Навь

- Традиционно этот ритуал состоит из трех частей: омовение, купание и призыв. Каждая часть имеет свое значение. Очищение души и тела в бане – это традиционная подготовка к обрядам. За ним идет купание в русалочьем озере: таким образом душа переплетается с миром духов и становится его частью, освобождаясь от смертной оболочки. Душа больше не привязана к телу так же крепко, как раньше. Именно из-за этого необходимо держать строгий контакт со связывающим звеном с Явью. Ну, и последняя – призыв. Душа вступает на границу миров. Сегодня будем делать первую, через неделю – вторую, а ещё через неделю, в день зимнего Солнцеворота, пройдет сам призыв. Артемида молча слушала свою охотницу, пока та перепроверяла необходимые вещи, и пыталась понять, что именно представляют собой данные составляющие. Девушка на подробности не кололась, рассказав богине лишь самую малость – то, что по мнению Златославы Артемиде требовалось знать. Богиня вздохнула, поудобнее перехватывая рушник - прямоугольный кусок льна. Она нервно переступила с ноги на ногу и прерывисто вздохнула: Артемида очень боялась. Нет, богиня множество раз участвовала в различных обрядах, зачастую намного жестче и кровавее простого омовения. Просто… это был ритуал совершенно другой культуры, других богов, другой веры. Это был новый неизвестный ей мир, полный бесчисленного количества тайн и загадок. И Артемида бы соврала, если бы сказала, что ее это совсем не интересует, что она не хочет ничего знать о таинственном мире славян, что она делает это только ради побега. Она хотела знать. Она слышала имена, что порой произносила бывшая княжна - какие-то с улыбкой и блеском в карих глазах, других с трепетом, а третьи – с отвращением и едва ли не ненавистью. Ей было интересно, любопытство вообще было одним из её главных пороков. Артемида с нетерпением ждала начала обряда, изо всех сил стараясь заглушить громко стучащее сердце и унять мелкую дрожь. Все её существо бил мандраж. Богиня глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Она смахнула упавшую на лицо прядь и обратилась к охотнице. - Все в порядке? - Да, миледи, - спокойной ответила девушка, поднимаясь на ноги. Как она может бы и такой хладнокровной, когда вот-вот должно произойти такое? Сама Артемида едва на стену от нервов не лезла. Навряд ли, в отличие от неё, для девушки это было чем-то особенным. Такие обряды Златослава проводила два раза в год. Артемида нервно прикусила губу. - Идем? – протянула руку богиня. Охотница согласно кивнула, схватив Артемиду за предплечье. Со вспышкой яркого света они исчезли из дворца богини луны на Олимпе. Артемида медленно открыла глаза, осторожно оглядываясь по сторонам. Они оказались на песчаной дороге, недалеко от леса. Солнце ярко светило над головой, его оранжевый диск, словно пламя, озарял верхушки вековых высоких деревьев. Большие воздушные облака мерно плыли по небосводу. Богиня медленно вдохнула свежий морозный воздух, насквозь пропитанный запахом смолы и хвои. Здесь было… хорошо. Тихо, умиротворенно. Словно время замерло, тишину лишь изредка нарушало редкое щебетание птиц. Это место было совсем противоположно Олимпу, с его вечным хаосом и суетой. - Леди Артемида, вы идете? – богиня вздрогнула и, помотав головой, быстрым шагом направилась вслед за охотницей. Девушка остановилась возле небольшого дома на окраине деревни, в которой они сейчас оказались, и уверенно распахнула калитку. Богиня настороженно шла за княжной, то и дело оглядываясь по сторонам, но сама девушка, казалось, ничего не опасалась и таким же уверенным шагом прошла через двор и постучала. Спустя пару мгновений дверь распахнулась, и на пороге появился сухой старик в простой белой рубахе, расшитой по краям красной нитью, – те же узоры были вышиты на одежде Златославы – штанах и странных плетенных сандалях. Он приветливо улыбнулся и отошел в глубь дома, пропуская их. Златослава с теплой улыбкой на лице проследовала внутрь. Артемида нерешительно прошла за ней. - Рад снова видеть тебя, дитя, - сказал старик, забирая вещи княжны. - Здравствуй, кудесник. - Здравствуйте, - сдавленно поздоровалась Артемида, старик только склонил голову, приветствуя в ответ. Ей сказали снять обувь и выдали пару тех странных сандалий – лаптей. Пока княжна и кудесник о чем-то тихо переговаривались, богиня успела мельком осмотреться. За исключением того, что сам дом выглядел очень странно и непривычно, он не произвел на Артемиду сильного впечатления. Наверное, его единственной особенностью были развешанные под потолком пучки засушенных трав и большая каменная конструкция с трубой, уходящей в крышу. Со слов Златославы богиня знала, что это печь – главная часть дома. После чего они все вместе последовали на кухню, где старик поставил на дубовый стол котелок, от которого шел пар. Пахло вкусно. Ей сказали, что это уха – рыбная похлебка. - Волхвы присутствуют при важных обрядах. Они кто-то на подобие жрецов – знают тайны нашего мира, неподвластные остальным; они являются проводниками между двумя мирами Яви: миром людей и миром духов. Наиболее могущественные волхвы могут даже разговаривать с богами. Они рождены для этой роли. Волхвы могущественны, их жизнь исчисляется веками, но за любую силу приходится платить: они отрекаются от всего, что связывает их с людьми. У них нет рода, нет имен – они духи в людском теле. - Полно, дитя, - улыбнулся старик, откусывая хлеб. – Это мой священный долг, дарованный мне Велесом. Дитя посвятила меня в ваш замысел. – Тут он обернулся на Артемиду, которая, подперев кулаком голову, неспешно помешивая горячую похлебку, подняла голову. – На своем веку я видел немало молодых девиц, желающих пойти под венец со змием. Ваш случай уникален: ты не преследуешь корыстные цели. Вчера я обратился к богам. - Каков ответ? – подалась вперед княжна, едва не перевернув миску. - Боги дали добро, - княжна облегченно выдохнула и счастливо рассмеялась, а Артемида слегка улыбнулась, прикрыв глаза. Ей, богине из другого пантеона, дали разрешение. Возможно, все удастся. - Мне было крайне интересно увидеть вас, Артемида, богиня луны. - Как? – закашлялась Артемида, чудом не поперхнувшаяся отваром из трав. - Я кудесник. Мне боги сказали. – Старик загадочно улыбнулся и встал изо стола. – Но вам пора. Дитя, помни, у вас есть лишь пара часов до захода солнца. Нельзя оставаться в бане после наступления темноты. – пояснил он, увидев вопросительный взгляд богини. - Почему нельзя находиться в бане ночью? – спросила Артемида у охотницы, когда они подошли к небольшой деревянной пристройке. - Ночью банник нечисть мытья зовет. Людям это видеть нельзя, - спокойно ответила девушка, плотно закрыв за собой дверь. Златослава понимала, что Артемида ничего не знает о славянских поверьях и поэтому легко отвечала даже на самые глупые вопросы. Богине было приятно, что ее не игнорировали и не считали дурой. Да и она видела, как едва заметно улыбается княжна, когда Артемида спрашивает у неё про её веру. - Вы в одежде мыться собрались? – недовольно вскинула руки девушка, расплетая косу. Артемида положила льняную ткань на лавку и поспешно стала распускать завязки. О значении женской косы ей тоже уже рассказали. «Коса – символ рода», - сказала тогда Златослава. У незамужних девушек коса одна, показывая что девушка принадлежит только роду отца. А у замужних их две, потому что женщина является частью рода не только отца, но и мужа. И, как две дороги, эти рода соединились в одном человеке и более никогда не пересекутся». Княжна сказала, что некоторые женщины, даже моя волосы, старались «не смешивать» эти половинки. В бане было жарко и душно. Совершенная противоположность греческим купелям, облицованных холодным мрамором и камнем, к которым привыкла богиня. Резко сделав большой глоток раскаленного воздуха, Артемида тут же пожалела об этом. В грудь словно влили расплавленный огонь. От такого резкого перепада температуры у неё закружилась голова, и богиня привалилась к горячей стене, чтобы не упасть. - Все нормально? – обеспокоено спросила охотница и, взяв Артемиду под руку, отвела к скамье. – Это с непривычки. Старайтесь не дышать глубоко, через пару минут станет попроще. Артемида отрывисто кивнула и постаралась сконцентрироваться на дыхании. Она делала медленные и неглубокие вдохи, и через минут десять-пятнадцать головная боль унялась, и ей действительно стало легче. Открыв глаза, богиня обернулась на свою охотницу. Принеся откуда-то два деревянных ведра с водой, сейчас девушка, стоя на коленях, смывала пену со светлых волос. Недолго думая, богиня последовала её примеру, намочив волосы теплом водой. Как выяснилось, ритуал очищения был предельно элементарен и даже скучен: нужно было просто помыться в бане. Это ничем не отличалось от обычного купания. Ритуалом его делает тот сакральный смысл, что мы вкладываем в него. Мы очищаем не только тело, но и душу. Именно такие моменты предают простым повседневным вещам священное значение. Вместе с грязью мирской ты смываешь с себя и грязь духовную, рождаешься заново, вновь открываясь миру. Втирая в кожу различные травы, которые ей всучила княжна, краем глаза Артемида заметила какое-то движение под половицами. Словно неясная тень пробежала. Богиня нахмурилась, но решила, что ей просто показалось. Ее все не покидало ощущение, что за ней кто-то следит. Сначала как-то настороженно и незаметно, а после – вполне открыто. На неё кто-то смотрел, словно оценивая каждое её действие. Артемида перевела взгляд на Златославу, но девушка сидела к ней спиной и с задумчивым видом смывала с плеч глиняную пену. Вздохнув и списав все на разыгравшееся воображение, богиня наклонилась, чтобы поднять упавший гребень, как вдруг столкнулась взглядом с парой черных глаз, неотрывно следивших за ней. Артемида вскрикнула и как ошпаренная отскочила к стене, вжавшись спиной в теплое дерево. - Т-там… глаза… смотрят… - еле выдавила из себя она, дрожащей рукой указывая на лежащий на досках гребень. - Это банник, - хмыкнула Златослава, обернувшись на испуганную богиню, - дух бани. Не бойтесь, миледи, он вас не тронет, пока вы не нарушаете правил. Обычно он не показывается людям, но, видимо, ему стало любопытно. – Артемида скептически посмотрела на охотницу, но уже понемногу успокаивалась. – Миледи, вы принадлежите другому миру, пока что, - добавила девушка, чуть усмехнувшись. – Разве вы можете винить его в любопытстве? - Полагаю, что нет, - чуть подумав, ответила богиня. Если посмотреть на ситуацию с точки зрения этого банника, слова Златославы казалисьне лишены смысла. Она уже почти не обращала внимания на то, что постоянно находится под прицелом чужих глаз. Пару раз она ещё встречалась взглядом с черными глазками-бусинками, в последний раз даже не вздрогнув. Ее напрягал тот факт, что какое-то непонятное существо пялилось на её обнаженное тело, но Артемида не чувствовала в этом взгляде чего-то плохого, только любопытство и недоверие. Богиня отжала волосы и обернулась, чтобы взять ткань, как едва не столкнулась лбом с маленьким старичком, покрытым грязью с головы до ног, с прилипшими к нему листьями. Большую часть его тела закрывали длинные спутанные волосы, его маленькие черные глазки без радужки с прищуром вглядывались в девичье лицо. Артемида отшатнулась и рвано выдохнула. - Полагаю, я должна поздороваться, - неуверенно сказала богиня, осторожно отодвигаясь назад. Банник с интересом склонил голову на бок и улыбнулся, обнажив ряд кривых полусгнивших зубов. - Приветствую, - голос банника оказался на удивление бодрым и громким, хоть и напоминал скрипение досок. Златослава хранила молчание, лишь приветственно кивнув духу. - Мне правда было любопытно посмотреть, что за дурнушка опять решилась невестой царя нашего стать. Но стоит признаться, - дух почесал пятку и громко зевнул, - в тебе есть что-то такое, только понять не могу что, что отличает тебя от остальных таких же дурнушек. Возможно, я ошибаюсь, и сейчас передо мной действительно сидит полуночная княжна, но это вряд ли. Ладно, дурнушка, - банник ещё раз зевнул и, подавшись вперед, похлопал Артемиду по плечу. Богиня задержала дыхание, но почувствовала лишь едва уловимый холодок. – Ты голову только не теряй. Наш царь добрый молодец: все девицы вздыхают. Банник хрипло рассмеялся. - У вас есть ещё четверть часа до полуночи, - серьезно сказал дух, но потом снова повеселел. - Может ещё свидимся, дурнушка. Авось, и в правду царицей будешь. И дух исчез. Просто растворился в воздухе, только ещё несколько мгновений в воздухе витал отголосок его смеха. - Как вам посвящение в наш мир, миледи? – весело спросила Златослава, собирая вещи. - Феноменально. Артемида все ещё была в шоке. - Что за полуночная княжна, которой меня назвал этот дух? – спросила богиня, когда Златослава отпустила ее руку, снова оказавшись во дворце на Олимпе. Охотница долго не отвечала. Девушка нахмурила брови и отошла к дальней стене, обняв себя руками. Артемида вмиг пожалела о своем вопросе: видимо, это было что-то серьезное, раз славянская охотница медлила с ответом. Богиня помнила её сдавленный писк, когда банник сказал это. В конце концов девушка все же обернулась к богине, её глаза странно блестели. - Мы не боимся произносить имена богов, но иногда все же используем титулы. Это что-то по типу эпитета у эллинов. Крылатый змий, к примеру. Полуночная княжна – титул единственной дочери Мокошь и Велеса, нареченной крылатого змия.