С первого глотка

Удивительно, но с затянувшимся отчётом им удалось разделаться этой же ночью. Не то дело было в приливе сил после случившейся близости — Джейсу тогда казалось, что он с лёгкостью может сворачивать горы, — не то в неожиданно пришедшей Виктору на ум идее, но результат оставался впечатляющим: под утро все бумаги были готовы и аккуратной стопочкой лежали на столе, дожидаясь отправки на экспертную оценку Совета. Виктор предложил проводить его до дома, пока не взошло солнце, но никаких сил куда-то идти не осталось, так что Джейс, немного поныв на отсутствие зубной пасты, завалился спать прямо на полюбившийся за последние будни диван. Виктор понимающе заулыбался, поцеловал его в растрёпанную макушку и даже полежал немного с ним рядом, но после ушёл. Впрочем, Джейс толком и не заметил — двигался Виктор бесшумно. Джейс проснулся ближе к полудню, выспавшийся, но с ужасным сушняком. Пробежавшись глазами по помещению, он сразу отметил полную бутылку воды и нечто, для лаборатории совершенно не характерное. Вскочив на ноги, он метнулся к своему рабочему столу. Непочатый тюбик зубной пасты и новая щётка стояли рядом с аккуратно сложенным листком чертёжной бумаги. Миновав заботливо купленные предметы гигиены, Джейс первым делом потянулся к листку, который оказался запиской. В начале не было ни приветствия, ни какого-либо обращения. Зато дальше начинались ровные мелкие строки. Этот почерк Джейс бы не спутал ни с чем. «Мне хотелось поблагодарить тебя за этот вечер, но ты спал, так что пришлось воспользоваться бумагой. Спасибо. Свидание было отличным. Полагаю, теперь моя очередь организовывать. Встретимся в десять у главного входа в северное крыло. Щётка и паста новые, пользуйся». В самом низу листа с краю без лишних слов вроде «люблю», «целую» или просто «твой», одно из которых непременно приписал бы на месте партнёра сам Джейс, было начертано небольшое лаконичное: «В». Джейс пару раз медленно хлопнул ресницами. Он ведь правильно понял содержание, да? Спешно пробежавшись глазами по ровным строчкам ещё трижды, он прижал записку к груди и едва не подпрыгнул от радости. Это вне всяких сомнений было приглашение. Довольно формальное, но всё же приглашение. На свидание. Их второе свидание! Не прошло и дня, а у них на носу уже <i>второе свидание</i>! Не помня себя от радости, Джейс плюнул на оставленные отчёты — передать их можно будет завтра, а то и позже — и побежал домой, собираться. Впрочем, ему пришлось вернуться, не достигнув выхода из Академии: подаренный Виктором комплект из пасты и щётки не мог остаться без присмотра. К выбору костюма для столь важного события, как второе свидание, Джейс подошёл со всей тщательностью. Он продумал всё до единой мелочи. Удобные: «Может Виктор внезапно решит позвать на долгую прогулку», но модные: «А если прогулка будет в какое-нибудь специфическое заведение?» — туфли. Элегантный: «Красота — залог успеха», и тёплый: «А что, если Виктор замёрзнет?» — пиджак. Стойкая укладка: «Вдруг будет ветрено или дождливо?» — и гладко выбритое лицо: «Сколько можно появляться перед своим мужчиной с этой щетиной!». Вдоволь накрутившись перед зеркалом, Джейс направился обратно, в Академию. На оговорённое место он прибыл на полчаса раньше. Как ни странно, Виктор уже был там — стоял, прислонившись к стене, и перебирал что-то в пальцах. Завидев Джейса, он помахал свободной рукой, а вещицу — нечто смутно похожее на маленький свёрток — спрятал в карман, прежде чем Джейс успел рассмотреть. Джейс радостно помахал в ответ и поспешил к партнёру. Краткое, но ёмкое: «Как ты?» — прозвучало одновременно, и они рассмеялись. Виктор ласково тронул его пальцы своими. Джейс крепко сжал прохладную ладонь. Теперь они стояли и улыбались молча, давая другому начать диалог. Они опять раскрыли рты одновременно, но Виктор оказался быстрее: — Отдохнул? — спросил он с озорными прищуром. — Ага, а ты? — Джейс мотнул головой, поняв, что сболтнул глупость: в отдыхе в классическом понимании Виктор не нуждался. — В смысле, как твой день? — Я тоже отдыхал. На самом деле мне иногда нужен сон. Только днём, — пожал плечами Виктор. — И немного… иначе. Что-то вроде перезагрузки всех систем посредством глубокого стазиса. — Ох, я и не знал, — протянул Джейс, заинтересованный и обескураженный в равной степени. Интересно, а спросить разрешения понаблюдать за «сном» Виктора будет уже слишком?.. — С чего бы? — фыркнул Виктор. — В вампирских романах о таком не пишут. Идём? — он потянул Джейса за собой. Решив отложить сомнительный вопрос на потом, Джейс двинулся следом. Вопреки ожиданиям, Виктор повёл его прочь от главного входа, и вскоре они оказались у неприметной маленькой двери, о существовании которой Джейс и не подозревал до сегодняшнего дня. Виктор отпустил его ладонь, обеими руками взялся за служащую задвижкой перекладину и, поддев дверь плечом, толкнул. Та поддалась. — Чёрный ход, — пояснил Виктор. — Да сегодня прямо день открытий, — присвистнул Джейс, глядя на ведущую вверх винтовую лестницу. Виктор щёлкнул какими-то переключателями на стене, и узкое помещение озарилось тусклым светом. Джейс присвистнул снова: лестница оказалась гораздо выше, чем ему показалось в темноте. — А ведь это только начало, — шепнул Виктор сбоку, подогревая любопытство. — Я пойду первым. Смотри под ноги. Поймать тебя, обратившись туманом, у меня вряд ли получится. — А я тебя с удовольствием поймаю. — Знаю. Потому и предложил идти позади, — хмыкнул Виктор и, постукивая тростью, начал подниматься. На практике лестница оказалась ещё выше, чем можно было предположить: по ощущениям они миновали этажей десять, не меньше, достигнув самой высокой точки Академии, но продолжали идти, хотя, казалось, дальше было уже просто некуда. На одном из лестничных пролётов Виктор вдруг остановился, загремел внушительного вида связкой ключей, щёлкнул замком, толкнул неприметную дверь и кивнул ему, пропуская. Джейс намёк понял и вышел первым. Виктор действительно привёл его на одну из крыш Академии, и сначала огни ночного города ослепили насыщенностью и многообразием. Пообвыкнув, Джейс задрал голову вверх. Кажется, звёзды ещё никогда не сияли так ярко. — Ва-а-ау, — протянул он, спешно оглядываясь по сторонам в попытке поймать взглядом все кусочки неба разом. — Я и не знал, что у нас такое есть. Ну, в смысле, что здесь может быть так красиво. — Вы, пилтоверцы, в принципе немногое замечаете, — по-доброму усмехнулся откуда-то сбоку Виктор. — А ты как нашёл, — Джейс запнулся, не зная, как описать и несчётное множество звёзд на небосводе, и грандиозную панораму города, так что просто повёл рукой вокруг, широким жестом пытаясь охватить всё вокруг, — ну, вот это? — Удачное стечение обстоятельств, немного хитрости и профессорская связка ключей, — Виктор улыбнулся краем рта. — Я иногда приходил сюда, чтобы проветрить мысли. Это было чем-то вроде личного убежища: город и небо здесь как на ладони, и у тебя как будто появляется возможность побыть наедине с собой и в обоих местах одновременно. — Ох, Вик, — подскочив к партнёру, Джейс взял его за руки и ласково поцеловал в обе ладони по очереди. — Спасибо, что поделился. Виктор улыбнулся в ответ и сжал его пальцы. — Всё ещё думаешь, что это я из нас двоих больший романтик? — не удержался Джейс. Виктор фыркнул. — Уверен. Однако сегодня я постараюсь посоревноваться с тобой за это звание, — высвободив ладони, Виктор закусил губу и стрельнул в него озорным взглядом. — Дай мне пару минут. Джейс послушно отстранился, а Виктор скрылся в тени. «Пара минут» ожидания тянулась дольше, чем можно было представить, и всё это время вместо того, чтобы любоваться звёздным небом или прекрасной панорамой, Джейс упорно вглядывался во тьму, стараясь усмотреть фигуру партнёра. Бестолку — сперва ему был заметен лишь неровный силуэт, а после и тот скрылся из вида. Когда он уже собрался окликнуть Виктора, в тишине крыши вдруг раздалась музыка. Негромкая и медленная, что-то вроде нежного инструментального блюза, она исходила оттуда, из тьмы. Джейс шагнул на звуки. Стоило пройти несколько метров через темноту, как из-за угла забрезжил приглушённый свет. Джейс зашагал увереннее. Открывшаяся на этой стороне городская панорама была такой же яркой, как и звёздная россыпь, но вид оказался другим: первым бросался в глаза длинный мост, соединяющий верхний город с нижним. С высоты Академии он казался игрушечным. Сам же Заун был едва различим на контрасте с огнями Пилтовера. — Уже не так помпезно, да? — раздался голос Виктора из-за спины. Джейс едва удержался, чтобы не подпрыгнуть на месте, и обернулся к партнёру. Тот стоял в тени, прислонившись к стене, и смотрел вдаль, за мост Прогресса. — Нет, красиво, — осторожно возразил Джейс и поднял глаза к небу. — И звёзды здесь как будто ярче. — Из-за света, — пояснил Виктор. — С этой стороны меньше огней. Какое-то время они просто молчали: Виктор — смотря за реку Пилт, Джейс — на сияющий рисунок созвездий. Мелодия сменилась другой, более тягучей, немного грустной, и Джейс перевёл взгляд на партнёра. Тот будто почувствовал и посмотрел в ответ. — Ты позволишь? — спросил Виктор на грани слышимости одними губами и протянул руку раскрытой ладонью вверх. Джейс не понял, хотел переспросить, но такое же тихое: «Конечно», уже сорвалось с губ. Виктор оказался рядом одним широким шагом. Трость осталась стоять прислонённой к стене. Брови растерянно поползли вверх, когда правая рука партнёра легла ему чуть ниже лопаток, притянув ближе, а левая — сжала его подрагивающие от внезапного волнения пальцы. Джейс понял, что происходит, лишь после того, как неосознанно устроил свободную руку на худом плече, а Виктор вдруг сделал первый плавный шаг. Танец. Виктор пригласил его на танец. Ох, Жанна. Волнение взыграло пуще прежнего, и Джейс, испытывая нечто среднее между неловкостью и восторгом от происходящего, двинулся следом, позволяя партнёру вести. Он не танцевал давно. Не танцевал в ведомой роли вообще. Да и в целом был не лучшим танцором. А что, если он по неуклюжести или от волнения наступит Виктору на ногу или, ещё хуже, запнётся о собственную и послужит причиной их падения? Что, если оступится или не попадёт в такт? А если Виктору не понравится его запах? Джейс собирался на это свидание очень старательно, но только сейчас вдруг вспомнил, что забыл главное — парфюм! Он не хотел, так боялся опозориться перед Виктором в их первый танец. — Джейс, — вырвал из самотерзаний вкрадчивый шёпот у самого уха. — А? — Ни о чём не волнуйся. Всё замечательно, — произнёс Виктор с тёплой улыбкой. Его рука спустилась чуть ниже, обнимая поясницу, а губы опалили гладко выбритый подбородок. — Ты отлично справляешься. Джейс издал шумный полустон, когда губы Виктора поймали его, даря неспешный, почти ленивый поцелуй, и сжал плечо сильнее. Как ни странно, простые слова помогли: скованность не исчезла, но поубавилась, уступив место волнительному интересу. Виктор будто почувствовал — улыбнулся чуть шире, сжал талию плотнее и в танце потянул на себя, выводя Джейса к центру крыши. Огни ночного города и звёзд закружились вместе с ними, поддаваясь волшебству блюза. Мелодия сменилась другой — более дерзкой, ритмичной. Джейс сделал глубокий вдох у каштановой макушки, вдыхая аромат волос партнёра. Виктор пах замечательно. О чём Джейс искренне и сообщил, прижимаясь теснее и двигаясь в такт музыке. Виктор низко рассмеялся в ответ, повёл носом у его шеи и осчастливил ответным признанием. — Но я забыл воспользоваться одеколоном, — попытался возразить Джейс, скользя ладонью по тонкому предплечью. — Поверь, я заметил, — едва ли не мурлыкнул Виктор в ответ и снова потёрся лицом. — И так гораздо лучше. — Правда? Виктор одарил его коварным взглядом, а затем вдруг прижался близко-близко, устроил обе кисти на плечах и, приподнявшись на носочки, горячо зашептал в самые губы: — Да, Джейс, это правда, — Виктор плавно, не отступая от ритма, повёл тазом. По бедру проехалось возбуждением. — Меня ведёт от аромата твоего тела. Они танцевали друг у друга в объятиях до полуночи. Мелодии менялись одна за другой, задавая тон их танцу. У Виктора прекрасно получалось вести, несмотря на больную ногу — казалось, будто музыка его исцеляла, позволяя временно позабыть и о трости, и о каких бы то ни было ограничениях. Джейсу, в свою очередь, внезапно понравилось чувствовать себя ведомым и просто кружиться в ласковых прохладных руках, забыв обо всех былых тревогах. Они остановились неожиданно, когда Виктор резко потянул его обеими руками на себя. Джейс чуть не завалился партнёру на грудь и растерянно приподнял брови. Виктор сощурился и взглядом указал куда-то за спину. Из глотки вырвалось нечто среднее между восторженным вздохом и испуганным возгласом: Джейс и не заметил, как они подобрались к самому краю крыши. — Прости, — шепнул он, во все глаза всматриваясь вниз, за небольшой порожек, отделяющий их от края. Было неописуемо красиво. И чертовски высоко. — Ничего вокруг не замечаю рядом с тобой, — признался он виновато, переводя взгляд на Виктора. Тот довольно улыбнулся, ответил таким же тихим: «Всё в порядке», и, подцепив за подбородок, потянул на себя для поцелуя. Вышло мокро, развязно и глубоко. Виктор буквально вылизывал его рот изнутри, будто пытаясь добраться до самых гланд, покусывал губы и несколько раз даже прихватил язык. Джейс коротко охнул, когда они столкнулись зубами, и край десны оцарапало удлинившимся резцом. — Я случайно, прости, — выдохнул Виктор прямо в рот и подался обратно, но Джейс не пустил. — Хочу тебя, — прошептал Джейс у влажных губ и поцеловал снова, намеренно открывая рот шире, чтобы у партнёра появилась возможность добраться до ранки. Его приглашение приняли с воодушевлённым шипением. Джейс уже научился различать оттенки издаваемых Виктором звуков — разные варианты шипения, рыка или гортанного, близкого к кошачьему, мурчания могли означать множество оттенков эмоций в зависимости от интонаций, тембра и длительности звучания. Виктор оторвался от настойчивого вылизывания кровоточащей десны сразу, как только Джейс выдал болезненный стон. А затем принялся нежно, благодарно целовать его снова, больше не совершая попыток проникнуть в рот. — Я тоже, — прошептал Виктор между поцелуями. — Тоже тебя хочу. — К тебе или ко мне? — спросил Джейс, улыбаясь от уха до уха. — Ко мне, — уже как-то привычно ответил Виктор, целуя под челюстью. — Теперь это точно звучит неприлично, — хихикнул-таки Джейс, не удержавшись. Виктор внезапно заговорщически хихикнул в ответ, ещё раз припал к его губам, крадя быстрый поцелуй, и отстранился: — Погоди, только захвачу кое-что. — Я помогу? — Джейс двинулся следом. — Можешь взять вот это, — в руки впихнули внушительную корзину, прикрытую сверху плотной тканью. Любопытные руки сразу потянулись проверять содержимое, но Джейс одёрнул себя и подняв взгляд на Виктора, спросил? — А что там? — Наш предполагаемый ужин. — Ох, Вик, прости, я не знал. Мы можем остаться поужинать, как ты и планировал? — Я хочу <i>тебя</i>. Тебя, а не ужин, — улыбнулся Виктор, упаковывая в сумку небольшой магнитофон — источник их сегодняшнего блюза. — А шутить про то, что я и ужин — понятия совместимые, можно? Виктор не ответил, но посмотрел так — хищно, предвкушающе — что стало понятно: грань между шуткой и делом тоньше, чем кажется. В квартирку Виктора они ввалились, смеясь и целуясь, как подростки. Острые зубы несколько раз слегка оцарапали губы, подбородок и даже за ухом, но Джейсу было глубоко наплевать: Виктор плавился в его руках, низко постанывая, цеплялся до боли и был весь его, без остатка. — Сейчас, — шепнул Виктор ему в губы, слепо шарясь по стене за спиной. — Я сейчас, — повторил он. И зачем-то — «Чёрт побери, зачем?» — отвернулся. Виктор успел чем-то щёлкнуть прежде, чем Джейс привалился сзади всем своим весом, вдавил собой в стену. На то, как комнату залил мягкий свет заменённых лампочек, Джейс толком не обратил внимания. — Что, так не терпится? — поддразнил Виктор и, закусив губу, вдруг привстал на носочки и с силой вжался тощим задом ему в пах. Джейс не остался в долгу: вжал Виктор в себя плотнее, буквально удерживая на весу, а свободной рукой скользнул между ног и нашёл эрекцию, аккуратно потёр. Та была едва ли не крепче его собственной. — А сам-то, — протянул Джейс у розоватого уха и прихватил зубами мочку. Виктор отозвался протяжным стоном и толкнулся в его ладонь. Намёк Джейс понял. Спешно разделался с застёжками брюк и, рванув до середины бёдер вместе с бельём — одной рукой было неудобно, но он постарался не оторвать пуговиц и справиться быстро — обхватил подтекающий смазкой член пальцами. Виктор толкнулся снова. Слишком сильно: головка проехалась по ладони насухую, и крайняя плоть наверняка болезненно оттянулась. Зашипев, Виктор заскрёб ногтями по его руке. — Тише, Вик, осторожно, — зашептал на ухо Джейс, прижимая эрекцию к животу так, чтобы не было возможности толкнуться снова, и партнёр случайно себе не навредил. — Джейс, — заныл Виктор нетерпеливо и досадливо одновременно. — Тише, — повторил Джейс, перехватил вампира поперёк груди, не давая вырваться, спешно сплюнул себе на ладонь и вернулся к твёрдому члену. — Так лучше? — Мгм, — закивал Виктор, двигая бёдрами навстречу. — Джейс? — Да? — А ты был с мужчиной? — спросил Виктор неожиданно серьёзно, вывернул голову в его сторону под каким-то неестественным углом. Сверкающий клыками рот был страждуще приоткрыт не то в ожидании поцелуя, не то просто в нетерпении. — Был, — выдохнул Джейс неохотно: говорить о предыдущих опытах не хотелось, но врать Виктору хотелось ещё меньше. — И ты, ну, — Виктор сорвался на стон, стоило проехаться большим пальцем по головке, — знаешь, как? — Как что? — не понял Джейс и даже замедлил движения. Виктор вовсе замер в напряжённом ожидании. — Как кого-нибудь трахнуть, — произнёс он наконец медленно и тихо, с придыханием. — И сделать это качественно. Ох. — Ох, — Джейс выпустил из ладони чужую эрекцию, боясь на нервах сделать что-нибудь не так: вопрос оказался неожиданным, хотя, до́лжно признать, весьма логичным, ведь, очевидно, опыт Виктора был ещё более скудным, чем его. — Я… сказал что-то не так? — стушевался Виктор и попытался обернуться к нему полностью, натягивая на ходу штаны. Но Джейс не позволил: ласково обнял одной рукой за плечи, второй — перехватил у голых бёдер и прижал обратно к себе. Так, без зрительного контакта, объясниться казалось проще. Зарывшись носом в спутанные волосы, он сбивчиво зашептал: — Нет, всё так, всё в порядке, просто я, — Джейс замялся, сглотнул и аккуратно коснулся губами маячащей перед губами макушки, давая себе лишнюю секунду подумать. — В общем, не так уж я и опытен, как ты мог подумать. Просто импровизирую, и вот, получается неплохо. Ведь это же ты. А с мужчиной я был только раз. Ещё когда только поступил в Академию. Виктор понемногу начинал отмирать: выпустил пояс брюк из пальцев и, найдя руку Джейса, несмело, как будто впервые, погладил, побуждая продолжить. — Опыт был так себе. Мы оба тогда напились, толком не подготовились, и я, ну, был снизу. Было больно и, хм, грязно, — прохладные пальцы сжали его ладонь, даря немую поддержку. Джейс зарылся лицом глубже в мягкие волосы, вдыхая запах партнёра. — А потом почему-то ещё и стыдно, хотя мы оба этого хотели. В общем, больше я не пробовал. Не то чтобы мне вот прям не хотелось, нет. Просто как-то не выпало случая, да и не до этого было. Я не жалуюсь. Я это к тому, что опыт у меня, считай, нулевой. Виктор какое-то время просто молчал, поглаживая его по кистям и предплечья, а затем развернулся-таки в кольце рук и посмотрел с такой нежностью, что защемило сердце. — Ты можешь делиться со мной, чем захочешь, — произнёс Виктор негромко и ласково. — Я выслушаю. Всегда. И постараюсь поддержать, — он мягко коснулся ладонью щеки и погладил. Улыбнулся, когда Джейс ткнулся во внутреннюю сторону губами. — И твой опыт вовсе не нулевой. Лучше всего мы учимся на ошибках. Джейс одними губами шепнул короткое: «Спасибо», и легонько боднул его лицом в раскрытую ладонь. Виктор с довольным утробным урчанием почесал его под подбородком. — А тебе вообще хотелось бы пробовать снова? — спросил Виктор и приподнял бровь. О чём шла речь, Джейс прекрасно понял. — С тобой? Спрашиваешь, — тепло усмехнулся Джейс, продолжая потираться о руку партнёра лицом. — Ещё бы, очень. — Полагаю, не снизу? Резонный вопрос. На самом деле Джейс и не знал, как ответить. С одной стороны, пробовать так было тревожно, почти страшно — пугала и перспектива боли, и вероятность всё испачкать, и вообще, что Виктору с ним не понравится. С другой же — с Виктором хотелось испробовать вообще всё, и секс в принимающей роли в этом списке был отнюдь не самой рискованной затеей. Пока помешанное и волнительным интересом желание перевешивало. — Нет, я хочу. С тобой — вообще как угодно, — выдохнул Джейс. — Просто немного волнуюсь. Виктор кивнул и, улыбнувшись краем рта, отстранил ладонь от его лица. Джейс потянулся к бледной руке с ревностным рвением. — Пойдём ляжем? — попросил Виктор, возвращая пальцы обратно, ему на щёку. — Стоять тут со спущенными штанами — сомнительное удовольствие. Джейс опустил шальной взгляд вниз — он уже как-то и позабыл, что сам же сорвал с Виктора брюки с исподним. Те уже были не на середине бёдер и даже не на коленях, а действительно частично валялись на полу, держась на одних ботинках — Ой, да, конечно. Сейчас, погоди, — рухнув перед ним на колени, Джейс взялся за застёжки обуви. Виктор коротко охнул и даже прикрыл рот рукой. — Ты что вытворяешь? — спросил он сквозь собственные пальцы. — Разуваю? — приподнял брови Джейс. — Я быстро. И аккуратно, обещаю. Правый ботинок он стягивал со всей осторожностью, на которую был способен — как если бы он обрабатывал ценную и хрупкую, тончайшую деталь. С левой вышло быстрее, немного неловко — опершись на стену, Виктор приподнял ногу, чтобы ему было легче, но чуть не пнул Джейса по носу, оступившись. Джейс же слишком сильно дёрнул застёжку, разволновавшись. Когда с обувью было покончено, он помог партнёру избавиться и от брюк, и, сложив их аккуратной стопочкой прямо на пол, погладил бледное бедро. Член Виктора уже был опавшим, но не полностью, и заинтересованно дёрнулся от касания. — Хочешь, возьму в рот? — предложил Джейс, взявшись за худое бедро плотнее. Виктор окинул его потяжелевшим взглядом. — Полагаю, ты знаешь ответ, — пальцы Виктора жёстко вцепились в волосы на макушке и потянули назад, не давая приблизиться к паху. — Но так мы точно не доберёмся до кровати. А я хочу тебя не стоя и не сидя, а лёжа. — А, конечно, идём. Первым, что бросилось в глаза в слабо освещённой комнате, оказались цветы. Те розы, что он подарил прошлым вечером, стояли в вытянутом ведре под единственным окном. — Мои цветы, — заулыбался Джейс, любуясь бутонами: те были едва ли не свежее, чем вчера, когда он их только дарил. — Джейс. Давай на диван. Или в кровать, — попросил, нет, потребовал Виктор. — И цветы мои. Улыбка стала шире, и Джейс подчинился: споро прикинув, что на диване у них уже было, он двинулся к полутораспальной кровати. Та была застелена широким гладким покрывалом, на котором виднелся такой плотный слой пыли, что его цвет казался серым, хотя Джейс и знал — видел по редким тёмным промежуткам — что оно было тёмно-синим. Виктор, очевидно, стушевался — застыл рядом с Джейсом, напряжённо глядя на кровать, которая, очевидно, до сегодняшней ночи и не использовалась. — Порядок, я уберу, — улыбнулся Джейс и, погладив кусающего губы партнёра по плечу, принялся аккуратно, чтобы не поднять пыльную бурю, сворачивать покрывало в рулон. — Где же ты тогда отдыхаешь? — В ванной. Там темно. — Ужас, там же жёстко и влажно! — всплеснул руками Джейс, сделав мысленную заметку обустроить в ванной Виктора что-нибудь покомфортнее старой чугунной ванны. — Слушай, а это, — Джейс указал взглядом на открывшийся из-под пыльного покрывала плед. Тот оказался совершенно чистым и был покрыт изображением множества маленьких звёздочек, — очень мило. — Спасибо, — протянул Виктор и, откинув звёздный плед, с ногами забрался в кровать. А затем приподнял брови, как бы спрашивая: «Идёшь?» Джейс уселся на край матраса. Тот слегка отпружинил, но в целом показался довольно удобным и мягким. Виктор тут же потянулся к нему и, обхватив за пояс со спины, обнял, коснувшись холодным носом под ключицей. — Ты ещё хочешь? — спросил осторожно. — Я всегда тебя хочу, — искренне отозвался Джейс и, обернувшись, нашёл губы Виктора своими. Всё ещё острые, зубы случайно царапнули у краешка рта. Виктор издал короткий стон и прижался теснее, вылизывая ранку. Было почти не больно, так что Джейс не был против. — Знаешь, мне тоже всё равно, как именно это будет, — шепнул Виктор, не отрываясь от кровоточащего места. «Речь о сексе», — сразу понял Джейс, поглаживая острые лопатки и плечи сквозь ткань рубашки. Почему на Викторе вообще всё ещё была рубашка? Кивнув партнёру и собственным мыслям одновременно, он спустился ладонями к груди и принялся медленно вытягивать пуговицы из петель. — Ты человек, и, полагаю, что «грязно» может стать вынужденной закономерностью физиологических процессов, — продолжил тем временем Виктор, ничуть не противясь раздеванию. — Особенно, если ты сегодня плотно обедал. Для меня это не проблема, но если ты испытываешь неловкость, полагаю, простая подготовка поможет. Джейс почувствовал, как начинают краснеть уши и, кашлянув, немного дёргано потянул расстёгнутую рубашку с плеч партнёра. — Я избавляюсь от переработанной пищи гораздо реже, — невозмутимо произнёс Виктор, постукивая пальцами по его плечам. — Так что, может, сегодня ты захочешь взять меня? Джейс шумно выдохнул, невольно сжал пальцы на боках партнёра плотнее. Взять Виктора. От этих двух слов, сказанных низко, сдержанно, чуть хрипловато, в яйцах мигом потяжелело, а руки начали подрагивать от переполнивших разом эмоций. Взять Виктора не просто хотелось. Хотелось истово, до трясучки, до боли. Кажется, Виктор всё понял без слов. Лукаво улыбнулся, потянул с его плеча пиджак и, ловко расправившись с жилетом, взялся за рубашку. — Но смазка нам всё равно понадобится, — выдавил Джейс, помогая стаскивать застрявшую у манжеты рубашку. — Вазелин подойдёт? — спросил Виктор, скользя ладонями по его голым плечам. — Ага. Погоди, Вик. У меня нет презервативов. — И что? — Ну, так… надо? Виктор цокнул языком. Перекинув через край ноги, молча поднялся и захромал в сторону ванной. Растерянный, Джейс остался сидеть на кровати. Ему надо было пойти за партнёром? Или тому, наоборот, нужно было уединение? А может, Виктор на него вовсе обиделся? Виктор вышел из ванной как раз, когда Джейс уже собрался пойти стучаться: — Лови. Джейс поймал на лету маленькую жестяную баночку без каких-либо надписей и поднял на Виктора взволнованный взгляд. — Вазелин, — коротко пояснил он, садясь рядом. — Презервативы тебе не понадобятся. Заражаться от меня нечем, равно как и пачкаться. А ты меня ничем не заразишь, даже если попытаешься. Так что не переживай по этому поводу, ладно? — Но я же… Договорить Джейсу не дали: все слова разом выбило из глотки надломленным стоном, когда Виктор вдруг перекинул одну ногу через него и, оседлав бедра, принялся жадно выцеловывать шею. — Я хочу тебя, Джейс. Не заставляй больше ждать, — попросил Виктор, притираясь всем телом, и поцеловал. Джейс всё ещё был в брюках, и плотно сидящая ткань, которая всегда так эффектно облепляла его зад, сейчас сдавливала стояк на грани болезненного. Не разрывая поцелуя, он потянулся было вниз, к ширинке, но Виктор опередил: вцепился в застёжки брюк сам, рванул сразу до середины бедра и, едва не задев его ногтями, накрыл эрекцию прохладной ладонью у головки. — Тебе удобно? — Джейс бережно огладил правое колено партнёра. — Да, да, — зашептал Виктор, ёрзая на его бёдрах. — Джейс, — позвал он глухо. — Да? — Можно я?.. Джейс не понял, о чём конкретно его спрашивали, но кивнул, не задумываясь: Виктору можно было вообще всё. Сведя брови к переносице по-очаровательному сосредоточенно, Виктор придвинулся к нему ещё плотнее, так, что теперь почти касался своим животом его, а затем с исследовательским интересом обхватил ладонью оба их члена одновременно. — Погоди-ка, — спешно открутив жестяную крышку, Джейс зачерпнул импровизированной смазки, взялся за руку партнёра и смазал его ладонь. — А теперь давай. Так стало лучше. В разы. Что-то прикинув, Виктор протянул вторую ладонь, чтобы смазать и её, а затем взяться за их члены обеими руками. Джейс судорожно застонал, вцепился пальцами в тощие бока вампира и прикусил щёку изнутри, чтобы не кончить от одного только вида: сосредоточенно покусывающий губы и изгибающий брови Виктор с двумя членами в бледных ладонях смотрелся убийственно хорошо. Чтобы хоть как-то отвлечься, Джейс решил заняться делом: зачерпнул щедрую порцию вазелина двумя пальцами и, заведя руку Виктору за спину, заскользил подушечками между ягодицами. Виктор что-то тихонько простонал и понятливо сместился: расставил ноги чуть шире, прижался к Джейсу щекой и плечами, опершись ему на грудь, и отставил зад так, чтобы открыть больше доступа. Возбуждение лишь усилилось, но Джейс стиснул зубы и, поборов нестерпимое желание начать бешено толкаться в руки партнёра, которые продолжали двигаться вверх-вниз по их членам, сконцентрировал всё внимание на худых ягодицах. Виктор издал тихий ноющий звук и подмахнул бёдрами, стоило одной рукой оттянуть бледную половинку, а второй — смазанной — снова заскользить между, распределяя стекающий по пальцам вазелин. Джейс занервничал сильнее. Подрагивающие подушечки в который раз проезжались по сжатому кольцу мышц, но Джейс боялся надавить чуть сильнее, чтобы проникнуть внутрь. Боялся сделать Виктору неприятно, причинить боль, боялся сделать что-то не так. И тот факт, что партнёр не являлся человеком, лишь порождало больше переживаний, несмотря на некоторые физиологические удобства: в конце концов, если с людьми у Джейса был хоть какой-то реальный опыт, то с вампирами — лишь воображаемый. — Джейс, ты можешь, — заверил Виктор, будто зная, что Джейс вовсе не дразнит, а действительно медлит в нерешительности. — Говори со мной, ладно? — попросил Джейс. Голос хрипел. Виктор закивал, коснулся губами ключицы и, упёршись лбом ему в грудь, повёл тазом, намекая: «Да, да, готов». Смазав пальцы ещё раз, Джейс осторожно вдавился средним в сомкнутый анус. Мышцы поддались неожиданно легко, несколько раз сократились вокруг его фаланги плотным кольцом и пропустили на всю длину. Внутри оказалось неожиданно тепло, несмотря на то, что всё тело партнёра снаружи оставалось прохладным. Виктор затих, видимо, привыкая к ощущениям, и даже перестал двигать ладонями по их прижатым друг к другу членам. Последнему Джейс оказался внезапно благодарен — находиться на грани разрядки дольше было уже просто рискованно. Дождавшись, когда Виктор сам двинет бёдрами, побуждая к действию, Джейс аккуратно потянул палец наружу и снова толкнулся внутрь. А затем решился-таки проверить почерпнутые из образовательной литературы на днях знания: слегка согнул палец внутри и принялся мягко ощупывать переднюю стенку, чтобы найти… — Д-джейс!.. — Больно? — тут же замер внутри он. — Нет-нет, мне, — Виктор случайно или нарочно сжался вокруг его пальца снова и задохнулся тихим полустоном. — Нравится. Ты можешь ещё? — А, да, конечно, — переместив свободную ладонью с ягодицы на узкую поясницу, Джейс на всякий случай прижал Виктора чуть ближе к себе, не давая совершать резких движений, и нашёл нужное место внутри. На этот раз он решил не ограничиваться лёгким давлением, а попробовать осторожное постукивание, как бы создавая внутри лёгкую вибрацию. Виктор дёрнулся в его руках, надсадно заскулил и, оторвав пальцы от их членов, вцепился Джейсу в плечи. — Ты сказал, что неопытен, — простонал Виктор почти обвинительно и громко охнул, стоило повторить последнее движение внутри. — Говорил же, я просто придумываю на ходу, — возразил Джейс и в подтверждение своих слов рискнул сымпровизировать снова: убрал руку с поясницы партнёра, скользнул под живот и, найдя влажную эрекцию, сжал в кулаке. Виктор тихонько всхлипнул, толкнулся ему в руку и заскрёб короткими ногтями по плечам. — И я, ну, читал про основы, — зачем-то добавил Джейс. — Хочешь, добавлю второй? — спросил он негромко у розоватой ушной раковины и обдал кожу жарким дыханием. — Хочу, — закивал Виктор. Под давлением двух пальцев — среднего и указательного — мышцы поддавались уже не так охотно, но стоило добавить смазки, и проникновение стало легче. Виктор в процессе то подмахивал бёдрами, насаживаясь глубже, то, наоборот, соскальзывал, двигаясь навстречу сжимающему член кулаку. Было сложно понять, помогала ли активность партнёра или мешала, но вскоре Джейсу удалось-таки вставить два пальца полностью и даже слегка развести их внутри. Различить тон раздавшегося следом шипения Джейс не сумел. — Не нравится? — спросил Джейс и, приноровившись, вновь нашёл пальцами простату. Шипение сразу стало однозначно довольным. — Мне много, — отозвался Виктор, тычась губами в шею. — Вытащить? Виктор отрицательно мотнул головой, прижался чуть ближе и сам подался бёдрами вниз, побуждая продолжить. Джейс продолжил. Он больше не пытался развести пальцы внутри на манер ножниц, как было предложено в одном узкоспециализированном руководстве, а просто продолжал прицельно толкаться в простату, то и дело сменяя лёгкие массирующие движения и поглаживая вибрирующими постукивания, которые, судя по бурной реакции, нравились Виктору больше всего. Совсем скоро тот начал толкаться в его кулак совсем хаотично, член слегка запульсировал, и Джейс понял — партнёру осталось всего ничего до финала. Однако в следующее мгновение Виктор протестующие замычал и, всхлипнув, попытался отстраниться. — Тш-ш-ш, тише, Вик, — попытался урезонить партнёра Джейс, но тот мотнул головой. — Я сделал что-то не так? Сделал больно? — Нет, Джейс, я… я сейчас, — Виктор облизал губы, беспорядочно тычась губами то ему под ключицу, то в шею, то в подбородок, будто не знал, чего хочет больше: укусить или поцеловать. — Я сейчас кончу. — Это же хорошо? — улыбнулся Джейс, решив-таки подставить шею: в прошлый раз перед оргазмом Виктору захотелось именно укусить. — Но я хочу вместе с тобой! — внезапно эмоционально сообщил Виктор и поднял глаза. Те светились ярко-ярко и были совсем пьяными. — Пожалуйста, я хочу с тобой. Я хочу попробовать. Давай? Ты же хочешь? — запричитал он и опять потянулся к члену Джейса, обхватил ладонью и несильно сжал. Джейс протяжно застонал от нехитрой ласки. Вставить Виктору хотелось до звона в яйцах, но остатками трезвого разума он понимал, что два пальца и маневреннее, и меньше члена, так что заменить их может быть довольно проблематично. — Конечно, хочу, — поспешил заверить он, целуя нетерпеливо ёрзающего Виктора в краешек рта и аккуратно разводя пальцы внутри одновременно. Вроде бы мышцы поддались беспрепятственно, но Джейс всё равно боялся навредить. — Только, Вик, давай не спешить. Ты вообще уверен, что… — Да я с первой встречи уверен! — воскликнул Виктор, соскочил с его пальцев и взялся за член увереннее. Сообразив, что Виктор собирается сделать, Джейс нашарил у бедра открытый вазелин и протянул партнёру: — Смажь. Виктор поморщился так, будто оказался раздосадован необходимостью в лубриканте, но быстро кивнул: сунулся пальцами — сразу тремя — в баночку и, хитро смотря исподлобья, огладил джейсов член от головки до основания, распределяя смазку. Сдержать нового, близкого к жалобному стона не удалось: хотелось, плюнув на предосторожности, приподнять Виктора за тощие бедра и насадить на себя безо всяких церемоний. Но Джейс терпеливо зачерпнул остаток маслянистой субстанции и завёл руку Виктору за спину. — Ох, Джейс, — выдохнул он, стоило вновь погрузиться двумя смазанными пальцами внутрь. Ногти царапнули в опасной близости от головки члена. — Я проверяю, — протянул он, ловя новый стон партнёра губами. — И как? — выгнул бровь Виктор, водя ладонью по его эрекции. — Чёрт, Вик, — Джейс почти заскулил: тонкие пальцы прошлись под уздечкой. — Жарко, тесно, скользко. Охуеть, как хорошо. — Может, и этим проверишь? — Виктор слегка сжал его ствол у основания. Джейс молча потянул пальцы наружу. Виктор благодарно застонал, приподнялся и принялся сам насаживаться на член, придерживая тот у основания. — Господи, Виктор, — выдохнул Джейс, не зная, куда смотреть: на собственную эрекцию, постепенно скрывающуюся за краями растянутого, блестящего смазкой ануса, или на лицо самого Виктора, который очаровательно хмурился, покусывал губы и время от времени срывался с низких стонов на неопределённое, какое-то совершенно новое шипение. Остановившись-таки на втором, Джейс с долей обречённости понял, что пропал, и застонал надломленно, сокрушённо. Ведь Виктор вдруг запрокинул голову, приоткрыл рот, демонстрируя каждый заострённый резец, моляр и клык (даже тот самый, излюбленный Джейсом кривоватой клычок), и застонал так упоённо, что можно было запросто кончить от одного лишь этого звука. Джейс даже и не заметил, как оказался внутри полностью: он без остатка отдался тому выражению восторга, изумления и сладостной муки, что окрашивало лицо партнёра. — Джейс, — выдохнул Виктор охрипло, зажмурился и, впившись ногтями в предплечье, попытался приподняться. Худые ноги задрожали, разъехались в стороны, а рот изогнулся страдальческим оскалом. — Д-джейс, — позвал Виктор снова, изумительный в своей беззащитности, и распахнул веки. В потемневших, горящих раскалённой лавой глазах стояли слёзы. Выдохнув, Джейс устроил дрожащие руки на костлявых бёдрах и потянул вверх, снимая партнёра со своего члена. Виктор заныл что-то одобрительное и нечленораздельное, кажется, на другом языке, и засучил коленями по простыне в поисках опоры. Как только удалось восстановить равновесие, он вновь подался тазом вниз, насаживаясь обратно. Растянутое влажное нутро слабо запульсировал, сокращаясь, и Виктор, поддерживаемый кажущимися контрастно огромными ладонями, снова подался наверх. А затем вниз. И ещё раз. И ещё, выстанывая его, Джейса, имя. Не отнимая одной руки от мелко трясущихся бёдер, второй Джейс потянулся к его паху и сразу нашёл эрекцию. Та призывно дрогнула в пальцах, пачкая подушечки предэякулятом. — Н-не трогай, — взмолился вдруг Виктор и задрожал крупнее. — Я не смогу… «Сдержаться?», — предположил Джейс и послушно убрал руку, давая партнёру самому решать судьбу своего оргазма. — Я не могу, — заскулил Виктор, глядя совсем пьяно, но Джейс догадался. — Иди сюда, — позвал он. Мокрый и возбуждённый, почти обессиленный, Виктор прильнул к его груди. Устроив одну руку поперёк спины так, чтобы придерживать вдоль позвоночника, второй Джейс подхватил под бёдрами. — Я осторожно, сейчас, — шепнул он на ухо уже слабо соображающему Виктору. Тот отозвался охриплым возгласом. Не покидая тесного нутра, Джейс прижал вампира к себе крепче и одним выверенным, сильным рывком перевернул их обоих на кровать. Виктор, оказавшийся распластанным снизу, тихонько хныкнул и сжал его внутри. — Удобно? — спросил Джейс. Самому ему было не особо комфортно: штаны, о которых он давно позабыл, до сих пор оставались на ногах и теперь спутались в районе коленей, ограничивая свободу движений. — Да, да, пожалуйста, — заныл Виктор, с внезапной силой обхватил коленями его бёдра и дёрнул тазом, пытаясь насадиться самостоятельно. — Сейчас, погоди, — попросил Джейс и, отпрянув, попытался выйти, чтобы стащить с ног брюки, но его не пустили. Виктор зашипел почти агрессивно и жёстко потянул его обратно, буквально насильно вжимая в себя. — Вик, я только сниму брюки. Сниму и вернусь, обещаю, ладно? Его одарили далёким от понимающего взглядом, но стальная хватка ослабла, давая возможность высвободиться. Штаны Джейс сдёрнул, едва ли не порвав жалобно затрещавшую по швам ткань, и поспешил вернуться к сверлящему его взглядом партнёру. Виктор с готовностью раздвинул колени чуть шире, подполз ближе и с нетерпеливым стоном подался всем телом навстречу, когда Джейс навис над ним. — Джейс, я хочу, — раздалось у ушной раковины требовательное, и мочку прихватили острые зубы. Просить дважды не пришлось: упёршись одной рукой у головы партнёра, второй Джейс направил себя в податливую глубину. На этот раз сопротивление внутренних мышц оказалось минимальным, и Виктору удалось принять его на всю длину за пару мягких толчков. Шлёпнувшись яйцами о взмокшие ягодицы, Джейс замер, намереваясь дать немного времени привыкнуть. В первую очередь самому себе, ведь внутри по ощущениям стало ещё лучше, чем раньше. Казалось, стоит только совершить пару фрикций, и всё закончится, не успев начаться. Но Виктор был категорически против каких-либо передышек, о чём сразу и сообщил аж тремя звучными фразами на непонятном, жестковатом наречии. Впрочем, смысл сказанного до Джейса сразу дошёл по интонации, и он начал двигаться. Сперва он пытался совершать короткие, осторожные фрикции, но Виктор сразу велел «быстрее». А затем и «сильнее». Не подчиниться этому почти приказу, гортанному тону и собственному вожделению было выше всяких возможностей. На одном особо глубоком толчке Джейс ненароком съехал ногой по простыне, врезавшись между раскинутых бёдер. Виктор издал нечто среднее между рыком и воплем, царапнул его по плечу, и взмолился: — Сделай так ещё раз! Не меняя внезапно обнаруженного угла, Джейс подался назад и вонзился обратно, сильно и жёстко, как просил Виктор. Ему вторили тем же звуком — надломленным, диким. — Да, вот так. Пожалуйста, да, — запричитал Виктор, скребя ногтями по его плечам и шее. — Да, да, Джейс, да… Каждую новую фрикцию Виктор встречал громким возгласом до тех пор, пока вдруг не затих, ткнувшись губами и носом ему в шею. Вжавшись ещё теснее, он задушенно позвал: — Дже-е-ейс, — собственное имя показалось совсем уж бессвязным, — Джейс, я… — Да, — выдохнул Джейс, заранее согласный на любое желание, просьбу или полунамёк. — Д-джейс, я хочу, — колени сжали бока сильнее, — хочу укусить. Пожалуйста, дай мне. — Кусай, — выдохнул Джейс и склонил голову, подставляя шею так, чтобы было удобно достать. Сочинённое горячечным воображением: «Выпей хоть полностью», он решил не озвучивать. Клыки впились сразу же, резко и глубоко, без намёка на осторожность, но Джейс не почувствовал боли. Всё его страждущее, натянутое тугой струной существо было сосредоточено лишь на одном: на приближающейся разрядке и удовольствии Виктора, который пил его жадно, захлёбываясь. Внезапно в жаркой глубине тела вампира стало узко до боли, до одури, до белых звёздочек перед глазами. Джейс заскулил, зажмурился и неосознанно дёрнулся в сторону от силы нахлынувших ощущений. В шею вцепились ещё более остервенело, а раздавшийся следом рык оглушил. Из глотки вырвался сдавленный всхлип, и Джейс, не зная, куда себя деть от накатывающей волной бури, сам вцепился зубами в маячащее у рта костлявое плечо. Зубы вошли в плоть, ногти впились в кожу, натягивая до предела, вокруг готовой вот-вот взорваться эрекции запульсировало, и краем плывущего сознания Джейс почувствовал, как между их животами становится мокро. Осознание того, что Виктор кончил, прорвало последний рубеж, и Джейс позволил себе сорваться следом, совершив пару хаотичных рывков. Руки тряслись, из последних сил удерживая тело на весу и не давая завалиться ничком. Джейс и рад был рухнуть на бок, чтобы не придавить Виктора, но тот так и не оторвался от его шеи, продолжая глотать — судорожно, задыхаясь. — Виктор, — попытался позвал Джейс. Из глотки вырвался какой-то убогий скрежет. С усилием кашлянув, он попробовал снова: — Вик, милый, — и дотянулся пальцами до щеки. Та была очаровательно румяной. Виктор услышал его, но не сразу. Сделал ещё один крошечный, вороватый глоток и блаженно застонал, вытягивая клыки из кожи. — Джейс, прости, — выдавил он, едва ворочая языком. Хотелось откатиться в сторону, чтобы перевести дух или хотя бы вытащить член, но Джейс остался на месте и даже приник чуть плотнее. — Да что ты, Вик, — он аж рассмеялся, хрипло и отрывисто, — да я просто, — он шумно вздохнул, не зная, как описать: на ум шла одна нецензурщина, — просто ва-а-ау, — протянул он наконец, улыбаясь, как полный дурак. — И слов-то приличных не подобрать. — Правда? — Виктор осторожно утёр дорожку крови на его коже. — Да ты ещё спрашиваешь! Конечно, — отцепив пальцы партнёра от своей шеи и поцеловал каждый по очереди. — Это пятнадцатый, — сообщил он довольно скорее себе самому, слизывая с узловатой фаланги алый подтёк. — А? — Пятнадцатый, — повторил Джейс осторожно. — Ну, укус. — Ты что, считаешь? — приподнял брови Виктор. Краешек губ заинтересованно приподнялся. — Ага, — Джейс просиял измождённой улыбкой. Виктор вдруг усмехнулся. — Тогда поздравляю, у тебя ошибка в расчётах. Их было четырнадцать. — А ты, значит, тоже считаешь? — сощурился Джейс. Просунув руку под спину партнёра, он медленно вышел, а затем плотно, но бережно перехватил за талию и перевернул их. Виктор весь напрягся и охнул, оказавшись сверху. Но почти сразу расслабился, заёрзал, устраиваясь удобнее, упёрся ему в грудь и улыбнулся шире. — Считаю, — кивнул Виктор, заправляя прядь волос за ухо. Джейс помог, поправив прилипшую ко лбу прядь с другой стороны лба. — А ошибка всё же у тебя, — произнёс Джейс после непродолжительной паузы: спорить не хотелось, но в своих расчётах он был уверен. — Твоих укусов было четырнадцать. Но вместе с моим пятнадцать. Ну, когда я цапнул тебя за губу, помнишь? — Я не рассматривал наш счёт, как совместный. — Но мы же партнёры. Виктор изогнул бровь и хмыкнул, но, стоило сложить брови домиком в ответ, смягчился: — Хорошо. Совместный, так совместный. — Спасибо, — разулыбался Джейс, нежа пальцами острые лопатки. — Ну, что, в душ? — Погоди, — взгляд Виктора стал пугающе серьёзным. Он упёрся ему в плечи и слегка приподнялся. — Я хотел обсудить с тобой новый… контакт. Завтра, — он мельком глянул на занавешенное окно, — точнее, уже сегодня я иду на встречу. После заката. Хочешь со мной? Сперва Джейс не понял, о какой такой «встрече» шла речь. Но, проследив взгляд Виктора, который красноречиво указывал на его прокушенную шею, сразу всё понял. — В нижний город? — на всякий случай решил уточнить он. — Да. Глаза неверяще округлились. Они, конечно, обсуждали такую возможность, но Джейс до последнего был уверен, что Виктора придётся по меньшей мере уговаривать на собственное общество в качестве поддержки и сопровождения. — Чёрт, Вик, ты серьёзно? — Абсолютно, — в тоне Виктора не было и доли игривости. — Только позволь мне выбрать для тебя одежду. Надёжнее будет. Джейс восторженно воскликнул нечто нечленораздельное и, хохоча, вновь опрокинул Виктора на постель. — Я люблю тебя. Люблю. Как же я тебя люблю! — продолжал признаваться он снова и снова, осыпая лицо, шею и ключицы партнёра короткими поцелуями. Виктор фыркнул, уворачиваясь от особо щекотного касания, но ощерился вполне довольно. — Люблю тебя тоже. Но лучше пусти, не то укушу. — Кусай.