Випера Эванеско

Гарри направил свою метлу в сторону Запретного леса. Пролетая над кронами деревьев, он вспоминал, сколько всего было пережито во время обучения в Хогвартсе. И удивлялся тому, как сильно успел привязаться к замку. Настолько сильно, что почти готов был остаться здесь. Он жалел, что в воздухе рядом с ним не парит вторая метла — старенький «Нимбус-2001». И что рядом нет того, кто за несколько месяцев успел полностью перевернуть его жизнь. Поттер оглянулся и попытался увидеть окно кабинета Заклинаний, где Драко сдавал свой очередной экзамен. Однако он был слишком далеко от замка, чтобы хоть что-то разглядеть. Внезапно далеко на земле что-то блеснуло. Заинтригованный, Поттер тут же спустился, пытаясь разглядеть то, что привлекло его внимание. И чуть не свалился с метлы, когда понял, что именно это было.

***

Макгонагалл встретила Гарри возле входа в замок. — Уже соскучились по квиддичу? — поинтересовалась она. — Ага, — улыбнулся Гарри. Ему было немного стыдно — в последние месяцы они с Драко уделяли квиддичу не так много времени, как следовало бы. В итоге кубок школы завоевали — и вполне заслуженно — Фениксы. — Чудесный день, не правда ли? — продолжила директор, обводя взглядом ожившую после долгой зимней спячки природу. — Впрочем, я здесь не только за этим. Хочу сделать вам официальное предложение, Гарри. Как вы смотрите на то, чтобы преподавать в школе на постоянной основе? — О, — смутился Поттер. — Это было бы здорово, профессор. Вот только я... я не знаю... — Если вы о мистере Малфое, полагаю, он присоединится к вам за преподавательским столом, — добавила Макгонагалл. — Что?! Не сказать, чтобы Гарри не обсуждал с Драко его будущее, однако окончательного решения — до этого момента — слизеринец так и не принял. Между тем сзади раздался недовольный голос, едва уловимо растягивающий гласные. — Ну вот, сюрприз испорчен. Гарри оглянулся и увидел, что Малфой, вопреки своему тону, довольно улыбается. — Ты тоже будешь преподавать? — неверяще воскликнул Поттер. — Мадам Трюк решила уйти на заслуженный отдых, и директор любезно предложила мне занять ее должность. Я подумал, что полеты — это весело. — Ух ты, — восхищенно пробормотал Гарри, растерявшись от неожиданной новости. — К тому же, в магической Британии найдется немного мест, куда согласятся принять Пожирателя смерти, — усмехнулся Драко. — А жить за счет отцовского капитала я больше не планирую. — Бывшего Пожирателя, — поправила его Макгонагалл, с гордостью глядя на слизеринца. — Впрочем, вы едва ли тянете даже на это звание. Как по мне, для этого вы совершили слишком много хороших поступков. Малфой смутился. — Если Драко будет здесь, то и я тоже, — уверенно сказал Поттер, переключая на себя внимание директора. Макгонагалл торжествующе улыбнулась. — Я очень рада, что вы приняли это решение, Гарри. — Постойте, — добавил он. — Так вы... специально все это сделали? Придумали всю эту историю с временным преподаванием? — Разумеется, специально, — с достоинством ответила Макгонагалл. — Мне хотелось раньше всех перехватить одного из лучших специалистов в магической Британии, и я не могла упустить такой шанс. Поттер покачал головой и улыбнулся. Как бы то ни было, он был рад тому, как все сложилось. И чувствовал, что действительно нашел свой путь. Гарри вспомнил, как когда-то давно — казалось, еще в прошлой жизни — мечтал податься в мракоборцы. И тут же поморщился. Ему хватило в жизни войны, и воевать снова, пусть и с мелкими нарушителями, хотелось меньше всего. Его руки тут же коснулась чужая. Он сжал ее и улыбнулся, глядя в серые глаза напротив. Теперь все было как надо.

***

Гарри никогда не любил балы, и этот исключением не стал. Не смея ослушаться директора, они с Роном подошли вовремя, однако принимать участие в танцах никто из них не планировал. — По крайней мере, мне больше не приходится выглядеть как бабушка Тэсси, — сказал Уизли, удовлетворенно оглядывая вполне приличную черную парадную мантию, подаренную родителями в честь окончания школы. Поттер был примерно в такой же. Он не видел смысла покупать ради одного вечера что-то вычурное и дорогое. Однако это мнение разделяли не все. Гарри то и дело бросались в глаза мантии всевозможных фасонов и оттенков, в том числе розовые, золотые и салатовые. — Ну и цветник, — усмехнулся незаметно подошедший к нему Драко. Он тоже был в черном. Впрочем, как и Блейз, приблизившийся к друзьям с другой стороны. Забини окинул Рона долгим внимательным взглядом, и тот ожидаемо смутился. Гарри знал, что их полудружеские отношения так и остались прежними. Однако со временем Уизли перестал воспринимать Блейза как врага. Поттер неоднократно видел, как они вместе летали, ходили выпить в «Кабанью голову» и даже готовились к экзаменам. Но ни на что большее, насколько он знал, друг так и не решился. — Могу я пригласить тебя, Рон? — Забини протянул руку и выжидающе глянул на Уизли. Он казался уверенным в себе, как и всегда, однако Гарри чувствовал, что слизеринец нервничал. Что касается друга, его лицо пошло красными пятнами. — Я не танцую, — буркнул Уизли. — Я могу тебя научить, — тепло улыбнулся Блейз. Его рука все еще висела в воздухе. Рон мученически простонал и, не позволяя себе передумать, схватился за нее. — О, Мерлин! Ладно, пойдем. Все равно мы в этой школе последний день. Улыбка Забини стала еще шире. Он тут же потянул Уизли за собой в сторону толпы, и спустя некоторое время они скрылись из вида. — Теперь мне тоже хочется совершить нечто столь же глупое, — сказал Малфой. — Но нам здесь еще работать. — Рано или поздно все равно все узнают, — пожал плечами Гарри. — Возможно, лучше подтвердить слухи самим, чем ловить журналистов у входа в дом. — Боюсь, ты прав, — скривился Драко. — Потому что если они подойдут к дому, я могу не сдержаться и наложить какое-нибудь темное проклятие. Моя репутация все равно не может стать хуже. — Могу сказать то же самое, — усмехнулся Гарри, вспоминая последние публикации про него, которые были так же далеки от реальности, как Гораций Слизнорт — от квиддича.

***

Несмотря на все опасения Поттера, бал оказался не так уж плох. Он был уверен, что долго не забудет шокированные лица окружающих, когда они с Драко вошли в зал, держась за руки, и, не обращая ни на кого внимания, начали танцевать. После танца Драко отошел поболтать с профессором Трюк, которая должна была скоро уехать из замка, а Гарри сел на первый попавшийся свободный стул и взял с пролетевшего мимо подноса бокал с пуншем. Вскоре рядом с ним приземлился Рон. На его лице было странное выражение, и Поттер тут же поспешил спросить, все ли в порядке. — Знаешь, Гарри, — сказал вдруг Уизли. — Ты был прав. — Да? И в чем же? Рон выдохнул, словно пытаясь собраться с мыслями. И криво усмехнулся: — Целоваться со слизеринцами не так уж и ужасно.

***

— Забини снова поцеловал тебя? — воскликнул Гарри. — Эм... вообще-то нет. Это я, — признался Рон, внимательно разглядывая собственные ногти, словно не видел их ни разу в жизни. Поттер не знал, что на это сказать, и лишь покачал головой, улыбаясь. — Он явно не ожидал, — продолжил Уизли. — Видел бы ты его лицо. — Забини, которого можно шокировать поцелуем — это что-то новое, — усмехнулся Гарри. — Все не так, — возразил друг. — Да, мы все знали, какая у него репутация. Думали, что он... хм... берет пример с матери. Но он специально заставил всех так думать. — Зачем ему это? — удивился Поттер. — Пару лет назад он влюбился в одного парня из Когтеврана. Тот жестоко обошелся с ним, и... Блейзу захотелось показать, что он справился. И не вспоминает об этом. — Это было весьма убедительно, — ответил Гарри, вспоминая, как сам удивлялся тому, что ветреный Забини вдруг всерьез взялся за его друга. — Так ты... будешь встречаться с ним? — Мы еще не обсуждали. Но знаешь... у него столько планов. Ты же в курсе, что я хочу работать в магазине Джорджа? Поттер кивнул, и Уизли продолжил: — Так вот. Он узнал об этом и предложил стать партнерами. Сказал, что за счет своих связей может наладить поставки редких ингредиентов. Например, жало веретенницы, которое нужно для изготовления летучих шипучек, в Британии найти очень сложно. — И что ты думаешь? — осторожно спросил Гарри. — Звучит неплохо, — пожал плечами Уизли. — Если, конечно, это не надоест ему через пару месяцев. — Не думаю, — улыбнулся Поттер. — Еще он предложил совершить вместе небольшое путешествие. — Путешествие? — Да, полетать на метлах над скалами Семи Сестер или что-то в этом духе. — И ты согласишься? — Ну, — пожал плечами Уизли. — Наверное. Было бы глупо отказаться от возможности увидеть Семь Сестер, не так ли? — Пожалуй, — вновь улыбнулся Поттер.

***

— Послушай, Рон, — сказал Гарри, когда друг поднялся, намереваясь снова присоединиться к Блейзу. — Ты не видел Гермиону? Она была здесь, но куда-то исчезла. — Не знаю, — растерянно ответил Уизли. — Может, нам поискать ее? — Не волнуйся, я найду, — Поттер достал из кармана Карту мародеров и потряс ею. Рон кивнул. — Если нужна будет помощь, ты знаешь, где меня найти. — Да. Спасибо, — кивнул Гарри и тут же устремился к точке под названием «Гермиона Грейнджер».

***

Гермиона нашлась возле волшебного фонтана, созданного Макгонагалл специально к празднику. Водяные струи, подчиняясь сложному заклинанию, складывались в необыкновенные узоры, переливаясь цветами всех четырех факультетов. Однако Грейнджер, судя по ее виду, было совсем не до них. — Эй, — Поттер сел рядом и дотронулся до плеча подруги. Только сейчас он заметил, что ее лицо в слезах. Некоторые из них попали на платье, однако Гермиона этого даже не заметила. — Гарри, — слабо улыбнулась она. — Что ты здесь делаешь? — Искал тебя. А что ты здесь делаешь? — Мне просто хотелось побыть одной, — тихо ответила Грейнджер. — Если хочешь, я... — Нет. Останься. Поттер взял ее руку в свою, чувствуя, как она дрожит. — Что случилось? — Мы поссорились, — выдохнула Гермиона, и по ее лицу скатилась еще пара слезинок. — Со Снеггом? — уточнил Гарри, хотя и без того прекрасно знал, о ком идет речь. Подруга кивнула. — Я сказала ему, что готова остаться в школе. Конечно, я мечтала совсем не об этом — мне больше хотелось работать в министерстве. Но я не могу... просто так взять и оставить его. После всего, через что мы прошли... — И что он ответил? — осторожно спросил Поттер. — Он прогнал меня, — пробормотала Гермиона, тщетно пытаясь справиться с голосом. — Сказал, что наши... встречи должны закончиться. Что он больше не желает меня видеть и что я должна уехать из Хогвартса. Гарри не знал, что ответить, поэтому лишь крепче сдал руку подруги, пытаясь подбодрить хотя бы так. — Конечно, я понимаю, почему он это сделал, — тихо добавила Грейнджер, глядя, как волшебные струи вырисовывают очертания замка, и в то же время словно не видя их. — Он хочет, чтобы у меня была нормальная жизнь. Такая, о которой я мечтала. Чтобы я не была... — Что? — Тоже всю жизнь привязана к тому, кто никогда не сможет быть со мной по-настоящему, — выдохнула подруга. — Гермиона... — Я не знаю, что мне делать, Гарри, — с болью в голосе произнесла Грейнджер. — Я понимаю, что он прав... и что мне следует забыть обо всем. Но не уверена, что когда-либо смогу это сделать. — Послушай, — Поттер заставил подругу повернуться к себе и внимательно посмотрел ей в глаза. — Я хочу отдать тебе кое-что. — Кое-что? — удивилась она. — Это непростая вещь. Но я уверен, именно ты сможешь распорядиться ей правильно. Гарри тут же сунул руку в карман мантии и вытащил то, что совершенно случайно увидел, летая над Запретным лесом. То, что когда-то очень давно обронил он сам. Крупный черный камень, переливающийся на его ладони острыми гранями. Гермиона вскочила с места. — Это же... это... — пролепетала она, словно не в силах поверить в то, что видела своими глазами. — Воскрешающий камень, — пожал плечами Поттер и осторожно положил находку на ладонь подруги. — О, Гарри... — он увидел, как глаза Грейнджер снова наполнились слезами. Она сжала камень в руке и опустилась обратно, пытаясь справиться с эмоциями. Друзья довольно долго сидели рядом и смотрели на фонтан, каждый думая о своем. Наконец, Гермиона тихо произнесла: — Спасибо. Но знаешь... не думаю, что когда-либо воспользуюсь им. — Почему? — Не хочу причинять ему еще больше боли. — Ты про легенду? — Да, но... не только. — Знаешь, перед смертью я вызвал с помощью этого камня своих родителей. И они совсем не казались недовольными этим или несчастными. — Он даже не вспомнит наши разговоры. Ведь я общалась не с ним, а с портретом... — Ну, — подумав, произнес Поттер. — После «Авады Кедавры» я встретил Дамблдора. И он совершенно точно знал все события последнего времени, хотя был мертв уже больше года. — Гарри... — Послушай... может быть... все же стоит попробовать? Гермиона грустно улыбнулась и сжала руку друга в ответ. — Спасибо тебе. Правда. За все.

***

За несколько часов до отправления Хогвартс-экспресса Гарри и Малфой отправились к Черному озеру и нашли живописное место под кроной старого бука. Поттер постелил на землю свою мантию и сел, откинувшись на ствол дерева. Драко тут же опустился рядом, прижимаясь спиной к его груди. Гарри обнял его поперек живота и тут же почувствовал прикосновение чужих пальцев к своим. — Как-то даже не верится, — пробормотал Малфой, задумчиво глядя на водную гладь. — В то, что профессор Стебль все же поставила нам «Выше ожидаемого» или в то, что мы остались со всеми конечностями после встречи с ее цапнями? — улыбнулся Поттер. Драко рассмеялся. — И в это тоже. Но вообще... весь этот год... — Что ж, это был определенно лучший год из всех, что я провел в Хогвартсе, — сказал Гарри. — Даже несмотря на то, что меня снова пытались убить. — Не могу не согласиться, — улыбнулся Малфой. — Кстати, ты уже видел? Драко вытащил из кармана свернутый «Ежедневный пророк» и протянул Поттеру. Тот нехотя развернул газету. В лицо сразу же бросился крупный заголовок на первой полосе: «Гарри Поттер встречается с Пожирателем смерти». Он выругался и хотел было смять номер и выбросить его в озеро, однако Малфой забрал газету назад и вгляделся в текст. — Ну ничего себе, — нахмурился он. — Они выбрали самую неудачную колдографию из всех! Я похож здесь на горного тролля! — Ты никогда не будешь похож на горного тролля, — улыбнулся Поттер и, схватив его руку, оставил на ней легкий поцелуй. Драко, смеясь, тут же выдернул ее. — Спасибо, ты очень помог! — Обращайся, — ответил Гарри, снова беря его за руку и переплетая пальцы. Между тем Малфой продолжил чтение. — «Гарри Поттер, год назад одержавший победу над известным темным волшебником Волдемортом, за последние месяцы и сам неоднократно демонстрировал интерес к темной магии и всему, что с ней связано. Как стало известно корреспонденту «Пророка», вместо погибшей совы Поттер завел змею, которая считается символом темных сил, открыто выступил в суде в защиту семьи Пожирателей смерти и организовал дополнительные уроки для учеников Слизерина, которые не раз демонстрировали свою лояльность Волдеморту. Однако на этом история не заканчивается: на балу, организованном в честь завершения учебного года в Хогвартсе, Гарри Поттер появился с Драко Малфоем, одним из скандально известных Пожирателей смерти. Действительно ли герой решил переметнуться на сторону зла? Или зло, с которым он так долго боролся, оставило непоправимый след в его душе? Подробности — на третьей странице свежего номера «Ежедневного Пророка». Гарри выхватил злополучную газету, направил на нее палочку и произнес: — Инсендио! Бумага вспыхнула, и вскоре от нее остался лишь пепел. Он жалел, что нельзя точно таким же способом выжечь дурные мысли в головах людей. — Знаешь, так обидно, — произнес Драко. — Я Пожиратель, но на самом деле почти не знаю темных заклинаний. Надо будет на досуге выяснить, как наводить порчу. И как найти редакцию «Пророка». — Да брось, — ответил Поттер. — Если не будут писать они, напишут другие. Люди любят сплетни. — Не жалеешь? — спросил вдруг Драко, и Гарри почувствовал, как напряглось его тело. — О чем? — О том, что пошел на... это все. — Ты серьезно? — Я предупреждал, что могут быть последствия. — Я... нет! Конечно, нет! — поспешил горячо заверить его Поттер. — Даже если бы я снова попал в прошлое, то поступил бы так же. — Да? — спросил Малфой, однако Гарри чувствовал, что он уже успокоился. — Конечно, — добавил Поттер, целуя слизеринца в висок. — А пресса... Да плевал я. Рано или поздно им надоест. Драко улыбнулся и крепче сжал его пальцы.

***

Спустя час Гарри произнес «Темпус», проверяя, осталось ли у них время. И убедившись в этом, снова расслабленно откинулся назад. — Это так здорово. То, что мы с тобой едем домой вместе. — Не забывай про Лисси и Скорпиуса. Надеюсь, они переживут дорогу. — Все еще не могу поверить, что ты назвал детеныша жмыра этим именем, — улыбнулся Поттер. — Скажи, все слизеринцы имеют пристрастие к пафосным именам? Драко пихнул его локтем в бок и рассмеялся. — Оно не пафосное! Я же не назвал его... к примеру, Салазар. — Это было бы ужасно, — засмеялся в ответ Гарри. — А по поводу дороги... думаю, все будет нормально. Жмыры — очень выносливые существа. А наша змея пережила столько заклинаний «Випера Эванеско», что поездка на поезде покажется ей пустяком. — Кстати, про змей, — сказал Малфой. Он вдруг поднялся на ноги и вытащил волшебную палочку. Гарри, заинтригованный его поведением, поднялся тоже. Какое-то время Драко ничего не делал и не говорил. Он стоял, закрыв глаза, словно пытаясь на чем-то сконцентрироваться. — Эй, что происходит? — спросил Поттер. Малфой жестом попросил его остаться в стороне, и Гарри послушался. Наконец, на лице Драко появилась легкая улыбка. Он направил палочку вперед и уверенно произнес: — Экспекто Патронум! Из кончика палочки тут же вырвалось длинное серебристое существо. Поттер с удивлением увидел, что это была змея — очень похожая на их Лисси. Какое-то время Патронус кружил вокруг волшебников, словно проверяя, нет ли поблизости дементоров, а потом растворился в воздухе, словно его и не было. — Я пока не могу удерживать его долго, — сказал Малфой. — Думаю, нужна практика. И... кое-что еще. — И что же? — произнес Поттер, восхищенно глядя на него. Малфой подошел к нему вплотную, вынуждая прижаться спиной к старому дереву, и горячо прошептал в его губы: — Как можно больше счастливых воспоминаний.