Бирюзовые искры

*** В спальне сестер Блэк, которую они по настоянию Нарциссы делили в этом году, царил полумрак. Единственным источником света было призрачное, зеленоватое сияние зачарованного ночника и отблески от серебра, которое обе девушки теперь носили не снимая. Нарцисса сидела перед зеркалом, медленно, с гипнотической ритмичностью расчесывая свои длинные светлые волосы. Её лицо в отражении зеркала было непроницаемым, но глаза выдавали напряженную работу мысли. Беллатриса не могла усидеть на месте. Она наворачивала круги по всей комнате, время от времени поглядывая на сестру. - Ну? - наконец, не выдержала старшая. Беллатриса подошла к сестре, положив ей руку на плечо. - Ты понимаешь, что он сделал, Цисси? Ее голос был полон и восторга и возмущения, складываясь в неведомый коктейль. - Он просто взял и поставил нас перед фактом, - продолжила Белла, сжав пальцы на плече сестры чуть сильнее, чем следовало. - Две невесты. Ты хоть представляешь лицо отца, когда он узнает? Нарцисса чуть поморщилась от хватки сестры, но не отстранилась. - Представляю, - спокойно ответила она, откладывая расческу. - Этот первокурсник меня пугает! - слова старшей Блэк не соответствовали ее восхищенному тону. - Это безумие! Он либо гений, либо самоуверенный идиот, который не понимает, во что ввязался. - Ой, кто бы говорил про безумие, - фыркнула блондинка. - Но согласись, это... выход. Выглядит им, по крайней мере. Я конечно не знаю, как мы будем жить вместе еще бог знает сколько лет... - Подумаешь, - усмехнулась Белла. - Терпела тебя десяток лет и еще сотню так и быть, потерплю. - Взаимно, - на губах Нарциссы появилась улыбка, заражая ей и ее старшую сестру. Да, они не озвучили решение, но выбор был сделан. Они обе замолчали, погруженные в свои мысли, пока Беллатриса вновь не начала разговор. - Признай, Цисси... тебе ведь тоже интересно, справится ли он? Не каждый день первокурсник заявляет права на "такое", пусть он и наследник Ноттов. Нарцисса на секунду задумалась, вспоминая слова Теодора и его решительность. - Интересно, - признала она тихо. - Очень интересно. Но нам нужно быть осторожными. Малфой такого точно не потерпит. - Плевать на Малфоя, - Беллатриса хищно улыбнулась в потолок. - Теперь это проблемы Нотта. А я люблю смотреть, как проблемы решаются... силой. *** Алан Нотт сидел в своем кабинете, наслаждаясь редкими минутами тишины. В камине ровно гудело пламя, отбрасывая длинные тени на стены, увешанные гербами. На столе перед ним стоял бокал с рубиновым вином и лежал свежий выпуск «Пророка», где на первой полосе был какой-то новый метод использования алихоции, будто бы находящаяся на следующей странице новость об изменениях в правительстве была не особо важной. К сожалению, страна медленно стагнировала - сильно сказывалась потеря большей части колоний, где теперь было намного сложнее получить доступ к нужным ингредиентам для зелий и остальных продуктов, необходимых для благополучия Магической Британии. Алан впустил птицу, отвязал пергамент и, небрежно бросив сове крекер (которую она ловко поймала клювом), развернул письмо. Почерк Теодора был, как всегда, ровным и четким - словно сын чертил руны, а не писал письмо. Отец, я принял решение... Алан кивнул сам себе, делая глоток вина. Ну да, скорее всего Нарцисса. Разумно. Он уже подготовил черновик для Ориона. Глаза скользнули ниже. "...Я решил не выбирать между двумя сестрами. Я хочу взять обеих." Рука лорда Нотта дрогнула. Капля вина из бокала сорвалась и упала на дорогой ковер, расплываясь багровым пятном, но он даже не заметил этого. "...Надеюсь на твою поддежку, отец." Алан перечитал строчки еще раз. Потом еще раз. Буквы не менялись. Смысл оставался прежним, и он был чудовищным в своей наглости. - Оба? - прошептал он в гулкую пустоту кабинета. - Он хочет забрать обеих? Он медленно отложил письмо на стол и опустился в кресло, чувствуя, как привычная, логичная картина мира дает трещину. Это было не просто амбициозно. Это было на грани безумия. Две дочери древнейшего рода за одного наследника? Такого не случалось уже лет двести, если не больше. Особенно с Блэк! - Мерлин... - выдохнул Алан, проводя рукой по лицу. - Этот пацан меня в могилу сведет. Первым порывом было написать ответ, приказать немедленно прекратить этот фарс, пока род не стал посмешищем. Но затем включился холодный, расчетливый ум политика. Орион жаден до влияния. Если ему предложить такое... Если убедить его, что род Нотт достаточно силен, чтобы потянуть двойной союз... Это ведь словно сказать Малфоям - да и другим родам тоже, что Блэки предпочтут отдать двоих своих женщин за одного Нотта, чем отдавать кому-то другому. Алан одним глотком допил вино. Если Теодор сможет удержать обеих, то род Нотт станет центром силы, с которым придется считаться даже... Лорду, если тот решит выйти из тени. Но сможет ли? Алан вспомнил сияющие бирюзой глаза сына, а также его ненормальную силу. "Сможет" - решение было моментальным. Уж кому верить одинокому лорду, как не своему сыну, единственному, что осталось от "нее"? - Наглец, - усмехнулся Алан, и в его голосе смешались шок и какая-то дикая, отчаянная гордость. Он небрежным взмахом палочки очистил ковер от вина и резко встал. - Зогги! - гаркнул он так, что пламя в камине дернулось. Домовик появился мгновенно, с хлопком, низко кланяясь. - Хозяин звал? - Принеси мне чернила и парадный пергамент с золотой каймой. И открой бутылку огденского. Самую старую. - Слушаюсь, хозяин! - эльф исчез, чувствуя настроение хозяина. Алан подошел к окну, глядя на заснеженный сад, погруженный во тьму. Ему предстояло написать самое сложное, самое рискованное письмо в своей жизни. Убедить Ориона Блэка отдать обеих дочерей - это задачка не из легких. Нужно сыграть на его гордыне, на его страхе перед угасанием рода и на его жадности. - Ну что ж, сын, - пробормотал он, глядя на свое отражение в темном стекле, где в глазах горел азарт. - Ты поднял ставки до небес. Теперь посмотрим, потянет ли дом Нотт твои амбиции. Он вернулся к столу, окунул перо в чернильницу и, не колеблясь, вывел: "Лорду Ориону Блэку, Главе Древнейшего и Благороднейшего Дома Блэк..." *** Утро следующего дня встретило меня привычной прохладой подземелий и тихим сопением Торфинна. Лег я вчера довольно поздно - всю ночь гонял энергию по телу, пытаясь ускорить режим бездны. Еще раз поблагодарил силу Вазарин, чувствуя как трехчасовой сон ощущается полноценным. Эван уже не спал. Он сидел на краю своей кровати, уже одетый, и листал какую-то книгу, но его взгляд был расфокусированным. Заметив, что я проснулся, он вяло махнул мне рукой. - Доброе утро, - сказал он, вставая с кровати. - Доброе. Разбудим соню? - я кивнул на Роули, который с самым довольным видом обнимал подушку. - Надо бы, - почесал затылок Эван. На его лица появилась хитрая ухмылка. - Вингардиум Левиоса, - шепнул он, направив палочку на подушку. Белая подушка плавно выскользнула из-под головы Торфинна и поплыла вверх. Голова Роули с глухим стуком встретилась с матрасом. - Ммм?! - Торфинн резко сел, осоловело моргая и хватая ртом воздух. - Атакуют?! - Завтрак атакует, - усмехнулся я, наблюдая, как подушка мягко опускается ему на колени. - Вставай, воин. Война войной, а овсянка по расписанию. - Очень смешно, - проворчал он, потирая затылок, но злости в его голосе не было. У выхода из подземелий нас уже ждали остальные: Виола, на чьем плече, что удивительно, мирно сидел кролик, София, что недовольно смотрела на сцепившихся Альберта и Юстаса. - Да что твои "коршуны" могут сделать Торнадос? - с видом, будто задели его честь, воскликнул Юстас, гневно смотря на Блишвиг. - У твоих Торнадос пик уже давно прошел, состав уже откровенно дерьмовый! - не стесняясь в выражениях, отвечал ему Альберт. - Стоп, стоп! - я вклинился между спорщиками, положив руки им на плечи. - Квиддич - это, конечно, важно, но если вы сейчас подеретесь, Селвин с вас три шкуры спустит. - Он первый начал! - возмутился Юстас, поправляя сбившуюся мантию. - А я закончил, - спокойно отрезал я. - У нас сегодня Чары, и я бы предпочел, чтобы мы пришли туда как единый круг, а не как кучка драчунов. Ребята еще постреляли друг в друга взглядами, но потом, вздохнув, пожали друг другу руки. Мы двинулись к Большому залу. По мере приближения к дверям, гул голосов становился громче, и, когда мы вошли, нас накрыла привычная волна шума: звон посуды, смех, перекличка между столами и шелест утренней почты. Мы заняли свои места. Я сел, привычно накладывая себе овсянку. Эван и Торфинн устроились напротив, Юстас и Альберт - чуть дальше, продолжая свой спор о квиддиче, но уже шепотом. Девочки сели вдвоем, что-то обсуждая. Блэки сидели вместе, а их взгляд тут же уперся в меня, как только я сел за стол. Ох, тяжелый предстоит разговор, тяжелый. Я спокойно намазывал джем на тост, когда рядом со мной отодвинулась скамья. Это была Нарцисса. Эван на секунду замер с вилкой у рта, но тут же вернулся к еде, делая вид, что так и должно быть. Торфинн лишь коротко кивнул ей. - Доброе утро, - произнесла она ровным голосом, наливая себе чай. Она выглядела безупречно, и только легкая тень под глазами выдавала, что ночь у нее вышел не таким спокойным, как она пыталась показать. - Доброе утро, Нарцисса, - ответил я так же спокойно. - Нам нужно поговорить, - тихо произнесла она. - Поговорить втроем. После уроков. Там же, где мы встречались в прошлый раз. - Хорошо, - кивнул я, не меняя выражения лица. - Буду там сразу после Чар. Нарцисса едва заметно кивнула, принимая ответ, и вернулась к своему завтраку, снова став образцом слизеринской сдержанности. - Передай джем, пожалуйста, - громче попросила она, окончательно возвращая разговор в русло будничности. *** Я закинул сумку на плечо и кивнул парням, собираясь направиться к выходу, но далеко уйти не удалось. Дорогу мне преградил какой-то парень - рейвенкловец, судя по мантии. - Нотт, - он оглянулся. - Можно тебя на пару слов? - Это Майкл Дэвис, я тебе о нем говорил, - шепнул Эван. - Я слушаю? - посмотрел я на парня. Несмотря на то, что он был на третьем курсе, ростом он был чуть пониже меня, оттого я мог смотреть на него сверху вниз. - Насчет вхождения в круг, - ответил он твердо. Я чуть прищурился. - Ты смелый парень, Дэвис. Но стоит ли это обсуждать здесь, у всех на виду? - я окинул его оценивающим взглядом. Он даже не моргнул. - Вокруг слишком шумно, чтобы кто-то прислушивался к деталям, Теодор. Лучшее укрытие - на виду. Но я понимаю твои опасения. - Этот разговор всё равно не для коридора. И не для утра перед уроками, - я чуть наклонился к нему, понижая тон и перехватывая инициативу. - Когда? - коротко спросил он. - Вечером. Подойдешь к Эвану, он тебя проведет, - Дэвис едва заметно кивнул. - Поговорим в спокойной обстановке. - Я усмехнулся, глядя ему в глаза. - И захвати палочку. Дэвис кивнул и отступил в сторону, освобождая мне дорогу. Ну чтож, пора на Чары. *** Урок профессора Флитвика прошел в привычном для меня ритме: минимум лишних движений, максимум концентрации. Полугоблин, стоя на своей стопке книг, с энтузиазмом вещал о свойствах воспламеняющих чар. - Инсендио- это не просто «бабах», - пищал Флитвик, и его глаза сверкали из-под очков. - Это тепло очага, это свет во тьме, это, если хотите, жизнь! Но без контроля это пожар. Приступайте! Класс наполнился выкриками и вспышками. Так как сидел Слизерин и Рейвенкло, никаких лишних разговоров не возникало - все были увлечены практикой. Я положил перед собой небольшую деревянную щепку. Задача была проста: поджечь её. - Мистер Блишвиг! Вы же себе мантию так спалите! - раздался голос профессора, и я скосил взгляд налево, где сидели Альберт с Виолой. Перед Альбертом разгорался нешуточный пожар - вон, как полыхает на весь класс. Вообще, как так допустили, что первокурсники учатся такому опасному заклинанию? А если сейчас начнется пожар? Взмахнув палочкой, Флитвик мгновенно погасил пламя, оставив лишь почерневший пятно. Я поджег свою щепку, контролируя пламя силой мысли. Рядом раздалось шипение и запах паленой шерсти. Я скосил глаза. Торфинн, видимо, перестарался с энтузиазмом, и его щепка полыхнула так, словно заклинание вспышки использовали. Он торопливо тушил её, бормоча проклятия. Эван, чья щепка горела ровным обычным огнем, тихо посмеивался. Когда прозвенел колокол, я медленно собрал вещи, чувствуя приятное удовлетворение. Да, заклинание не новое, но практика всегда хороша. Так прошли чары, а после них - и трансфигурация. - Вы идите, - бросил я Торфинну и Эвану, когда мы вышли в коридор. - У меня есть дело. - Хорошо, мистер Донжуан, - картинно поклонился Эван, после чего повел ребят на обед. - Удачи, - коротко бросил Торфинн. *** Третий этаж встретил меня привычным ощущением заброшенности, хоть никаких следов пыли и не было - видимо, школьные домовики наводят порядок даже в таких богом забытых местах. Они были там. Нарцисса сидела на подоконнике, сложив руки на коленях, её лицо было непроницаемой маской, хотя пальцы выдавали напряжение. Беллатриса же мерила шагами коридор, поигрывая палочкой. При моем появлении она резко замерла и обернулась. Её темные глаза сузились, а на губах заиграла опасная улыбка. - А вот и наш «герой-любовник», - протянула она, подходя ко мне. - Наконец-то. - Приветствую, леди, - кивнул я. - Рад, что вы пришли. - Пройдем в класс? - она указала пальцем на находящийся рядом с Нарциссой дверь. - Думаю, говорить в коридоре не лучшая идея. - Разумное предложение, - кивнул я, пропуская девушек вперед. Аккуратный ряд парт и чуть потемневшая и потрескавшаяся от времени доска встретили нашу небольшую компанию. Девушки сели за первый ряд, а я, вытащив одну из стульев, расположился напротив. - Ты либо самый смелый человек, которого я знаю, либо самый безумный, - начала Нарцисса. - Тео... ты же понимаешь, что делаешь? - Да, - спокойно ответил я, глядя в её встревоженные глаза. - Я понимаю, что это выглядит как безумие. Но, Цисси, если бы я выбрал тебя. Ты бы хотела, чтобы твоя сестра взяла удар на себя? Ведь если за меня выйдешь ты, лорд Блэк, очевидно, вторую свою дочь отдаст Малфою. Или кому-то другому из его приближенных. Нарцисса поджала губы, нервно теребя рукав мантии. - Но две дочери Древнейшего рода за одного первокурсника? Тебе не кажется, что это... слишком? - Я свои возможности знаю, Цисси. Ни Малфой, ни кто-либо еще не смогут дать вам того, что дам я. - Красивые речи, - усмехнулась ранее молчавшая Беллатриса. - Ты хорошо говоришь, Нотт. Складно. Но слова - это воздух, - она поднялась с парты, нависая надо мной. - Ты хочешь забрать нас обеих? Ты, мальчишка, у которого молоко на губах не обсохло? В её глазах плясали опасные, безумные огоньки. Она искала конфронтации. - Возраст - это условность, Белла, - я лениво откинулся на спинку стула, глядя на неё снизу вверх. - Сила и знания значат куда больше, чем дата рождения в метрике. - Сила? - она фыркнула, и этот звук был похож на треск хлыста. - Какая у тебя может быть сила? Ты первокурсник! - Я не простой первокурсник, Белла, - мои глаза вспыхнули бездной. Белла не отвернулась - ее взгляд стал каким-то безумным, а губы расширились в нахальной улыбке. - Докажи это, - шепнула она. Миг - и энергия бездны высвобождается из моего тела, затопляя весь класс бирюзовым туманом. Бирюзовое марево не просто висело в воздухе, оно давило, проникало в легкие, вытесняя кислород и заменяя его чужеродной, холодной энергией. Нарцисса сломалась первой. Она судорожно вздохнула, хватаясь рукой за горло, и согнулась над партой. Её лицо посерело, а в глазах застыл первобытный ужас перед силой, природу которой она не могла понять. Да, ей было знакомо мое проявление силы, но она всегда была лишь наблюдателем. А сейчас - чувствовала. Но моим главным зрителем была не она. Я медленно встал, чувствуя, как Бездна радостно гудит в моих венах. Я был её проводником, её хозяином в этом мире, и она платила мне опьяняющим чувством абсолютного превосходства. Беллатриса не согнулась. Пока нет. Она стояла, вцепившись побелевшими пальцами в край парты, и её грудь тяжело вздымалась, пытаясь протолкнуть воздух сквозь плотность моей магии. Её палочка дрожала в опущенной руке - она не могла даже поднять её, не говоря уж о том, чтобы сотворить заклинание. В такой концентрации Бездны обычная магия просто захлебывалась. Я сделал шаг к ней. Давление усилилось, сфокусировавшись на старшей сестре. Её безумная улыбка превратилась в оскал. В черных глазах плескалась смесь дикого страха и такого же дикого, извращенного восторга. Она смотрела на меня, как смотрят на стихийное бедствие, которое невозможно остановить. - Ну как, Белла? - мой голос звучал глухо, искаженный плотностью пространства, словно я говорил из-под толщи воды. Я подошел вплотную, нависая над ней. - Достаточно весомый аргумент для первокурсника? Она попыталась что-то ответить, но из горла вырвался лишь хрип. Я видел, как по её виску скатилась капля холодного пота. Она была сильной ведьмой, очень сильной для своего возраста, но сейчас она столкнулась с тем, что находилось за пределами её понимания магического мира. Я позволил давлению достигнуть пика. Нарцисса тихо всхлипнула, окончательно уткнувшись лицом в сложенные руки. Беллатриса пошатнулась, её колени подогнулись, и она была вынуждена опереться обеими руками о стол, чтобы не упасть передо мной на колени. - Я... - прохрипела она, и в этом звуке не было больше ни насмешки, ни сомнения. Этого было достаточно. Я резко, одним мысленным усилием, втянул Бездну обратно в ядро. Бирюзовый туман исчез так же мгновенно, как и появился. Воздух с шумом ворвался в легкие девушек. Класс снова стал серым и тихим, температура вернулась к норме. Нарцисса жадно хватала ртом воздух, её плечи дрожали. Беллатриса медленно выпрямилась, опираясь о парту. Её лицо было бледным, а черные кудри прилипли к влажному лбу. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых страх медленно уступал место фанатичному блеску. - Ты... - она сглотнула, восстанавливая дыхание. - Ты не человек, Нотт. - Я лучше, - спокойно ответил я, поправляя мантию, словно ничего не произошло. - Я - ваше будущее. Если, конечно, у вас хватит смелости его принять. Беллатриса вдруг рассмеялась. Это был нервный смех, который быстро перешел в тихое хихиканье. Она провела рукой по волосам, приводя себя в порядок, и хищно облизнула губы. - Убедил, - выдохнула она, и её голос завибрировал от возбуждения. - К дьяволу всех. Если ты можешь... я хочу быть рядом, когда ты разнесешь этот мир в щепки. Она повернулась к сестре, которая всё еще приходила в себя. - Цисси, вставай. Кажется, мы нашли себе монстра по вкусу.