"Под одним зонтом"

Квартира Джисон была тёплой и немного хаотичной: книги на столе, плед, сбившийся на диване, кружка с засохшим остатком кофе. Минхо провёл пальцем по полке с фигурками, потом с улыбкой посмотрел на Джисона, снимающего куртку. — У тебя тут всё как в тебе: немного бардак, но уютно. — Считай это комплиментом, — усмехнулся Джисон. — Проходи, сейчас будет чай. Пока вода закипала, Минхо сел на диван, закутавшись в плед, и лениво смотрел, как Джисон метался между кухней и гостиной. В какой-то момент тот остановился, посмотрел на него — взгляд был мягким, домашним, почти трогательным. — Ты правда останешься? — Я же сказал: если будет чай. — Ну, чай будет. Но… — он подошёл ближе, с двумя кружками в руках. — А если я скажу, что хочу, чтобы ты остался не только на ночь? Минхо посмотрел на него долго, внимательно. Потом взял кружку, поставил её на стол, встал и приблизился вплотную. — Я это понял, когда ты предложил мне тапочки. — Что? — Джисон засмеялся. — Ты серьёзно? — Конечно. Тапочки — это уровень доверия выше, чем поцелуй. — Минхо провёл пальцем по его щеке. — А если серьёзно… я тоже хочу остаться. Не только на ночь. Молчание. А потом — короткое движение, и их губы снова встретились, на этот раз медленнее, глубже. Без спешки. Всё происходящее — это был не порыв, а продолжение чего-то, что давно зрело между ними. Позже, когда они лежали на диване, укрывшись тем же пледом, Джисон положил голову на грудь Минхо и тихо сказал: — Знаешь, я всё ждал, когда ты уйдёшь. Потому что с тобой… хорошо. Настояще. А к такому не привык. Минхо погладил его по волосам. — Тогда привыкай. Я никуда не ухожу. Снаружи всё ещё моросил дождь, но в этой квартире, под пледом, в тепле друг друга — было тихо и спокойно. Было "мы". Утро вползло в комнату сквозь тонкие занавески, играя солнечными пятнами на полу. Минхо проснулся первым — он лежал на боку, наблюдая за тем, как Джисон тихо сопит, растрепав волосы и зажав подушку, как будто та могла убежать. Он не хотел двигаться. Хотел просто впитывать этот момент — домашний, тёплый, почти неправдоподобный. Джисон зашевелился, пробормотал что-то невнятное и приоткрыл один глаз. — Ты уставился, как кот на молоко, — прохрипел он, голос всё ещё хриплый от сна. — Потому что ты сладкий, как молоко. — Минхо ухмыльнулся. — О, Боже, только не это с утра, — Джисон засмеялся и ткнул его подушкой. — Ты всегда такой романтик? — Нет, только когда сплю с рэперами, которые храпят. — Я не храплю! — возмутился он, но тут же снова рассмеялся. — Хотя, возможно… Минхо подтянулся к нему ближе и поцеловал в висок. — Давай я сделаю завтрак? — Ты умеешь? — В смысле «умеешь»?! Я гений кухни! — Ладно, шеф Минхо, удиви меня. Только без пожаров. Минхо встал, натянул одну из толстовок Джисона (которая оказалась на удивление уютной), и пошёл на кухню. Через пару минут оттуда донеслось: «Бин, где у тебя соль? Почему всё в одинаковых банках?!» — Ты же гений кухни! — крикнул в ответ Чанбин, не вставая с дивана. — Гении тоже нуждаются в ориентирах, — буркнул Минхо, но с улыбкой. Пока на сковородке шкворчали яйца и хлеб поджаривался в тостере, в квартире пахло теплом, уютом и чем-то новым — тем, что только начинается, но уже хочется беречь. Когда они ели, сидя на полу перед диваном, Джисон вдруг посмотрел на Минхо чуть дольше обычного. — Мне с тобой… легко. Это немного пугает. Минхо вздохнул, дотронулся до его пальцев. — Мне с тобой — правильно. А всё, что правильно, должно быть немного страшным. И они снова замолчали. Но на этот раз — в к омфорте, в полном принятии. Потому что иногда лучшие слова — это просто быть рядом.