После бури наступает штиль

      Антон брёл прочь от школы. У него было полтора часа, чтобы дать Ромке нагуляться с Полиной, и пять минут, чтобы найти что-то более интересное и хоть сколько-то позитивное, прежде чем его мысли снова унесут его в круговорот тревог. Переезд в этот посёлок начался отнюдь неприятно. Столько детей пропало и пропадает. А самое неприятное, что некоторые ребята считали самого Антона первым и главным подозреваемым. Спасибо за сплетни нужно сказать Екатерине. Извращенец, маньяк... Чем ещё пополнится этот послужной список Петрова? Наркоман и работорговец?       Больше всего раздражало, как все охотно верили этим сплетням. Бабурин его задирал? Задирал. И все видели. И как Антон дал ему отпор, тоже видели. Но "дать разок по прыщавой морде" и "убить эту свинью" – две абсолютно разные вещи. А теперь пропала ещё и Катя, с которой у Антона тоже якобы были разногласия. И этот неоспоримый факт словно подкрепил слух о том, что Петров – маньяк. Он мысленно говорит "спасибо" Кате ещё раз и продолжает грести сквозь сугробы. За ночь выпало ещё больше снега, а тракторист не успел убрать. Неприятность за неприятностью.       Но тут, словно яркий луч света, ударило воспоминание. Такое теплое и приятное, как несбыточный сон. Мальчик всё ещё сомневался в реальности происходящего, но не мог отрицать этих приятных ощущений, чем бы они ни были вызваны.       Снег прекрасен. В ночи тёмного леса казалось, что падали не снежинки, а звёзды прямиком с неба. И Антон прыгал. Выше-выше! К самому источнику снегопада, к самим звёздам. И смеялся так громко, что казалось, будто луна ему смеётся в ответ и звёзды зашептали. И всё было хорошо. Антон счастлив. Действительно счастлив. Будто после бури наступил штиль, и вся поверхность воды стала, как зеркало, в котором любое отражение становилось краше.       И чудилось ему, будто он – часть этого леса. Стал ей задолго до переезда в посёлок. Всегда был. А его друзья, зверята, казались самыми близкими людьми, с которыми разлука казалась вечностью. Как бы ему хотелось вновь вернуться на ту поляну, слушать гомон голосов и мелодию флейты. И вновь надеть маску зайца, чтобы она срослась с его лицом, стала второй кожей.       Антон вынырнул из грёз. Вновь маятник качнулся. Невольно в голове прозвучали слова о возможном убийце. Даже зверята испугались его кровожадности. Кто-то из взрослых, а значит, никому в посёлке доверия нет. Он вспомнил, как Бяша рассказал о странном плаче в лесу, а Ромка скомандовал больше не разделяться, как обычно делали герои фильмов ужаса. Был ли толк от его слов, раз все трое сейчас отделились друг от друга? Антон лишь надеялся, что с детьми в масках всё хорошо и они держаться друг за друга.       Вдруг Антон заметил, что в глухом посёлке стало как-то шумно. Чересчур шумно. Жизнь в городе научила мальчика не обращать на это внимание, но, вспомнив о разговоре с Полиной по телефону и о её словах, что здесь до ужаса тихо, звуки музыки было трудно не заметить.       Шум доносился из клуба – одно из немногих мест, где можно было убить время и скуку. Но в основном там веселились ребята-старшеклассники. Любопытство порывом ветра подтолкнуло Антона свернуть с намеченного пути и пойти проверить, что там произошло. Он успеет к тому времени, как ему нужно будет встретиться с Ромкой и Бяшей.       Дойдя до клуба, Антон слегка обомлел. Вокруг, на фоне снега и серо-бурых домов, пестрели огни и разноцветные шарики. А под самой крышей висел огромный плакат с надписью «В гости к Фредди Фазберу». Иностранное имя сразу привлекло внимание и заинтриговало. Да и Антон не мог отделаться от мысли, что это был некий намёк на родную советскую детскую передачу «В гостях у сказки», чьи фильмы часто крутили по телевизору средь белого дня.       «Добро пожаловать в гости к Фредди Фазберу, волшебное место для детей и взрослых, где фантазии и веселье оживают!» – прогремел чей-то мужской голос с явным акцентом. Антон никак не мог поверить, что к ним в посёлок, о котором одному Богу известно, приехал иностранец с какой-то программой.       Подбежав ближе, Антон заметил плакаты. Аниматронные маскоты, которые умеют петь и разговаривать! Мальчик смотрел фильм «Приключения Электроника» и серию «Ну, Погоди!», где Волк встретился с роботом-зайцем, который до жути напугал Олю. Он был уверен, что нечто подобное сделают только в следующем веке. Но нет! Прямо здесь, в клубе посёлка, к ним приехало настоящее чудо. Причём абсолютно бесплатно!       Разглядывая плакаты, Антон заметил новых гостей в их заснеженных краях. Медведь, заяц, курочка и лис были главными звёздами шоу. Отчего-то эта банда напомнила о его новых друзьях в масках. Может, они как-то связаны с этим?       Не став гадать, Петров зашёл в клуб. Тут и там были разноцветные воздушные шары. Некоторые из них стремились к потолку наполненные гелием. Кто-то из ребят отвязал парочку и вдыхал газ, отчего голоса стали писклявыми. Антон и сам не смог сдержать улыбки, когда слышал тонкий смех.       В двух шагах от входа расположился киоск. Там были плюшевые игрушки, плакаты, наклейки, брелоки, значки и маски. Брови Антона взмыли вверх. Невольно взгляд зацепился за эти самые маски. Петров тут же заприметил, что они отличаются от тех, которые носили зверята. Антон взял одну в руку. Это была морда лиса. Ярко-рыжая, ближе к красному цвету, шерсть, острые зубы, один из которых был будто золотой, и повязка на правом глазу. У Алисы была совершенно не такая. Маска девочки была более реалистичная, да и казалось, что мех там настоящий. Как сейчас Антон помнит, что ему несколько раз хотелось стряхнуть снежинки с кончика её носа, прикоснуться к щеке рукой без варежки, чтобы почувствовать, насколько мягкая её шёрстка.       Повертев в руках маску, что продавалась в клубе, мальчик скривил губы. Она была красивой и интересной, но такой не настоящей. Будто этот лис, что косил под пирата, вылез прямиком из мультфильма. Может, так оно и было, но Антон никак не мог вспомнить, видел ли он похожего героя. Наверное, этот мультик не показывали ни в Советском Союзе, ни в России.       Беглым взглядом Петров рассмотрел и остальные маски. У медведя была чёрная шляпка, курочка из-за жёлтого цвета напомнила больше утенка, а шерсть зайчика вообще была синего цвета. Антон невольно стянул портфель с плеча и раскрыл его. Маска зайца, в которой он скакал по лесу, стараясь допрыгнуть до луны, всё ещё была с ним. И серая шерсть на ней была как настоящая. Даже казалось, что она пахнет, точно настоящий дикий заяц.       Пока Антон держал свою маску, сравнивая её с той, что продавалась в киоске, в клубе загремела музыка. Мальчик не разобрал слов, и лишь потом понял, что поют на английском языке. Любопытство подтолкнуло зайти в главный зал, где обычно проходили дискотеки. Отворив тяжёлую дверь, Антон ахнул.       На сцене стояли те самые аниматроники, чьи маски он рассматривал минуту назад. Роботы двигались, поворачиваясь к детям, что окружили и облепили сцену. Чуть поодаль своим крюком махал тот самый лис. Антону показалось, что здесь собрался весь посёлок. Слухи в таком глухом месте разлетаются быстрее, чем горячие пирожки с картошкой в их школьной столовой.       В последний раз такой восторженное удивление Антон испытал, когда Алиса угостила его сладостями, среди которых были конфеты, которые он никогда не видел и не ел, а в жвачке попался вкладыш с Мерседесом. Отчего-то показалось, что и за этим стоят его лесные друзья.       Оказавшись достаточно близко к роботам, Антон следил за механическими выученными движениями маскотов. Когда песня закончилась, медведь заговорил на русском языке. Причём никакого акцента не было. «Видимо, просили наших актёров озвучить их», – подумал Антон. Наверняка эти чудеса техники уже успели побывать в столице.       Маленькие дети были в восторге от выступления. Некоторые из них уже держали в руках по плюшевой игрушке. Ребятам постарше приглянулись те самые маски. Некоторые тут же принялись пугать ими малышей. – Привести бы сюда Олю, – вырвалось из уст Антона. Его сестра наверняка бы захотела себе приобрести одну из игрушек или набор наклеек, чтобы обвесить ими свой альбом или мебель. – И Полину.       Невольно Антон вспомнил разговор с одноклассницей, которая утверждала, что в их посёлке тихо и ничего никогда не происходит, а если и происходит, то обязательно плохое. Вот она обрадуется, когда узнает, что к ним приехали удивительные гости издалека, которые к тому же поют. Для музыкального слуха Полины тут бы был маленький уголок рая. Пусть и на время. – Посмотрите, кто тут! – прозвучало над самым ухом. Антон вздрогнул, поднял голову и обернулся через плечо. Рядом с ним стоял жёлтый заяц, почти под два метра ростом. В одной руке у него были гелиевые воздушные шары. Один из них он протянул мальчику. – Здесь нет места скуке и грусти, мой дорогой друг! – Я просто… Я… – замямлил Антон, не зная, что и сказать. Это место его так сильно впечатлило, что он лишился дара речи. Взяв верёвочку шарика, мальчик тут же, более уверенно, проговорил. – Спасибо.       Антон смотрел в зеленые глаза жёлтого зайца. Они были, как свежая трава весной. Но приглядевшись, он заметил другую пару глаз. Это были большие серые человеческие глаза. Перед ним был не такой же аниматроник, как те, что выступали на сцене, развлекая детей, а человек в костюме. Наверняка это его голос он слышал, когда только подошёл к клубу. Уж больно знакомым показался его акцент. Ощущение чуда, однако, это не испортило.       Заяц же склонил голову так, будто понял, что Антон его раскусил. Но мужчина улыбнулся Антону всего лишь одними глазами. Он осматривал мальчика с ног до головы, задержавшись на его руках. И Петров готов был поклясться, что увидел в этих глазах проблеск узнавания. – Я хорошо помню лица своих друзей, но твоя маска не похожа, ни на одного из них, хоть и выглядит знакомой. Нашёл в лесу средь снега?       Глаза Антона распахнулись, а брови взмыли ввысь. Он посмотрел вниз. Точно, его маска Зайчика. Мальчик так и не убрал её на место, захваченный шоу. Такие маски, как у Антона, были, чуть ли не у каждого ребёнка, кто в детском саду или школе играл роль зайчика в новогоднем спектакле. Но откуда мужчина мог знать, что он нашёл её в лесу?! Вернее, нашёл-то он её в портфеле, но более чем уверен, что это дело рук его новых друзей, в частности Алисы.       Может быть, этот мужчина как-то связан с ней и лесом в целом? Знает ли он что-то о детях в масках? Но не успел Антон задать все эти вопросы, как малышня окружила зайца, весело что-то лепеча. Тот встал на одно колено, чтобы быть с детьми одного роста, и раздал каждому из них по шарику. Довольная ребятня разбежалась, кто куда, а жёлтый заяц снова выпрямился и двинулся в сторону. Но по блеску серых глаз Антон понял, что он звал его за собой.       И он пошёл. Наперекор здравому смыслу и чувству самосохранения. Только прошлой ночью он решил, что никому из посёлка доверять нельзя. Но этот мужчина явно не местный, слишком ломаный и мягкий у него акцент, когда он говорит на русском языке. Да и к тому же, как понял Антон, именно он владелец этих аниматроников, а значит незнакомцу от такого громкого преступления, как похищение детей, было бы не с руки.       Оказавшись за сценой, где была небольшая гримёрка для артистов, хотя, как для себя подметил Антон, этот уголок с лавочками и шкафчиком носит уж слишком громкое название. Скорее всего, подсобка или коморка. Тут было тесно, но менее шумно. Стены заглушали звуки музыки и возгласы детей. Никто их не услышит, не потревожит. Заяц остановился именно здесь, в этом укромном уголке, где может наконец-то не притворяться. Сняв огромную голову, мужчина испустил долгий выдох. Наверное, в таком костюме невероятно жарко.       Затем иностранец обернулся к Антону. Его каштановые волосы слегка прилипли ко лбу и вискам. А серые, точно сталь, глаза по-доброму и с небольшой грустью посмотрели на Антона, отчего тот сглотнул. – Так, и как же тебя зовут, Зайчик?       Мальчик вжал шею в плечи, прикусив внутреннюю сторону щеки. Было как-то неловко от того, что незнакомец так назвал его. Но это лишь больше убеждало, что он может что-то знать о лесе и зверятах. – Антон. – Приятно познакомится, Антон. Я Вильгельм.       Антон не удивился его имени, хоть и звучало оно для него несколько странно. По речи мужчины было понятно, что он приехал из Европы. Его буква «р» всегда была мягкой. Да и все его предложения и слова были простыми. – Вы хорошо говорите по-русски. – Мальчик и сам не понял, для чего сказал эту мысль вслух. Вильгельм лишь посмеялся. Так мягко и тихо. – Спасибо. Моя бабушка была русской. Жила в соседней деревне. Гостил у неё, когда был ребёнком. Именно поэтому я и приехал сюда, чтобы показать местным детям свои творения. Помню, как деревенским мальчишкам и девчонкам не часто приходилось видеть нечто интересное, что можно увидеть в городе.       Антон смотрел на него заворожено. Что ж, это немного объясняло, почему прогресс науки и технологий оказался здесь, в глухомани средь лесов. Петров не мог не оценить сей благотворительный порыв мужчины. Но они зашли сюда не для этого разговора. И Вильгельм, точно услышав мысли Антона, начал задавать вопросы. – Твоя маска. Скажи, где ты её нашёл?       Антон вспомнил тот день, когда после школы он играл с Алисой в снежки, как его остановили Семён, Бяша и Ромка и как именно они достали из его портфеля заячью маску. Как именно она там оказалась, мальчик не знал. Но с ней больше не расставался.       Вновь прикусив щёку, Антон думает, стоит ли доверять мужчине эту тайну. Вильгельм мог располагать к себе. Но мальчик помнил, что именно иностранец сделал предположение, что маска была найдена в снегах леса. Откуда такое предположение? Только если он что-то знает. – Она лежала в моём рюкзаке. Но я не знаю, как она там оказалась. – И ты уже виделся с ними? С детьми в масках?       Каждым словом и предложением Вильгельм выбивал из Антона воздух. Он точно что-то знает! – Откуда Вы…? – Он признал тебя?       Серые глаза мужчины потемнели. Не то страх, не то предвкушение в них поселилось. Казалось, что Вильгельм вот-вот схватит Антона за грудки куртки и встряхнёт его. В голосе мужчины слышалось пренебрежение, будто сам лес его давний враг.       Антону не составило труда понять, о ком говорил его оппонент. Он сглотнул. Кажется, будто по шее вновь прошлись липким тёплым языком. Дрожь пробежала по телу. И снова Антон не успел ответить. Его движения и язык тела уже всё выдали и рассказали. Он как открытая книга. Но и Вильгельм не сильно скрывал свои эмоции. Может и не хотел, однако Антон чётко видел волнение. – Понятно. Так ты и есть новый Зайчик. Плохо. – Плохо? Почему? Мои друзья ничего плохого мне не сделали! Они… они помогали мне. Сделали счастливее. – Выпалил как на духу Антон. Вильгельм никак не оскорбил зверят, но Антон чувствовал желание защитить и отстоять их честь. Ведь именно так поступают друзья, да? – Друзья? Поверь, это не так.       Тут на миг лицо Вильгельма вытянулось. Глаза распахнулись и бегали по лицу Антона. Сам мальчик чувствовал, как он нервничал. Мужчина хотел что-то сказать, но, то и дело, водил рукой по подбородку и губам, боясь сболтнуть лишнего. Эта нервозность передалась и Антону. – Ты в опасности. Как и твоя семья. Ты же по незнанию принял их угощения, да? – Ну… да, я не отказывался. А что? И причём здесь моя семья?       Вильгельм снова промычал, кусая внутреннюю сторону щеки. Рука в перчатке желтого зайца прошлась по волосам, взъерошив их. А сердце Антона стучало, как у воробья. Специально ли его запугивает новый знакомый или что-то знает и действительно старается помочь? Алиса говорила, что взрослым доверять нельзя. А лисичку он знает куда лучше, чем мужчину в костюме зайца. Молчание Вильгельма ничем не помогало. – Ответьте! – Звереешь.       Прошептал мужчина. Он сверлил мальчика взглядом, выискивая что-то в его душе. Рассматривал, как яблоко в поисках того самого червячка. И Антон начал паниковать. Меньше всего ему хотелось подвергать семью опасности. Но если Вильгельм что-то знает…       Он знает! Антон ему не рассказал ни про Алису, ни про других детей в масках, ни тем более про Хозяина Леса.       Вильгельм взял голову жёлтого зайца и надел её обратно. Серые глаза сквозь прорези снова смотрели на него с озорством. Точно, как Антон, когда он надевал свою маску. С трудом, но мужчина встал с лавки, чтобы снова выйти к детям. Мальчик не унимался. Слова о том, что семья могла быть в опасности, встревожила его душу. – Стойте! Откуда Вы это знаете? Почему я должен Вам верить?       Мужчина остановился, слегка повернув голову, будто прислушиваясь. В этот момент жёлтый костюм зайца показался целой бронёй. Зелёные глаза аниматроника, которые ранее напоминали свежую траву, вдруг стали ядовитыми, а серые очи, что виднелись в прорезях, стали холодными, как металл. В маленькой подсобке голос прозвучал чётко и холодно. – Потому что ты не единственный Зайчик.