След, оставленный во снах

***

Наконец церемония прощания и кремация остались позади, а урна с прахом Акеми заняла своё место в семейной могиле. Прах к праху, пепел к пеплу… Глядя на надгробие, тоска охватила Каэде с новой силой. Когда она занималась расследованием, перебирала записи Акеми, ходила в полицейский участок или в ритуальное агентство с отцом, то была постоянно занята. Такая жизнь ещё казалась терпимой. Словно она всё это время убегала от произошедшего. Но эти два дня похорон заставили её остановиться и развернули лицом к лицу с суровой реальностью, позволив чувствам нагнать и обрушиться на неё с новой силой. Такеши, оставшийся с семейством Танабэ до окончания похорон, подбросил их до дома. Каэде, которой было всё равно ехать куда-то или идти пешком, даже не запомнила марку его машины. Да что там марку, она и цвет назвала бы с трудом. Вернувшись домой, Миюки сразу же взялась за приготовление ужина, а Кенджи ушёл в комнату, чтобы уладить по телефону один важный рабочий вопрос. Каэде, воспользовавшись случаем, бросилась к планшету и нажала на иконку приложения «Нэйл». В голове промелькнула ироничная мысль, что раньше она как-то по-другому себе представляла зависимость от гаджетов. Во всяком случае, точно не в виде синеглазого брюнета с глубоким бархатистым голосом. На этот раз программа загружалась ужасно долго. Девушка успела испугаться, а в её голове возник вихрь всевозможных предположений. Каэде уже представила, что в планшет попал какой-нибудь вредоносный вирус, стирающий информацию, или в приложении случился системный сбой и она больше никогда не увидит Нэйла… и ещё множество других, не менее мрачных вариантов. Но когда состояние девушки стало близким к панике, окно программы вдруг развернулось на весь экран. Каэде с облегчением выдохнула. — Вы меня испугали, Нэйл, — с укором сказала она вместо приветствия. — Прошу прощения за задержку, — виновато улыбнулся ИскИн, попутно поправляя воротник классической рубашки. — Приложению нужно было обновиться. Как вы себя чувствуете после похорон? — с беспокойством в голосе спросил он. — Потерянной… — честно призналась девушка. — Кажется, только поставив урну с прахом в нишу на семейной могиле, я наконец осознала, что Акеми мертва. Нэйл задумался на секунду, потом кивнул. — Думаю, для каких-то вещей просто требуется больше времени… — тихо сказал он. Каэде вспомнила, что кто-то сегодня уже говорил ей о времени. Ах да, тот слепой мужчина… Мацуо Акайо. Он упоминал в том числе о том, что ему потребовалось время, чтобы смириться с потерей и перестать искать виноватых. Вот только она сама, увы, так не может. Перед похоронами Каэде краем уха услышала мамин телефонный разговор с коллегой по работе. Миюки тогда в сердцах сказала, что не понимает, почему боги это допустили. У Каэде, в отличие от неё, к богам претензий не было. Она понимала, что в смерти сестры виновна чья-то злая воля. Глупо обвинять богов в том, за что ответственен человек. А вот как раз ему она спуску давать не собиралась. — Танабэ-сан, вы плохо выглядите, — донёсся до неё голос ИскИна. — Вам сейчас стоит отдохнуть. — Потом, Нэйл, — отмахнулась Каэде. — Это всё неважно. — Вы что-то обнаружили? — заинтересовался мужчина, чуть подавшись вперёд. Взгляд его синих глаз теперь излучал любопытство. — Возможно, — не очень уверено кивнула Танабэ. — Помните значок атома на вагоне поезда? У заведующей отделом, в котором работала Аке, брелок на ключах точно такой же формы. — Значит, сон вашей сестры касался её… — задумчиво протянул Нэйл, побарабанив пальцами по столешнице. — Или её сына… — Вы думаете, сон касался Ючи?! — Почему-то эта мысль Каэде в голову не приходила, хотя теперь она казалась совершенно логичной. — Ну конечно! Тот светловолосый ребёнок в поезде! — воскликнула девушка. — И платформа с номером «15», — подхватил ИскИн. — За это время я успел проверить данные сотрудников. Ивамото Ючи недавно исполнилось шестнадцать, поэтому я не сопоставил сон Акеми с ним. Но ведь когда она его записывала, парнишке было пятнадцать. Каэде пришла в необычайное волнение. Она чувствовала себя охотничьей собакой, напавшей на след. Неужели у них появилась зацепка? Но пока было неясно, куда приведёт эта ниточка, и связан ли сон Акеми с её последующим убийством, но это всё же лучше, чем ничего. — К тому же Ючи сказал, что Акеми должна была ему с чем-то помочь, — вспомнила Каэде их разговор с юным программистом в Институте. — Я тогда не придала этому значения, но ничего нельзя сбрасывать со счетов. Я сейчас же позвоню Ючи и договорюсь о встрече, — решительно заявила она. — Танабэ-сан, я ценю ваш энтузиазм, но настоятельно советую вам отдохнуть. — Голос Нэйла звучал по-прежнему мягко и доброжелательно, но теперь в нём чувствовались стальные нотки. — Никому не будет пользы, если вы упадёте без сил. Да и ваши родители наверняка будут беспокоиться, что вы отправились неизвестно куда сразу после похорон. Я уже не говорю о матери Ючи, чей ребёнок уйдёт из дома на ночь глядя. — Он выразительно приподнял бровь. Каэде не могла не отметить, что как-то странно выходило: вроде бы Нэйл задумывался как виртуальный помощник, а значит, должен быть на вторых ролях, но порой он вёл себя с ней не просто на равных, а как главный, проявляя инициативу и заботясь о её состоянии весьма настойчивым образом. — Вы правы, Нэйл… — вздохнула девушка, признав справедливость его доводов. — Пожалуй, отложу визит до завтра… Когда Миюки заглянула в комнату дочери, чтобы позвать её на ужин, Каэде уже спала поверх покрывала, трогательно подложив лодочкой ладони под щёку. Женщина погасила свет и на цыпочках осторожно вышла обратно, стараясь не разбудить дочь. В эту ночь Каэде ничего не снилось…

***

— Ну, что узнала? — нетерпеливо спросил Ючи, когда на следующий день они с Каэде встретились в Макдональдсе неподалёку от Института. Паренёк вышел на обед и теперь с аппетитом поглощал терияки-бургер, запивая его колой. Каэде, пришедшая позже, всё ещё ждала свой латте и кусок пирога с начинкой из сладкой фасоли. — Пока ничего, — ответила Каэде. — Но надеюсь, что с твоей помощью кое-что узнаю. Девушка с утра успела немного продвинуться в чтении романа Акеми. Каково же было её удивление, когда она провела ассоциацию одного из появившихся в тексте персонажей с Ючи. Теперь ей хотелось знать, верна ли её догадка. — Если нужно что-то взломать, то я пас, — выставил руку в протестующем жесте подросток. — Мне уже сделали одно предупреждение. В следующий раз, боюсь, штрафом не ограничатся. — Я не собираюсь просить тебя ничего взламывать, — отрицательно покачала головой Каэде. — Мне просто нужно, чтобы ты честно ответил на мой вопрос. — Ну валяй, спрашивай, — с любопытством уставился на неё Ючи разноцветными глазами. Сегодня он снова был в линзах. Только на этот раз один глаз был цвета бутылочного стекла, а второй — светло-карим с эффектом астеризма и от зрачка расходились золотые лучи. Каэде подождала, пока работник зала поставит перед ней поднос с её заказом, а затем спросила: — С какой проблемой тебе должна была помочь Акеми? — Это к делу не относится, — насупился подросток. Похоже, тема разговора ему не особо нравилась, но Каэде сдаваться не собиралась. — И всё же? Мне важно знать, — настаивала она. — С чем тебе помогала моя сестра? — Вот прицепилась! Я хотел найти одного человека! — фыркнул Ючи, мгновенно ощетинившись. — Всё? Допрос окончен? Он демонстративно вернулся к бургеру, но Каэде такая мелочь, как нежелание подростка с ней разговаривать, разумеется, не остановила. — Какого именно человека? Своего отца? — не унималась она. Глаза Ючи широко распахнулись. Он подавился бургером и закашлялся. Каэде пришлось встать и похлопать паренька по спине. — Откуда знаешь? — спросил он, восстановив дыхание. — Ты знал, что Акеми писала роман? — вопросом на вопрос ответила Каэде. — Да, она говорила, но мне такое неинтересно, — поморщился Ючи. — Я комиксы люблю. И что там с этим романом? Аке написала в нём, что я ищу отца? — И да, и нет… — вздохнула девушка, подумав, что если бы Акеми написала всё прямо, то вести расследование было бы намного проще. — Просто читая, я заметила, что Аке для многих персонажей брала прототипы из жизни. Например, главная героиня романа Эмилия — это сама Акеми; я представляю её подругу Грейс; а главврач клиники, в которой работает Эмилия, описан довольно суровым человеком. Подозреваю, что речь идёт о твоей маме, — пояснила она. — Но в романе появляется ещё и мальчишка-беспризорник, который ищет своих родителей. Конечно, он намного младше тебя, но мне почему-то показалось, что ты мог быть прототипом для этого персонажа. Мама у тебя есть… следовательно, ты ищешь отца. Я права? — Браво, Шерлок! — кисло сказал Ючи и демонстративно похлопал. — Ты бываешь на удивление догадлива. Вот только я до сих пор не вижу связи со смертью Акеми, — ехидно заметил он. Что ещё за «на удивление»? Нет, Каэде, конечно, гением себя не считала, но сложить два и два была в состоянии. Девушка решила проигнорировать грубость подростка и продолжила задавать вопросы. — Вы нашли отца? Никакой реакции со стороны собеседника. Ючи сидел и продолжал вяло жевать бургер. — Вы нашли отца? — монотонным голосом повторила вопрос Каэде, которой упрямства тоже было не занимать. — Нет, — буркнул подросток. — Может, кто-то просто не хотел, чтобы вы его нашли? — начала рассуждать вслух девушка. — Или же с ним связана какая-то тёмная история? — Единственный, кто не хочет, чтобы я его нашёл, это моя мать, — вырвался смешок у Ючи. — Я вообще долгое время считал, что отец умер, пока она случайно не оговорилась, — хмуро добавил подросток. — Тогда и решил узнать, кто он. — Неужели в небольшом городе так сложно найти человека? — удивилась Каэде. Нет, она, конечно, не думала, что стоит только позвонить в справочную и тебе тут же всё выложат, но парнишка, сидящий перед ней, чувствовал себя среди цифровой информации как рыба в воде и был оснащён такой техникой, какую девушка даже представить себе не могла. Так неужели он не смог кого-то найти? В такое сложно было поверить. — Если не знаешь его имени и у тебя в графе «отец» стоит прочерк, то да, — мрачно откликнулся подросток. Вот оно что… Тогда это действительно проблема. Не зная имени и не имея ни единой фотокарточки, искать довольно затруднительно. Неудивительно, что этот разговор его так разозлил. — Прости, что подняла болезненную тему, — виновато сказала Каэде. — Просто пытаюсь узнать больше о людях, с которыми работала Аке. Вдруг что-то всплывёт… — Да чего уж там… — махнул рукой Ючи, смягчившись после извинений. — Я бы на твоём месте тоже начал всех подряд расспрашивать. Теперь ты знаешь мой страшный секрет, — усмехнулся он. — Я, кстати, и попался как раз тогда, когда взламывал базу данных, чтобы найти отца. Должен же он был где-то фигурировать… Хотя бы в списках жильцов дома, где раньше жила мама. Но немного недооценил городскую службу безопасности, — смущённо потёр шею он. — Потом у нас с мамой был не самый приятный разговор. Хотя тут её можно понять… Не каждому понравится, когда к тебе домой прибывает полиция и выписывает штраф. — А Акеми тут каким боком? — Каэде отхлебнула почти остывший латте. — Она как-то начала рассказывать о вашей семье. Между делом пожаловалась, что с тобой отношения наладить не может, — пояснил Ючи. — А я возьми и скажи, что она хотя бы всех членов своей семьи знает и может общаться с ними, в отличие от меня. Вот тогда Аке возмутилась и сказала, что это нечестно, когда сын не знает своего отца. — И само собой, решила помочь, — кивнула Каэде, примерно понимая, как было дело. — А как она собиралась его найти? — поинтересовалась девушка. — Без понятия, — пожал плечами Ючи. — Сказала, что что-нибудь придумает, и на крайний случай у неё есть какой-то знакомый журналист… Возможно, он сможет помочь. — Ясно… — протянула Каэде, хотя о знакомом сестре журналисте слышала впервые в жизни. — Ючи, могу ли я спросить, зачем ты линзы носишь? — А что, это преступление? — вскинулся подросток. Каэде вздохнула. Ну что за возраст? Чуть что, сразу на дыбки. — Нет, — терпеливо пояснила она. — Просто у тебя красивый цвет глаз. — Мама сказала, что они как у отца, — сказал в сторону Ючи. — А если она о нём даже говорить не хочет, значит, не просто так. Не хочу быть на него похожим. Каэде внимательно взглянула на подростка. Интересно получается… Он одновременно и хочет найти отца, и не хочет быть на него похожим. Довольно противоречивые желания. Впрочем, внутренние конфликты есть у каждого человека, как сказал её собственный отец. — Волосы тоже поэтому красишь? — не удержалась от вопроса девушка. — Ну ты и зануда! — фыркнул Ючи. — Конечно нет! Просто мне так нравится. Ещё вопросы будут? — Вообще-то да… — замялась Каэде, не зная, стоит ли об этом говорить. — Да спрашивай уже, — милостиво разрешил подросток. — По глазам вижу, что иначе не успокоишься, — хихикнул он. — Скажи, ты помогал Аке создавать виртуального помощника? — Каэде решила зайти издалека. — У неё есть виртуальный помощник? — искренне удивился Ючи. — Значит, не ты… — вздохнула Каэде, поняв по реакции, что ответ очевиден. — Аке упоминала о нём по телефону, — не стала говорить о Нэйле напрямую девушка. — Ну… вообще-то Аке как-то спрашивала меня о технических особенностях искусственного интеллекта, — припомнил Ючи. — Но то, что она хотела, неосуществимо. А вот это уже интересно. — А что она хотела? — полюбопытствовала Каэде, отодвинув стаканчик с кофе на край стола. — Чтобы ИскИн был осознанной личностью, — ответил подросток. — А это невозможно? Пока что глаза убеждали Каэде в обратном. Нэйл был, на её взгляд, более чем человечным, но хотелось бы узнать и мнение эксперта — пусть даже такого юного, как Ючи. — По крайней мере, до сих пор никому это не удавалось, — развёл руками тот. — Слышала про тест Тьюринга? — Нет. А что это? — Эмпирический тест. Экзаменатор задаёт вопросы компьютеру и человеку, не видя их. Если он не может понять, отвечает машина или человек, то тест пройден. — Ни одной машине не удавалось обмануть экзаменаторов? — уточнила Каэде. — Однажды удалось, — нехотя признался Ючи. — Этот тест частично прошла программа по имени Женя Густман, имитируя ответы одиннадцатилетнего мальчика. Но это другое. — Почему? — не поняла девушка. — Потому что, притворившись подростком, можно ловко избежать лишних сложных вопросов, — усмехнулся Ючи. — По сути, это уловка, использованная программистами. Акеми же хотела совсем другого. — Чего же? — Она хотела программу с человеческим сознанием, — многозначительно сказал подросток, подняв указательный палец вверх. — Судя по тому, каким тоном ты это произнёс, технически это невозможно... — вздохнула Каэде. Неужели Нэйл тоже всего лишь ловкая имитация? Верить в это не хотелось. — Скорее, маловероятно, — качнул головой Ючи. — В науке ничего отрицать нельзя. Сотовая связь и полёты на воздушном транспорте тоже когда-то казались невероятными, а для нас, живущих сейчас, это повседневность, — философски заметил он. — Но даже если допустить, что кто-то бы помог Акеми создать микропроцессор, имитирующий работу головного мозга, который бы успешно усваивал информационные потоки и анализировал информацию, машина была бы всё ещё далеко от самосознания. — Но если бы это всё-таки произошло? — не унималась Каэде, которой всё ещё хотелось верить в чудо. А точнее, в чудо по имени Нэйл. — Если бы машине удалось пересечь грань и… ожить? Ючи немного подумал, прежде чем ответить. — Тогда это стало бы феноменом, твоя сестра — безусловным гением, а патент на это изобретение стоил бы миллиарды.

***