нового скелета и его потрохов.       Было не ясно пошутила ли она или сказала это серьёзно, но мужчина всё равно фыркнул и снова расслабился, отдаваясь на растерзание молодой ведьмы. Рана и потерянная кровь взяли своё, и его начало клонить в забытьё. В сознании удавалось удерживаться только из-за цветочного аромата, что исходил от девушки. Так пахло только в горах, а потому эта деталь особенно впилась в мозг. Он точно знал, что цветов, что источают этот запах в этом лесу нет.       Как только Салльвия увидела рану, она с искренним ужасом и удивлением посмотрела мужчине в лицо. Она видела такие раны. Люди с ними не выживают и уж точно не передвигаются на своих двоих. — У меня огромная жажда к жизни, — словно почувствовав её взгляд, тихо ответил мужчина, а Салльвия подумала, что кроме жажды к жизни, есть что-то ещё, что не давало ему так долго умереть.       Навязанный дар подсказал только один выход — девушка накрыла рану ладонями и тихо запела заклинание. Под пальцами засияло красным. Незнакомец наблюдал за ней полуприкрытыми глазами.       Потребовалось несколько минут, чтобы закончить заклинание, и то не принесло полного исцеления. Салльвия придирчиво оценила плод своего труда и решила, что угрозу жизни она убрала, а остальное можно мазями и настойками долечить.       Некоторое время спустя, когда оставшаяся рана была промыта, кровь с кожи оттерта и наложена полагающаяся повязка, Салльвия устало выпрямилась. Мужчина всё также вяло, но внимательно за ней наблюдал. Поймав его взгляд, девушка кивнула на его грудь и сказала: — Это снимай. За печкой есть постель. Поспать можешь там. Утром ещё раз осмотрю рану. — И не боишься непойми кого оставлять на ночь? — Ты обязан мне жизню. И, что-то мне подсказывает, что этот долг не даст тебе навредить мне. — Какая удивительно умная ведьма. Твою бы мудрость да предшественнице. Где она, к слову? — Дар сбросила и в иной мир ушла прошлой ночью, — Салльвия ответила неохотно и зло: она, хоть и приняла тёмный дар ведьмы, но так и не смирилась с отсутвием выбора для себя. — Почувствовала дрянь, что иду по её душу, — несмотря на злые слова, мужчина куда более миролюбиво вздохнул и покачиваясь поднялся. — Ладно, ведьма, на долго не задержусь.