Випера Эванеско

Не ожидавший нападения змеи, Долохов выронил свою палочку, и действие заклинаний, наложенных на парней, прекратилось. Гарри тут же метнулся к Драко и попытался оценить его состояние. Малфой был бледен, его губы и руки дрожали, однако в остальном, казалось, он отделался относительно легко. Поттер невольно вспомнил замученных до сумасшествия родителей Невилла. Он не знал, каких богов надо благодарить за то, что Драко не постигла такая же участь. — Разберись... с ним, — выдохнул Малфой, кивая на Долохова. Гарри кивнул, сжал напоследок его ладонь, стараясь хоть немного приободрить, и двинулся к Пожирателю. Мужчина по-прежнему лежал, даже не пытаясь шевельнуться. На его груди громоздилось мощное тело черной змеи, прижимающее волшебника к полу. Она оскалила зубы в паре дюймов от его лица. Двигаться в таком положении не стал бы даже такой безумец, как Долохов. Поттер быстро пошарил в карманах Пожирателя и вытащил палочки, бросив одну из них Драко. Затем он связал мужчину с помощью «Инкарцеро» и добавил чары немоты. Змея, очевидно, удовлетворенная этим, тут же слезла с него, однако не уползла прочь, а внезапно устремилась к Драко. Гарри похолодел. Ему казалось, что он знает эту змею. Знает, что она не причиняет боль просто так. Однако при виде жуткой раны Долохова его охватила паника. Поттеру вдруг захотелось броситься между змеей и Малфоем, чтобы защитить его от нее. Однако он не успел ничего сделать. Драко увидел змею, медленно ползущую к нему. И слабо выдохнул, улыбаясь: — Лисси...

***

Не веря собственным глазам, Поттер стоял и смотрел, как змея подставила голову под ладонь Малфоя. Она потерлась о его руку и что-то тихо прошипела. Драко улыбнулся еще шире — так, словно сбылась его давняя мечта. Затем он все же поднял взгляд на Гарри, и улыбка стала неуверенной. — Поттер, я... — начал он, однако продолжить фразу слизеринцу не удалось. Внезапно из прохода, ведущего обратно в замок, показалось несколько фигур. Среди них были Макгонагалл и другие преподаватели, а также Филч, который, судя по всему, первым услышал шум и забил тревогу. — Что здесь происходит? — воскликнула директор, переводя недоумевающий взгляд со связанного тела Долохова на Гарри и Драко. Последний тут же поднялся на ноги, пошатываясь от слабости. Поттер подошел к профессору. — Антонин Долохов совершил нападение на нас. Он пытал Драко и пытался убить меня. Однако моя змея появилась вовремя и спасла нас, укусив его за ногу. — О, — произнесла Макгонагалл. — Выходит, змеи и правда такие хорошие защитники, как о них говорят, да, мистер Поттер? — Пожалуй, так и есть, — улыбнулся он краешками губ. — Что ж, — продолжила директор. — Вне всякого сомнения, я должна сообщить о произошедшем в министерство. Скоро прибудут мракоборцы, которые разберутся во всей этой ситуации. И вероятно, вам придется дать показания. Макгонагалл выразительно посмотрела на Гарри. — Да, разумеется, — серьезно кивнул он. — Что до вас, мистер Малфой, — добавила она. — Мне только что пришла сова. Вас срочно вызывают домой. Полагаю, допрашивать вас будут уже там. — Что? — спросил, недоумевая, подошедший Драко. — Зачем мать вызывает меня? — Вас вызывает не только ваша мать, но и ваш отец, — губы Макгонагалл сжались в тонкую полоску. — Насколько мне известно, его освободили из Азкабана, и сейчас он находится в родовом поместье. Гарри и Драко переглянулись. Поттер почувствовал, как в груди что-то сдавило, мешая дышать. — Мне нужно отправиться сейчас? — уточнил Малфой. — Верно, — подтвердила директор. — Что касается игры, можете не беспокоиться. Нападение на обоих ловцов — достаточно веская причина, чтобы перенести ее на другой день. Думать об игре Гарри хотелось меньше всего на свете. Он думал лишь о Драко. О Драко, который едва стоял на ногах после чудовищных пыток. О Драко, который вернется в свое поместье и вновь столкнется с отцом, всю жизнь навязывавшим ему свои идеалы и имевшим над ним невероятную власть. О Драко, которого, несмотря на все, что между ними было, он... — Мистер Поттер, — внезапно произнесла Макгонагалл, обрывая ход его мысли. — Да? — он посмотрел в лицо директора и невольно отметил, каким усталым оно было. — Мне правда жаль, что вам снова пришлось столкнуться с этим, — сказала она. Макгонагалл перевела взгляд на Малфоя и добавила. — Вам обоим.

***

Перед тем как выйти, Малфой подошел к Долохову, который по-прежнему лежал на полу, лишенный возможности двигаться и издавать звуки. На его лице появилась злая усмешка. Будто ненароком, он задел ногой кровоточащую рану на бедре мужчины. Лицо Долохова исказилось от боли, а рот распахнулся в безмолвном крике. — Ты прав. Бывших Пожирателей не бывает, — сказал Драко так тихо, чтобы никто, кроме противника, не услышал, однако до Поттера, который стоял близко, все же донеслись его слова. — Это тебе за Гарри. Остальное, полагаю, сделают дементоры. Пожиратель в ужасе смотрел на удаляющегося слизеринца и на Поттера, который тут же поспешил за ним следом.

***

Когда парни отошли на достаточное расстояние, Драко тут же обернулся и поманил Гарри в первый попавшийся закуток, где их никто не мог увидеть. — Эй, ты как? — серьезно спросил он, скользя взглядом по лицу Поттера. — Как я? — глаза того округлились от изумления. — Драко, это тебя пытали полчаса назад! — Я знаю, что меня пытали, — раздраженно произнес Малфой. — И все же ответь на вопрос. — Со мной все нормально, — поспешил ответить Гарри. — А ты? Все хорошо? Слизеринец поморщился. — Жалею, что ударил его лишь один раз. В остальном порядок. Поттер слабо улыбнулся. Он вдруг почувствовал, как все его существо наполняют невероятные по силе эмоции. Как бешено бьется сердце. Никто никогда не защищал его. То есть... конечно, Рон и Гермиона всегда были готовы помочь и прикрыть его спину. Но так... Он всегда был один. Привык брать на себя ответственность и все контролировать. Пока не появился человек, который думает о нем. Думает в первую очередь. Забыв о собственных малоприятных ощущениях, которые испытываешь после «Круциатуса». Гарри знал, что в его глазах появились слезы, но не попытался скрыть их. Он просто смотрел в глаза Драко, который тоже не спешил отводить взгляд. И выглядел не менее взволнованным. — По правде сказать, — вдруг тихо произнес Малфой. — Я бы хотел сделать еще кое-что, прежде чем уйду. Не успел Поттер хоть что-то ответить, как тут же ощутил чужие губы на своих губах. Он вымученно простонал в поцелуй, притягивая Драко еще ближе, так чтобы почувствовать, что его сердце бьется не менее сильно. Чтобы еще раз ощутить его тепло... Поцелуй был неторопливым и тягуче-нежным, наполняющим теплом каждую клеточку тела. В какой-то момент Гарри вдруг подумал, что он был прощанием. Конечно, Поттер знал, что Малфой прощается с ним. Прощается перед тем, как отправиться домой. Но в то же время... Это казалось чем-то другим. — Все хорошо, — тихо произнес Драко, оторвавшись от него, но продолжая легко касаться его губ. — Я скоро вернусь. Поттер кивнул, не найдя в себе силы задать главный вопрос. Конечно, он знал, что Малфой вернется — он обязан вернуться в Хогвартс. Но он не знал, вернется ли Драко к нему. Все, что у него было — несколько жалких мгновений перед неизвестностью. И он не собирался упускать их. Недолго думая, Поттер увлек Малфоя в новый поцелуй, пытаясь передать через него все, что чувствовал в этот момент.