Эпос о времени и жизни

      Время текло незаметно. Следующие несколько дней прошли для Гарри, как в тумане. Сначала Патриция Донтаур заставила его выпить целый флакон зелья восстановления, которое в этот раз по вкусу напоминало чьи-то сапоги, потом Альма бегала по всей больнице и искала что-то своё; в его многострадальную палату снова постучались. — Мистер Эванс, к вам опять пришли люди из министерства, — в палату быстро, словно мышка, забежала Альма, — Извините, но они требуют встречи с вами… — Не нужно накалять ситуацию, это просто формальности, — вслед за Альмой в палату зашёл, уже знакомый Гарри, аврор Грейстил. В этот раз одет он был не в форму, а в обычную магловскую рубашку и брюки. — Уильям, когда нибудь ты договоришься и я не буду больше идти тебе на уступки, — в палату вошла высокая ведьма в строгом костюме. Она была примерно одного возраста с Грейстилом, но при этом была в десять раз серьёзней чем он. Её холодный взгляд впился в Гарри, словно игла, от чего по спине подростка побежали мурашки, — Это и есть тот мальчик, с документами которого ты просил меня разобраться?       Со словами этой женщины в комнате повисла напряжённая атмосфера. Альма, которая стояла всё это время в углу, совсем съёжилась от страха.  — Мистер Эванс, это Кристин Рокл моя дорогая коллега из отдела магического правопорядка. Она с большим удовольствием поможет тебе с документами. — Эм, здравствуйте… — Это всё, что смог произнести Гарри в её присутствии. Но он заметил, что в руках у неё был маленький чемоданчик.       Сотрудница министерства села на стул, достала из чемоданчика документы и ярко-пурпурное перо. — Итак, для начала укажите своё полное имя, возраст и опекуна. — Имя — Гарри Джеймс П… Эванс, — он осёкся. От официального тона женщины он совсем забыл о прикрытии и чуть не выдал себя, — Гарри Джеймс Эванс. Возраст… — Гарри начал лихорадочно думать, он так не нервничал даже когда работал в министерстве «Так! Думай быстрее!» — четырнадцать! Мне четырнадцать, 31 июля будет пятнадцать…       Всё это время колдунья внимательно записывала всё сказанное Гарри. А Грейстил сидел рядом с ней и наблюдал то за своей коллегой, то за Гарри, то за Альмой, которая тихо стояла в углу. Но когда разговор подошёл к вопросу об опекуне, он встал со стула и обратился к Поттеру. — Мистер Эванс, можно тебя на минутку? — Он не дожидаясь ответа вышел в коридор, но Гарри не дал ему времени закрыть за собой дверь, ведь он пошёл следом за аврором. Уильям Грейстил наложил рядом с ними полог тишины и повернулся к Гарри лицом. — Что вы хотели обсудить? — Вопрос о твоём опекуне. По закону тебя должны определить в один из сиротских приютов… — сердце Поттера похолодело, этого он совсем не учёл. Он только пару лет назад вырвался из дома на Тисовой улице от своих «любимых родственников», а сейчас его похожая ждала участь — Но по правилам магического сообщества, если кто-то из совершеннолетних захочет взять опеку на себя, то закон не имеет права его останавливать. — Зачем вы мне это рассказываете? Что вы хотите мне этим сказать? — Тон подростка был неустойчивым, словно он не определился ещё, зол он или опечален. — А ты я посмотрю не любишь долгих бесед… — Не люблю, когда мне пытаются запудрить мозги… Выкладывайте уже. — Хорошо. Я хочу стать твоим опекуном, — после этих слов у Гарри отвисла челюсть. «Как же так? Неужели он настолько добр, что решил сжалиться над сиротой? Нет… что-то здесь не чисто…». — Зачем вам это? — Грейстил на это лишь усмехнулся, но не со злобой, а с лёгкой горечью. — Скажу тебе честно, тут есть и мои личные мотивы и связанные с моей работой. Но самое главное: нам обоим будет удобно от этого… — Проясните, — услышав о личных мотивах Гарри мгновенно посерьёзнел, и словно ощетинился. — Начнём с профессиональных: ты важный свидетель в деле о последователях. Твои показания могут стать решающими, когда мы поймаем их, — воспоминания о недавних событиях заставили Гарри крепко сжать губы. Кровь, жестокость, смерть… — Поэтому мне важно, чтобы ты оставался целым к моменту суда. Ну и в конце концов, ты напоминаешь мне меня самого в твои годы…       Гарри в удивлении поднял одну бровь. «Очень смешно, да мы же почти ровесники, если не учитывать, что он старше меня на пол века и то, что я снова стал подростком». — Конечно, ты имеешь право отказаться и поехать в приют, — продолжал Грейстил, — но знай, что я смогу обеспечить тебе оптимальные условия для жизни, и, к тому же, тебе уже скоро семнадцать и ты сможешь идти куда захочешь. Я не стану тебе мешать, если это законно, конечно. — У меня есть время подумать? — Поттер, всё ещё прибывавший в своих мыслях о потенциальном будущем, наконец сфокусировался на настоящем моменте. — Боюсь, что нет. Кристин точно убьёт меня, если я задержусь ещё хоть на час, — Грейстил легонько махнул волшебной палочкой и заглушающие чары развеялись.       Когда они вернулись в палату, то обнаружили, что Кристин Рокл спокойно сидела и читала свежий выпуск Ежедневного пророка. На первой странице красовалось фото сгоревшего поселения и нескольких сотрудников министерства, которые бегали туда-сюда и явно что-то искали. Гарри узнал это место — именно там он был несколько дней назад! «Последний выживший из Уайлдпула. Когда Грин-де-Вальд нанесёт следующий удар?»       Остальную часть газеты Поттер не успел прочитать. Колдунья ловко убрала её и снова взяла в руки бумаги и перо. — Итак, опекун. — Я буду опекуном мальчика, Кристин, — сказал Грейстил и улыбнулся ей. Мисс Рокл оторвала взгляд от бумаг и одарила аврора таким взглядом, который обычными словами описать нельзя, ведь по ощущениям он обозначал их все. — Уильям, скажи честно: ты уверен в этом? — но он и не думал отступать. — Да, уверен, — Рокл вздохнула и сделала в бумагах несколько росчерков. — Ожидайте неделю. Поздравляю вас с обретением нового родственника, мистер Эванс… — с этими словами бумаги влетели в чемодан и Рокл закрыла его, — До свидания, господа.       Алма, которая всё это время стояла у окна и, словно зачарованная, смотрела в него, внезапно развернулась и вызвалась проводить Кристин до выхода. — Ну что ж, вот и всё. Вещей у тебя нет, так что, тебе остаётся только дождаться своей выписки через неделю и я заберу тебя к себе… — Грейстил улыбался как не в чём не бывало — У меня не слишком много места и денег, но для двоих должно хватить. — Ага… — Гарри казалось, что у него в голове вата. Мыслей было одновременно много, но искать ответы на них сейчас: гиблое дело, — Вам наверное уже пора? — И ты чертовски прав, — мужчина поправил свою рубашку, помахал Поттеру рукой и вышел из палаты, — До скорой встречи, Гарри Эванс.       Когда дверь за ним закрылась, Гарри остался один. И хотя миссис Донтаур строго запретила ему использовать магию, соблазн был велик. Гарри достал волшебную палочку, единственную вещь оставшуюся у него от прошлого. — Вингардиум Левиоса! — Древко лежало в руке, родное и хорошо знакомое. Отдача была великолепной, заклинание слетело быстро и моментально настигло стул и он, словно пёрышко, взлетел. Гарри улыбнулся, — «Слава Мерлину, я всё ещё могу это делать. Как там это говорится… мастерство не пропьёшь!»       Стул сделал несколько пируэтов в воздухе и плавно приземлился на пол. Действовать опрометчиво было нельзя, иначе запрут в Мунго до конца жизни. Рон и Гермиона тоже говорили бы, что нельзя действовать наугад и лучше перетерпеть пару дней. Но как тут теперь? Он снова один в незнакомом ему мире, окружен людьми со своими мотивами. И самое худшее — в теле несовершеннолетнего подростка.

***

      Вот и подошло время выписки. После очередной консультации с миссис Донтаур Гарри, наконец, выпустили из больницы. Вышел он налегке, одежда чистая, но порванная кое-где, волосы как всегда растрёпанны.       Мистер Грейстил уже ждал его около входа в больницу. На нём были те же рубашка и брюки, что он надевал неделю назад, но выглядел он свежим. — О, а вот и ты. Как твоё самочувствие? — за неделю все документы были оформлены и теперь в строке опекун официально значился Уильям Грейстил, — Как самочувствие? Готов к нашему небольшому путешествию? — Да, мистер Грейсил, — от Гарри не ускользнуло, то как слегка скривились губы мужчины от такого обращения. — Давай оставим весь официоз за дверью министерства, если ты не против, конечно, — к удивлению Гарри Грейстил не протянул ему руку для аппарации, а просто пошёл по одной из улиц, — Нам сюда, не отставай. — Мы не будем аппарировать? — Нет. Мне больше нравится путешествовать своими ногами, да и тем более, ты только выписался. Доктор Донтаур убьёт меня, если узнает об этом. — Вы странный для волшебника… — Уильям усмехнулся. — Не страннее чем ты.

***

      Они поехали на обычном автобусе, выглядел он устарело и был переполнен маглами. Гарри досталось место у окна, из которого он видел разрушенные здания, опечаленных людей и бродячих животных. «Это ужасно… Война ужасна…»       Через какое-то время они приехали. Перед ними предстал многоквартирный дом в пять этажей. Он выглядел ветхим, но в нём явно кипела жизнь. После пятисекундной заминки Грейстила с ключами, они вошли в здание. Оно было тесным и пахло в нём варенной капустой, но Грейстил, казалось, не замечал этого запаха. «Так, спокойно. В министерстве и Мунго знают где я, если этот Уильям Грейстил действительно что-то замышляет, то меня быстро найдут…» Только вот, кто найдёт? Кому он нужен здесь, в чужом времени? Он больше не мальчик-который-выжил, не Гарри Поттер… «Так, стоп… Я больше не Гарри Поттер…»       Они поднимались вверх по лестнице, которая скрипела на каждой ступени, пока они не дошли до четвёртого этажа. Грейстил открыл дверь и взгляду Гарри открылась маленькая прихожая, в ней было мало мебели, только большой деревянный шкаф для одежды, а обои надорвались кое-где. — Вот и моё скромное жилище. Прошу не стесняйся и чувствуй себя как дома, ведь теперь это и твой дом, — Уильям слегка постукивал пальцами по ноге, что выдавало в нём легкую нервозность. — Ага, спасибо, — Гарри осторожно прошёл в гостиную. Она была пустоватой для гостиной такого жизнерадостного человека. В комнате стоял небольшой журнальный столик из светлого дерева, старый диван грязно-зелёного цвета, одно кресло у окна, а вместо камина, у стены стоял телевизор, — Эм, вы действительно здесь живёте или просто морочите мне голову? — Да, я действительно здесь живу, — мужчина грустно улыбнулся и посмотрел куда-то вдаль, глубже уходя в свои мысли, — Стараюсь не выделяться…       «Да уж, чем больше я разговариваю с этим Уильямом Грейстилом, тем больше он кажется мне странным». Аврор вышел из своих размышлений, также быстро, как погрузился. — В любом случае, давай я покажу тебе дом! — сама квартирка оказалась не сильно большой. Обычная ванная и туалет, гостиная, прихожая, комната Грейстила, совмещённая с кабинетом; выделялась лишь дверь с резными узорами. Для обычного человека она бы просто показалась не вписывающейся в интерьер, пропитанный безисходностью, но для таких людей, как Гарри и Грейстил, было чётко видно магическое происхождение двери. — Вы что, использовали заклятие незримого расширения? — Поттеру вспомнилось то, как Гермиона доставала из своей крохотной сумочки то посуду, то одежду. Но он точно помнил, что использование этого заклинания строго контролируется и разрешено только в специальных случаях. Неужели этот человек, что так твердит о законе, нарушил указ министерства ради какого-то сироты… — Ну… Эм… Лучше взгляни на комнату. Я старался создать для тебя комфортную атмосферу для жизни и учёбы, и даже, зарегистрировал квартиру в министерстве, так что теперь ты сможешь здесь колдовать! — А раньше вы здесь не колдовали? — казалось, с каждым словом Гарри, воздух становился тяжелее. — Не-а, я здесь только ел, спал и разбирал бумаги, — Грейстил уворачивался от слов Поттера, словно Нео из, так любимой Гермионой, «Матрицы». В кинотеатр они не попали, но после победы Гермиона практически затащила их в магловский киноклуб. А после просмотра она с Роном ещё долго спорили насчёт правдивости спецэффектов и компьютерной графики. «Как там они сейчас?»       Но когда Гарри открыл эту злополучную дверь, мысли о друзьях покинули его. Мягкая постель, картины пейзажей на стенах, большой шкаф для одежды из тёмного дерева, книжная полка, просторный письменный стол и место под варку зелий. — Это… мне? — А кому ещё? — Уильям хлопнул его по плечу, выводя из транса, — Ладно, ты пока осваивайся. Я, если что, буду у себя. — Ага… — Грейстил вышел, а Гарри всё ещё стоял у двери и не смел двигаться. Даже на Гриммо он не позволял себе такой комнаты, а теперь ему было не ловко перед Уильямом. «Долой неловкость! А если в комнате есть опасные артефакты?» Он только посмотрит…       Гарри неспешно обошёл комнату по периметру. Шкаф для одежды оказался просторным, а внутри уже лежали пара белых рубашек, несколько чёрных брюк и простая пижама; переодеваться Поттер пока не собирался. «Вроде бы ничего необычного»       Дальше осмотру подверглись картины, изображающие море и корабли, — ничего особенного. Дальше был просторный письменный стол. Гарри быстро осмотрел все ящики, но, кроме пера и чернил, ничего не нашёл. Осмотр остальной части комнаты тоже ничего не дал, кроме фактов о том, что кровать — очень удобная, а полки — просторные. «Мда… не густо…» — Гарри стоял посреди комнаты, — «Что же ты скрываешь, Уильям Грейстил…» — многие дети на месте Поттера уповали бы на чудо, молились бы на доброту Грейстила и говорили бы о том, какой Гарри не благодарный, но Гарри не ребёнок. Да, он бы был благодарен, если бы аврор просто помог с документами, но это. Это уже через чур…       Поттер подошёл к окну и обнаружил, что оно фальшивое. Оно показывало ясное небо, а внизу был просторный луг, устланный зелёной травой. Побег из него был явно невозможен, оставалась только дверь.       В этот день Гарри не выходил из комнаты, не ел и спать лёг в своей одежде.       Внезапно, даже для себя он увидел лес. Но это был не мистический Запретный лес и не лес Дин. Этот лес был серым, словно он покрыт пеплом оставшимся после извержения вулкана.       А вот и сам пепел парит недалеко от деревьев. «Так… а почему он летит вверх, а не вниз» — Он…дол…ох… иго…моп… йиш…вунзь…локсу       Гарри вскочил с постели, по его щекам текли слёзы. «Что за херня здесь творится?»

***

      Через несколько дней Гарри мало помалу начал выходить из своей комнаты. Такие сны ему больше не снились, вместо них он снова видел битву за Хогвартс и фрагменты из их с Роном и Гермионой скитаний по миру.       В новом доме Поттер усвоил для себя несколько правил:       Первое, если хочешь успеть позавтракать, то лучше просыпаться в семь и есть вместе с Уильямом.       Второе, ближе к восьми Грейстил уходит на работу и квартира остаётся в распоряжении Гарри. Ну, кроме комнаты Грейстила. Её он запирает с помощью чар.       Третье, все остальные окна в доме настоящие, но зачарованны. Открыть их надолго нельзя — они начинают закрываться самостоятельно.       Четвёртое, телевизор не работает и из развлечений у Поттера есть только бумага, перо, уборка дома и палочка. Так что Гарри не остаётся ничего другого, как в тысячный раз практиковать одни и те же заклинания и время от времени рисовать своих друзей или писать им письма, которые они не смогут прочесть.       Пятое, отбой наступает в девять. В это время все замолкают, а в городе выключаются фонари.       Это был уже восьмой день его прибывания в доме Грейстила. Всё дошло до того, что Гарри и Уильям начали трапезничать вместе. Всё таки он — единственная компания в этом времени, не желающая разорвать его на части и посмотреть, что внутри.       Перед Гарри стояла тарелка вязкой каши с парой ломтиков жареного бекона. У Грейстила была просто каша. Аврор нехотя начал разговор. — Гарри, нам нужно поговорить о твоём обучении, — ложка с кашей зависла на уровне рта Поттера, но так и не отправилась внутрь, — Видишь ли, я не настолько богат, чтобы оплачивать мастеров магии. Поэтому я хочу, чтобы мы вместе рассмотрели возможность зачисления в одну из школу волшебства. — Вы Хотите отправить меня в Хогвартс? —Да, но не будь так предвзят. Хогвартс замечательная школа, ты сможешь познакомиться со своими ровесниками, к тому же я знаю человека, который сможет посодействовать тебе. — Но мне не нужна школа. Я всё и так знаю! — И что же ты собрался делать без результатов ЖАБА? Пойдёшь на войну с огнестрельным оружием, как магл? — холодно заметил Грейстил.       Гарри умолк. Ему действительно нечего было делать. Здесь он больше не избранный и не герой войны. Он не Гарри Поттер. Стоп. «Я. Больше. Не. Гарри. Поттер», — И как он сразу не понял? Что ему стоило отсидеть пару лет в Хогвартсе, а потом жить как захочется. Может, даже обратно получится вернуться… — Ау, ты меня слушал? — Уильям постучал ложкой по своей тарелке, привлекая внимание Гарри. — Да, слушал. Просто я думал, что в Хогвартс принимают только в одиннадцать… — Чаще всего это так. Но если есть особые условия, например твои, то школа может сделать небольшое допущение, — Грейстил положил многострадальный столовый прибор в тарелку, — Нужно будет всего лишь сдать небольшой экзамен. — А без этого никак? — Вместо ответа, аврор красноречиво посмотрел на Поттера, — Ладно, я понял. Я попробую…       «Всё равно у меня нет другого выбора. Похоже, что это его кредо — давать выбор без выбора…» — Супер. В таком случае, мне нужно будет на днях встретиться с профессором…       Но Гарри больше не слушал. Он начал есть и с каждой ложкой всё больше погружался в свои мысли. «Неужели мне снова прийдется вернуться в Хогвартс…» — да, он приезжал проводить лекции в честь победы над Волан-де-Мортом, но он старался не оставаться в этом месте надолго. Смотря на замок, он не мог прогнать воспоминания о трупах его друзей и знакомых, о том, как он умер сам. «Прийдётся как-то жить дальше, если хочу вырваться отсюда. Может в замке я смогу найти что-то о перемещениях во времени?»