Это по любви

***

      В чем главное отличие самого обычного среднестатистического офисного работника от такого же среднестатистического офисного работника, но Иного?       “В том, что не-Иным начальники во сне не являются. Если только в кошмарах.” — Первым делом мрачно подумал Антон, с трудом открывая глаза и пытаясь найти рукой противно звенящий будильник. Неделя выдалась сложная, тяжелая, и Пресветлый, ссылаясь на острую нехватку времени, с поражающей регулярностью захаживал к нему во сны и раздавал там указания. Причем, судя по невыспавшимся и злым рожам Светлых коллег, такой чести удостаивался не один Антон.       Сегодня Гесер опять — уже в третий раз за неделю! А ведь сегодня только среда — провел “сонную планерку” и закончил словами “всех жду в офисе” аккурат за пять минут до Антонова будильника. А в оставшиеся пять минут снилась какая-то чепуха про Сумрак, говорящих пауков и, почему-то, Завулона.       Вот и проснулся маг второго уровня, Светлый Иной Антон Городецкий жутко невыспавшимся. И жутко злым.       И то, что любимый начальник вместо приветствия с порога отправил его прямиком в офис Темных передать какую-то очень срочную и очень бесполезную бумажку лично Завулону в когтистые лапы, повышению настроения отнюдь не способствовало.       — ...Еще раз, Антон. Конверт отдаешь Завулону. Не его ведьмочкам-секретаршам, а самому Завулону. Понял?       — Понял. — Пробурчал Антон, который большую часть Гесерова наказа пропустил мимо ушей. В последние дни Гесера в его жизни было настолько много, что его монологи уже воспринимались нечленораздельным монотонным гулом, вечно зудящим в мозгу. Гесер во сне, Гесер в реальности — а отдыхать-то когда?!       — За час обернешься, думаю. Вернешься в офис — еще парочку заданий дам. — Гесер хлопнул в ладоши. Антон мысленно взвыл. Вслух ничего не сказал — так, обреченно кивнул, покоряясь судьбе. Ну а как еще? Тут попробуй не покорись...

***

             С боем прорвавшись мимо оборотней в дежурке Дневного (— Светлых приказано не пускать! — Так я к Завулону! — Так Светлый же!), Антон, чувствующий себя так, будто спорил не с вурдалаками, а с вампирами, которые высосали из него всю душу, еле-еле добрался до кабинета шефа московских Темных.       — Кого я вижу! — Радостно оскалился Завулон, как только Городецкий приоткрыл тяжелую дубовую дверь. — Мой любимый Городецкий! Что же тебя заставило явиться в нашу обитель зла?       — У меня конверт от Гесера. Приказано передать лично в руки. — Тихо проворчал Антон. Сил на взаимный традиционный обмен колкостями не было.       Завулон поднял заинтересованный взгляд на Антона.       — Вот как... А Пресветлый не говорил, что внутри?       — Российская бюрократия, бессмысленная и беспощадная. Больше ничего не знаю. Допуск стоит только на тебя, так что я его не вскрывал. Да и не хочется особо.       — Давай сюда. В течение дня ознакомлюсь. — Темный чуть ли не рывком забрал конверт из рук Городецкого и небрежно кинул на стол, где он тут же затерялся среди вороха остальных бумаг. Да-а, похоже, в бюрократии тонет не только Ночной Дозор... — Слушай, Городецкий...       Уже почти было задремавший Антон тут же встрепенулся.       — А?       — А ты чего сонный такой? Не высыпаешься? Совсем Пресветлый, — Завулон издал короткий смешок, — дежурствами замучал?       — Да если бы дежурствами... — Нехотя пробормотал Антон. Обсуждать дела Ночного Дозора с главой противоборствующей организации казалось не очень правильным.       — Выглядишь так, будто он тебе не дает покоя ни днем, ни ночью. На протяжении как минимум месяца.       Нервное хихиканье как будто само собой вырвалось изо рта Антона. Завулон, сам того не зная, попал точно в цель.       — Да ладно, я угадал? — Изумленно протянул Всетемнейший. — Надо же... Я думал, что оргии — прерогатива моих подшефных...       Антон потер переносицу, отчаянно пытаясь понять, о чем вообще речь. Какие, к чертям собачьим, оргии?!       Завулона такое отсутствие реакции мягко говоря, удивило. Он-то думал, что сейчас Антон начнет отнекиваться, ругаться, спорить — в общем, будет вести себя, как обычно, — а он стоит и молчит. И переносицу трет.       Он вздохнул.       — Ладно, допустим, не оргии. После оргий люди обычно довольные ходят, а у тебя такое лицо, будто ты на похороны любимого дедушки пришел. Что у вас там в Ночном творится...       — Гесер по ночам планерки проводит. Во сне каждый день является. — Неожиданно вырвалось у Антона. Он тут же прикусил язык — вот до чего недосып доводит!       — Во сне? М-да... А еще меня тираном зовет... — Сочувственно пробормотал Завулон. — Знаешь что, Городецкий? Мне тебя жалко. Вот чисто как сотрудника, хоть и не моего. Давай я тебе защиту поставлю, а? Временную. Хоть выспишься немного. А то против тебя такого какие-то козни строить аж скучно становится. С Гесером разберусь сам.       Антон недоверчиво взглянул на Темного, но тот, кажется, был абсолютно серьезен. Ну, в целом... Если и правда готов помочь...       — Темные никогда ничего не делают просто так. Условия?       — Будешь должен кое-что. Ничего такого, что как-то навредит Ночному Дозору, просто между нами. Могу Тьмой поклясться.       — Клянись. — Кивнул Антон. Темным веры нет, Завулону — особенно.       На ладони Завулона миниатюрным черным огоньком взвилась Тьма.       — Именем Тьмы клянусь, что за воздействие шестого уровня в отношении работника Ночного Дозора города Москвы, Светлого Иного, мага второго уровня Городецкого Антона Сергеевича, целью которого не является нанесение вышеупомянутому Иному вреда, не собираюсь просить взамен что-то, что способно нанести вред Ночному Дозору города Москвы или кому-либо из его сотрудников.       Тьма свернулась в шарик и исчезла. Клятва принесена.       — Устроит?       — Устроит. Только с Гесером сам...       — Да-да, знаю. Сам буду объясняться. Разрешишь приступить?       Антон вздохнул и снял защиту. Пусть делает, что хочет...       Через десять минут он уже выходил из офиса Дневного Дозора. Спать больше не хотелось — Завулон прицепил к защите какое-то бодрящее заклинание, рассчитанное на весь день. А еще угостил кофе.       

***

      Эту ночь Антон проспал крепко, без сновидений и Гесеровых планерок. По обычному телефону шеф тоже не донимал — видимо, Завулон сдержал свое слово и о чем-то там договорился. И от Темных, в конце концов, бывает польза...       Явившись в офис в приподнятом настроении, Городецкий обнаружил конверт на свое имя без отправителя. «Надеюсь, сегодня ты бодрее, чем вчера. А потому жду тебя вечером у входа в ресторан "Седьмое небо". Будешь долг отдавать...»