Конь и Лань

Почему те, кому по должности не стоило особо светиться на публике, не «меняют лицо», Наташа Романова уяснить не могла. В смысле: не умеют или им просто не надо? Какая радость быть узнанным каждой собакой? Старк понятно — миллиардер и просто самовлюбленный засранец, он бы еще и приплачивал (а может, и приплачивает) блогерам за рекламу восхитительного себя. Стив Роджерс стал символом и достоянием Америки еще до того, как осознал свое право быть только своим собственным, и, наверное, привык. Или считал своим долгом, кто его знает. У Стива вообще была полная ответственность и моральный облик головного мозга. Правда, те, кто был поумнее, просто не заморачивались и носили прилагающиеся к костюмам маски. Закрытые. Сама Наташа умела создавать «масочки». Дело было не быстрым, сложным и нервозатратным. Зато не требовало посторонней помощи, не палилось обычными методами и не текло, как театральный грим. Основы ей преподавали когда-то в Красной комнате, и она была лучшей ученицей. По сути, на лице больше четырех десятков мышц и человек использует лишь малую часть их возможностей. Все работает на автомате: мимика, «выученная» на подсознании улыбка, уже заложившиеся морщинки привычного набора выражений. Даже не черты лица, а именно все это давало узнавание. А значит, надо было уметь это использовать. Другая мимика, другая матрица движения, и вот уже «похожа, но точно не она». Импровизацией этого было не достичь, только долгой продуманной работой над каждой «масочкой» и тренировками. Уже позже, перебравшись в США, Наташа случайно узнала, что ей преподавали лишь первоначальную ступеньку искусства, разработанного в восточной школе шпионажа. Романова даже поднапряглась и на одной из миссий сумела раздобыть себе немного описаний секретных техник «Кандзаси-дзюцу». Умея держать под напряжением одни мышцы и полностью расслаблять другие, можно было изменить внешний вид так, что две фотографии в фас «до» и «после» будут фотографиями разных людей. Девушки-кандзаси такой техникой умели даже добиваться сходства с заданным объектом, чтобы выдать себя за родственницу, а то и за двойника, если база была подходящей. Но до таких высот Наташа все же не добралась. «Масочка» была отличная вещь для внедрения, но редко когда находилась такая куча времени, чтобы проработать по-настоящему надежный образ для миссии. Да и не надо было: в ЩИТе больше любили силовые операции. Так что у Наташи осталась небольшая личная коллекция из двух с половиной штук. Вообще-то ее любимую вторую ипостась, созданную еще в юности и тщательно дополненную потом, звали Эмбер. Так же, как волшебную страну в одной запрещенной (идеология!) книжке. Наташе книжка понравилась. Она почти решила оставить имя, когда делала «чистые документы». Но как раз в тот редкий рейд, когда ей на миссию выдали команду Рамлоу, ребята из Страйка прихватили каталог из любимой проституточной. И Наташа убедилась, что Эмбер ей лучше не быть. Половина работниц интимных услуг подадут в суд за плагиат. Так появилась на свет Шэрон Талия Джонс. Секретарь и переводчик. Скучная, милая, с единственным приводом и штрафом в колледже за курение травки и парой просроченных, но уже оплаченных — за неправильную парковку. Не то чтобы Шэрон так уж была нужна. Но, во-первых, навыки без тренировки быстро уходят. Во-вторых, Наташе иногда требовалась моральная передышка (ну, и плюс один комплект не засвеченных и правдоподобных документов приятно грел профессиональную паранойю). А еще у нее (у Шэрон) было то, чего не было у Наташи — мужчина. Рост в шесть футов два дюйма и больше двухсот пятидесяти фунтов смущения, скромного обаяния и литых мышц. Честно говоря, Наташа не ожидала, что он соберется ей позвонить. Обычно то, что происходило в туалетах бара, так там и оставалось. Но, возможно, неиспользованные пять презервативов из подаренной ленты тревожили чувство прекрасного где-то в глубине Джековой души. А может, добрый командир дал другу по голове, а потом держал на болевом, тыкая носом в трубку. Наташа бы этому не удивилась. Джек позвонил. И трагически-хриплым шепотом пригласил… куда-нибудь. Через семь дней. Наташа как-то на посиделках Мстителей, когда была очередь Клинта выбирать, что посмотреть, видела фильм ужасов, который начинался примерно так же. Но на самом деле это, наверное, было самое милое приглашение на свидание (наверняка все же на свидание, вряд ли Джек слышал про моду на френдзоны) в ее жизни. Встретились в пиццерии. Вернее, около пиццерии, потому что Наташа опаздывала и решила сократить путь через узкую улочку. Такой классический переулок, где были мусорные баки пиццерии, крысы и банда каких-то отморозков, решивших, что красивая девушка в том месте, где никто не среагирует на призывы о помощи, это подарок судьбы. А она была в белом с цветами сарафане и на каблуках. Белый сарафан — это не рабочий костюм Вдовы, с него так просто кровь и чужие мозги не отстирываются. В общем, пока Наташа прикидывала, как все разрулить, Джек Роллинз появился в лучших традициях мыльных опер и комиксов. Сарафан все-таки пострадал. Не от мозгов и кровищи, конечно. Просто тот, кто вшивал в него молнию, не рассчитывал на страсть в кладовке той самой пиццерии и внезапные проблемы Джека с мелкой моторикой. Так что на свидании Наташа была встрепанная и в огромном Джековом лонгсливе, который доходил ей почти до колен. В кармане — ее телефон, остатки влажных салфеток и единственный неиспользованный презерватив. Надо было бы, пожалуй, закупиться, щедрот Рамлоу и так хватило надолго. Пицца, выбранная Роллинзом, была острой и вкусной, кофе — горячим. А треп ниочем внезапно уютным. То ли драка, то ли секс подействовали на Джека расслабляюще, так что он уже не боялся сказать что-то не то и даже шутил. Они, наконец, познакомились нормально. И Наташа призналась, что ей не нравится имя Шэрон. Так что он может называть ее по второму или придумать свое сокращение. — Талия? Талия Шэрон… Таша? Тебе подошло бы быть Ташей. — Хорошо, — ничего хорошего в этом не было. Слишком близко к настоящему. Но Наташа почувствовала сладость во рту и кивнула: — Мне нравится. — А у нас был корпоративный вечер на работе. Я хотел тебя пригласить «плюс один» и… не решился. — Ну, не последний же? — легко отмахнулась Таша и нагло стащила кусочек салями с его куска. — Пригласишь в следующий раз. У вас там как — тоска и официоз или интересно? — По-разному. Но люди хорошие. И даже известные есть. Вот, например — это Капитан Америка. Джек покопался в телефоне и гордо показал общую фотографию в просторном холле Трискелиона. — О, а ее я знаю! — Таша уверенно ткнула пальцем в собственное лицо. — Я одевалась в такой костюм на Хэллоуин. Все были в восторге! Она вспомнила выпавшую на Хэллоуин миссию с погромом лаборатории в Альпах, где даже не самых впечатлительных бойцов Страйка полоскало по углам от вида результатов экспериментов. Потом — полет в афганские джунгли с их грязью, невозможностью вымыться нормально, насекомыми и змеями. Ну, и что-то там в Калькутте. — Одевалась в костюм Черной Вдовы на маскарад? — переспросил Джек. — Ага! В прошлом году, да. И в позапрошлом... — она закусила губу и не стала говорить, что и в позапозапрошлом — тоже. А так хотелось в кои веки нарядиться феечкой!