Кинктобер в катаве

      В последнее время мой кошелёк был вынужден исхудать. Хоть игрушки и были единичной тратой, на смазку пришлось тратиться стабильно. Рин была одержима идеей использовать её задницу в сексуальных целях, поэтому тюбики улетали один за одним. Быстрее разве что её с краской. Вот и сегодня мне нужно было зайти за новым.       И снова я застал голую Рин, только в этот раз на диване. Сейчас она явно не была увлечена идеей использовать для ублажения различные предметы, вместо этого… пытаясь ощупать себя ногами?       — Мне уже даже страшно поинтересоваться, что в твоей голове на этот раз.       — Я пытаюсь вспомнить.       — Ого, и что же?       — Ощущение твоих рук.       — Пожалуй, способ не самый действенный.       — К сожалению, это самое близкое, что пришло мне в голову. Знаешь, так странно ощущать то, чего у тебя нет. И ведь дело не в том, что ты парень или имеешь какую-то мутацию. Это скорее я являюсь исключением.       — Ну, я не прочь подарить ощущение моих рук.       — Спасибо, но ты ведь не сможешь трогать меня постоянно. Я хочу запомнить это раз и навсегда.       — И что же ты предлагаешь?       — Чувствовать твои руки внутри для меня всегда как-то особенно, но там никогда не было больше двух пальцев. Мне всегда было интересно, какого будет почувствовать всю твою ладонь не только снаружи моего тела.       — Погоди, ты хочешь, чтобы я вставил её внутрь полностью? Все пять пальцев по запястье?       — Ну… да… Твои пальцы ведь уже были там, разве увеличение их количества это большая проблема? Они ведь не острые и ты никогда не был против их использовать.       — Но засунуть сразу всю ладонь это ВООБЩЕ не то же самое. Рин, ты уверена, что это безопасно?       — Да, я читала, что тело может очень сильно растягиваться. Дети же как-то рождаются.       — Чëрт, с каждым разом я всё больше удивляюсь, как тебе удаётся меня убедить.       В ответ на это Рин смущённо улыбнулась. Я решил не убирать смазку далеко по такому поводу, а положил её рядом на диване. Я начал с привычных ласк: проводил рукой по поверхности её губ, гладил её грудь другой рукой, коротко целовал. Когда одна из рук ощутила слабую влажность, я начал уделять больше внимания её входу, не проникая при этом внутрь.        Почувствовав большее увлажнение и нетерпение Рин, я обильно смазал всю ладонь своей сегодняшней покупкой и начал вводить первый палец. Эх, сегодня будет потрачено очень много смазки, но жалеть её в такой ситуации никак нельзя. К тому же мы точно не будем делать это регулярно, если ей вообще захочется повторить.       Тем временем вход Рин принимал мой палец без какого-либо сопротивления, так что я проникнул вторым. Я действовал осторожно, но, кажется, будто сама Рин считала это бессмысленным – её влагалище было полностью открыто моим движениям. Набравшись решимости, я ввожу третий палец, чего до этого мы никогда не делали. Я пытаюсь прижать его максимально плотно к остальным, но несмотря на все мои опасения, вход растягивается без проблем. С новой смелостью я добавляю мизинец, но Рин вдруг с силой сжимает мои пальцы.       — Ааа, аах!       — Что такое? Всё в порядке?       — Я… Погоди, не двигайся дальше.       Напряжение не сходило, поэтому второй рукой я начал медленно поглаживать область вокруг. Постепенно давление спадало, и я медленно вывел руку.       — Ладно, идея была не лучшая.       — Постой… может…       — Ты что, хочешь попробовать ещё раз? По моему твоему телу не понравилось. От этой идеи, думаю, нам лучше отказаться.       — Но, Хисао… Помнишь я сказала, что хочу запомнить это навсегда? Если всё на этом закончится, то я запомню нашу неудачную попытку, и она будет преследовать меня всю жизнь.       — Но ты ведь сама видела реакцию своего тела.       — Мы можем… попробовать по-другому.       — Что? Как?       — Ну… ты можешь вставить руку и в другое место…       — Но туда ведь будет ещё труднее, разве нет?       — Нет, я чувствую это. Поверь мне, Хисао, это правда так.       — *вздох* Ладно, но если всё же не получится, мы оставим эту затею.       — Спасибо.       Пока я по новой наносил смазку на ладонь, Рин повернулась и встала на четвереньки. Приблизившись, я засомневался, хорошая ли это идея, использовать столь узкое отверстие, но, с другой стороны, мы уже неоднократно растягивали его моими пальцами и… вещами побольше.       Мой первый палец встретил большее сопротивление, нежели в её предыдущей дырочке, но в данном случае это было обычным явлением, не предупреждающим об опасности. Вскоре сжатие ослабилось, и мой палец начал двигаться свободнее. Прежде, чем вводить второй, я положил другую руку на её промежность и начал ласкать клитор. До этого молчавшая, Рин начала громко дышать, а я почувствовал расслабление мышц, благодаря чему быстро ввёл ещё один палец. Видать, весь наш прошлый опыт был не зря, ведь её тело смогло быстро приспособиться к движению пальцев. Когда я добавил третий, ни Рин, ни её мышцы никак не отреагировали. С четвертым я помедлил, вспоминая прошлую попытку. Но показывать свой страх мне не хотелось, поэтому не заставляя Рин ждать, я проникаю и им. Как она и говорила, в этот раз всё прошло отлично. Анус сжимался не сильнее обычного, позволяя постепенно двигаться внутри.       — Остался последний.       — Я готова.       Сложив ладонь конусом, я проталкиваю свои пальцы полностью. По крайней мере на пару фаланг. Перед тем, как двигаться дальше, я снова наношу смазку на ту часть, что ещё находилась снаружи. После такой небольшой заминки я вновь возвращаюсь к ласкам клитора и вместе с этим начинаю продвигать руку. Кольцо мышц плавно растягивается вдоль большого и мизинца, пока не доходит до костяшки первого. Рин определённо это чувствует, поскольку видимо пытается расслабиться и сосредоточиться на ощущениях.       — Давай, не стоит колебаться.       Я прислушиваюсь к совету и начинаю медленно, но решительно продвигаться дальше, параллельно увеличивая скорость другой руки. Рин вся напряглась, зажмурив глаза и стиснув зубы, сквозь которые разнёсся тяжёлый стон. Когда прошли все костяшки, остальная часть запястья вошла практически мгновенно. Всё это время я не замедлял движения по её клитору, так что не заставив меня долго ждать, она начала ритмично сжиматься вокруг моей руки, а её стоны стали звучать безумно, превышая допустимые нормы громкости.       Когда оргазм отступил, а мышцы расслабились, я вытащил руку, с некоторым трепетом смотря на то, как закрывается её отверстие.       — Спасибо, что подарил мне такое сильное воспоминание, Хисао.