Бирюзовые искры

*** Я оставил Хогвартс позади, чувствуя, как мой варфрейм рассекает воздух. Нарцисса, отец, Дамблдор - они остались там, внизу, среди обломков ворот и затихающего пламени. У меня не было времени на долгие прощания. Сброшенный с орбиты арчвинг тут же встроился ко мне в спину. Я активировал ускорители, и замок превратился в крошечную точку среди серых гор. Под крыльями моей Амеши, который шел параллельным курсом чуть выше в облаках, проносилась Британия, и то, что я видел, заставляло виски пульсировать от едва сдерживаемого гнева. Воздух свистел в сочленениях брони, а арчвинг за спиной вибрировал от колоссального напряжения. Я летел низко, едва не задевая верхушки деревьев, превращаясь в золотисто-белый росчерк на фоне пасмурного британского неба. Британия внизу напоминала изорванное лоскутное одеяло. Магические деревни, веками скрытые от глаз маглов, горели бирюзовым пламенем, а в небе над ними кружили Тэнно. Я видел, как звено Титаний рассыпается в воздухе на тысячи смертоносных лезвий, перемалывая легионы Шепота в мелкую крошку, и как Рино, упавший с орбиты прямо в центр скопления врагов, одним топотом заставляет землю содрогаться, разрывая фрагментированных на куски. Сотни, тысячи варфреймов сыпались с небес. Чем ближе я подлетал к столице, тем гуще становился туман Бездны, напоминая чем-то облака в Дувири. Биг-Бен больше не отбивал часы - его шпиль был оплетен ртутными наростами. Я вошел в воздушное пространство Лондона на предельной скорости, чувствуя, как системы Данте синхронизируются с глобальной сетью флота. И в ушах послышался такой знакомый, и такой долгожданный голос матери. - Оператор, ситуация критическая, - голос Лотос пробился сквозь статический шум сражения. - Прорывы зафиксированы в каждом крупном городе, затронуты даже самые отдаленные точки. Системы Лотос тут же получили доступ к примитивной сети планеты, передавая ей информацию. - Больше всего прорывов в Северной Америке, Европе и в Южной Азии. Я слушал Лотос, параллельно наблюдая, как прямо над Темзой висел гигантский разлом, из которого вываливались существа, похожие на обломки античных статуй, сшитые энергией Безразличия. Я сбросил арчвинг за квартал до Уайтхолла и приземлился на крышу одного из зданий, раздробив каблуками варфрейма вековую кладку. Ноктуа тут же раскрылся у моего плеча, страницы бешено листались, выдавая одно заклинание за другим. - Аятан! - обрадовались увидевшие меня Тэнно. - Братья, - улыбнулся я, хоть этого варфрейм и не мог изобразить. Вокруг кипела битва, масштаб которой не снился ни одному историку магии. Я видел, как Вольт проносится мимо в ослепительной вспышке, оставляя за собой лишь наэлектризованную пыль от врагов. Видел, как Мэг сжимает само пространство, превращая группу сегментированных существ в единый, бесполезный комок искорёженного камня. Каждый варфрейм был машиной для уничтожения, а при объединении, Тэнно могли уничтожать целые империи. Орокин тому пример. - Занимайте периметр! - приказал один из старших через общую сеть. Один из мастеров, что с помощью своего Гидроида сделал из безобидной Темзы оружие. - Аятан, давай щиты! - раздался его голос в передатчике. Я тут же принялся кастовать, давай своим сородичам энергетические щиты, чтобы они могли меньше отвлекаться на защиту. - Оператор, - голос Лотос снова зазвучал в моей голове, теперь более четко. - Я анализирую структуру разлома над Темзой. Структуру поддерживают четыре Зелатора. Уничтожьте их. - Принято. Я рванулся вперед, чувствуя, как Данте откликается на каждое движение моей мысли. Вокруг Уайтхолла разверзся настоящий филиал ада. Группа авроров в оборванных мантиях заняла позицию у входа в Министерство, лихорадочно выкрикивая заклинания. Боевые заклинания расцветали в воздухе, но для Фрагментированных эти чары были лишь щекоткой. Один из авроров, чье лицо было залито кровью, взмахнул палочкой, пытаясь остановить наступающего гиганта, собранного из обломков статуй. Заклинание ударило в грудь монстра, не оставив даже царапины. В ту же секунду мимо него золотой молнией пронесся Вольт. Воздух взорвался от сверхзвукового удара, а монстр распался на тысячи мелких осколков, не успев даже замахнуться. Волшебник застыл, опустив палочку, а в глазах была лишь растерянность. - К разлому! - мой приказ ушел в сеть. Я раскрыл Ноктуа. Страницы гримуара вращались так быстро, что превратились в сплошной ореол золотого света. Из страниц будто ожив, вырвались полупрозрачные силуэты парагриммов, которые накинулись на ближайших врагов. На набережной Темзы стояли четверо Зелаторов. Они были огромны, их сегментированные тела пульсировали бирюзовым светом, удерживая рваные края разлома в небе. - Аятан, прикрой! - раздался голос оператора Мэг. Она вышла из своего варфрейма. Маленькая фигура в облегающем костюме возникла посреди хаоса. Она вытянула руку, и из её ладони вырвался ослепительный луч чистой энергии Бездны. Луч прошил пространство, испаряя всё на своем пути, и врезался в первого Зелатора. Тварь взвыла, её структура начала коллапсировать. Справа от меня другой Тэнно применил перенос. Его варфрейм застыл, а сам Оператор окутался бирюзовым сиянием. Он пронесся сквозь ряды раненых авроров, и там, где касалась его энергия, рваные раны затягивались мгновенно. Я вскинул Онос. Пушка в инкарнон-форме вибрировала, требуя выхода накопленной ярости. Собрав достаточно энергии, я нажал на спуск. Инфернальный луч Инкарнона прорезал Лондонское небо, затмевая бирюзовое сияние разлома. Снаряд ударил во второго Зелатора, вызвав цепную реакцию. Тварь взорвалась, разлетаясь на куски битого камня. Рядом Гидроид вызвал водяные щупальца, пропитанные энергией Бездны. Они хватали Фрагментированных, раздавливая толщей воды. Тэнно работали как единый организм: пока один лечил, другие выжигали пространство лучами, засыпали врагов градом пуль. Магическая Британия видела этот триумф разрушения. Авроры и наемники, которые раньше считали себя элитой, теперь просто старались не попасть под перекрестный огонь. Третий Зелатор пал под градом пуль, превративших его в решето. Остался последний. Он завыл, и разлом над Темзой начал судорожно пульсировать, готовясь выплеснуть нечто гораздо более опасное. И впрямь, из разлома показалась рука. Размером с самого Зелатора. - ОГОНЬ! - заорал старший. Все стволы, все способности, вся накопленная ярость Бездны одновременно обрушились на эту руку и последнего Зелатора. Небо над Лондоном превратилось в огненный шторм. Данте вибрировал от отдачи, пока я вливал в Ноктуа всю доступную энергию, создавая каскад разрывов. Рука дернулась, покрываясь трещинами, и медленно начала втягиваться обратно в разлом. Последний Зелатор, не выдержав давления, взорвался, и портал над рекой схлопнулся с оглушительным хлопком, оставив после себя лишь запах озона и тишину. Я опустил Онос, чувствуя, как реактор варфрейма переходит в режим охлаждения. Мы сделали это. Хотя бы один город был освобожден. - Это лишь начало, дитя мое, - голос Лотос эхом отозвался в шлеме Данте, когда последние искры портала над Темзой погасли. - Резонанс Бездны вспыхивает по всей планете. Москва, Нью-Йорк, Токио - везде фиксируются массовые жертвы. Твои братья и сестры нуждаются в поддержке. Над набережной вновь раздался знакомый свист. Десятки арчвингов спикировали с орбиты, врезаясь в сочленения брони варфреймов. Я почувствовал мощный толчок ускорителей. Мы сорвались с места, превращаясь в золотые и синие росчерки, уходящие в стратосферу. *** Наталья Пожаркова прижалась спиной к холодной мраморной колонне, её пальцы судорожно сжимали палочку. Воздух в музее стал невыносимо душным. Группа студентов Колдовстворца, приехавшая на экскурсию, оказалась в ловушке. - Все назад! - закричала их молодая преподавательница истории магии, но ее голос оборвался на высокой ноте. Из тени выплыло существо. Оно напоминало обломки античных статуй, сшитые мерцающими бирюзовыми нитями. Без лица, без эмоций - лишь воплощенная пустота. Существо взмахнуло сегментированной рукой, и мощный разряд энергии стер девушку. На месте, где она стояла, осталась только серая пыль. Наталья видела, как двое её друзей лежат неподвижно у входа. Их палочки были переломлены, а глаза остекленели. - Секо! - выкрикнула Наталья, вложив в заклинание весь свой страх. Луч света ударил в грудь «статуи», но камень лишь слегка треснул, мгновенно затянувшись ртутным блеском. Существо даже не замедлилось. Оно издало низкий, вибрирующий гул, наступая. В голове всплыл образ Теодора Нотта. Его слова, странные символы, сила, которая всегда казалась ей слишком масштабной для простого волшебника. Она видела бирюзовое свечение в разломах над Москвой и понимала: этот хаос пришел вслед за ним. Мир, к которому она привыкла, с его понятными правилами и предсказуемым злом, рассыпался. - Гори! - выкрикнула она, взмахнув казавшейся железной, палочкой. Огромная струя магического пламени сорвалась с кончика её палочки, окутывая существо ревущим коконом. Тварь издала нечто, похожее на визг, отскакивая назад. - Пользуйтесь огнем! - Наталья продолжила поливать существо огнем, наращивая темп. Самые храбрые из оставшихся студентов присоединились к ней. Зал наполнился ревом пламени и криками студентов. Огонь, в отличие от режущих заклятий, действительно заставлял существ медлить - бирюзовые нити, скреплявшие камень, обугливались и теряли натяжение. Наталья видела, как первая «статуя» повалилась на пол, рассыпаясь грудой безжизненных обломков. - Еще! Не давайте им продохнуть! - скомандовала она. Она чувствовала триумф, но он длился считанные секунды. Огромные окна музея, выходящие на площадь, взорвались одновременно. В зал, давя осколки стекла, ворвался целый десяток новых существ. Они двигались быстрее, слаженнее, и пламя нескольких студентов уже не могло остановить этот серый прилив. - Отступаем! - Наталья буквально затолкала однокурсников в узкий дверной проем, ведущий вглубь музея. В конце зала дорогу преградила массивная дубовая дверь, запертая на магический замок. Пока один из парней лихорадочно выкрикивал «Алохомора», Наталья развернулась, тяжело дыша. Преследователи уже были здесь. Они вплывали в зал, их сегментированные тела мерцали в полумраке, а гул, который они издавали, словно вибрировал в костях. Наталья вскинула палочку для последнего, отчаянного рывка, понимая, что сил на полноценный «Адский огонь» у неё не хватит. Вдруг, раздался скрежет и грохот, и потолок музея проломился. Тонны кирпича и лепнины обрушились вниз, погребая под собой авангард наступающих статуй. Сквозь пыль и каменную крошку на пол с тяжелым металлическим лязгом приземлилось нечто колоссальное. Это была четырехметровая громадина из потемневшего золота и резной кости, напоминающая ожившее осадное орудие, каким его представляли, наверное, в веке восемнадцатом. Массивный корпус в форме бочки, короткие, мощные механические ноги и руки, в одной из которых был зажат гигантский ствол оружия. Машина издала резкий, механический свист, и в центре её корпуса вспыхнул ослепительный глаз, сияющий чистой Бездной. - Некрамех развернут. Активирован штормовой саван, - раздался изнутри машины искаженный, громоподобный голос, после чего вся механическая туша робота покрылась молниями. Сегментированные существа, почуяв новую угрозу, бросились на робота, но тот даже не шелохнулся. Верхняя часть Некрамеха провернулась с лязгом шестеренок. Ствол пулемета изрыгнул стену огня, стирая в порошок орду тех, чью парочку они победили с таким трудом. За доли секунды зал превратился в зону абсолютного уничтожения. Ударные волны от выстрелов заставляли одежду на студентах хлопать, а от грохота закладывало уши. Когда последний враг превратился в облако серой взвеси, Некрамех медленно повернул свой массивный корпус к замершим студентам. Ствол пулемета всё еще дымился, а из сочленений машины вырывались струи охлаждающего пара. Наталья смотрела на эту золотую гору, едва удерживая палочку. "Когда этот сраный мир стал Вархаммером?" - вскричала она, чувствуя облегчение. С высоким гулом за спиной Некрамеха активировались двигатели и он взлетел, покидая здание сквозь проломленную крышу. *** На орбите Земли царила пугающая тишина, нарушаемая лишь мерным гулом систем жизнеобеспечения флагмана. Лотос стояла перед колоссальным панорамным экраном, где голубой шар планеты теперь казался истерзанным плодом, покрытым бирюзовой плесенью разломов. Её руки медленно скользили над голографическими картами, которые пульсировали тревожным багровым светом. Система уже успела разослать дронов по всей планете, давая самую свежую информацию. - Мониторинг завершен, - раздался холодный голос Цефалона Сай в операционном зале. - Северная Америка: уровень заражения бездной критический. Нью-Йорк и Вашингтон больше не отвечают. Плотность Шепота в Южной Азии достигла критической отметки. Пекин превращен в кристаллический могильник. Потери среди гражданского населения исчисляются миллионами. Лотос не шелохнулась. Её шлем мягко светился, обрабатывая тысячи потоков данных в секунду. Она видела, как магические школы Востока пытаются выставить щиты, которые Безразличие лопает, словно мыльные пузыри. Она видела, как магловские армии с большими потерями хоть как-то убивают малую часть Шепота, в силу своих ограниченных технологий. - Этот мир слишком хрупок, - прошептала она. Лотос выпрямилась. - Все освободившиеся Тэнно - отправляйтесь в указанные координаты. От массивного корпуса флагмана, словно лепестки от умирающего цветка, начали отсоединяться золотистые тени. Десятки десантных кораблей класса «Параллакс», сверкая обводами Орокин, синхронно развернулись в сторону ночной стороны планеты. Это Тэнно, едва восстановившись после очередной битвы, лезут в новую, спеша на помощь своим братьям. Корабли вошли в атмосферу, превращаясь в яркие метеоры. Ее мысли прервал крик одной из Тэнно, что кричала на своего сородича, который лениво плелся в десантный отсек. - Айлик, подними свою жопу, мы мир спасаем! - взмолилась она. - Да, иду я, иду, - пробурчал парень, исчезая за дверями.