Club 25

Сердце колотилось подобно запертой в клетке птичке. Выглядывая из-за белой стены на спящую врачиху, Фрэнк вцепился руками в ткань своих спальных штанов на бедрах. Развуд не могла найти удобное положение и металась на кресле как собака в будке, меняя расположение рук под головой или же сильнее напрягала ноги, чтобы упереться ими в стол. На нем лежала миска салата с литрами майонеза в нем, и грязная вилка у клавиатуры. Да уж, работники явно не врали. От такой картины тянуло выблевать весь завтрак за угол и пойти обратно спать. Но планы на сегодня были кардинально другими.  Во время отбоя Айеро умело притворился спящим, а затем под светом луны стал писать объяснительную записку на листе календаря восковым карандашом, который пару часов назад украл из гостиной. До этого, он хозяйственно убрал все свои вещи под кровать и даже попытался вытереть пыль со всех поверхностей своей старой футболкой, желая оставить после себя чистоту. Это была бы так называемая благодарность семейке Уэев за заботу проявленную ему, несмотря на все неприятности, которые он им устроит.  Когда его щека коснулась подушки, а глаза закрылись - парень испытал вязкое тревожное чувство в груди. Как будто кто-то положил раскаленную кастрюлю прямо ему на ребра. Он боялся уснуть, ведь знал, что мог. Студент так сильно вымотался за сегодня, что попросту не давал себе отчет за свои действия. Если бы сейчас он дал слабинку, пришлось бы ждать ещё одну мучительную неделю, а за этих семь дней в больницу спокойно мог пожаловать Ник со своей шайкой. Так рисковать хулиган не мог. Щипая себя за руку каждых десять минут до двух часов ночи, а после услышав щелчок часов - пациент подорвался на ноги и побежал к умывальнику, споласкивая лицо ледяной водой. Когда пульс замедлился, а голова постепенно начинала работать, больной выглянул в окно. На улице моросит летний дождь, полная луна висит над старой березой, мертвая тишина.  Потратив час, чтобы полностью накопить в себе силы и если что бежать, черноволосый перед самим выходом из палаты вспомнил лицо Джерарда и ноги неприятно подкосились.  Как же сильно он сейчас его умышленно подставит. Уэй так много сделал ради его здоровья, и кажется, успел понравиться Фрэнку, так что сейчас его действия и вправду равны предательству.  Но что ещё ему оставалось делать? Его найдут, и просто ждать смерти стучавшей во все двери он не хотел. Когда Меган наконец-то зарылась носом в локоть и издала громкий храп, младший набрал в грудь воздуха и задержал дыхание. Шаг. Ещё один. Застыл. Оглянулся. В конце коридора надоедливо мигает лампа, издавая при этом щелкающий звук. Крепче сжав кулаки висящие вдоль тела, парень издал сжатый звук восхищения, при виде желанной двери в нескольких метрах от него. Как назло, докторша внезапно начинает ерзать на месте и постепенно выходить из сна, при этом что-то бубня себе под нос.  Согнувшись пополам и спрятавшись за её постом, Фрэнк затаил дыхание. Он просто не имел никакого права прямо сейчас провалиться. Нервно забегав глазами по помещению, ища где ещё можно спрятаться, парень замер. Сверху снова послышался храп и размеренные вздохи.  Покачав головой, хулиган выровнялся и острожно подкрался к двери, вновь застывая и прижимаясь к ней плечом. Так странно, но это место неожиданно стало для него вторым домом, а абсолютно чужие люди - самыми родными. Воспоминания нахлынули с головой. Первое знакомство с Рэймондом, первый прием дурманящих разум лекарств, первое осознание того, где он. И конечно же - первое знакомство с Джерардом Уэем. Айеро не давал себе возможности признать, что этот мужчина ему всерьез запал в душу, и уж явно больше, чем обычный врач. Безусловно, студент прекрасно осознавал, что чувствовал, но не хотел об этом даже думать. Его чувства, как открытая рана. Он поставил крест на любви и больше не хотел с этим играть. Это сломает его ещё раз.  Подав дверь вперед, дыхание парня резко перехватило от удара холодного воздуха по лицу вперемешку с остывшими каплями дождя. Мигом тихо закрыв её за собой, черноволосый молился, чтобы женщина не почувствовала сквозняк хоть миллиметром своего тела. Не теряя времени, пациент в считанные секунды осмотрел территорию, хотя сориентироваться во тьме было крайне тяжело.  Лучшим вариантом было бежать к пруду, затем попытаться переплыть его, ведь он не был таким уж широким, а затем скрыться в лесу, находящимся за ним. Он мог бы переждать пару часов где-то между густых деревьев, а затем продолжить свой побег, доверяя своему внутреннему компасу. Была вероятность, что он бы смог выбраться в социум отсюда, но огромной проблемой являлось то, что он не имел никакого понятия, насколько большим был этот лес.  Сердце внезапно закололо, а тело оцепенело. Позади него послышалась приглушенная сирена. Ну конечно, Фрэнк! Это ведь была самая очевидная часть твоего супер-плана. Как ты мог о ней забыть?  Перед тем, как пользоваться этой дверью, все врачи ставили в известность руководство, а уже потом пользовались выходом. Сирена включалась лишь тогда, когда дверь открывалась без предварительного одобрения.  Рванув с места, Айеро стал утопать резиновыми тапками в грязи состоящей из мокрого от надвигающейся грозы песка, а дышать и глотать стало настолько тяжело, что хулиган не мог поверить в то, насколько легко это ему удавалось до этого. Когда перед глазами начало плыть, сзади послышались приглушенные мужские голоса, очевидно, охранников. Также можно было услышать тошнотворно писклявый - он разбудил бедняжку Развуд. Но один из всех парень мог различить даже во сне. Этот голос принадлежал Джерарду. От осознания закружилась голова. Что он здесь делал в такое время? Уэй оставался на ночные смены всего два раза в неделю, и они уже давно были позади. Почему он здесь? Почему прямо сейчас он видит всё это? — Фрэнк! Что ты делаешь? - срывает глотку врач, и больной неосознанно оборачивается, будучи в пяти сантиметрах от кристальной воды.  Черные волосы вампира чудом успели насквозь промокнуть и прилипнуть к его лбу темными нитками, изящно обрамляя этим лицо. Черный пиджак на плечах впитывал в себя капли, глаза испуганно бегали по лицу больного. Печально, но сейчас именно лицо врача было не рассмотреть. Он стоял прямо под ярким фонарем, висящим над выходом, и единственное, что можно было увидеть - только эти прекрасные глаза.  С опаской выставив вперед правую руку, психолог с грацией кошки стал надвигаться на студента, но тот резко сделал шаг назад, и мужчина с пониманием остановился. Два охранника стоячих позади него у больницы на это лишь удрученно переглянулись и крепче сжали в руках резиновые дубинки. Развуд дрожала как осиновый лист и продолжала тихо извиняться перед Уэем сложив руки в мольбе, который давно уже её не слышал. — Фрэнк, не делай глупостей. Будет только хуже. - врач делает бережный шаг вперед, пугая этим младшего до чертиков. — Иди ко мне, я тебя не обижу. Ты знаешь.  И да, Фрэнк знал. Фрэнк ему верил. Сколько уже раз вампир спасал его с задницы и вместо наказания просто давал возможность отдохнуть и побыть наедине с собой? Сколько раз закрывал глаза на его выходки и продолжал помогать? Господи, много. Пальцев на руках не хватит.  Уэй напряженно поджимает губы и оборачивается на персонал, как раз в тот момент, как к ним на улицу выбегает еле дышащий Майкл. Тот, по видимому, только проснулся. Очки на лице отсутствовали, медицинская форма замялась в районе живота, глаза припухшие. Увидев брата, младший виновато поднял брови, а затем перевел на пациента ненавистный взгляд. Он буквально испепелил глазами студента за секунду, и снова посмотрел на родственника как провинившийся котенок.  Вина заполняла легкие как вода при утоплении. Майки, человек, которого он первого принял в свой круг, который был с ним рядом подобно отцу все эти месяца, сейчас был зол на него. Потому что его нагло подвели. Его доверием играли словно в дурака. Что уж говорить про Уэя-старшего. Но Фрэнк не мог по-другому. Его найдут и ему нужно скрыться. Хотя бы на время. Джерард обратно поворачивается на больного, и не отрывая от него глаз начинает импульсивно махать рукой у себя за спиной, второй обтирая нос от капающих с него капель.  — Уйдите, пожалуйста. Я справлюсь сам. — Джер, ты уверен? - дрожащим голосом спрашивает русый, и крепче обнимает бедняжку Развуд, всё крепче прижимая к себе, чтобы успокоить и согреться.  — Да, полностью. Идите. - смотря сквозь Айеро, черноволосый всё больше краснел от раздражения, кусая губы с каждой секундой всё интенсивнее. — Идите, черт возьми! - срывается на крик мужчина, и от его взгляда все как муравьи разбегаются и скрываются за металической дверью, оставляя их наедине. Плавно подняв на хулигана взгляд, психиатр развел руками. — Фрэнк, что за чертовщину ты здесь устроил? — Джерард, я всё объясню. Я не сошел с ума, я всё объясню. - паникует младший и покрывается мурашками от очередного порыва ветра в свою сторону. Его футболка уже промокла насквозь, штаны прилипли к бедрам, а белые носки пропитались грязью. Он чувствовал себя улиткой без защитной ракушки.  — Ладно, допустим, - сдерживая себя цедит старший и опять пытается сделать короткий шаг вперед, но тут же останавливается, потому что больной выставляет перед собой руку. — Я тебя не обижу, Фрэнк. Единственное, чего я хочу, - набрав кислорода через рот, вампир на секунду захлебнулся каплями дождя, и облизал влажные губы, затем проходясь по ним рукавом черного вельветового пиджака. — Чтобы мы вернулись внутрь и всё обговорили там. Тебе нужно вернуться в больницу. Это не обсуждается. — Но я этого не сделаю! - пищит парень, и каждый его сосуд заполняется страхом. — Мне нужно бежать. Он найдет меня. — Кто тебя найдет, Фрэнк? Ты кого-то видишь?  — Нет, Джерард. Я не сумасшедший. - Айеро закрыл лицо ладонями и стал тихо всхлипывать. Его никто и никогда не поймет. Все будут думать что он сошел с ума до конца своих дней, ведь он оказался в психушке. В этом месте никому не верят. Никому. — Ник. Он найдет меня. Он хочет прийти и навредить мне. — Что ты имеешь ввиду? - хмурится старший и наклоняет голову к плечу. Слеза скатывается к губам и Фрэнк слизывает её языком, ныряя рукой в волосы, немного оттягивая корни и падая взглядом в грязь под ногами. — Он звонил мне тогда. Не моя мама, а он. - голос сбивается от рыданий и младший начинает по-детски тереть висок ладонью. — Он сказал, что приедет за мной. Я не останусь здесь, это неразумно. Пойми меня и отпусти. - черноволосый с надеждой смотрит на врача и складывает руки вместе, как будто молясь ему. — Прошу тебя. Скажи, что упустил меня или не справился. Я должен бежать, умоляю тебя. У меня совсем нет времени. Уэй нервно смеясь качает головой, как будто услышав второсортную шутку, а затем расслабляет лицо, и теперь в его глазах можно увидеть искреннее сожаление. Только не жалость. Только не она. — Фрэнк, но ведь изначально никто бы не пустил его к тебе. Он соучастник преступления и благодаря информации, которую ты предоставил нам, он бы в жизни сюда не попал. А если хотя бы попытался переступить порог, - сымитировав пистолет из своих пальцев, психолог приложил их к виску. — То закончил бы в полицейском участке. - воображаемая пуля с тихим звуком пробивает вампиру голову, и хулиган чувствует стыд. Его как будто только что облили грязью. Но как он мог верить им? Как он мог верить в то, что они б сразу набрали в полицию? У него не было никаких гарантий.  — Джерард, прости, но я не верю тебе. - сделав уверенный шаг в воду, Фрэнк даже не успел осознать, когда Уэй смог воспользовался этим.  Мужчина грубо притягивает парня на себя за талию, заставляя сжаться от напора в районе позвоночника, и впивается в тонкие губы жадным поцелуем. Дыхание перехватывает и что-то приятное растекается по телу, когда ощущения накрывают с головой. Уэй целует страстно, как в последний раз. Оттягивает его нижнюю губу, затем накидывается вновь, крепче сжимая холодное лицо в ладонях. Фрэнк отзывчиво поддается, не стесняясь при этом издавать сдавленные звуки, которые просто был не в силах держать в себе. Казалось, одеколон врача теперь в его легких и пропитывал их насквозь. Пальцы запутались в длинных волосах, в то время как левая рука умиротворенно покоилась на бледной шее, чувствуя пушками быстрый пульс. Поцелуй с психологом казался совсем космическим. Как будто в его рту сейчас был миллион фейерверков. Он ещё не чувствовал такого. Никогда. Ник целовал его грязно, и только чтоб затянуть в конечном итоге в постель. Элис целовала скромно, и он к ней ничего не чувствовал. Но вдруг, Фрэнк снова вспоминает. Проклятье, Джерард же женат. Он сука женат и прямо сейчас изменяет своей жене с ним.  Фрэнку казалось, что из-за такого осознания ему станет горько, ведь с ним поступили также. Ему нашли замену несмотря на то, сколько он для кого-то значил. Выбросили как тряпку и вытерли руки об штаны. Но вместо этого, он наоборот чувствовал прилив счастья, а не вины. Как будто всё так и должно быть. С ним поступили так однажды, и сейчас он заслуживал хотя бы на малейшую взаимную симпатию к человеку, который его так сильно привлекал. Что ему будет за то, что он делает? Он пациент лечебницы для душевнобольных, никто не посмеет его даже пальцем тронуть. А если кто-то узнает, что лапочка Джерард Уэй - гордый семьянин, прекрасный доктор и честный человек, изменил своей жене с пациентом парнем, то страдать от этого он явно не будет. Только Джерард. Его репутации пришел бы конец.  Можно было расслабиться и наслаждаться процессом.  Фрэнк всё-таки добился своего.