🔮My Soul Bridge❄️

Когда занавес медленно пополз вверх, вместо грозного змея на сцену неуклюже вышел подставной ведущий. Он с натянутой улыбкой попытался представить Гонта, но не успел договорить и пары слов, как пол под ним предательски разверзся — и он с криком исчез в люке. В ту же секунду вспыхнул экран, из-за которого, словно из другого измерения, появился сам блондин. — Привет, я рад знакомству! — мило улыбнувшись, парень поправил шляпу. — Теперь скажи, где я сейчас? Он сделал несколько шагов, будто осматривая новое пространство — виртуальную комнату на экране, наполненную деталями, похожими на воспоминания. — Не знаю, как попал сюда, но я начинаю всё понимать, — проговорил он, расхаживая туда-сюда. — Я не сошедший с неба ангел и этот факт вполне по мне, Я наверху чудил как в школе и вот, магистром я стал теперь! — он резко наклонился вперёд, словно собирался прорваться сквозь экран, упёршись руками в его поверхность. — Эй! Прости, но ты мне преграждаешь путь. Клянусь, милашка, боль твою пойму. И, может, наслаждаясь, лишь немножечко, с ума сойду чуть-чуть. Лицо на экране потемнело. Глаза сверкнули опасным огнём, а голос приобрёл пугающий резонанс. — Много воды утекло с тех пор, но не собираюсь на покой. Теперь я так силён, что вас сожрёт потешный, дьявольский огонь! Изображение на экране вспыхнуло — и в следующий миг фигура Дэвина уже отражалась в множестве зеркал, расставленных по периметру сцены. В руках — элегантная трость. Он начал танцевать, словно вёл спектакль в измерении отражений. Вращался, скользил, поворачивался к своему отражению спиной, а потом… исчез из зеркал — и вновь появился, уже на сцене. — Погоди-ка, мы знакомы? Мой приятель, это ты, — с полуулыбкой он облокотился о колонну и обратился к скелету, удобно устроившемуся в кресле, туда его ранее усадила Эви. — Покинул нас ты слишком рано, но снова встретиться час пробил. Нам было весело когда-то, и может быть ты мой должник, — он склонил голову, делая вид, что задумался, и лениво погладил подбородок. — Но у меня возник вопросик: Кровь течет из ран твоих? Он бросил загадочный взгляд в зал — и в следующий миг растворился в воздухе. Казалось, даже свет на мгновение дрогнул. И вот он снова появился — уже среди гостей внизу. Вышел будто из ниоткуда, уверенный, хищный, почти играющий. — Эй! Прости, но ты мне преграждаешь путь, — тихо, почти интимно обратился он к Элизе, стоявшей прямо перед ним. — Клянусь, милашка, боль твою пойму. И, может, наслаждаясь, лишь немножечко, с ума сойду чуть-чуть. Глаза на миг вспыхнули ядовито-зелёным, зрачки сузились, как у змеи. По щеке пробежал проблеск чешуи. Девушка, ахнув, попятилась — и едва не упала, но её подхватили подруги. — Много утекло воды с тех пор, но не собираюсь на покой. Теперь я так силён, что вас сожрёт потешный, дьявольский огонь! Он отошёл от испуганной троицы, и в этот момент весь зал озарил всплеск алого света. Над головами гостей закружились карты — они порхали в воздухе, будто живые. Несколько из них начали вращаться вокруг самого Дэвина, подчёркивая его движение, силу и контроль. С тростью в обеих руках он закружился в танце, легко и дерзко касаясь ею плеч гостей, не давая забыть о своём присутствии. Увидев в зале сестру, он нарочно задел её — и притянул к себе в танец. — Эй… Прости, но ты мне преграждаешь путь, Клянусь, милашка, боль твою пойму. И, может, наслаждаясь, лишь немножечко, с ума сойду чуть-чуть, — напел он, глядя на Эви, увлекая её в танец, полный скрытого огня. — Много утекло воды с тех пор, но не собираюсь на покой, Теперь я так силен, что вас сожрёт потешный, дьявольский огонь! Он отпустил её, повернулся, и — взмахнув картами — исчез. В следующий миг уже был снова на сцене, и, словно ничего не произошло, спокойно прохаживался по ней, снимая шляпу. — Эй… Прости, но ты мне преграждаешь путь, Клянусь, милашка, боль твою пойму. И, может, наслаждаясь, лишь немножечко, с ума сойду чуть-чуть, — сказал он напоследок, подмигнув залу. Дэвин сделал глубокий поклон. Свет в ту же секунду погас. Через миг прожектор осветил сцену — она была пуста. Аплодисменты раздались бурно и мгновенно. Кто-то свистел от восторга. А Эвелин улыбалась, глядя, как брат выходит из-за кулис, вновь став обычным — почти. — Вижу, ты вошёл во вкус, — сказала она с улыбкой, когда он подошёл. Близнецы, не теряя ни минуты, направились к родителям. Мы с Лиамом и Алисой подсели к своим. Я окинула взглядом зал. — Разве Аксеновы не с тобой? — удивлённо спросила я, не заметив их. — Пришлось отлучиться. Роберт Шеддоу опять выкинул номер. Диме тоже пришлось идти, — ответил отец, сразу поняв, к чему я клоню. Затем обернулся к Лиаму с лёгкой усмешкой: — А когда же будет выступать мой сын? — Когда-нибудь буду, — Лиам пожал плечами, усмехнулся и кивнул на сцену. — После него, допустим. В этот момент прожектор выхватил фигуру Дмитрия, склонившегося над пианино, настраивающего его звук.