Наследие Раймонда

Солнце Калифорнии палило немилосердно, превращая пыльные улицы Сан-Таско в раскаленную сковороду. Воздух над площадью дрожал от зноя, и даже немногочисленные прохожие старались держаться в скудной тени у стен домов. Вот только не Изабель. Она стояла посреди площади, словно вкопанная, сжимая в маленькой руке потрепанный кожаный кошелек и смотря на окружающий мир широко раскрытыми голубыми глазами. После шумного, серого Лондона этот маленький городок с его глинобитными домами, кричащими торговцами и запахом жареной кукурузы казался ей другой планетой. Планетой, на которой ей предстояло найти своего отца. Прошлое осталось там, за океаном, в виде холодного взгляда матери и равнодушного пожатия плеч няни, вручившей ей тот самый роковой конверт. «Отнеси командиру Раймонду. Он в казармах. Больше мне до тебя дела нет». Фраза отдавалась эхом в ушах. Изабель глубоко вздохнула, поправила простое, но добротное платье и решительно направилась к группе солдат, лениво прислонившихся к стене у колодца. — Простите, сеньоры, — голосок ее прозвучал тихо, но четко. — Не подскажете, где можно найти командира Раймонда? Солдаты переглянулись, и один из них, широколицый и неулыбчивый, хмыкнул: —Командир? А тебе зачем, малышка? Он не для всяких девчонок. — У меня для него важное письмо, — не сдавалась Изабель, гордо подняв подбородок. Ее аристократические манеры, несмотря на возраст, уже давали о себе знать. Ее проводили в казармы и вскоре она стояла перед высоким худощавым лейтенантом с неприятной усмешкой на лице. Габриэль. — Письмо для командира? — он насмешливо осмотрел ее с ног до головы, задержавшись на аккуратных туфельках и хорошей ткани платья. — Ну-ка, покажи. Изабель нехотя протянула конверт. — Мне сказали отдать лично в руки командиру Раймонду. Это очень важно. — Командира нет в городе, — отрезал Габриэль, вертя нераспечатанное письмо в руках. — Если нужно — отдавай мне. Не нужно — проваливай. Он будет не скоро. Грубость кольнула девочку больнее, чем она ожидала. «Все солдаты здесь такие?» — промелькнуло в голове. Не желая больше терпеть, она кивнула: — Хорошо. Передайте ему, как только он вернется. Пожалуйста. Развернувшись, она вышла на палящее солнце, оставив лейтенанта с письмом, которое тот с пренебрежением швырнул на стол. «Важные дела… у детей». Стоя на площади, Изабель впервые почувствовала всю тяжесть одиночества. Денег в кошельке было мало, а до ночи оставалось несколько часов. Нужно было найти, где переночевать. Она потянула за ремешок своей небольшой котомки и, не глядя по сторонам, сделала шаг с тротуара на проезжую часть. В этот миг раздался оглушительный топот копыт и гневный крик. На нее на всех парах неслась лошадь, а в седле сидел хмурый мужчина в мундире командира. — Эй, девчонка, с дороги! — проревел он, резко осаживая взмыленного коня буквально в паре шагов от нее. Изабель отпрыгнула назад, сердце бешено колотилось от испуга. Но испуг быстро сменился обидой. Она ждала, что солдаты важливые,а этот человек был груб и страшен. — Официальные лица должны показывать пример вежливости, сеньор! — выпалила она, сама удивляясь своей смелости. Ее голубые глаза гневно сверкнули. Командир Раймонд, и без того раздраженный после очередной неудачной погони за Зорро, лишь смерил ее взглядом, полным презрения. —Не учи меня, малявка! — рыкнул он и, пришпорив коня, умчался прочь, подняв клубы пыли. Изабель стояла, пытаясь сдержать подступавшие слезы. Все было не так. Все было ужасно. Грубый лейтенант, ужасный командир… а ее оте, наверное, такой же. Обида и разочарование переполнили ее. Она побежала, не разбирая дороги, лишь бы подальше от этой площади, от этих людей. Она не заметила, как выбежала на пустынную окраину города, где дома становились все более обветшалыми. Задыхаясь от бега и слез, она прислонилась к горячей стене сарая. — Ну-ка, посмотрим, кто тут у нас, — раздался над ее ухом сиплый голос. Из-за угла вышли двое коренастых мужчин с неприятными ухмылками. Изабель попыталась отскочить, но было поздно. Один из них грубо схватил ее за руку. — Аккуратная такая. Думаю, за такую хороший выкуп дадут. Котомка выпала из ее ослабевших пальцев. Мир потемнел в глазах. Теперь она была в беде по-настояшему. В это же время на главной площади царило совсем другое настроение. Дон Диего де ла Вега, щегольски одетый, с беззаботной улыбкой на лице, прогуливался под ручку с очаровательной Лолитой Примо. — Диего, — говорила Лолита, слегка волнуясь, — ты уверен, что не хочешь посмотреть на новые ткани, что привезли из Испании? — Ах, Лолита, — взмахнул рукой Диего, играя свою роль до конца. — Разве могут сравниться эти безделушки с красотой здешних цветов? Или, скажем, с очарованием твоей улыбки? Лолита покраснела, но не сдавалась, ведь понимала,что Диего пытается увильнуть. Вдруг ее взгляд упал на дальний конец площади, где всего несколько минут назад стояла маленькая девочка. Теперь там никого не было, но Лолита, с ее добрым сердцем, что-то запомнила. — Странно, — промолвила она. — Я тут видела одну девочку, совсем одну. Она выглядела такой потерянной. И платье на ней было не здешнее. Интересно, куда она подевалась? — Наверное, родители нашли, моя дорогая, — Диего пожал плечами, но его взгляд на мгновение стал чуть более внимательным. Он тоже заметил незнакомку, но не подал виду. В этот момент к ним подбежал запыхавшийся Бернард, он тараторил об опасности,но очень быстро,размахивая руками и показывая куда-то в сторону выезда из города. Его лицо выражало крайнее беспокойство. — Бернард, что случилось? — спросил Диего, притворно-легкомысленно-, ни слова не понял? Бернард энергично затряс головой. Он схватил Диего за рукав и стал тащить за собой.Он рассказал, что видел, как двое подозрительных типов схватили маленькую девочку и поволокли в сторону старых складов. И он не мог этому помешать. Лолита испуганно вскрикнула: — Диего! Может, это та самая девочка? Надо помочь! Но Диего уже все понял. За маской беззаботности в его глазах вспыхнула сталь. —Бернард, проводи Лолиту домой. Сейчас же! — его голос прозвучал неожиданно твердо. — А я… я пойду посмотрю, не нужна ли кому-нибудь помощь джентльмена. Не дожидаясь ответа, он бросился в сторону конюшни. В его голове уже созрел план. Солнце клонилось к закату, и на смену дневному зною скоро должна была прийти прохладная ночь. А вместе с ней — время Зорро.