Beyond the Pit Lane

Время летит быстро. Особенно в те моменты, когда меньше всего этого хочешь. Как и приближались грядущие экзамены для Адель и конец школы. — Малышка, успокойся, все сдавали, и мы сдадим, — жуя, бормотала Даша. — Тем более ты сама ходячая энциклопедия, как не спрошу что-то, то у тебя всегда есть ответ. — Если бы! Я же могу и обмануть тебя, а ты и поверишь, — уставше, но смеясь, ответила Адель. — Главное, чтобы не завалили. — Тебя? Как скажешь, так хоть падай, то ложись, у тебя фамилия не даст им этого сделать, ты забыла, какая у нас власть? Или, может, твой дедушка не в министерстве сидит? Боже, дай мне сил! — Не начинай, подруга. Как она устала от школы, от подготовки к экзаменам. Но дедушка был доволен ею, поэтому она не так сильно нагружала себя перед экзаменами. Даже сделал ей свой кабинет из старой комнаты её брата, который решил учиться заграницей из-за частых перелётов. Долго делала ремонт сама, чтобы это было уютное место, тем более её новое хобби было для неё отдушиной. Адель сидела в своей мастерской, окружённая множеством инструментов и образцов минералов. Белые стены с полками, на которых хранилась фурнитура. Огромный шкаф с книгами — то, чем можно было гордиться. «В своём доме точно оборудую библиотеку, пусть это моим внукам как наследие будет», — думала Адель. И в небольшой напольной полке стояли фотоальбомы. Пару штук из них были семейные, то, что можно показать родственникам, и остальное она хранила для себя. Прогулки, тусовки на каникулах после гонок, тем более фотка Саши с сигаретами родителям уж точно не понравится, зато Даше она особенно нравится. — Не был бы он твоим братом, то я бы за ним ухлёстывала. — Газ, подруга, только газ. — Вот именно, слушай себя, может, уже перестанете топтаться и будете вместе уже! Я устала ждать. Засело в голове. Надо было бы. Перед сном последнее их взаимодействие как назло. Адель помогала Джорджу разобраться с настройками карта, и их руки случайно соприкоснулись над схемой. Время словно замедлило свой ход, а сердца обоих забились чаще. — Смотри, здесь можно улучшить аэродинамику, — прошептала Адель, не отрывая взгляда от чертежа. — Да, ты права, — ответил Джордж, стараясь скрыть внезапно нахлынувшее волнение. И вновь дневник, и вновь визги в подушку. «Думаю, я ему нравлюсь тоже! Возьму ситуацию за яйца и признаюсь первой… Ну, надеюсь, он понимает в кристаллах, и до него дойдёт моё признание. Ну и как после этого спать?» Тихо, чтобы никто не слышал, она проскользнула к себе в мастерскую. Вздыхая и думая, что слишком много проводит тут времени, а не на свежем воздухе, она стала искать то, что ей, видимо, очень было необходимо. Перед ней на столе лежал редкий камень — аморфилит, минерал нежно-голубого оттенка с едва заметными серебристыми прожилками. Этот камень был особенным — он образовывался только в местах, где подземные воды несли в себе энергию древних вулканов, застывая в форме совершенных кристаллов. Легенда гласила, что аморфилит способен хранить чувства любви и верности, защищая отношения от невзгоды. Адель выбрала именно его для создания подвески, которую она хотела подарить Расселлу. Её пальцы ловко скользили по поверхности камня, изучая его структуру. Она знала: чтобы подвеска получилась идеальной, нужно уловить характер минерала, почувствовать его душу. Несколько часов она потратила на то, чтобы аккуратно обработать поверхность аморфилита, придав ему форму капли. Затем, используя миниатюрное сверло, создала отверстие для цепочки. Последним штрихом стала серебряная оправа, которую Адель украсила мелкими фианитами, имитирующими звёздное небо. Подвеска получилась лёгкой и изящной, словно застывшая капля утренней росы. Когда работа была закончена, Адель поднесла творение к свету. Камень заиграл всеми оттенками голубого, словно храня в себе частичку неба. Она знала, что подарит его на следующих каникулах, но время до каникул длилось слишком долго. Да, за эти года они начали слишком хорошо общаться. Деля пищала, прилетая домой и рассказывая подруге о своих взаимодействиях с Джорджем. Сообщения в мессенджере теперь содержали не только обсуждения гонок и учёбы: «Как же меня достали эти экзамены, хочу просто уже стать тёткой, которая будет делать вид, что работает». «Малышка, айда собирайся, следующая неделя моих побед, ты обязана видеть это». «Вафля, что с причёской, я как ни посмотрю на эфир, то там ураган!» В перерывах между тренировками они часто находили уединённые места, где могли спокойно поговорить, не отвлекаясь на шум трассы. И это было отдушиной для них — чай и свежие сплетни, хоть в чём-то их менталитет совпадал. Она даже начала разбираться в болидах, чтобы на каникулах тусить с ним в гараже, это лучше, чем сидеть и смотреть, как «четырку» перебирают каждую неделю, и молиться, чтобы она не сгнила. Джорджу пришло сообщение, которое было для него словно благословение: «Спокойной ночи, пупсик. Пусть завтрашний день тебе принесёт только победы. Спать». Улыбаясь, он не понимал, в какой момент начал так сильно интересоваться этой девчонкой, хотя он знал ответ. Просто не признавал. На одной из гонок Адель приехала поддержать Джорджа, несмотря на загруженность с учёбой. После заезда они сидели в небольшом кафе, и в этот момент молодой гонщик впервые позволил себе по-новому взглянуть на свою подругу. — Ты так много делаешь для меня, — произнёс он, встречаясь с ней взглядом. — Просто хочу быть рядом, — ответила Адель, слегка покраснев. В воздухе повисло нечто неуловимое, что чувствовали оба, но боялись нарушить хрупкое равновесие их отношений.