О встрече с Большим Боссом.

— Я тебе ещё раз объясняю, Егор, если у тебя недостаток реагирующего вещества, ты сломаешь только одну пи-связь, но никак не две. Ты можешь мне сто и одно доказательство против найти, но ты не попрёшь против правил. — Вячеслав Романович, да как так-то? Серная кислота же ломает две сразу. — Егор, концентрированная серная кислота — сильная, она и меня сломает.       Начало второй четверти стремительно приближалось, ровно как и моя кончина, потому что рано или поздно одиннадцатый класс меня определённо доведёт. Славься святой карантин и дистанционные консультации с учениками в нашей обители знаний, иначе сейчас бы не чай с мятой, который распаковали наконец-то, глотал, а свои горькие слёзы и корвалол. Последний, к слову, заискивающе смотрел на меня с подоконника.       Беру в руки два карандаша с ручкой и тычу их прямо в веб-камеру, чтобы страдальцы мои хорошо их разглядели. — Егор, смотри, у тебя есть три связи, пишущие приборы, и кислота.       Пацан в левом верхнем углу конференции с умным видом кивает головой. Жаль, что умным был только вид.       Не поймите неправильно, Егор — умный малый, но доставать любит очень, я прекрасно знаю, что он спорит со мной потому что Катерина его горячо любимая эту тему не понимает, а меня спросить сама стесняется, поэтому он добровольно козлом отпущения становится. А я в их глазах, вероятно, просто козёл. — Вместе эти карандаши спокойно с кислотой тусуются, им здорово вместе. А потом мы повышаем концентрацию и происходит что? — Похмелье? — Распад одной, — самый верхний карандаш ломается без особого труда, его и карандашом то не назовёшь, так, огрызок. — пи-связи. — оставшиеся два бойца продолжаю держать перед вебкой и добавляю к ним ещё один — такой ломать жалко, он новый, но на что не пойдёшь ради объяснения материала. — а потом мы добавляем кислоту в избытке. И происходит что?       Не дожидаясь ответа, пытаюсь сломать разом комбинацию в своих руках, но получается слабо.       По глазам учеников родимых вижу, как их веселят мои тщетные попытки осуществить задуманное, но на то и расчёт — пусть хоть отдохнуть самую малость, мы тут уже чуть ли не час сидим, смех так-то жизнь продлевает. То-то Елагин неубиваемый такой. Кстати говоря!       Дверь в комнату тихонечко приоткрывается.       Повернув голову, чтобы взглянуть на вошедшего, киваю ему в немом вопросе зачем он пожаловал и метаю взгляд от двери к нему с намёком, чтобы сваливал.       Елагин с тарелкой нарезанных яблок меня напрочь игнорирует. Подходит, крадётся даже, к моему столу и аккуратно кладёт притащенное на стол. Главный добытчик в семье, че.       Я на него и не смотрел особо, всё равно знаю, что мешаться не будет — я так-то с его классом сейчас урок веду, ему не нужны лишние слухи, но это не значит, что он мог со спокойной душой стоять за экраном ноутбука и внимательно наблюдать за тем, как я пытаюсь разломать надвое его же карандаши.       Вижу как губа его верхняя дёргается и одним движением клавиши вырубаю микрофон. — Помощь нужна?       Хорошо быть гордым, сильным и независимым, но мне очень повезло, что я не такой. Киваю и, вновь включив микрофон, подтаскиваю чужие руки к веб-камере и с торжественностью в голосе сообщаю: — Технические неполадки. Ломай два этих по бокам.       Не говорит, видит, что иконка микрофона зелёным подсвечена, не совсем ещё раздолбай.       Осуществляет такую же как и я ранее попытку разломать карандаши, прямо сижу и вижу, как вены на его руках голубые от усердных стараний вздымаются, а дыхание моё как у школьницы замирает от этого. У меня такая же хуйня, когда руки напрягаются, но у товарища это выглядело завораживающе, а на моих пугало.       Так вот, пробует он совершить крайне варварский поступок.       И тоже полностью проёбывается в этом деле.       Не сказать, что я был удивлён. Спокойно забираю у него письменные принадлежности и с тоской сообщаю ученикам, что это мы с соседом слабаки, но в теории эти связи при избытке второго реагента должны разрушиться обе и завершаю урок, пообещав скинуть в чат с выпускниками видос, где всё же ломаю эти треклятые карандаши.       Упал на кровать и решил проспать до начала следующего столетия, потому что сил не осталось уже никаких.       Проснулся часом спустя с ошеломляющей головной болью и сексапильным мужиком рядом. Растормошил ему волосы, а то больно он собранный лежал, три урока провёл, видите ли, а я вот четыре и не жалуюсь. Хотя хотелось. Женя только улыбнулся и своими лапами меня обмотал. Мазохист. — Ты, кстати, знал, что у нас ученики уверены будто мы с тобой в ссоре? — говорит голосом грудным да хриплым — тоже задремал недавно небось. — Мозги мне не этого давай. Ты им почаще сделки связанные со мной предлагай, они и дальше будут в этом уверены. — Но я же им даже сказал, что приглашу тебя на свидание, если они хорошо напишут тест! — Женя, они старались как раз потому, что им было интересно как ты будешь унижаться, прошу тебя, спи.       Ещё немного и я привыкну называть его по имени, а не по фамилии, жесть. Надо отучаться от дурной привычки.       Оклемался когда старшеклассники упомянули меня в общем чате с вопросом где видео.       Решил в этот раз даже не пытать удачу и сразу отправился с набором карандашей и ручек к крайне доверенному лицу.       Трижды постучался, дверь открыли. Я передумал. — Витёк, блять, почему у тебя на столе якорь?       Витёк смерил меня презрительным взглядом, но в комнату пустил. Потребовал не задавать вопросов. Пришлось согласиться.       Усадил местного силача за стол, предварительно убрав якорь — нет, реально, где он его взял? — и поставил перед ним телефон с включённой камерой. Вручил карандаши, ручку и сказал, что он должен их сломать. — Красиво сломать? — уточнил. — Просто уже хоть как-то сломай, — раздалось с дверного проёма, на который никто из нас двоих не посмотрел.       Даже краем глаза было видно местного папарацци, снимающего исторический момент. После записи скажу его фантомным телезрителям, что прибегнул к такой уловке, потому что как я, так и он слабаки в восьмом колене. — Итак, один, два, три, — нажал на красненькую кнопку по центру и принялся озвучивать материал с видеоурока. — При избытке реагента у нас произойдёт разрыв, ломай, — глянул на то, как округлились витьковские глаза и решил, что в этом доме надежды не было ни на кого, но уже совсем скоро карандаши всё же разломались. Жентос в дверях не смог сдержать смешка. — сразу двух пи-связей. Надеюсь в следующий раз, Егор, ты напишешь на 90, а не на 86!       Выключил запись, похлопал Витька по плечу и за руку увёл своего благоверного из логова врага с фетишем на морскую атрибутику, который громко вопрошал что сейчас произошло. Никто ему не ответил, больно надо.       Николай Валерианович наблюдал за нашими передвижениями по комнатам с немым вопросом, но говорить ничего не стал. Решил, что так дело не пойдёт, сменил курс с Жениной комнаты на серый гостиничный диван рядом с креслом главы семейства. — Ни на кого надежды нет в этом доме! Даже карандаши сломать не в силах, вы их совсем не кормите, да!       Следующий час провёл, слушая про тяжёлое детство детей в семье Елагиных, которые с отцом, долгие годы отдавшим боевым искусствам, выросли бестолочами, неспособными себя защитить. Сказал, что младший, так-то, с гопотой общажной постоянно цапался и в баскетбол играл, НиклайВлрнч не поверил. И поделом Жене!

***

      В семейную атмосферу я влился как влитой. После проверки пробников засел на кухне с Еленой Павловной за просмотром очередного сериала про ментов, грыз семечки и слушал городские сплетни, изредка переключаясь на телевизионный сюжет. — Да вы что? — говорю. — прям взяла и отказала? Пять лет встречались? Во дела! — Я и говорю тебе, Славочка! — восклицает женщина, стряхивая шелуху со стола в целлофановый пакетик. — Ладно бы они так, куролесили, но так любовь же бы… Женя, ты чего-то хотел?       Оборачиваюсь, чтобы увидеть лицо своего паренька, так и застывшего на пороге кухни с телефоном в руке. — Ты зачем пришёл? — Я тебя тоже люблю, Слав. - и отправляет мне воздушный поцелуй.       Елена Павловна смеётся, на лицо моё вмиг покрасневшее глядя, а мне ни капли не до смеху! Давно я уже смирился с его вбросами ежесекундными, но публичные проявления эмоций заставляли меня хотеть выйти в окно на постоянной основе.       Чёрт этот атмосферу гнетущую, исходящую от меня, не чует и садится на стул рядом, положив голову мне на плечо. Вот пусть он так лежит и молчит, прошу его просто, умоляю. — У меня ребята в беседе класса с ума сошли, сказали, что ты им видео про какие-то связи кидал и они меня на фоне расслышали, — киваю, потому что такое было, я прекрасно помню как он над братом своим ухахатывался, хотя того и вовсе запрягли, потому что мы двое в этой квартире отвечаем за красоту, а не силу. Вернее, я — за красоту, а он — за её поддержание. — Потом Лёша скинул скрин с видеоурока твоего, где мой свитер немного видно. — Ты разве заходил в комнату? — Вот и я этого не понял! Может, я за зарядкой забегал, не помнишь? — Это когда я звук выключил, потому что ты как смерч влетел, сказал «да я по бырому, спасибо, бро» перерыл весь стол и убежал? — Возможно. — Действительно, как тебя можно было там разглядеть?! Ума не приложу! Не удивляйся, бро, у нас, братух, такое в порядке вещей. Брат за брата за основу взято. — Да я что, знал, что ты микрофон выключишь? Не мог я тебя любимым назвать при своём же классе впрямь. — Не переживай, брателло, Большой Брат всё понимает.       Литераторская матерь смотрела на наши брачные перебранки с широченной улыбкой, всеми силами держась, чтобы не расхохотаться, но не вмешивалась, только слушала. То ли чадо её так умиляет, мамино ж он золотце, то ли не нарадуется с того, какие мы тупые и ребячливые на третьем десятке жизни. — Я вообще-то хотел спросить, ты не против, если я им скину фотки из универа? Те, которые у меня в вк ещё были где-то внизу.       Вообще-то это было наиболее глупым сюжетным поворотом в истории наших школьных взаимоотношений: никто из нас, по сути, и не скрывал того, что мы учились вместе и даже общались, у нас обоих куча общих фотографий во всех социальных сетях, у Елагина особенно, я не особо любитель лицом светить, но за годы совместной работы любопытных детективов, откопавших такую ценную информацию о нас, можно было по пальцам пересчитать. Большинство учеников были полностью убеждены в том, что у нас вражда и мы периодически упоминаем друг друга, чтобы только больше подпортить жизнь. Женя искренне считал наше поведение флиртом. Я был с ним согласен. Директор, кстати, тоже. — Кидай, — отвечаю, потянувшись за очередной семечкой, стараясь меньше двигаться, чтобы чужую голову с себя не свалить. — всё равно выкладывал же. Твой класс, что ты меня спрашиваешь вообще? — А в отношениях, Слава, главное — уметь слышать свою вторую половинку, — произносит Елена Павловна ласково, отвлекшись от телевизора и новостей окончательно, всё внимание на нашу драму переместив. Как от нас пользы много — за нашим клоунизмом наблюдать интереснее чем за расследованием преступлений. — Слышал, Женя? — начинаю я, прежде чем Елагин успеет вставить что-то своё. — Это значит, что пора прекратить пихать мне твой треклятый кофе. Восьмой год пошёл, Елена Павловна, восьмой!

***

Подслушано: школа 67 анон директор такой жестокий, нагрузил вячеслава романовича и евгения николаевича так, что им пришлось терпеть друг друга и работать из одного места ( Лайков: 120 Комментариев: 433 Переслано: 18 Подслушано: школа 67 Анон 11В сказали, что Евгений Николаевич и Вячеслав Романович дружили в универе, не наговаривайте на них. Лайков: 3 Комментариев: 12 Переслано: 3 Подслушано: школа 67 жаль вячеслава романовича, не может время с женой провести из-за переработок. Василий Перестянов Лайков: 69 Комментарией: 147 Переслано: 14 Последний комментарий: ОН ЖЕНАТ?       О существовании школьной подслушки я вспомнил когда мне вечером позвонил директор и плачущим голосом известил, что он здесь не при чём.       Хороший мужик, зря на него наговаривают. Если ещё перестанет представать перед учениками грозным типом и начнёт таскать им конфеты, как с нами в учительской делает, то цены ему не будет. Пришлось провести вечер пятницы за попытками убедить его в том, что всё в порядке, никто нас насильно не связывал и мы сами друг к другу прилипли. Для пущей убедительности скинул ему фотку, где сидим вместе чаи гоняем, он успокоился, пожелал совет да любовь и заблокировал меня до конца каникул. Ну спасибо!       О да, возвращение рабочей суеты. Уже скоро придётся уезжать.