Ангел в белой одежде

Они спускались со смотровой площадки. Солнце уже почти село, и тени удлинились, превращая знакомую тропинку в что-то почти сказочное. Шуай чувствовал тепло руки Лань Чжаня в своей. И от этого внутри разливалось что-то тёплое. — Замёрз? — тихо спросил Лань Чжань. — Нет. Просто… Просто так удобнее. Лань Чжань ничего не сказал. Рука на пояснице стала чуть теплее. — Знаешь. — сказал он, глядя под ноги. — я думал, ты сейчас начнёшь читать лекцию. Про то, как важно говорить о чувствах. Про то, что молчание вредит отношениям. Все эти ваши Ланьские премудрости. — Хочешь лекцию? — Нет. Упаси меня небо. Лань Чжань чуть сжал его пальцы. — Тогда не буду. Шуай фыркнул. — Учишься. — Стараюсь. Внизу, у развилки троп, их ждал Сичэнь. Он стоял, прислонившись к стволу старого клёна, и смотрел куда-то вдаль. Но когда они приблизились, на его лице расцвела та самая мягкая улыбка, от которой у всех вокруг теплело на душе. — Вечерний обход? — спросил Шуай, останавливаясь. — Прогуливался. Рад вас видеть. — ответил Сичэнь. Его взгляд скользнул по их сплетённым пальцам, по лицу брата, по расслабленным плечам Шуая. — Мы тоже рады. — автоматически ответил Шуай и тут же почувствовал, как смешно это прозвучало. — Я смотрю, разговор состоялся? — Состоялся — буркнул Шуай, глядя куда-то в сторону. — И судя по тому, что Ванцзи до сих пор жив и не сброшен с обрыва, всё прошло хорошо? Шуай фыркнул. — Я подумывал. — Но передумал? — Ему повезло. Сичэнь мягко рассмеялся. — Я как раз собирался ужинать, буду рад, если вы присоединитесь. Лань Чжань молчал и посмотрел на Шуая. «Ты решаешь» — говорил этот взгляд. «Я обещал тебе вечер. Только нам двоим. Но если хочешь пойдём.» Шуай встретил этот взгляд. И внутри что-то ёкнуло от того, что Лань правда ждал его решения. — Мы… — начал Шуай и запнулся. — Может, позже? Мы сначала… в покои зайдём. Сичэнь перевёл взгляд на брата. Лань Чжань стоял с невозмутимым лицом, но Сичэнь видел, как едва заметно дёрнулся уголок его губ. «Ах вот оно что» — подумал Сичэнь. — Конечно-конечно, я буду у себя. Приходите, когда будете готовы. — сказал он вслух. Он улыбнулся ещё раз и пошёл дальше, оставляя их вдвоём на тропинке. Шуай проводил его взглядом. — Он знает — сказал он. Лань Чжань посмотрел на него. — Он ждал этого разговора. И рад, что мы… поговорили. Шуай хмыкнул. — «Поговорили». Красивое слово. — Ты предпочитаешь другое? Шуай подумал. — «Разобрались» — лучше. Лань Чжань кивнул. — Разобрались. Они пошли дальше к своим покоям. Руки снова сплелись. Вокруг темнело, зажигались первые огни в окнах Гусу. И тут Шуай вспомнил. — Слушай, а чего Вэй Усянь так к твоему мечу привязался? Я думал, у него свой есть. А он прямо как ребёнок, которому игрушку не дают. Лань Чжань, шагавший рядом, слегка напрягся. — Он… ценит хорошее оружие. — Ага, я видел, как он на него смотрел. Это не просто «ценит». Он прямо светился. — Шуай покосился на него. — Ничего. Просто… он любитель редких артефактов. — Лань Чжань. — Мгм? — Ты врёшь. Пауза. — Что случилось с мечом? — Ничего не случилось. — Тогда почему он так хотел его подержать? Лань Чжань молчал. Очень старательно молчал. Смотрел вперёд, будто там было написано расписание вечерних медитаций. Шуай остановился. Развернулся к нему. — Что там с этим мечом? Лань Чжань смотрел на него. В голове проносилось: «Никогда. Ни за что. Даже под пытками.» — Это… личная история. — Какая? — Очень личная. Шуай прищурился. — Настолько личная, что ты даже мне не скажешь? Лань Чжань молчал. Внутри всё сжималось. «Я никогда не расскажу. Никому. Даже ему. Особенно ему.» — Это связано с ним? — не унимался Шуай. — Да. — И что он сделал? — Он… — Лань Чжань запнулся. — Использовал меч не по назначению. Шуай моргнул. — В смысле? Мечом можно рубить, колоть, блокировать. Что ещё? Лань Чжань сглотнул. — Лань Чжань. — Это… долгая история. — У нас есть время. — Не настолько долгая. — Значит, короткая. Рассказывай. Лань Чжань вздохнул. Так тяжело, будто Шуай попросил его переписать все правила Гусу от руки. — Так что он сделал? Это что-то неприличное? Он им в кого-то кинулся? Сломал? Потерял? Продал? — Хуже. — Хуже продажи? Это надо уметь. — Шуай присвистнул. Лань Чжань остановился. Посмотрел на него долгим взглядом. — Сяо Шуай, я никогда тебе этого не расскажу. — Да ладно! Это же просто меч! Лань Чжань тяжело вздохнул. — Это меч, который… был свидетелем… некоторых событий. — Каких? — Не скажу. — Лань Чжань! — Нет. — Я буду пытать! — Пытай. — Я не буду с тобой разговаривать! — Будешь. — Я… я… Я обижусь! — Шуай задохнулся от возмущения. Лань Чжань посмотрел на него. — Обижайся, я подожду. Шуай смотрел на него и чувствовал, как злость тает. Потому что Лань смотрел так, будто готов ждать вечность. — Ладно, но я всё равно узнаю. — буркнул он. — Не узнаешь. — Узнаю! — Нет. — Спорим? — Не спорю. — Трус. — Да. Шуай фыркнул и пошёл дальше. Но в уголках губ пряталась улыбка. Дверь хижины закрылась за ними, отсекая весь остальной мир. Внутри было темно. Лань Чжань зажёг светильник — мягкий, тёплый свет разлился по комнате. Шуай повернулся к нему. Хотел сказать что-то ещё, но не успел. Лань Чжань притянул его к себе и поцеловал. Это было не так, как утром. Не нежно, не осторожно. Горячо. Требовательно. Его руки уже стаскивали с Шуая верхнюю одежду, губы не отрывались от губ. — Наконец-то, — выдохнул Шуай между поцелуями. — Я долго ждал, — прошептал Лань Чжань прямо ему в рот. — Я тоже. Они раздевали друг друга жадно, почти грубо. Ткань летела на пол. Руки находили кожу — горячую, живую, настоящую. Кровать приняла их мягко. Лань Чжань навис сверху, глядя на Шуая. В золотых глазах было столько всего, что у Шуая перехватило дыхание. — Красивый, — выдохнул Лань Чжань. — Сам знаю. — Скромный. — Не в этот момент. Лань Чжань усмехнулся и поцеловал его снова. Медленнее. Глубже. Его рука скользнула вниз, нашла смазку, которую они оставили с прошлого раза. — Можно? — Лань Чжань, если ты ещё раз спросишь, я закричу. — Значит, можно. Первый палец вошёл легко. Шуай выдохнул, расслабляясь. Второй — с лёгким сопротивлением, но без боли. Лань Чжань двигал ими медленно, растягивая, готовя, и одновременно целовал его — шею, ключицы, грудь. — Хорошо? — спросил он, касаясь губами соска. — Да… ох… да… Третий палец добавился, и Шуай выгнулся, ловя ртом воздух. — Сейчас… подожди… — Не тороплюсь, — прошептал Лань Чжань. — Всю ночь впереди. — А если я тороплюсь? — Тогда скажи. Шуай посмотрел на него. Глаза блестели. — Я хочу тебя внутри. Сейчас. — Сейчас? — Прямо сейчас. Лань Чжань улыбнулся. — Терпеливый из нас двоих точно не ты. — Это я и без тебя знаю. Лань Чжань потянулся за смазкой, но Шуай остановил его. — Дай я. — Что? — Хочу тебя… тоже. Шуай перевернулся и рванул его на себя так, что Лань Чжань оказался на спине, глядя на него снизу вверх. И прежде чем Лань понял, что происходит, горячий рот накрыл его член. — Сяо Шуай… — Молчи. Шуай наклонился и взял в рот. — Не надо… ты не должен… — Я хочу — пробормотал Шуай, не отрываясь. Он двигался медленно, пробуя, изучая. Язык находил чувствительные места, губы плотно обхватывали. Лань Чжань дышал всё тяжелее, пальцы сжимали простыни. — Я… я сейчас… Не надо в рот… — выдохнул Лань Чжань, пытаясь отстраниться. Шуай только сильнее сжал губы и ускорился. Лань Чжань кончил с глухим стоном, выгибаясь, вцепившись в волосы Шуая. Шуай сглотнул, не задумываясь, часть осталась на губах. Губы блестели, а глаза горели. — Вкусно — сказал он хрипло. Лань Чжань смотрел на него. В голове не осталось ни одной мысли. — Ты… — выдохнул Лань Чжань, глядя на него. Шуай облизнулся. Улыбнулся довольно. — Что, не ожидал? — Не ожи… — Пить хочу. — перебил Шуай и соскользнул с него. Он встал, налил воды из кувшина. Вернулся и сел на бёдра Лань Чжаня. Их члены соприкоснулись, один всё ещё твёрдый, второй уже снова наливается кровью от этого зрелища. Шуай пил воду медленно. С наслаждением. Глотая, запрокинув голову. Кадык двигался. Капля скатилась по подбородку и упала на грудь. — Любуешься? — спросил он, ставя чашку. — Да. — Нравится? — Очень. Шуай усмехнулся и наклонился поцеловать. Лань Чжань перехватил инициативу и перевернул их, прижимая Шуая к постели. Поцеловал, чувствуя свой собственный вкус на его губах. Рука нашла смазку и Лань Чжань вошёл одним движением глубоко. Шуай вскрикнул громко, не сдерживаясь. — Больно? — тут же замер Лань. — Нет… нет… просто… ох… Двигайся. — Шуай выдохнул. Лань Чжань двигался. — Хорошо? — выдыхал тот в его губы. — Лучше… ох… лучше не бывает… Лань Чжань давал привыкнуть. — Лань Чжань… сильнее… — выдохнул Шуай. — Не сломаю? — Не сломаешь. — Точно? — Лань Чжань, блять, просто трахни меня как следует! Это подействовало. Лань Чжань ускорился. Глубокие, сильные толчки заставляли Шуая выгибаться и стонать в голос. Комната наполнилась влажными, ритмичными звуками. Шуай обхватил его ногами, притягивая ближе на каждом толчке. — Там… да… вот там… — Шуай уже не контролировал слова. — Ох… ещё… Лань Чжань наклонился, целуя его в губы, в шею, в грудь. Его рука нашла член Шуая, сжала в такт движениям. — Я… я сейчас… — выдохнул Шуай. — Давай. — прошептал Лань Чжань, стимулируя его с двух сторон. Шуай кончил с громким стоном, выгибаясь дугой. Его мышцы сжались вокруг с невероятной силой, что Лань Чжань застонал. Он замер, давая Шуаю прийти в себя. Потом уложил Шуая на бок и прижался сзади, входя снова глубоко. Одна его рука легла на грудь Шуая, пальцы нашли сосок, ласкали его в ритм движениям. Вторая держала за бедро, направляя, задавая угол. — Лань Чжань… ты… — выдохнул Шуай. — Тихо — прошептал Лань Чжань, целуя его шею сзади. Он двигался размеренно, глубоко, не сбавляя темпа. Пальцы сжимали сосок, гладили, дразнили в такт толчкам. — Так… Так хорошо… — Шуай задохнулся. — Мгм. Лань Чжань целовал его плечи, лопатки, каждый позвонок, до которого мог дотянуться. Его дыхание сбивалось, но ритм оставался убийственно ровным, убийственно глубоким. — Я почти… — выдохнул Шуай. — Знаю. Лань Чжань ускорился. Каждый толчок до самого основания, до той точки, от которой у Шуая темнело в глазах. Движения стали жёстче, целенаправленнее. — Ох… — Шуай задохнулся, вцепившись в руку, лежащую на его груди. Он не мог закончить. Дыхание перехватывало от каждого толчка, заполняющего до предела. Лань Чжань двигался быстрее и жёстче. Ещё несколько мощных толчков и Лань Чжань замер, вжавшись в него до предела. Его тело затрясло, из горла вырвался низкий, сдавленный стон. Пульсация заполняла Шуая изнутри, и от этого ощущения у него самого подкашивалось дыхание. Лань Чжань сделал ещё два медленных движения после, будто хотел продлить этот момент. Потом замер, тяжело дыша ему в плечо. — Ох… — только и смог выдохнуть Шуай. Лань Чжань замер на мгновение, а потом его рука скользнула вниз и обхватила член Шуая. — Ещё не всё — прошептал он. — Лань Чжань… я и так уже… — Я знаю. Он начал двигать рукой. Медленно. В такт тому, как всё ещё подрагивал внутри. — Просто расслабься и получай удовольствие. Шуай застонал, запрокинув голову. От каждого движения руки, от каждого отголоска того, что Лань всё ещё был в нём, чувствовался каждой клеткой. — Я… я сейчас… — Давай — прошептал Лань Чжань, ускоряя руку. Шуай кончил выгибаясь, сжимаясь вокруг него. Волны накрывали одну за другой, и Лань Чжань чувствовал и рукой, и собой. — Вот так, мой хороший… — выдохнул он, когда спазмы отпустили Шуая. Они лежали, тяжело дыша. — Тяжело — прошептал Шуай. Лань Чжань притянул его к себе. — Прости. — За что? — Забылся. Мог сделать больно. Шуай посмотрел на него. Потом придвинулся и укусил за нижнюю губу. Легко, почти символически. — Ай. — Это тебе за то, что извиняешься за отличный секс. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо. — И если ты ещё раз извинишься за секс, я тебя укушу по-настоящему. — Обещаешь? Шуай замер. Потом расхохотался. Лань Чжань смотрел на него. В золотых глазах плескалось что-то бесконечно тёплое. — Я люблю тебя — сказал он просто. — Знаю. — Шуай улыбнулся. — Я тоже. Даже когда ты слишком правильный. Даже когда ты меня лечишь. Даже когда не даёшь Вэй Ину меч, хотя он явно по нему скучает. — Не напоминай. — Не, это теперь моя любимая тема. Буду говорить об этом пока не узнаю всей правды, а может даже до конца жизни. — Я перееду. — Куда? — В уединённую пещеру. — Я приду туда с Вэй Усянем. — Я не переживу. — Переживёшь. Ты сильный. Лань Чжань вздохнул и прижал его крепче. Они лежали так долго. Пока за окном не стемнело совсем. — Сичэнь — вдруг сказал Шуай. — Мгм? — Он же ждёт. — Ждёт. — А мы… — Мы можем не идти. Шуай подумал. — Нет, пойдём. — Ты уверен? — Ага. Только… — Шуай зевнул. — Сначала поваляемся немного? Лань Чжань улыбнулся. — Хорошо. И притянул Шуая ближе.