Песчаная Стража

Несколько десятилетий назад, когда мир был ещё живым и полным надежд, произошло то, что изменило всё — взрыв сверхновой звезды. Взорвалась она так близко, что Земля ощутила его не только в своей атмосфере, но и в самом сердце. С того момента всё стало другим. Солнце, когда-то единое и яркое, стало двойным. Рядом с обычным светилом возникло странное, «чёрное» второе солнце, излучающее мертвый, серый свет. Это солнце не согревало, не даровало жизни. Оно лишь добавляло тени в мир, поглощая всё, что раньше было светлым и полным цвета. Экология Земли рухнула. Леса, что веками покрывали планету, начали умирать, как бы под воздействием этого странного света. Рекам не хватало силы, чтобы течь, и они испарялись, оставляя лишь пустые русла, высушенные до последней капли. Большая часть планеты превратилась в чёрные пустыни — бескрайние просторы, где не было ни жизни, ни надежды. Лишь возникающие Черные дыры, поглощающие куски реальности. По слухам и легендам, среди черных барханов лежат руины древнего города, стертые временем и пеплом. Город-оазис, последний оплот человеческой науки и веры перед падением мира. Сейчас он известен лишь как Устье Бездны, ибо в самом его центре, под тоннами песка, спрятан один из самых страшных артефактов новой эпохи — Исток Пустынь. Говорят, он возник в момент, когда сверхновая пронзила небо, и Земля содрогнулась. Где-то в недрах города ученые, безумцы или пророки — теперь уже никто не отличит одного от другого — пытались сдержать надвигающийся конец. Они создали нечто, что должно было стать якорем для реальности, стабилизатором в бушующем океане космического безумия. Но их расчёты были ошибочны. В момент взрыва Исток не удержал ткань мира — он проткнул её, как шип протыкает плоть. С тех пор Исток стал первым очагом Пустыни — черной, мёртвой, проклятой. Именно от него, как от сердца, начала расползаться чума опустошения. Исток Пустынь — это не камень, не машина и не магический идол. Это разрыв, застывший в форме. В его очертаниях — хаос: осколки зеркал, пульсирующие черной энергией; обломки неизвестных материалов, будто не из этого мира; и в самой середине — кристалл, вечно шепчущий на всех языках сразу. Те, кто приближаются, слышат собственные мысли, искажённые и отражённые, будто их произносит кто-то иной. Дети Двойного Солнца верят, что Исток — это и есть первородное семя очищения. Они строят храмы вокруг пустых руин, проводят ритуалы, приносят жертвы в песках, надеясь пробудить артефакт и открыть Великий Переход. Но другие говорят, что Исток — это пробойник, окно, через которое в мир проникли силы, не поддающиеся пониманию. Что именно он породил первую Чёрную Дыру. Что он всё ещё растёт, медленно, но верно, и однажды поглотит всё. Никто не знает правду. Одни ищут в Истоке спасения, другие — силы, третьи — конца. Но только одно неизменно: каждый, кто входит в разрушенный город, — возвращается другим. Если вовсе возвращается. Константин перескочил через ограду, быстрым шагом направляясь к открытой двери старого бара. Сквозь открытые окна раздавались негромкие разговоры, звон стекла и перебор струн гитары — ненастроенной, и оттого режущей слух. И именно здесь, вопреки здравому смыслу, его ожидал заказчик. Он не то чтобы прослыл известным охотником за реликвиями. Пилигримом до сих пор тоже не считался, и получить задание было странно. Пять лет назад — может быть, но точно не сейчас. Не так странно было то, что с ним смогли связаться, как то, почему они это сделали. До сих пор его остерегались. Мужчина вошел и немедленно огляделся, выискивая нужное лицо. Заказчик сидел в самом углу бара, подальше от сцены, и задумчиво вертел стакан с виски в руке. Костя фыркнул себе под нос и подошел к нему, прислонившись поясницей к столу. Цепь, обмотанная вокруг бедер на широких штанах песочного цвета, звякнула о деревянную поверхность. Верхнюю часть тела облегала плотная водолазка того же цвета и длинный плащ с накинутым капюшоном. Маска надежно скрывала нижнюю половину лица, а перчатки — руки. Поверх была накинута черная байкерская куртка, защищающая от ветров. В пустыне всегда нужно быть готовым к буре. — Добрый день, Кощей. — Не отрываясь от разглядывания напитка, отстраненно поздоровался заказчик. Константин хмыкнул в ответ, скрестив руки на груди, и предпочел сразу перейти к делу: — Нужно что-то найти? — Исток Пустынь. Это было, по меньшей мере, безумием. Кощей застыл, переведя взгляд на мужчину. Хотелось верить, что ему послышалось. На языке завертелось несдержанное ругательство. Заказчик отставил стакан и посмотрел прямо на охотника, изучая чужую реакцию. Было что-то раздражающе снисходительное в его взгляде. «Нет!» — тут же открестился Костя и развернулся к собеседнику, выпрямившись: — Нет. Это миф. Не существует никакого истока. — Такой же миф, как и Рай за песками. Но его же ищут. Константин скривился под маской, чего никто не заметил. «Иди туда, не знаю куда, ищи то, не знаю что» — он был категорически против подобных заказов. Кощей не верил в мифы, не верил легендам и предпочитал жить в реальном мире — искалеченном катастрофой, перемолотом жестокой судьбой, — но реальном. Если бы Рай существовал, его бы уже нашли. Не обычные люди, а фанатики. Дети Двойного Солнца в своих поисках продвинулись куда дальше обычного населения. Как минимум, они жили в пустынях. Если кто и мог найти Рай или Исток — это они, а не охотники за артефактами. — Меня это не интересует. Я не буду гнаться за призраком в бесплодных землях. Мне отнюдь не прельщает идея умереть так скоро… — «…снова» — мысленно договорил Костя. И продолжил: — Тебе дорога только к сумасшедшему. — К нему мы и пришли. — От бара отделились две фигуры и приблизились к их столу. Охотник поднял взгляд на мужчину и женщину. Оба, судя по всему, были из гильдии — на шеях крутился медальон в виде монеты. Женщина с темными волосами, заплетенными в две косы, устало провела рукой по испещренному морщинами лицу и опустилась на стул рядом с заказчиком. Мужчина, озвучивший эти слова, остался стоять. — Да ну? — Вскинул бровь Константин. Впервые его в лицо назвали сумасшедшим. За спиной — да, монстром, сумасшедшим, мутантом. Но в глаза… «Угроза». Кощей замер. Тихий, шелестящий голос на задворках сознания вновь проснулся. «Это по твоей вине обычные люди для нас угроза» — мысленно огрызнулся Константин и поджал губы, концентрируясь на реальности. — По какой причине я должен согласиться идти искать этот ваш Исток? — Уничтожить. Не найти. — Поправил мужчина с длинным шрамом, пересекающим правый глаз и всю щеку. — Я Навигатор. У нас имеется предположительная информация о местоположении Истока Пустынь, и я проведу команду с минимальными потерями. Что насчет причины… — Выбирай ту, что тебе нравится. — Заказчик поднялся, выгибая губы в кривой улыбке. — С одной стороны деньги. Много денег. И статус спасителя планеты. С другой стороны — раскрытие твоей маленькой тайны. В повисшей тишине, перебиваемой только отдаленными струнами гитары, послышался тихий смешок. Костя выгнул бровь, снимая маску с нижней части лица, и наклонился вперед. — Вы мне угрожаете? — На грани слышимости прошептали обветренные губы. Кощей заглушил чужой голос на подкорке сознания и обвел группу взглядом. — Угрожая, нужно быть уверенным, что в вас не выстрелят на опережение. И в чем же заключается ваша уверенность? «Убить…» — всё же прошептал этот голос, оживший, кажется, в самых глубинах Бездны. — Тебя не заинтересовали ни деньги, ни спасение планеты? — Недоуменно высказалась женщина, нахмурившись. Она казалась проста, как камень, — не прочувствовала ни сложности атмосферы, ни опасности переговоров. Навигатор фыркнул, положив руку на плечо этой женщины, и вернулся к вопросу: — У нас свои методы. Методы оказались действенными. Даже слишком. Кощей скривился от воспоминаний, стоя посреди штаба гильдии охотников и наблюдая за чужими сборами. Здание, где располагалась главная экономическая паутина нового мира, выглядело на редкость хорошо даже внутри. Фасад цел, пол не проваливался. Даже мебель была вполне себе добротной. Так и не скажешь, что вокруг сохранились лишь руины города. Здесь хранились остатки той, спокойной жизни. Личные вещи хранились в ящиках, а не рюкзаках на тот случай, если придется экстренно убегать. В полуразрушенном двухэтажном доме, которой с трудом, но можно было назвать своим убежищем, мужчина оставил только ненужные мелочи. Оружие, реликвии — все личные вещи Константин забрал с собой, вовсе не лелея надежду вернуться. Шанс того, что их не сожрут за столько времени происков в пустыне, был ничтожно мал. Но, по крайней мере, он не будет безоружен. В отличие от дураков из гильдии. Навигатор, изначально показавшийся Косте главной опасностью, оказался на редкость глупым человеком. Охотник видел это даже в сборах того, не говоря уже об озвученных мыслях. Томира в сравнении с ним выглядела куда надежнее в качестве командира группы, но ее недоверчивые взгляды говорили за себя. Их ожидало много, очень много конфликтов. Их заказчик был абсолютным идиотом, если надеялся, что такой компанией они смогут найти Исток. — Это всё? — Константин оттолкнулся от стены, разглядывая чужие собранные рюкзаки. Провизия, палатки и спальники были поручены этим двоим. Томира молча кивнула, а Навигатор задумчиво хмыкнул, разглядывая часы на запястье — хотя было не очень понятно, для чего они ему. — Степан уже должен нас ждать на границе. Кощей кивнул, поджав губы, и вышел первым. Ещё один смертник. Они шли мимо разрушенных домов, нигде не задерживаясь. Черное солнце поглощало рассветные лучи, погружая весь мир в мрачную серость. Люди вокруг, тихие и недоверчивые, провожали их взглядами. Костя нахмурился, натягивая ткань на нижнюю половину лица, и незаметно ускорился. Голос в голове тихо шептал несвязный бред — это было безопаснее, чем его активное поведение, но раздражало. И чужие навязчивые взгляды не улучшали ситуацию. У разрушенного дома на самой границе с начинающейся бесконечной пустыней стоял мужчина. Навигатор подошел первым, приветствуя незнакомца, и Кощей присмотрелся. На вид ему было около сорока – пятидесяти лет. Темные русые волосы уже затронула седина, как и на короткой бороде. Крепкое телосложение выдавало опыт физического труда. Степан повернулся на них с Томирой, остановившихся чуть дальше, и охотник заметил исключительно доброжелательное выражение лица. Даже светло-карие глаза светились непривычной мягкостью для этого сурового мира. — Я Степан. — Кивнул мужчина головой. — Механик из старой караванной коммуны, торгую металлоломом и топливом. Буду рад сопроводить вас на этом пути. Константин кивнул в ответ настолько кратко, насколько мог. Ему довелось путешествовать с караваном однажды, и та дорога оставила не самые приятные впечатления. — Отправляемся. До заката мы должны дойти до лагеря гильдии. — Обозначил первую остановку Навигатор и первым ступил на черные пески. Томира поправила лямки рюкзака и шагнула следом, вовлекая товарища в ненавязчивую беседу. Степан, одетый в простую рабочую одежду, бросил вопросительный взгляд на Костю, и тот мотнул головой: — Я пойду последним. Он не нуждался в представлении. Судя по понимающему взгляду, механик и без того знал, кто он. Степан молча прошел мимо, и Кощей замкнул группу, вглядываясь в пустыню. Рядом с городом ещё не было Черных дыр. Лишь безграничные черные пески, барханы, плывущие под силой ветра. Углубления, бывшие раньше реками, змеей простирались до горизонта. Ни одного растения на многие многие километры. Сверхновая уничтожила их двадцать лет назад — Кощей помнил тот свет, выжигающий глаза и обдирающий кожу до костей. Его родители не выжили. Как это удалось ему и той небольшой части населения, отстроившей новый мир, он не знал. До первого привала они дошли на удивление спокойно. Это удивление выразила и Томира: — У Песчаной Стражи сегодня выходной? — Конечно. Им не нужно переться никуда, в отличие от нас. — Фыркнул в ответ Константин, делая глоток воды. Навигатор бросил укоризненный взгляд в ответ на колкость, а Томира раздраженно цокнула. — Уж ты-то о занятиях монстров знаешь, да? Охотник резко развернулся. Ему определенно не нравился этот ненавистный тон в её словах. Кощей выгнул бровь, намереваясь ответить, но его перебил Степан: — Нам предстоит долгая дорога. Будьте терпеливее друг к другу. Кощей — такой же член команды, и не стоит заниматься оскорблением тех, кто тебе помогает. Томира раздраженно фыркнула, но тем не менее замолчала, отвернувшись. Костя бросил вопросительный взгляд на механика, но ничего не сказал. Он помогает? Кому? — Что ж, в таком случае, выдвигаемся. — Хлопнул в ладоши Навигатор. Возможно, Константину это показалось, но в глазах Степана промелькнула тень недоверия. Был ли этот член гильдии кем-то стоящим внимания? Охотник не знал. На полпути к их ночному лагерю появились Песчаные Стражи. Охотник почувствовал их раньше, чем увидел. Морозный холод прошелся мурашками по коже, словно Бездна коснулась его. Как в тот раз. «Стражи» — негромко известил остальных Кощей и насильно заткнул голос в голове, зажужжавший сильнее. А затем он их увидел. Призраки, бывшие таковыми лишь по определению, двигались вместе с надвигающейся бурей. Их тела были сформированы из живого темно-серого песка и костей существ. Иногда ветер проносился сквозь некоторых из них — и часть их тела рассыпалась, но тут же восстанавливалась обратно. Костя стряхнул оцепенение и повернулся на остальных. Томира нервно стянула с плеча автомат. Степан мрачно кивнул, заряжая свою двустволку. Навигатор нервно шептал себе под нос, судорожно обыскивая карманы, а затем достал какую-то реликвию. С первого взгляда Константин не смог определить даже её назначение и лишь понадеялся, что это их не убьет. И сам потянулся рукой к карману в штанах, намереваясь вытянуть гранату. Не было лучше оружия, чем то, что поражает массово. Стража приближалась неминуемо быстро. Голос резко забормотал что-то, и охотник почувствовал, как тяжелеет тело. Давление на плечи было таким, будто кто-то стоял за спиной и не давал сделать шаг. — Успокойся! — Шикнул под самый нос Константин, дергая плечом, и ощущение действительно ослабло. Вместо этого существо заговорило ещё громче, перебивая звуки вокруг: «Храм, Дюна…» Мужчина нахмурился. Голос говорит о Песчаной Страже? Кощей вгляделся в фигуры, на секунду замечая среди них что-то, блеснувшее алым. «Среди них стражница-мираж» — предупредил охотник, совершенно не зная, дошли ли его слова до адресатов. Он едва слышал сам себя. Как только первые ветры коснулись кожи, Костя выдернул чеку и кинул гранату вперед — в самое сердце монстров. Где-то там должна была скрываться мираж. Послышался неприятный скрип. Песчаная Стража не разговаривала в привычном понимании этого слова, их речами были пески и ветры. Взрыв был заглушен усилившейся бурей. Вокруг резко потемнело — сквозь черный песок было видно гораздо хуже. Константин сощурился, вытаскивая из-за пояса пару кинжалов. Тень одного из Воинов мелькнула сбоку, и мужчина, развернувшись, воткнул лезвие в его бок. Тело из песка тут же посыпалось, и, прежде, чем оно успело собраться обратно, Кощей рукой вырвал костяное сердце из груди, разламывая его. Душа призрака не могла исчезнуть после этого, но песочное тело было уничтожено. Стряхнув песок, охотник огляделся, выискивая других людей. Он услышал боевой крик Томиры, а затем увидел её рядом с Навигатором. Оба сражались вполне уверенно. Но…где был Степан? Костя сжал зубы, прикрывая глаза от летящего песка, когда вдруг рядом послышался выстрел. Одинокий и громкий. Двустволка механика. Мужчина двинулся на звук, добивая Стражей, пострадавших от взрыва гранаты. Когда он дошел до Степана, всё начало стихать. Ветер медленно унимался, а песок начал оседать. Константин посмотрел вокруг, подходя к механику и крепко сжимая его плечо. Чужая щека была рассечена, но едва ли это было серьезным ранением. — Закончилось? — Тихо хмыкнул Степан. Но охотник не был так уверен. Где мираж? Медленно подошли гильдийцы. Томира стряхивала песок с темных кос, а Навигатор был потрепан явно больше, чем все они. Из его плеча медленно текла кровь. — Вы видели стражницу? Где её камень? — Тут же спросил Костя. Томира покачала головой, вздернув бровь так, будто впервые слышит о каком-то камне. Навигатор казался более понимающим: — Я видел иллюзию, но потом она просто исчезла. Как и стражница, я полагаю. Кощей поджал губы, стряхивая песок с черных волос. Лохматые пряди путались, но он дергал их, не обращая внимания на боль. Томира забинтовывала плечо товарища. «Смотри, там…» — неожиданно тихо позвал Степан. Охотник обернулся на механика и перевел взгляд на точку на горизонте, куда тот показывал. Это была мираж. Песчаная стражница не приближалась к ним, но Константин видел этот янтарный взгляд и алый блеск камня иллюзий. Тело вновь потяжелело, когда голос в голове зашептал неожиданно связно: «Дюна…оставь её…» — Пойдем. Нам нужно двигаться. — Мотнул головой мужчина, выразительно посмотрев на Степана. Тот кивнул в ответ и улыбнулся. Костя не знал, чему была посвящена эта улыбка. — Все готовы? Нужно идти, пока не стемнело. — Чуть ослабевшим голосом позвал Навигатор и первым двинулся дальше, не услышав возражений. Они добрались до лагеря гильдии к самым сумеркам. Значительно похолодало, и Кощей был рад тому, что весь лагерь был освещен кострами. Даже если это значило, что ночью они как большой прожектор для всех тварей этого мира. Лагерь гильдии напоминал укреплённый улей — грубые металлические стены, сваренные из останков старой техники, ржавые турели на вышках, давно не стреляющие, но всё ещё внушающие уважение. В центре — большая костровая яма, где пылал огонь, подпитываемый реликвиями, вспыхивающими зелёным или синим пламенем. Между шатрами были натянуты цепи с фонарями, в которых мерцал мутный свет. Воздух пах гарью, смазкой и тревогой. Томира с Навигатором сразу же отправились к своим, чтобы отправить весть заказчику и уточнить маршрут до Истока. Их цель всё ещё казалась бредом сумасшедшего, но было проще смириться с ней, когда ты уже здесь. Уже в пути. Их со Степаном отправили в спальный сектор. Под одним огромным натянутым тентом находились спальники, сейчас в большинстве своем пустые. — Напоминает армию… — Выдохнул механик с ностальгической тоской. Константин бросил быстрый взгляд на старика, решившего вспомнить прошлую жизнь. Всё в его позе, вздохе и выражении лица говорило о том, как Степану хочется поболтать. И охотник решил поддаться этой прихоти — всё же этот человек не вызывал никаких негативных чувств. — Армию? — Ещё до катастрофы, когда я служил… У нас были полевые учения с точно такими же палатками. Ну, верно, ты ещё был слишком маленьким, когда взорвалась звезда? Молодежь… — Медленно выдохнул механик, присев на один из спальников. — Отнюдь. — Кощей остановился напротив, мотнув головой. — Мне было четырнадцать. Об армии я вполне имел представление. Ну…смутное. — Четырнадцать? Степан поднял удивленный взгляд на мужчину. Тот определенно не выглядел на те тридцать четыре года, которые должны были сложиться в таком случае. «Неплохо сохранился…» — пробормотал больше себе под нос механик. Костя не сдержал смешок и опустился на спальник напротив, стягивая байкерскую куртку: — Черные дыры — та ещё криокамера. Ответа не последовало. Охотник свернул одежду на подобии подушки и обернулся, натыкаясь на сочувствующий взгляд. Но он не нуждался в нем. Поджав губы, Константин отрицательно помотал головой и лег на место, уставившись в тканевый потолок. — Боль не всегда превращает человека в монстра. Ты определенно благороднее, чем кажется другим. — Через минуту отозвался механик и замолчал.