С первого глотка

Следующие несколько дней в лаборатории они работали молча. Разве что мельком переговаривались на тему последних вычислений и деталей для нового прототипа. Джейс то и дело осторожно пытался завести беседу об их отношениях, но Виктор каждый раз говорил, что ему надо подумать, или вовсе молчал, а затем непременно одаривал его таким взглядом, что начинать разговор снова становилось всё тяжелее. И после очередной неловкой попытки Джейс решил перестать. Он не знал, как быть дальше. Не знал, ходил Виктор за его кровью, нашёл другого торговца или пока просто не нуждался в новой порции пищи. Не знал, что делать со всеми чувствами, которые разрывали грудную клетку, стремясь выплеснуться наружу каждый раз при виде Виктора. Знал лишь, что пока должен ждать. В прошлый раз, когда Виктора обещал подумать, он действительно пришёл через какое-то время с ответом. И Джейс искренне надеялся, что сейчас будет так же. Что Виктор наладит связь с тем самым торговцем, а после вернётся со своим решением, и всё будет, как раньше. Джейс уже даже придумал, чем подкупить торгаша в следующий раз — в их семейной кузне как раз завалялся никому не нужный цельнометаллический танталовый диск, в обмен на который можно будет заполучить и информацию о вампирах (а точнее, об одном конкретном), и договориться о регулярной сдаче крови с последующей продажей. Оставалось надеяться, что Виктор в первую очередь действительно наведается к тому самому торговцу, а не решит попытать счастья с другими. Надежды Джейса сбылись, и сырой план вскоре сработал. Виктора не было в лаборатории целый день, и под вечер Джейс уже начал обдумывать, какую бы ответную остроту сочинить в честь отсутствия напарника на рабочем месте, как вдруг Виктор появился. Точнее, влетел в их исследовательскую обитель свирепым ураганом, оглушительно хлопнув дверью и сбив по пути табурет. — Ты издеваешься! — воскликнул Виктор, нависнув над ним, точно хищная птица. Его глаза дико сверкали, ноздри были слегка раздуты, как если бы он стал дышать тяжелее и начал нуждался в дыхании в принципе, а зубы — к слову сказать, вовсе не длинные, вполне человеческие, — сверкали грозным оскалом. Джейс судорожно сглотнул: все инстинкты вопили, что находиться рядом с таким Виктором было опасно, даже несмотря на отсутствие классических вампирских изменений. Но он удержался от позорного бегства куда-нибудь в дальний угол подсобки и, оставшись сидеть за столом, задрал голову, чтобы видеть лицо кажется-не-партнёра полностью. — О чём ты? — спросил Джейс, как ни в чём не бывало. Нет, он, конечно, догадывался о причине внезапной агрессии, но чувствовал, что лучше пока сыграть святое неведение. — О чём?! — взревел Виктор в нехарактерной манере. — Скажи ещё, что не ходил к той мрази на рынке! Ну же, Джейс, порадуй меня и скажи, что не давал ему своей крови. Джейсу бы и хотелось порадовать Виктора, но ответ был очевиден — свою кровь он давал и в значительных количествах. Виктор, кажется, и не нуждался в каком-либо устном ответе — он прочитал всё по одному выражение лица, свёл брови к переносице и снова оскалился. — Да ты хоть понимаешь… — Нет, я не понимаю! — перебил Джейс, справедливо рассудив, что пришёл его черёд изливать то, что не давало покоя вот уже с неделю. — Не понимаю, что происходит. С тобой, со мной, с нами. Не понимаю, какого дьявола ты меня выгнал, когда всё шло так хорошо. Нам ведь было хорошо вместе, правда? — Хорошо? Джейс, ты, — Виктор запнулся, взмахнул руками, как бы обводя его всего, и шипяще продолжил, — ты как ребёнок. Я чуть тебя не убил. Как это может быть хорошо? — Да сколько можно? Виктор, ты меня не убил! — выкрикнул Джейс, выделяя интонацией каждое слово. — Я через день уже был в полном порядке! — Ага, ровно настолько, чтобы пойти тайком сдавать свою кровь! Надеюсь, он хотя бы хорошо тебе заплатил, — прошипел Виктор, продолжая скалить зубы. — Вообще это я ему заплатил, — протянул Джейс, неуверенный, что этой информацией нужно было делиться. Глаза Виктора забавно округлились, оскал исчез, а губы округлились мягкой: «О». — Ты ему… заплатил? — переспросил он глухо, ломко. — Ну, да? — отозвался Джейс ещё менее твёрдо. — А этот хмырь всё равно выдал меня с потрохами. Джейс, конечно, не особо верил в сохранение оговорённой конфиденциальности, но отданное полновесное золото всё же вселяло в него некоторые надежды. Хорошо хоть торгаш действительно продал Виктору его кровь, а не какое-то гнусное безобразие. — Он не выдавал, — произнёс Виктор так же тихо. — Ты сам себя выдал. Джейс растерянно захлопал ресницами. Выдал себя сам? Как же так? Виктор что, на самом деле следил за ним всё это время? Нет, невозможно, в таком случае Виктор бы точно не позволил ему зайти в тот шатёр. Может, его выдал кто-то другой? Какой-нибудь прохожий, торговец или даже вампир? — Я не понимаю, — честно признался Джейс, беспомощно глядя Виктору в лицо. Тот до боли знакомым жестом закусил нижнюю губу. — Я сразу тебя почувствовал, — шепнул Виктор на грани слышимости. — Твой вкус. С первым глотком. Сердце заколотилось уже не в печёнках, в пятках, и Джейс шумно сглотнул. Так Виктор мог узнать его по одному лишь вкусу? Сразу стало интересно: он мог распознать так любого или это работало только с его, Джейса, кровью? Захотелось спросить — это и ещё многое, многое другое: например, как Виктору вообще удалось что-то понять с первым глотком, отдал ли торговец оба пакета крови, и выпил ли Виктор всё или сразу понёсся ругать его за безрассудный поступок, но изо рта вырвалось лишь хрипловатое: — Ох, Вик, — дрожащие пальцы вцепились в подлокотники кресла: Виктор находился так близко, нависал над ним на расстоянии каких-то жалких сантиметров, и Джейсу до трясучки хотелось притронуться. К острой скуле, нежной родинке над краешком рта. А ещё лучше — податься вперёд и прикоснуться губами. Но он он держался: ровно сидел на месте, не поддаваясь соблазну, лишь терзая пальцами несчастные подлокотники. — Я и не знал, что ты так, ну, можешь. — Тебя невозможно спутать ни с чем, — сорвалось новым шёпотом с розоватых губ. — И как тебе? — осторожно поинтересовался Джейс, подаваясь-таки чуть ближе. — Ты… выпил? Вопреки опасениям, Виктор не отстранился. Остался на месте, цепко, но уже без прежнего осуждения смотря прямо в глаза. — Не смог оторваться, пока не осушил оба пакета, — сообщил тот вкрадчивым шёпотом, разом отвечая почти на все вопросы, и вдруг улыбнулся краем рта. Тепло, мечтательно — так же, как раньше. — Знал, что сработает, — расплылся в ответной улыбке Джейс и в каком-то сладостном трансе потянулся к лицу напротив: ему было нужно, физически необходимо коснуться. Выражения на лице Виктора с по-нежному задумчивого вновь резко сменилось на укоризненное. — Ты сдал свою кровь и заплатил сверху, Джейс, — поджал губы Виктор и отстранился. — Да ты что, совсем рехнулся? — Согласен, куда выгоднее было бы работать без посредников, но ты сам меня выгнал, — возразил он, потянувшись следом. Пришлось встать с места и настойчиво двинуться к Виктору, потому что тот отскочил аж к противоположной стене. — Я тебя не выгонял, — произнёс Виктор с нажимом. — Я <i>попросил</i> уйти. — Скажи ещё, что я мог просто взять и остаться! — всплеснул руками Джейс, надвигаясь. — Ты бы мог. Оглушительно тихий ответ выбил опору из-под ног и разжёг множество праведных возмущений. «Да это ты из нас двоих как ребёнок!» «Только послушай, что ты несёшь?» «Ты хоть сам понимаешь, какой это бред?!» Всё это и целая буря прочего разом взыграло в голове, глуша остальное, но Джейс усилием воли заставил себя промолчать. До крови прикусил щёку изнутри, чтобы ненароком не выкрикнуть-таки ничего лишнего. До вжавшегося в стену вампира оставалась жалкая пара шагов. Раз уж Виктору действительно была нужна от него решительность действий, он сможет это устроить. В последний момент Виктор попытался дёрнуться в сторону, но Джейс был уже слишком близко — вжал тело кажется-всё-же-партнёра обратно в стену едва ли не до хруста, поймал за острый подбородок и нашёл тонкие губы своими. Виктор снова попытался вырваться, затем — укусить. Не вышло: Джейс помнил все приёмы и ловко увернулся от заострившихся зубов. И поцеловал снова, сминая клыкастый рот почти грубо. Он был уверен: если бы Виктор действительно не хотел, то вывернулся бы без проблем, оттолкнул его в сторону — после двух пакетов его крови сил на это хватило бы сполна. И, кажется, не ошибся. Совсем скоро Виктор перестал дёргаться и рваться в сторону, перестал колотить кулаками ему в грудь, наоборот — сгрёб рубашку по центру торса и потянул на себя, углубляя поцелуй. Джейс явственно почувствовал, как в рот скользнул чуть тёплый язык, тронул верхнюю десну самым кончиком, в затем вдруг попытался протиснуться дальше, к щеке, мешая непосредственно поцелую. «Той самой, прокушенной» — догадался Джейс и приоткрыл рот шире, позволяя партнёру добраться до маленькой ранки. В прокушенную слизистую вдавились языком весьма беспардонно и болезненно. Из глотки вырвался высокий возглас, но Джейс позволил выдавливать кровь до тех пор, пока Виктор сам не оторвался от его губ с влажным звуком. — Это не то, — почти проскулил Виктор, тихонько причмокнул и настойчиво скользнул языком ему в рот, прежде чем Джейс толком успел сформулировать резонный вопрос. Виктор терзал кровоточащую ранку во рту ещё какое-то время до тех пор, пока немного не успокоился и не отстранился вновь, жадно сглатывая. Янтарные глаза горели совсем уж диким огнём и были мутными. — Не то? — спросил наконец Джейс, задыхаясь. Виктор глянул непонимающе и снова потянулся к его губам. Джейс позволил добраться до прокушенной щёки ещё раз, но когда давление показалось слишком резким, отстранился сам. Виктор в ответ недовольно оскалился, но остался на месте. — Ты сказал, это не то. В каком смысле? — попробовал спросить Джейс ещё раз. Какое-то время Виктор просто молчал и сверлил нечитаемым взглядом его губы, как будто в попытке заглянуть за внешний слой мягких тканей и увидеть вожделенную ранку. Но затем отмер и, глянув пристыженно, зашептал: — Твоя кровь в пакете. Это не то. Не идёт ни в какое сравнение с тобой, горячим, живым, — он заскрёб ногтями по ткани рубашки. — Ты как наркотик, понимаешь? — Не особо, — честно признался Джейс: он всецело принимал жажду Виктора, но понять за неимением сравнения было сложно. — Но мне приятно. Виктор фыркнул в ответ. По всей видимости, энтузиазма Джейса по поводу донорства не понимал уже он. — Слушай, а ты вообще до меня пил кровь людей? — поинтересовался он осторожно. — Ну, в смысле, не из пакета, а так, вживую. — Нет. — То есть я у тебя первый? Виктор скривился на неуместную шутку, и Джейс уже собрался извиниться, но его опередили: — Во многих смыслах, — цепкие пальцы наконец отпустили рубашку на груди и погладили несмело, как будто впервые. — Я ещё никого не подпускал так близко, Джейс. И я боюсь. Джейс уже открыл было рот, чтобы возразить. Заверить, что всё в порядке — было и непременно будет — что Виктору совершенно не о чем беспокоиться, и все возможные проблемы они обязательно решат вместе, но в последний момент понял, что правильнее будет промолчать и дослушать. — Увидев тебя в полуобморочном состоянии тогда, после укуса, я испугался, — продолжил Виктор, заламывая брови. — За нас, за тебя, очень. Я не хочу тебя потерять. Не хочу подвергать риску. Случись что — я себе не прощу. — Поэтому решил всё упростить и просто меня оттолкнуть? — Джейс осторожно коснулся прохладных пальцев своими, прижимая крепче к груди. — Я… Виктор поперхнулся фразой, стоило аккуратно обхватить его ладонь плотнее, переплетая пальцы. Джейс уже подумал, что от него вот-вот отстранятся, но Виктор вцепился в его руку сильнее. — Да. Прости. Но ведь так правда было бы проще, скажи? — протянул Виктор и впился взглядом в его лицо ещё внимательнее, очевидно пытаясь обнаружить такое же сомнение, роковое согласие. Но Джейс был в корне не согласен. Покачав головой, он с облегчением усмехнулся — по крайней мере Виктор не собирался гнать его снова и даже изъявил готовность обсуждать, а это уже было прогрессом. — Какой же ты всё-таки упрямец, — выдохнул он и позволил себе осторожно обнять партнёра поперёк спины. — Какой? — спросил Виктор невпопад. — Мой. Мой вредный, любимый, гениальный упрямец. Виктор издал короткий глухой смешок. — Я тоже боюсь, — признался Джейс с удивительной лёгкостью. — Постоянно. Боюсь, что окажусь недостаточно хорош, что не справлюсь, но больше всего — за тебя. Я понимаю. Но мы справимся. Вместе. Не отталкивай меня больше, прошу. Виктор молчал. Смотрел своими сверкающими глазами в самую душу, но молчал, будто ждал чего-то ещё, какого-то продолжения, или просто вёл внутренний диалог с самим собой. — Виктор, — позвал Джейс и, наклонившись, мягко, игриво боднул партнёра в плечо лбом. По короткому ёжику на затылке тут же прошлись чуткие пальцы. — Я не смогу вечно питаться тобой, — шепнул Виктор ему в макушку. — Но я вовсе не против. Я быстро восстанавливаюсь. — Мне нужно больше, чем ты в состоянии дать, — хватка в волосах чуть усилилась, и Виктор потянул его со своего плеча, вынуждая поднять взгляд. — Я смогу дать больше, — попытался возразить Джейс. — Буду лучше есть и дольше спать. Я постараюсь, Вик, для тебя… — Нет, — перебил Виктор и прижал палец к губам, прося помолчать. Джейс едва удержался от соблазна обхватить прохладную подушечку губами или вовсе провести по узловатой костяшке языком: у Виктора были непозволительно красивые руки. — Повторю ещё раз. Джейс, нет. Окончательно и бесповоротно. Я не буду использовать тебя в качестве донора на постоянной основе. Если ты хочешь, чтобы мы были вместе, прими это, как данность. Договорились? Палец исчез с его губ, позволяя ответить. — Договорились, — кивнул Джейс. Виктор говорил предельно серьёзно, и если таково было условие, как Джейс мог отказать? И всё же он решил уточнить одну маленькую деталь. — А на <i>не</i> постоянной? — Я подумаю. — Для меня это почти так же важно, как для тебя, — протянул Джейс, сложив брови домиком у переносицы: иногда на Виктора это действовало как своеобразный катализатор, но в этот раз лицо теперь-уже-точно-партнёра оставалось непроницаемым. — Это как… форма близости, которая позволяет мне почувствовать себя по-особенному важным. — Для меня ты останешься самым важным человеком, даже если больше не дашь ни капли крови. Ты же понимаешь? — Конечно, Вик, я… — Хорошо, — кивнул Виктор. Его губы тронула лёгкая полуулыбка. — Я подумал. «Так скоро?!» — едва удержался от восклицания Джейс. — Согласен. — Ох, Вик, спасибо, — Джейс расплылся в счастливой улыбке. — Для меня это очень-очень важно, правда! А кровь, — он не сдержал досадливого вздоха — ему ведь так хотелось стать единственным, исключительным донором, но желание партнёра было важнее. — Мы найдём тебе кровь, обещаю. — И как ты себе это представляешь? — усмехнулся Виктор вполне тепло. — Заявишься со мной в Нижний город? — Не знаю, — пожал плечами Джейс, поглаживая лопатки, обтянутые той самой, чёрной жилеткой для походов в Заун. — Ну, то есть, пока не знаю, — уточнил он, спустившись ладонями к пояснице: Виктор, кажется, был вовсе не против. — Но вместе придумаем. Или хочешь сказать, у изобретателей хекстека не получится разжиться качественной кровью? А пока ищем, я буду твоим донором, хорошо? — спина под пальцами напряглась. — Временно! — поспешил добавить Джейс. Виктор скептическим изогнул бровь, но не отстранился. — Нет ничего более постоянного, чем временное, — произнёс он со странной полуулыбкой. — Но я согласен. Это будет здравым решением. Джейс крупно вздрогнул всем телом, когда пальцы партнёра почти невесомо пробежались по плечам и остановились у шеи. Виктор снова провёл по затылку, и по позвоночнику вверх побежали сладкие мурашки. — К тому же ты и впрямь удивительно быстро восстанавливаешься. Виктор привстал на носочки, чтобы лицом оказаться возле его шеи — у той самой вены, куда кусал в последний раз. — Зажило, — споро расстегнув пару верхних пуговиц воротника, констатировал Виктор… с долей досады? — И следа не осталось. — Так может, — Джейс сглотнул, набираясь смелости предложить. Но слова так и застряли в глотке: охнув, он вцепился в худые плечи, ведь Виктор вдруг прижался ртом к его горлу в том самом месте, где дёрнулся кадык. — М-м-м? — протянул Виктор, не отрываясь от исследования его шеи. Это были не поцелуи, даже не ласки: что-то дикое, животное, среднее между вылизыванием и жёстким покусыванием, на грани опасного. Зубы ещё оставались острыми, и моментами становилось страшно, что может случиться, если челюсти вампира сомкнуться чуть-чуть плотнее. Но Виктор был как всегда аккуратен. Кажется, на шее не было и царапины, когда он вдруг оторвался от покрытой мурашками кожи и хрипло поинтересоваться: — Ты хотел у меня что-то спросить? — Да? — протянул Джейс, запрокинув голову — хотелось ещё. — Да, — шепнул Виктор и — приманка сработала — осторожно прихватил зубами над ключицей. Джейс действительно хотел что-то спросить. Кажется. Но весьма активные поползновения Виктора напрочь выбили всё осознанное из головы. — Вик, а ты… не хочешь, ну, — Джейс поиграл бровями, глуповато улыбнулся, вжал Виктора в стену чуть плотнее и упёрся коленом прямиком между худых ног. Возбуждение партнёра было красноречивым, но тот стушевался и, отстранившись от искусанной шеи, кашлянул. Джейс собрался было извиниться за поспешность, но Виктор опередил: — Знаешь, я был бы не прочь немного, — он нервно махнул рукой, — как ты тогда выразился, пообжиматься. На диване. — О, да, хорошо, — тут же согласился Джейс, воодушевлённый: в конце концов, в прошлый и пока единственный раз они тоже начали с «обжиманий». — Идём? — спросил он, намеренно понизив голос, нашёл руку партнёра и потянул в сторону дивана. Виктор, однако, не дался. Глянув растерянно, он нервно улыбнулся, хотя скорее было похоже на лёгкий оскал. — Д-да, я просто, — Виктор запнулся, сжал его руку чуть сильнее. — Нам ведь действительно нужно работать. Новый отчёт ждали ещё на той неделе. — Тогда по-быстрому? — предложил Джейс, сверкая шальной улыбкой. Немного помявшись, Виктор кивнул. По-быстрому у них не вышло. Впрочем, не вышло и ничего, кроме «пообжиматься». Что было в некоторой степени обидно, ведь Джейс хотел добраться хоть до какой-нибудь скрытой одеждой части тела партнёра и очень старался. Спустя какое-то время он даже начал всерьёз переживать из-за зажатости, граничащей с отстранённостью, но Виктор как будто почувствовал его замешательство: сам признался, что из-за свежей раны во рту боится потерять контроль, несмотря на недавнюю трапезу. — Так может и ну его, этот контроль? — предложил самое простое решение Джейс. — Укуси меня, — попросил он жарко и вкрадчиво, отираясь щекой о макушку партнёра. — После потери двух литров за неделю? — протянул Виктор скептически. — Нет уж. — Я прошу, — попробовал Джейс ещё раз. — Я сказал — нет, — отрезал Виктор, ловко вывернулся из-под него и, поправив рубашку (жилетку они давно совместными усилиями скинули за диван), двинулся к своему рабочему столу. Джейс вздохнул, рассеянно поглаживая опустевшее сидение дивана рядом с собой. Ему, конечно, очень хотелось — и укуса, и Виктора, но куда больше хотелось, чтобы партнёру рядом было комфортно. И всё же он решился попытать удачи в другом: — Тогда может согласишься на другую просьбу? — Сперва придётся озвучить. — Разрешишь пригласить тебя на свидание? Виктор заинтересованно обернулся. — Свидание? — переспросил он, постукивая пальцами по столешнице. — Ага, — довольно кивнул Джейс: реакция партнёра не была негативной, и это уже можно было считать маленьким успехом. — Соображу что-нибудь красивое и романтичное. Через пару дней, как закончим с этим и отчитаемся, — он взглядом указал на разложенные перед Виктором чертежи. — Что скажешь? — Согласен. За пару дней с накопившейся работой они не управились, что в целом было ожидаемо — оказалось проблематично в столь сжатые сроки нагнать то, что было упущено за добрую неделю. Но ждать дольше уже не было никаких сил, так что Джейс решил соорудить им романтический ужин прямо в лаборатории к окончанию рабочего дня. План был прост — заранее сделать заказ в ресторане, договориться о доставке и спрятать до заветного часа в подсобке цветы, бутылку вина и свечи. Джейс даже позаботился о бокалах, тарелках, приборах и скатерти — взял всё из дома, упаковав в спортивную сумку. Единственной непродуманной частью плана оказался сам Виктор, которого надо было куда-то спровадить, чтобы у Джейса появилась возможность подготовить сюрприз: доставку из ресторана он уже встретил втихую, но вот как накрыть на стол в присутствии партнёра так, чтобы тот не заметил, не представлял. Спроваживаться намёками Виктор упорно отказался — более того, явно начал подозревать неладное после нескольких поочерёдных просьб сходить до кафетерия за шоколадкой. На его прямую жалостливую просьбу о возможности побыть в лаборатории одному Виктор и вовсе откровенно возмутился, заявив, что начинает переживать и теперь уж точно никуда не пойдёт. — Я хотел подготовить сюрприз, — оказался вынужден признаться Джейс. На самом деле, организовывать не-сюрприз хотелось уже куда меньше, а вот своё странное поведение теперь точно нужно было как-то оправдать. Лицо Виктора забавно вытянулось. Он выдал короткое «Оу», медленно поднялся из-за стола и, окинув его нечитаемым взглядом, молча вышел за дверь. Джейс пару раз обошёл лабораторию по большому кругу, прежде чем взяться за подготовку своего не-сюрприза: благо хоть Виктор не знал, в чём тот заключается. Четверть часа спустя у большого светильника уже стоял раскладной стол из подсобки. На нём красовалась плотная скатерть, коробочки из ресторана — раскладывать заказанное по тарелкам Джейс решил уже по факту ужина, — и кое-как откупоренная бутылка вина: штопор он прихватить забыл, так что пришлось проталкивать пробку шилом вовнутрь. Он думал поставить букет туда же, на стол, но здоровенная колба, которую он использовал в качестве вазы в подсобке, показалась уж больно неподходящим вариантом, так что цветы — тёмно-алые, почти чёрные розы, двадцать семь штук, — он решил подарить сразу, а после поставить в ту же вазу рядом со столом. На полу громоздкая колба с букетом смотрелась вполне неплохо. Джейс придирчиво оглядывал результаты своих приготовлений, когда раздался стук в дверь. — Можно войти? — спросили из-за створок. Он едва не хлопнул себя по лбу: как можно было спровадить Виктора, не уточнив, когда возвращаться? — Конечно! — крикнул он, пригладил волосы и спешно подхватил букет, расплескав добрую треть колбы на свой костюм и пол. Виктор быстро зашёл, предусмотрительно запер за собой дверь и обвёл помещение удивлённым взглядом. Густые брови поползли вверх. — Джейс, ты… — Мы договорились о свидании, — начал он нервно, стараясь особо не трясти зажатым в руке букетом. — Через пару дней. Пара дней прошла, — нервно усмехнувшись, он обвёл свободной рукой помещение. — Так что я решил соорудить нам что-то вроде ужина и, ну, вот, — подскочив к взирающему с молчаливым недоумением партнёру, он вручил цветы. Виктор заторможенно принял букет и опустил растерянный взгляд к тёмным бутонам. — Знаю, банально и, пожалуй, немного не к месту и вообще слишком, но мне хотелось сделать для тебя что-то приятное, — продолжил тараторить Джейс, нервно перебирая пальцами край пиджака: переодеваться он не стал, ещё с утра надел красивую рубашку с жилеткой, но всё же решил взять с собой парадный пиджак. — Там ещё вино и кое-что из еды. Если хочешь… Он продолжил нести малосвязную околесицу, ожидая хоть какой-то реакции, но Виктор всё так же в молчаливой задумчивости рассматривал розы, бережно, будто в страхе повредить, касаясь кончиками пальцев нежных лепестков. «Хоть с букетом не прогадал», — мысленно успокоил себя Джейс, поражаясь, как же Виктору шли эти цветы: хрупкие, полные мрачной элегантности, но стойкие и к морозу, и к засухам, они удивительно гармонично дополняли образ вампира. — Их двадцать семь, — наконец подал голос Виктор. Прижав букет к груди, он поднял внимательный взгляд на партнёра. — Почему двадцать семь? — Это по числу месяцев. Та наша встреча, когда ты меня спас. И наше первое открытие. Всё было двадцать семь месяцев назад. — Ты безнадёжный романтик, ты знаешь? — протянул Виктор с полуулыбкой. — Возможно, — отозвался Джейс, переминаясь с ноги на ногу: наверное, быть романтиком не так уж и плохо? — Точно. И это всё, — Виктор свободной рукой указал на накрытый стол, — только подтверждает. — Не нравится? — решился-таки Джейс озвучить вопрос, что начал мучить ещё до претворения идеи в жизнь. — Нет, мне нравится, — возразил Виктор. Он слегка качнулся из стороны в сторону, словно баюкая букет в своих объятиях. — Я даже не знаю, как правильно отреагировать, — признался он, приподняв брови. — Правда? Ох, чёрт, Вик, как я рад! Подскочив к партнёру, Джейс попытался вытянуть из бледных пальцев букет, чтобы поставить в воду, но Виктор внезапно собственническим жестом прижал цветы к себе и направился к колбе самостоятельно. — Я на самом деле боялся, что ты меня на смех поднимешь за всю эту мишуру, — протянул Джейс, наблюдая, как партнёр выверенно подрезает скальпелем стебли, прежде чем опустить цветы в воду. — С чего бы? Мне приятно, — закончив с букетом, он обернулся. — А что там за еда? — любопытный взгляд перекочевал к столу. Без лишних слов Джейс принялся распаковывать длинный контейнер, украшенный витиеватым логотипом известного мясного ресторана. На свой стейк он не обратил особого внимания, а вот стейк Виктора — минимальной прожарки, с кровью — бегло осмотрел в страхе, что в контейнере тот мог дойти. Но едва обработанный кусок мяса на вид остался таким же сырым по меркам самого Джейса, так что он со спокойной душой продемонстрировал украшенное веточками фенхеля блюдо. Виктор прокомментировал выбор Джейса весьма сухо, но на лице у него был написан такой восторженный энтузиазм, что можно было подумать, будто он видит стейки впервые. Они сели за стол сразу после того, как Джейс посетовал на забытые в подсобке свечи. Стейк показался очень даже достойным, несмотря на то, что подостыл. Впрочем, Джейс едва обращал внимание на вкус еды: всё его существо было обращено к жадно поглащающему свою порцию Виктору. Он множество раз наблюдал, как вампир кусал сэндвичи, шоколадки, пил невозможно горький кофе и ужасно приторное сладкое молоко, но ни разу не видел, чтобы его зубы деформировались от обычной человеческой еды. Сейчас же Виктор терзал истекающий кровью стейк острыми резцами и клыками, толком не используя нож. Смотрелось это чертовски опасно и дико, но соблазнительно. — Вик, а ты можешь питаться кровью животных? — спросил Джейс, лениво потягивая вино из бокала. — Не знаю. Возможно? В Зауне человеческая кровь дешевле, — промычал Виктор с набитым ртом и с нескрываемым удовольствием откусил снова. Джейса аж передёрнуло. Кровь людей ценится ниже кровь животных? Это переварить было непросто. — Может, попробуем? Хочешь, найдём тебе живого, ну, быка, например? — он покосился на растерзанный стейк. Виктор одарил его испытующим взглядом и, проглотив, произнёс: — Я не хочу живого быка, Джейс. — Тогда кого-то другого? — предложил он осторожно. Виктор оторвал зубами кусок мяса достаточно красноречиво, чтобы решение отложить разговор показалось самым здравым из возможных. — Это было божественно, — впихнув в себя последний кусочек, выдохнул Виктор и расплылся в блаженной улыбке, откинувшись на спинку стула. — Спасибо. Джейс в который раз за их первое свидание — «Какое же до неприличного замечательное слово — <i>свидание</i>!» — улыбнулся в ответ. Видеть настолько довольного, умиротворённого, счастливого Виктора было такой редкостью, что даже казалось неправдой. Но Джейс твёрдо пообещал себе: он сделает всё ради того, чтобы видеть партнёра счастливым как можно чаще. Каждый день, каждый час, каждое мгновение. — На самом деле, я собирался предложить ещё кое-что. Виктор заинтересовано дёрнул бровью. Джейс одним быстрым движением расстегнул ворот, слегка наклонил голову и спросил: — Ты укусишь? Виктор демонстративно поиграл ножкой бокала, улыбаясь озорно, почти коварно, закусил губу и отозвался гортанным: «Да». А затем медленно поднялся с места, отошёл на несколько шагов и протянул ему руку. Сердце пустилось вскачь. Громыхнув стулом и едва не снеся по пути стол, Джейс поспешил принять предложенную ладонь. Виктор резко потянул его на себя, и Джейсу едва удалось удержать равновесие, ухватившись за край рабочего стола. Виктор продолжил наступать. Легонько подтолкнул его ещё ближе к столу, вынудив упереться ягодицами в монолитный край. Встал близко-близко, погладил по плечам и вдруг тесно вжался всем своим телом. Из глотки вырвался несдержанный стон, но Джейс не мог понять, что именно послужило причиной: коснувшиеся ушной раковины заострённые зубы или вклинившееся между бёдер колено. — Такой горячий, — шепнул Виктор, отираясь о него тесно и широко, по-кошачьи. — Хочу тебя выпить. Джейс промычал что-то согласное и невразумительное, пытаясь притереться пахом к ноге партнёра. Да. Да-да, ему тоже очень хотелось. Так что он решил не дожидаться их ритуального вопроса: «Куда?», а сыграть наперёд: — Вик, я хочу в… — Я сам решу, куда, Джейс, — внезапно перебил Виктор. — Раздевайся. — Да, кхм, то есть, в смысле, полностью? — переспросил он, и голос в конце фразы комично взлетел на тональность. — Свой браслет можешь оставить, — протянул Виктор, прежде чем отойти на шаг и дать тем самым возможность для манёвра. — И носки, — подумав, добавил он. — Пол холодный. Джейс не совсем понимал, зачем ему раздеваться для укуса. Тем более полностью. Но был вовсе не против: своего тела он не стеснялся, более того, даже гордился литыми мышцами и вполне справедливо считал, что может и покрасоваться перед изучающим взглядом партнёра. Особо красивого представления из раздевания сделать, правда, не вышло: сперва он запутался в рукаве, затем — в штанине, а под конец и вовсе едва не упал, прибольно ударившись коленом о ножку стола. Виктор тогда сразу оказался рядом, бережно коснулся побитой ноги кончиками пальцев и спросил: — Болит? — Ерунда, — отмахнулся Джейс. — Ты сядешь на стол? Не задавая лишних вопросов, Джейс примостился на столешницу. Голый зад проехался по холодной каменной плите, и он коротко вздрогнул. Но Виктор не дал замёрзнуть — резковато развёл ему ноги, вклинился между и втянул Джейса в глубокий поцелуй. Сразу стало жарко. Даже слишком. Джейс беспокойно заёрзал, потянулся к пуговицам на рубашке партнёра — Виктор-то, в отличие от него, оставался полностью одетым — но его руки мягко отстранили, подняли к плечам. — Виктор, — протянул он досадливо: быть единственным раздетым было неуютно. — Холодно? — спросил Виктор участливо, поглаживая его по бёдрам. — Да нет, я просто… — Хорошо, — перебил Виктор и вдруг — сердце пропустил пару ударов — принялся осторожно опускаться перед ним на колени. — В-вик, ты, — слова выбило из глотки стоном, когда его бедра коснулись чуть тёплые губы. — Ты же хотел укусить? — Я и собираюсь, — пообещал Виктор с хитрым прищуром. А затем устроил ладони на коленях Джейса и настойчиво потянул его ноги в стороны. С новым стоном Джейс поддался, позволяя партнёру устроиться между бёдер. Призрачная надежда, что Виктор перед укусом уделит внимание прижатому к животу стояку, улетучилась, когда тот с внезапной силой оторвал ногу Джейса от пола, устроил у себя на плече и, вжавшись лицом во внутреннюю сторону приподнятого бедра, царапнул зубами нежную кожу. Четырнадцатый укус был болезненным. Возможно, Джейс просто отвык, может — испугался и оттого начал воспринимать в разы острее. Уязвимое место пропороли зубами внезапно, челюсти сжались нещадно, и Джейс тихонечко заскулил, цепляясь за плечи и волосы партнёра, как утопающий. Кажется, у него даже упал. Не полностью — картина маячащей между ног каштановой макушки, равно как и собственная нога на худому плече, не могли не возбуждать — но достаточно, чтобы головка члена перестала пачкать смазкой живот. Виктор пил его долго. Смаковал каждый глоток с таким откровенным наслаждением, будто пробовал кровь впервые. Джейс насчитал четыре. Затяжные, ненасытные, они тянули его жизнь почти методично. Джейс был уверен, что Виктор собирался совершить ещё один, пятый, глоток, и морально уже подготовился, но клыки вышли наружу. Резковато, с негромким хлюпающим звуком и влагой. По ноге сразу потекло горячим и вязким. — Невероятный, — выдохнул Виктор и вместо того, чтобы утереть рот, вдруг принялся осыпать его бёдра и живот жёсткими кусачими поцелуями. Окровавленные губы оставляли дорожки алых потёков, но Виктор не обращал внимания — продолжал целовать истово, самозабвенно. — Джейс, ты такой… м-м-м, — новый поцелуй обжёг у самого паха. — Хочу тебе отсосать. Джейс сфокусировал плывший взгляд на партнёре. — А-а?.. — протянул он удивлённо. — Хочу взять в рот, — нетерпеливо пояснил Виктор, не отрываясь от его кожи. — Сделать минет, — зубы царапнули в пугающей близости от члена. — Так понятнее? Джейс судорожно закивал. Конечно, он понял и с первого раза. Только вот пока не улавливал, как именно Виктор собирался осуществить задуманное с полным ртом острых, как бритвы, клыков. Те заострились ещё тогда, во время их романтического ужина, и, судя по всему, никуда пока не собирались. В отличие от джейсовой эрекции, которая от перспективы оказаться в очаровательном клыкастом ротике окончательно потеряла всякую твёрдость. — Ты… ты не хочешь меня? — истолковал по-своему Виктор, бегая растерянным взглядом с лица партнёра до паха и обратно. — Ну что ты, Вик, — поспешил успокоить Джейс и потянулся к партнёру, чтобы погладил по волосам или щеке, но Виктор мотнул головой. — Конечно, хочу. Очень, всегда. — Тогда в чём дело? — Виктор дёрнул плечом. — Как бы это сказать, — начал Джейс неуверенно, глядя в рот вампира. — Скажи уж, как есть, — взмахнул Виктор руками и, как стало понятно по характерному оскалу, едва удержался от того, чтобы не зашипеть. — Твои зубы, — выдал Джейс правду. — Хочешь прежде ощупать мой рот ещё раз? — оживился Виктор. — Да нет же, клыки, — зажестикулировал Джейс. — Не пойми превратно, но мне бы не хотелось проверять их остроту своим членом. И без того знаю — острые. Виктор какое-то время смотрел на него непонимающе, а затем вдруг усмехнулся. — Так вот оно что. Я уж решил, что сделал что-то не так, — Виктор позволил коснуться своей щеки и даже потёрся лицом о его ладонь. — Ты не волнуйся. Я умею прятать зубы. Джейс кривовато улыбнулся в ответ и кивнул: на такой расклад он был более, чем согласен. Как оказалось, прятать зубы Виктор и правда умел. Только вот под этим подразумевалось не совсем то, чего ожидал Джейс: Виктор не деформировал свои клыки обратно, к привычной и безопасной человеческой форме, а просто спрятал их за губами и, склонившись над его пахом, вобрал неполную эрекцию в рот. Джейс издал протяжный высокий стон и, прикрыв глаза, зарылся пальцами в мягкие волосы на макушке, притягивая чуть ближе. Вопреки страхам, внутри оказалось удивительно горячо — как будто его собственная кровь согревала всё безжизненное нутро вампира лучше любых возможных источников тепла — мокро и гладко, почти идеально. Без единого намёка на острый клык или резец. Виктор инстинктивно сглотнул, когда Джейс толкнулся в нёбо, твердеющий член плотно сжало, и стало ещё лучше. Джейс попытался толкнуться снова, чуть глубже, но его ударили в бедро. Надсадно закашлявшись, Виктор выпустил член изо рта. По тонким губам струйками потекла розоватая слюна. С примесью его, Джейса, оставшейся крови. — Прости, я, — начал было Виктор, но прервался новым приступом кашля. — Нет-нет, всё хорошо, это ты прости, — потянул Джейс виновато, поглаживая партнёра по спине и щеке. — Мы можем по-другому, хочешь? Он хотел было слезть со столешницы, чтобы сесть рядом с переводящим дух партнёром, но тот удержал его за бедро на месте. — Нет, я хочу попробовать ещё, — Виктор широко прошёлся ладонями от колен по всей поверхности бёдер вверх. — Я смогу. — Конечно, сможешь, — уж если получилось у него самого, у Виктора получится и подавно — в этом Джейс не сомневался. — Я не буду давить. — Нет, ты можешь, — произнёс Виктор, пристраиваясь к его члену с таким серьёзным выражением на лице, что удержаться от смеха было физически сложно. — И я буду благодарен подсказкам. Опершись на его бёдра, Виктор бережно обхватил ствол у основания, окинул деловитым взглядом головку и торопливо лизнул щёлочку уретры, словно Джейс мог взять и упрекнуть его за внезапное проявление интереса. Не встретив сопротивления, Виктор свободной рукой заправил прядь волос за ухо, перехватил его у бедра плотнее и принялся вдумчиво исследовать его член языком, то водя по головке и стволу самым кончиком, то широко облизывая по всей длине. Сперва подобное внимание показалось необычным — Джейсу казалось, что Виктору в первую очередь захочется снова попробовать взять глубоко, доказать, что он сможет, — но так тоже оказалось очень даже приятно. Давать каких-либо особых подсказок Виктору не понадобилось — он сам схватывал всё на лету. Несколько раз даже снова пытался вобрать член в рот до основания, и в какой-то момент у него почти получилось, но стоило слегка двинуть бёдрами, как Виктор закашлялся и едва не царапнул чувствительную кожу зубами. Впрочем, ему прекрасно удавалось справляться и без всяких заглатываний по яйца: Виктор надрачивал ему кулаком и посасывал головку до того самозабвенно, что вскоре у Джейса уже не осталось никаких сил формулировать мысли и складывать возгласы одобрения в слова. Всё, что он мог — бессвязно стонать и стараться не давить на макушку партнёра слишком сильно в преддверии разрядки. Джейс несколько раз пробовал предупредить партнёра о приближающемся финале: сначала — невразумительным скулежом, затем — надсадным «Я сейчас!..», в самом конце — бесплодной попыткой оторвать голову вампира от пульсирующей эрекции. Но Виктор не дался. Наоборот, вцепился в его бедро до боли и вжался лицом в пах сильнее, будто боясь пропустить нечто важное, и застонал сам. Во рту Виктора отдалось сладостной вибрацией от внезапного звука, и это стало последней каплей. Царапнув ногтями столешницу, Джейс пару раз инстинктивно толкнулся в податливый рот, кончая. А затем в молчаливом недоумении наблюдал, как Виктор с нескрываемым удовольствием долго и тщательно собирает языком всё то, что не успел проглотить. — Вик, ты как? — прохрипел он, жадно хватая ртом воздух. — Ты вкусный, — едва ли не мурлыкнул Виктор, облизывая губы. — Я… спасибо? — усмехнулся Джейс и сполз со столешницы к партнёру. Поднимать Виктора с колен пришлось совместными усилиями — его правая нога от длительного пребывания в статичной позе никак не желала слушаться. Так что в итоге, игнорируя слабый протест, Джейс просто подхватил шипящего вампира на руки и донёс до дивана. От ответной ласки в свою сторону Виктор отказался, объяснив тем, что слишком вымотан морально. Впрочем, почти сразу согласился просто полежать вместе какое-то время и даже настоял, чтобы Джейс при этом остался раздетым. Натянув на них плед, Джейс осторожно, стараясь не потревожить резким движением отдыхающего партнёра, тронул пальцами бедро в месте укуса. Ранка отдалась слабой болью. — Четырнадцать, — шепнул он себе под нос, продолжая ощупывать укус: может, хоть от этого останется след? — Ты что-то сказал? — протянул Виктор, ворочаясь. — Люблю тебя.