Випера Эванеско

Остаток октября в Хогвартсе прошел относительно спокойно, и Гарри был бесконечно рад тому, что самой большой проблемой, по крайней мере в их гриффиндорской гостиной, стало исчезновение жабы Невилла. Которая, впрочем, довольно-таки быстро нашлась. Долгопупс в очередной раз посетовал, что Тревор то и дело стремится убежать к Черному озеру, а Поттер слушал его и улыбался. Кажется, жизнь все-таки постепенно налаживалась. Проблем со змеей также больше не возникало, за исключением того, что она недовольно шипела на всех, кто косо смотрел на Гарри. Впрочем, таких было немного. Постепенно ученики привыкли и к ней, и к новому статусу Поттера, и к неоднозначному поступку в суде, и, к его большому удивлению, проблем особо не создавали. По-настоящему сложным было совмещение учебы, преподавания и всего остального. Тем более, что приближался первый матч Грифонов, который должен был состояться в ноябре. Помимо участившихся тренировок, Гарри пришлось консультировать Джинни. Несмотря на весь опыт, она очень нервничала из-за первого в жизни матча, который ей придется провести в качестве капитана. В очередное октябрьское утро, когда волшебники собрались за завтраком в большом зале, Джинни снова подсела к Гарри. Ее лицо казалось уставшим. Она закрыла его руками и простонала: — Надо было назначить капитаном тебя, а не меня. — Я так не думаю, — ответил Гарри, откладывая в сторону куриную ножку, которой был занят. — Что случилось? — заинтересовался сидящий рядом Рон. — Знаю, я не в вашей команде, но все равно можешь поделиться. — Охотники считают, что прием «Голова ястреба» слишком старый и надо придумать что-то другое. Но зачем придумывать? Он действительно эффективен! Поттер согласно кивнул. Он и сам многократно видел, какую пользу во время матча приносит «Голова». — И что они предлагают? — спросил Уизли. — Что-нибудь необычное. Например, финт Порскова. — Точно! Ирландцы применяли его на чемпионате мира по квиддичу. Помните? — воодушевленно ответил Рон. — Да, но какой смысл отвергать старые проверенные методы? — воскликнула Джинни. — Давай включим оба приема, — пожал плечами Гарри. — Думаю, такой компромисс всех устроит. Уизли выдохнула. — Пожалуй, ты прав. Кажется, я скоро сойду с ума с этим матчем. — Ты справишься, — улыбнулся Рон. — Я, конечно, ничего не понимаю в квиддиче, — вмешалась Гермиона. — Но думаю, что при должной подготовке вы сможете победить. — Мы и так тренируемся несколько раз в неделю, — возмутился Гарри. — Вашими соперниками будут Василиски, да? — спросил Рон. — Блейз говорит, что у них сильный состав, и я с ним в кои-то веки согласен. Взять того же Малфоя. Поттер не выдержал и первый раз за утро оглянулся на слизеринский стол, хоть и обещал себе этого не делать. К его огромному удивлению, Драко уже успел закончить завтрак и поднялся, явно собираясь уйти. Гарри нахмурился: они договаривались встретиться после завтрака, но, судя по всему, у Малфоя поменялись планы. — Иди за ним, — тихо сказала Джинни. — Что? — опешил Поттер. Уизли закатила глаза. — Только слепой не заметит, как вы смотрите друг на друга. И как он буравил взглядом тебя все утро. — Но мы не... — Брось, Гарри. Иди. Только не посвящай его в наши планы по поводу матча, — улыбнулась Джинни. Поттер выдавил кривую улыбку. — Ни за что на свете.

***

В назначенном месте Малфоя не оказалось, но с помощью Карты мародеров Гарри смог быстро найти его. Драко почти успел дойти до подземелий, как Поттер остановил его, схватив за руку и затащив в первый попавшийся пустой кабинет. Судя по его виду, раньше там занимались трансфигурацией, поскольку некоторые оставленные на полках большого шкафа сосуды то и дело издавали мышиный писк. Однако Гарри было не до них. Он взял Малфоя за плечи и заставил повернуться к себе. — Что случилось? — взволнованно спросил Поттер. — Ничего, — ровно ответил Драко. Слизеринец тут же высвободился и отошел к окну. За ним виднелся Запретный лес, над которым кружили два фестрала. Поттер подошел ближе, встал рядом и взял его за руку. Малфой не стал отнимать ее, хоть и ощутимо напрягся. — Не похоже, — покачал головой Гарри. — Джинни сказала, что ты все утро был сам не свой. — Джинни сказала? — зло ответил Драко. Он тут же выдернул руку и отодвинулся, будто находиться рядом с Поттером ему было неприятно. Но Гарри не отступил. Он снова заставил Малфоя повернуться к себе и произнес, серьезно глядя ему в глаза: — Скажи мне. Пожалуйста. Драко молча покачал головой. На его лице отразилась гримаса боли. Поттеру так сильно захотелось обнять его, что у него начало покалывать кончики пальцев. Но он не решался. Малфой отошел на несколько шагов и устало опустился на пол, прислонившись к стене. Гарри тут же сел рядом и снова взял его за руку, надеясь, что на этот раз он не заберет ее. — Пожалуйста, Драко, — прошептал он. — Почему? — так же тихо ответил Малфой. Его рука слабо дернулась, но так и осталась лежать в руке гриффиндорца. — Потому что мне важно знать, что с тобой, — признался Поттер. Драко долго молчал, потом выдавил: — Мне нечего тебе сказать. — Но... — Нечего. Я не могу ничего от тебя требовать. Не могу ничего просить. Потому что не могу ничего предложить тебе. Ничего серьезного. Гарри сглотнул. Поглощенный внезапно нахлынувшими на него чувствами, он совсем перестал думать о том, что их отношения — не настоящие. Что их пути однажды могут навсегда разойтись. Впрочем, он и не мог. Думать об этом было хуже, чем испытывать действие «Круциатуса». — К чему ты клонишь? — пробормотал он, пытаясь справиться с голосом. Малфой тяжело выдохнул, словно собирая по крупицам всю свою решимость. — К тому, что у меня нет права обижаться на тебя, если тебе... понравится кто-то еще. Нет права требовать, чтобы ты не встречался с другими. Драко резко встал и снова отошел к окну, обхватив себя руками за плечи и сгорбившись. — Но это не значит, что мне легко на это смотреть, — очень тихо добавил он. Поттер тоже поднялся на ноги. Наконец, он понял, в чем дело, и с души свалился огромный камень. — Гермиона считает, что все важные вещи всегда стоит проговаривать, — сказал он, глядя на светловолосый затылок. — И сейчас я готов с ней согласиться. Нам давно стоило все обсудить. — О чем ты? — Малфой развернулся и подозрительно сощурился. Гарри подошел ближе, не сводя с него глаз. — Мне бы хотелось, чтобы однажды мы смогли быть вместе по-настоящему, — тихо произнес он. — Но я готов принять все, что ты можешь мне дать. И еще... отношения для меня очень важны. Особенно с тобой. — Это значит, что я особенный? — нервно усмехнулся Малфой. — Это значит, что я ни к кому такого не испытывал, — выдохнул Гарри, чувствуя, как замерло сердце в груди. Во взгляде Драко отразилась невероятная смесь эмоций. Осторожно переведя дыхание, Поттер добавил: — У нас с Джинни ничего нет. Ни с ней, ни с кем-то другим. Тебе не о чем... Договорить Гарри не успел. Малфой тут же подлетел к нему и впился жадным поцелуем в его губы. Руки слизеринца скользнули под мантию, и Поттер едва сдержал стон, ощутив горячие ладони на своей коже. Какое-то время они целовались, забыв обо всем на свете. Наконец, Драко заставил себя остановиться и уперся лбом в его лоб, тяжело дыша. — Прости, — выдавил он, улыбаясь краешками губ. — Все в порядке, — тоже улыбнулся Поттер. Он сделал шаг назад, но, оступившись, нечаянно врезался в шкаф. Сосуды-мыши истошно завизжали и бросились врассыпную, семеня остатками лапок. Волшебники рассмеялись и принялись ловить их. — Думаю, их можно трансфигурировать обратно в мышей, — произнес Гарри, когда они наконец управились. — Пожалуй, прихвачу с собой. Мой новый питомец их очень любит. — Твой новый питомец? — спросил Драко. Поттер оглянулся и улыбнулся. — Да. Как-нибудь я вас познакомлю. Затем он вновь занялся сосудами-мышами. Гарри не заметил, как на лице Малфоя появилось очень странное выражение.

***

Много позже, возвращаясь в гостиную Гриффиндора, Поттер вдруг обратил внимание на сидящую в одном из коридоров жабу. Он тут же узнал ее. — Тревор! Ты что, опять убежал? Жаба не ответила, а лишь хмуро посмотрела на него. Гарри попытался подхватить ее, однако та мигом отпрыгнула и ускакала прочь. Он с досадой почесал затылок — расстраивать Невилла не очень-то хотелось. Однако спустя несколько минут, когда Поттер пришел в спальню мальчиков, Долгопупс, выслушав его, внезапно нахмурился. — Послушай, Гарри... — Мне правда жаль, что не удалось поймать Тревора, но может, мы попробуем снова? — Нет, Гарри. Послушай... — Что? — Тревор в порядке. Он здесь. И был здесь целый день. И Невилл протянул ему точно такую же жабу.