In the lives of puppets/ В жизни марионеток

Он резко проснулся, когда ящик задергался вокруг них. Он громко ахнул, собираясь крикнуть предупреждение, но чья-то рука закрыла ему рот. — Тихо, — предупредил голос у него в ухе. Хап. Ящик. Город Электрических Мечт. Вик кивнул, прижимаясь к руке Хапа, вдыхая запах дерева прямо под носом, на одном из пальцев Хапа. Вик прислушался. Вокруг них двигались звуки тяжелой техники. Он не слышал голосов, не слышал шагов, или так ему казалось. Он ждал, спина сводило судорогой, ноги затекли. Минуты казались часами. Ничего не произошло. В конце концов, звуки техники затихли. И они ждали еще, предупреждение Кучера звенело у него в ушах. Он уже собирался сказать Хапу, что им следует нажать кнопку, когда снаружи ящика послышалось движение. Он замер, пот стекал по глазам. Над ними раздался писк ящика, и кто-то — что-то — постучало по экрану. Он почувствовал, как Хап напрягся под ним. Сердце забилось быстрее. Крышка ящика открылась, свет снаружи стал ярким и резким. — Видишь? — сказал Рэмбо, поднимаясь по боковой стенке ящика на своем гидравлическом подъемнике. — Я же говорил, что это тот самый. — Ты прав. Наслаждайся моментом, я больше никогда тебе этого не скажу. — Рядом с ним появилась сестра Реичел, глядя на Вика и Хапа. Вик смотрел на них ошеломленно. — Ах, — сказал Рэмбо, его датчики замигали. — Вы двое выглядите уютно-уютно. Хорошо ли вы провели поездку? — Да, хотя Реичел не разрешила мне петь, чтобы скоротать время. Вик, ты думаешь, у меня хороший голос, правда? Реичел сказала, что когда я пою, это звучит как тогда, когда она отправила белку на ферму, когда мы были дома. Зачем белке петь, когда она попала на ферму? Она была счастлива? — Да, — сказала сестра Реичел. — Она пела, потому что была очень рада попасть на ферму, где будет жить вечно. — За спиной Рэмбо на экране появилось сообщение: «ВИДИТЕ, С ЧЕМ МНЕ ПРИХОДИТСЯ ИМЕТЬ ДЕЛО?» — Как вы выбрались? Вы должны были подождать, пока мы откроем ваш ящик. — Вик сел, поморщившись от хруста в спине. — Нам стало скучно, — сказала сестра Реичел. — Я собиралась убить Рэмбо, если бы нам пришлось подождать еще хоть минуту. Раз уж ты считаешь убийство кого-то плохим, я решила, лучше выбраться и рискнуть быть замеченными. Рэмбо рассмеялся. — Ты же не убьешь меня, правда? — Он слегка опустился на подъемнике. — Правда? — Виктор, — сказала сестра Реичел. — Если ты закончил сидеть на Хапе, я предлагаю тебе выбраться из ящика, пока этот склад пуст. — Я не сижу на Хапе! — Сидишь, — сказал Рэмбо, растерянно. — Мы тебя видим. Почему ты выглядишь запыхавшимся? Ты что, напрягался внутри ящика? Что ты делал… о. О. Фу. То есть, это звучит неплохо. Вик чуть не упал, резко вставая. Единственная причина, по которой он удержался на ногах, была в том, что Хап прижал руку к его пояснице. Ему удалось вылезти из ящика с минимальными травмами, лишь слегка ударившись левым коленом, достаточно сильно, чтобы вызвать спазм по ноге. — Мы этого не делали! — Делали что? — проворчал Хап, поднимаясь. — Уважайте границы. — Медсестра Реичел хлестнула его щупальцем по груди. — Нет значит нет. Согласие важно. Виктор, у меня есть программа по безопасным сексуальным практикам. Я никогда раньше ее не проводила, учитывая, что ты асексуален. Но, как и большинство вещей, сексуальность — это спектр. Ты можешь быть асексуалом и при этом иметь… Вик лихорадочно оглядывался по сторонам, надеясь вопреки всему, что их обнаружат и схватят, увезут и запрут где-нибудь в глубине города, чтобы ему не пришлось продолжать разговор. Но удачи не было. Они были одни. Как и сказал Бернард, казалось, что склад находится на реконструкции. На стене напротив были следы от огня, черные пятна, расползающиеся по полу. Похоже, что здесь когда-то был пожар. Склад был почти пуст. Рядом стояло несколько ящиков, крышки которых были плотно закрыты. Ящик, в котором находились сестра Реичел и Рэмбо, лежал плашмя на земле в нескольких метрах от них. — Виктор? — спросила сестра Реичел. — Ты меня слышал? Я предлагала показать тебе… — Здесь кто-нибудь еще? — спросил Вик, отказываясь смотреть на Хапа, когда тот вылезал из ящика. — Нет, — ответила Реичел. — Пока Рэмбо искал ваш ящик, я осмотрела периметр. Снаружи склада есть движение, но здесь ничего нет. Мы одни. Вик обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Хап закрывает крышку их ящика. Он поднял его и прислонил к дальней стене, капюшон упал ему на плечи. Он подошел к другому ящику и коснулся экрана, заставив его сложиться. Закончив, он передвинул и его. — Как далеко мы от Рая? — спросил Вик, оглядываясь на Реичел. На ее экране появилась еще одна карта. Появилось несколько квадратов, которые, как знал Вик, означали здания. Линия тянулась от одного квадрата — склада — и поворачивала направо, затем налево, затем снова направо, прежде чем закончиться у другого квадрата. — Примерно миля. Кучер указал мне лучший маршрут, чтобы добраться до Рая и остаться незамеченным. Если он прав и у нас не возникнет никаких проблем, мы должны прибыть через двадцать шесть минут. По словам Кучера, после наступления темноты Власть усиливает патрулирование. Хотя ночь обеспечит нам дополнительное укрытие, риск будет выше. — Предложение? — спросила Вик. — Теперь мы двигаемся. Рай расположен в нижней части города. По словам Кучера, нижняя часть города не так хорошо ухожена, как остальная часть. Мы впишемся, если не будем привлекать к себе внимание. — Она повернулась к Рэмбо. — Это значит, что ты не сможешь скатиться вниз, если увидишь еще один пылесос. — Но… — Мы оставим тебя позади. — Ты бы хотел? — сказал Рэмбо. — Хорошо. Обещаю, я не скачусь вниз, если увижу кого-нибудь из моих родственников, потому что вам, ребята, плевать на мои чувства. — Верно, — сказала медсестра Реичел. — К-кажется, достаточно просто. — Хап стоял рядом с Виком, изучая карту на экране сестры Реичел. — Так и есть, — сказала сестра Реичел. — Поэтому нам нужно быть осторожными. Мы близки к цели. Будет жаль если бы нас поймали сейчас. — Мы справимся, — сказал Вик, глядя в сторону того, что, как ему казалось, было передней частью склада, пытаясь говорить увереннее, чем он себя чувствовал. — Каковы правила? — Держитесь вместе! — сказал Рэмбо. — Бегите, если придется. — Не медлите! — Никакой паники, хотя я внесу поправки в это постановление, если возникнет необходимость. — И п-прежде всего, п-будьте храбрыми, — сказал Хап. Все медленно повернулись, чтобы посмотреть на него. Он нахмурился. — Что? Это то, что вы п-говорите. — Ух ты, — прошептал Рэмбо с жаром. — Один из нас! Один из нас! — Заткнись. Я н-не. — Хап закатил глаза. Он повернулся, чтобы направиться к двери, но Вик остановил его, схватив за руку. Он посмотрел на руку Вика, затем на его лицо, задавая вопрос, не говоря ни слова. Вик отпустил его руку, потянулся вверх и натянул капюшон ему на голову. — Один из нас. Хап выглядел так, будто собирался возразить, но вместо этого покачал головой. Затем он поправил шлем Вика, пока тот не перестал быть перекошенным. — Есть н-хуже, э-что я н-могу быть. Вик ухмыльнулся ему. Странно было улыбаться в такой момент, но он не смог бы сдержать улыбку, даже если бы попытался. И, о чудо, Хап улыбнулся в ответ. Это была маленькая улыбка, края которой дергались, но она была. — О боже, — сказала сестра Реичел. — Если бы я знала, что все, что потребуется, — это запереть вас двоих в маленьком замкнутом пространстве, я бы сделала это давным-давно. — Пошли. Пора идти на небеса. — Вик отступил назад, покачав головой. Они остановились перед дверью, которая, по словам медсестры Рэтчед, была входом в склад. Вик потянулся к дверной ручке, но Хап остановил его, жестом показав, чтобы он отошел в сторону. — Мы не знаем, что по ту сторону. Дай мне пройти первым. Раздраженно Вик сказал: — Я могу. — Ты потеешь, — сказала медсестра Реичел. — У тебя учащенное сердцебиение. — И что? — Он оглянулся на нее. — Машины не потеют, — сказала она. — Возьми себя в руки, Виктор. Дай Хапу пройти первым, чтобы убедиться, что это безопасно. — Жарко. — Он вытер лоб. И действительно, его рука осталась мокрой. — Я… не могу перестать потеть. Маскировка тяжелая. — Ты… не можешь перестать… протекать? — Хап прищурился. — Я… это не… нет, я не могу просто перестать… — П-почему нет? — Это не так… Ты просто пройдешь через эту чертову дверь? — Нервничать и бояться — это нормально, — сказал Рэмбо, толкаясь ногой. — Хочешь, чтобы я потек вместе с тобой? Дай мне секунду. Подожди. Подожди… И… вот. — Небольшая капелька масла вылилась на пол. — Видишь? Я такой же, как ты! — Это негигиенично, — сказала сестра Реичел. — Виктор, глубокий вдох. Рэмбо,… перестань вести себя странно. — Я не знаю, как не вести себя странно, — сказал Рэмбо. — Это все равно что попросить птиц перестать летать. Хап приоткрыл дверь. Вик отшатнулся назад от волны звука, которая накрыла их. Звук был какофоничным, резким и неприятным. Скрежет металла о металл. Вой сирен вдали. Настойчивое пиканье. Голоса, хотя и не произносившие слов, которые Вик мог понять. Свет залил приоткрытую щель в двери, заставив Вика быстро моргнуть. Хап высунул голову, все еще сжимая дверную ручку. Тут Вик почувствовал, как по его ногам, от ноги до остального тела, пробежала вибрация, отчего его маскировка загремела словно его ударило током. — Мы м-двигаемся быстро. — Хап обернулся назад. — О-опустите головы. Медсестра Реичел, куда нам д-идти сначала? — Хорошо, — быстро ответила она. — Три квартала. Мне идти впереди? — Ты п-первая. — Хап кивнул. — Потом Рэмбо. Виктор. Я п-замыкаю. — Второй по команде! — воскликнул Рэмбо, кружась на месте. — Я так и знал. Не волнуйтесь, ребята и медсестра Реичел. Я вас не подведу! — Готов? — спросил Хап Вика. Вик глубоко вздохнул и кивнул. Хап распахнул дверь настежь. Сестра Реичел выехала, за ней Рэмбо. Вик стоял на пороге, не в силах пошевелить ногами. — Будь храбрым. — Хап прижал руку к его пояснице. — Будь храбрым, — прошептал Вик и впервые шагнул в Город Электрических Мечт… …прямо в сенсорную перегрузку. Он не мог сосредоточиться ни на чем одном, голова дергалась из стороны в сторону, вверх и вниз. Они ехали по какой-то дороге, одной полосе в каждом направлении, разделенной светящейся белой линией. Через дорогу возвышались обшарпанные здания из потрескавшегося бетона и осыпающегося кирпича, стены которых были покрыты песком и грязью. Запах был невероятный, смесь бензина, выхлопных газов и чего-то зловонного, тяжелого и густого. Он задыхался, пытаясь дышать ртом. Его глаза вылезли из орбит, когда он посмотрел вверх. Огни города сверкали неоновым светом даже в послеполуденном солнце. Все цвета, которые он когда-либо видел (и некоторые, которых он не видел), тянулись по стенам зданий: синий, фиолетовый, красный и оранжевый. Над ними вдоль улицы тянулась, по всей длине, система рельсов, мимо которых с невероятной скоростью проносились ящики, похожие на те, в которых они находились, прикрепленные к большим тросам. И было очень громко, так громко, что Вик не мог расслышать собственные мысли. Казалось, все вокруг издавало звук, стремящийся его оглушить. Из какой-то скрытой системы громкоговорителей раздался полу успокаивающий голос, слова которого эхом разносились вверх и вниз по зданиям, даже несмотря на потрескивание. «ВСЕ, ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ, ДОЛЖНО БЫТЬ ПО ПРИКАЗУ ВЛАСТИ. ПОМНИТЕ, В РУТИНЕ ЕСТЬ КОМФОРТ. ДЕЛАЙТЕ ТО, ЧТО ДЛЯ ВАС ЗАПЛАНИРОВАНО, И ВСЕ БУДЕТ ПРАВИЛЬНО. ЕСЛИ ВАШИ ПРОТОКОЛЫ НАРУШЕНЫ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕМЕДЛЕННО СООБЩИТЕ В БЛИЖАЙШИЙ АДМИНИСТРАТИВНЫЙ ОФИС ДЛЯ ОБРАБОТКИ. ЭТО НЕ ПОВРЕДИТ. МЫ ВАС ПОЧИНИМ И ВСЕ ИСПРАВИМ. ВЛАСТЬ ЖЕЛАЕТ ВАМ ПРЕКРАСНОГО ДНЯ. ВНИМАНИЕ. ВНИМАНИЕ. ВНИМАНИЕ. ВСЕ, ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ, ДОЛЖНО БЫТЬ…» Взгляд его все еще был устремлен вверх, когда он ступил на улицу. В тот момент, когда его нога прикоснулась к земле, его резко дернуло за воротник. Что-то пронеслось перед ним, сердито сигналя. — П-осторожно, — прорычал Хап. — Обрати внимание. — Извини. — Вик поморщился. — Просто… громко. Я не могу сосредоточиться. — Попробуй, — сказал Хап. — Следуй за остальными. Не останавливайся. Он развернул Вика, толкая его по дороге. Сестра Реичел не колебалась. Она двигалась целенаправленно, игнорируя все, что происходило вокруг. Рэмбо пытался сделать то же самое, но постоянно отвлекался буквально на все. — О боже! Посмотри на это. И на это. И что это? Я никогда ничего подобного не видел! — Он подъехал к механизму, стоящему рядом со зданием. Оно было проржавевшим, его корпус треснул. На верхней части тела виднелись смутные очертания лица, хотя глаз у него не было. Зубы были черными и острыми. Оно прислонилось к стене здания. — Привет! Как дела? Я Рэмбо. Я пылесос! — Рэм… бо? — Машина повернулась к нему. — Да! Как тебя зовут? Ой, извините. Твое назначение. — Мое… назначение, — сказала машина. — Я… я… Пасть машины открылась, из нее вылилась черная жижа, смешанная с гайками и болтами. Рэмбо отскочил назад из зоны брызг. — Все в порядке, — сказал он. — Я могу это убрать. Не оборачиваясь, из медсестры Реичел высунулись щупальца, обвив Рэмбо и оттащив его от беспорядка на тротуаре. — Не разговаривай с незнакомцами, — сказала она. — Они предложат тебе сладости, а потом… заберут и съедят. — Они…? — ахнул Рэмбо. — Почему мне никто об этом не сказал? Вик и Хап поспешили мимо машины, даже когда она потянулась к ним, говоря: — Я… я… я… Вик пытался не двигать головой, переставляя ноги, но… что-то цеплялось за его взгляд, и он ничего не мог с этим поделать. Он не знал, чего ожидал от Города Электрических Мечт, но это было не то. Здесь было сыро и темно, машины на улице находились в… разных стадиях разрушения. Голос из динамиков сверху повторял… одни и те же слова снова и снова, и они отдавались в его голове. ВНИМАНИЕ, ВНИМАНИЕ, ВНИМАНИЕ, и он вскрикнул, когда мимо него протиснулся андроид, идущий в противоположном направлении. — Смотрите, — сказал андроид высоким голосом. Андроид остановился и уставился на то как Хап толкнул Вика. — Подождите-ка, минутку, — крикнул он им вслед. — Где вы достали этот шлем? Можете сделать мне такой же? Он мне нужен, мне нужен, мне нужен! — Продолжайте идти, — проворчал Хап. Вик послушался. Другая машина — на этот раз плавающий куб, ненамного больше Рэмбо, — пролетела перед медсестрой Реичел. — Привет! — весело сказал он, голосом явно мужским и маслянистым. — Что привело вас в Город Электрических Мечт? Возможно, вы хотели бы посмотреть представление! У меня есть лучшие места. Или вы хотите часы? У меня их сотни! — Дно куба открылось, и металлическая сетка упала на землю, отскочив чуть выше тротуара. В сетку были завалены часы всех форм и размеров, все они были неисправны. — Лучшего соотношения цены и качества вы нигде не найдете! — Нет, спасибо, — сказала сестра Реичел. — Мне не нужны билеты или часы. — Вы уверены? — спросил куб, когда сетка поднялась обратно в его тело. Он подплыл ближе, голос его понизился. — Возможно, вам хотелось бы чего-нибудь немного более... экзотического. — О, — сказал Рэмбо, заглядывая поверх сестры Реичел. — Мне нравится экзотика. — Ах, — сказал куб. — Машина на мой вкус. Вы когда-нибудь видели лемура? У меня их десятки. Пойдемте со мной, и я вам покажу. — Лемура? — ахнул Рэмбо. — Медсестра Реичел, ты слышала? У него есть лемуры! А еще, что такое лемур? — Нам не нужно ничего из того, что у вас есть, — сказала сестра Реичел кубу. — Вы уверены? — спросил куб. — Потому что вы не звучите уверенно. Еще одно щупальце выскользнуло из-под щупальца медсестры Реичел. Она щелкнула им по кубу, отбросив его в сторону. — Я леди, и я сказала вам нет. Научитесь уважать мои границы. Если вы этого не сделаете, ваш конец не будет ни быстрым, ни безболезненным. — Ужас! — сказал куб. — Вы истеричны. Я ухожу, ухожу. Он улетел через улицу и начал атаковать пару коробок, которые выглядели как мусорные баки. — Интересно, — сказала сестра Реичел. — Почему мужчины не принимают отказ? — Мы идиоты, — сказал Рэмбо. — Да. Вы правы. — Она продолжила идти по дороге. После этого их оставляли в покое. Если к ним кто-то приближался, сестра Реичел угрожала, ее щупальца опасно размахивали, а экран наполнялся изображениями смерти и разрушения. Однажды робот с четырьмя лицами — каждое с разным выражением — попытался загнать их в дверной проем, говоря, что у него есть новейшее программное обеспечение, недоступное больше нигде. — Это не совсем… законно, — сказал он, одно из его лиц подмигнуло, а другое тихо застонало. — Хотите увидеть край вселенной? Расширить свой разум? Почувствовать то, чего никогда раньше не чувствовали? Я могу вам помочь. — Скажите нет наркотикам, — сказала медсестра Реичел Рэмбо. — Нет наркотикам! — закричал Рэмбо. Одно из лиц робота исказилось от гнева. — Тогда убирайтесь от меня к черту. Чертовы туристы. — Последнее лицо улыбнулось им. — Не беспокойтесь о нем. Возвращайтесь, когда захотите! — сердитое лицо сказало: Чертовы деревенщины. Возвращайтесь туда, откуда пришли, черт возьми! Они двинулись дальше. Сестра Реичел никогда не терялась. Она двигалась целенаправленно. Они остановились на перекрестке, на экране напротив мигала красная рука. Другие машины собрались вокруг них, прижимая их к себе. Вик держал голову опущенной. Машины бормотали вокруг него, некоторые на двоичном коде, другие на английском, третьи говорили на языках, которых Вик никогда раньше не слышал, которые звучали как металлический дождь, падающий на землю. Красная рука сменилась на зеленый большой палец вверх, и они перешли улицу вместе с толпой, проходя перед остановившимися машинами с черными шинами, другие парили над ними, воздух под ними мерцал. Это продолжалось и продолжалось. Карта создавала впечатление, что Рай намного ближе, чем он был на самом деле. Вик потел, но ничего не мог сделать, чтобы остановить это. Это жгло ему глаза, делало кожу скользкой и липкой. Он вздрогнул, когда что-то коснулось его руки. Он уже собирался повернуться, чтобы посмотреть, что это, когда его отбросило в сторону, рюкзак начал непрестанно дергаться. Он поднял глаза и увидел тонкий шест, возвышающийся над ним, руки которого были прикреплены к рюкзаку. — Я хочу это, — сказал он ему гортанным голосом. — Можно мне это? Я хочу это. Отдай мне это. Он отступил назад, когда Хап сжал кулак и зарычал: — Н-не трогай его. — Хорошо! — взвизгнул он. — Не буду! Но можно мне это? — Н-нет. Уходи, пока я тебя не сломал. — Шест уменьшился до размеров не больше Рэмбо, а затем убежал прочь. — Я ненавижу этот город, — пробормотал Хап, глядя ему вслед. Он повернулся обратно к Вику. — Вы все в порядке? Вик кивнул, не в силах говорить, горло пересохло, язык словно свинцовый груз во рту. Он потянулся к руке Хапа. Хап опустил взгляд, выражение его лица заикалось, прежде чем схватить руку, переплетая пальцы с пальцами Вика. Это успокоило Вика, заставив туман в его голове немного рассеяться. — Пойдем, — грубо сказал Хап. — Мы не хотим заблудиться. Они догнали сестру Реичел и Рэмбо в конце следующего квартала. — Вот, — сказала сестра Реичел. — Мы поворачиваем здесь. Они пошли по следующей улице, и, если уж на то пошло, здания становились все более обветшалыми. Динамики звучали так, будто в них что-то замыкало, слова терялись в вспышках помех. Неоновые огни мерцали, когда солнце скрывалось за облаками. Экраны на зданиях были треснуты и глючили, на экране отображались изображения улыбающихся лис и кошек. Вика тошнило, перед глазами стояла пелена боли. Зубы словно покрылись слоем пленки. Он уже несколько раз испытывал нечто подобное в лаборатории, когда экспериментировал с электричеством, только это было сильнее, постоянное давление, которое никогда не ослабевало. Он чувствовал, как отключается, и боролся с этим, хотя это было намного сильнее его самого. Хап не отпускал его, отталкивая всех и все, кто пытался с ними заговорить. Вик уже собирался спросить медсестру Реичел, сколько еще им осталось идти, когда она остановилась. Он чуть не врезался в нее сзади, Рэмбо теперь сидел на ней за ширмой. — Что случилось? — спросил он. — Двигайся, — сказала она. — Сейчас же. Вниз по переулку. — Почему? Что…— И тут он увидел это. Увидел их. Они двигались к ним, еще довольно далеко по улице. Трое из них, с бесстрастными лицами, в безупречной форме. На груди у них был знакомый герб. Эти элегантные мужчины. Власть. Сестра Реичел резко развернулась на своих гусеницах, поднимая пыль и песок, и бросилась в ближайший к ним переулок, ее щупальца сжались вокруг Рэмбо, чтобы он не упал. Хап потащил Вика за собой. Запах был ужасный, отходы и разложение. Вода капала из треснувшей трубы над головой, земля была покрыта паром, вырывающимся из металлической решетки. Над ними мигала вывеска, слова «ВСЕ ВАШИ МЕЧТЫ СБУДУТСЯ В ГОРОДЕ!» запечатлелись в голове Вика. Хап прижал Вика к стене здания, грудью к его. Его щека сдвинула шлем Вика. — Не д-двигайся, — прошептал Хап. Вик смотрел на него, не отводя взгляда. — Что нам делать? — прошептал Рэмбо. — Мы будем молчать, — сказала сестра Реичел. — Если они нас найдут, мы их убьем. — Но я не умею убивать. — Я умею, — сказала сестра Реичел. — Я защищу тебя. — Я люблю тебя, медсестра Реичел. — Я знаю. Хап сильнее сжал руку Вика, сжимая его кости. Но Вик не издал ни звука. Шестеренки в груди Хапа бешено закрутились. Это было почти успокаивающе. Через мгновение Хап расслабился. — Э-они ушли. Подождите еще м-немного. Д-дайте им время д-пройти по улице. Вик вдохнул. Вик выдохнул. Под запахом переулка он подумал, что может уловить нотки древесины, которую он нанес на Хапа. Он закрыл глаза, сосредоточившись на запахе. — Хорошо, — наконец сказал Хап. — Мы в п-хорошем состоянии. Медсестра Реичел, сколько еще осталось? — Мы близко, — сказала она. Она повернула в противоположный конец переулка. — На самом деле, мы можем пойти этим путем. Это позволит нам не выходить на улицу. — Иди, — сказал Хап, отступая от Вика, но не отпуская его руку. — Иду, — ответила она. Она ловко передвигалась среди мусора в переулке, прокатываясь по лужам, разбрызгивая жидкость по кирпичной кладке. Рэмбо жаловался, что она его обливает. Она сказала ему, что могло быть и хуже, так как она могла бы точно сказать ему, чем он обливается. Рэмбо больше ничего не сказал. Они вышли на другую сторону переулка. Там было то же самое, хотя и не так многолюдно. Рельсовая система над ними выглядела так, будто ее не двигали долгое время, ящики, развалившись на части, свисали, скрипели и стонали. Вику показалось, что он увидел яркие глаза, выглядывающие из одного из окон, но, посмотрев еще раз, он увидел, что там ничего нет. Другие машины всех форм и размеров двигались вокруг них, не говоря ни слова, те, у которых были лица, не поднимали глаз от земли. Откуда-то справа от них донесся звук, похожий на смех, хотя он был прерывистым. Вику стало холодно, когда небо потемнело. Облака, которые когда-то были белыми, теперь стали серыми и зловещими. Последние лучи солнца были поглощены, и тени сгустились вокруг них. — Мне это не нравится, — нервно сказал Рэмбо. — Мне тоже, — сказала сестра Реичел. — Но мы почти на месте. Если карта верна, мы должны прибыть примерно через три минуты. Вик поднял глаза, пытаясь разглядеть вершину пирамиды, в которой находился Рай. Она должна была быть большой, с ярким лучом света, исходящим сверху. Вик посмотрел вверх, пытаясь увидеть вершину пирамиды, в которой находился Рай. Он не мог разглядеть его за зданиями, которые, казалось, изгибались над ними. — Ты уверен? — Да, Виктор. Я уверен. — Может быть, оно переместилось, — сказал Рэмбо. — Или, может быть, Кучер предал нас и заманивает в ловушку. — Тогда мы сбежим и убьем его тоже, — сказала сестра Реичел. — Я могу помочь? — Рэмбо слабо рассмеялся. — Нет. Ты отвратительно мил. Я сделаю это сама. Но ты можешь посмотреть. — Ура! В конце концов, именно Хап первым увидел Небеса. Вик смотрел на раскачивающиеся над ними ящики, гадая, почему и как долго они были заблокированы. Он знал, что Голубая Фея действует вне Власти, но он не знал, как, или это их заслуга. Он собирался спросить сестру Реичел, когда Хэп сказал: — П-смотрите. Там. Оно т-там. Вик посмотрел туда, куда указывал Хап. Сначала он ничего не увидел. — Что ты… Появился луч света, устремляющийся в небо. Он ударил в серые облака… Наверху. Маяк в темноте. Они были близко. Они были так близко. Он двинулся вперед, но Хап резко отдернул его, не отпустив. — Что? — Мы… не будем идти через… переднюю дверь. — Хап покачал головой. — Кучер… сказал, что мы… должны… найти привратника. У тебя еще есть… монета? Вик кивнул, потянувшись в карман. Его пальцы коснулись теплого… металла. Он вытащил ее и поднял. Она блестела в тусклом свете, буква «H»… с одной стороны, крылья Голубой Феи — с другой. — Нам нужно будет обойти пирамиду, — сказала сестра Реичел. — Кучер сказал, что главный вход контролируется машинами, сканирующими штрих-коды. Те, кто… как он выразился? Вырвались на свободу. Те, кто вырвался на свободу, пользуются задним входом, где находится привратник. — У них у всех есть монеты? — спросил Рэмбо. — Я не знаю, — сказала сестра Реичел, — хотя, думаю, нет. Вик посмотрел на луч света. Он надеялся, что того, что они увидят внутри, будет достаточно, чтобы найти его отца. Деревья, которых Вик никогда прежде не видел, выстроились вдоль фасада Рая. Их кора была слоистой и шероховатой, листья — большими ветвями, колышущимися на пронизывающем ветру. Сам Рай возвышался над ними, окна были черными от линий и изображений, вихрящихся по стеклу. Большая бабочка пролетела по стеклу пирамиды, оставляя за собой след сверкающего света и завороженного Хапа. Над зловонием города Вику показалось, что он почувствовал легкий запах дождя на горизонте. Гром раскатился низко и глубоко. Они оставили вход в Рай позади, за ним тянулась вереница машин. Раздался громкий, отчетливо женский голос: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В РАЙ, ГДЕ ВСЕ ВАШИ МЕЧТЫ БУДУТ ИСПОЛНЕНЫ. ЕСЛИ ВЫ НЕ ИМЕЕТЕ ПРАВА НАХОДИТЬСЯ ЗДЕСЬ, УХОДИТЕ. ПРИГОТОВЬТЕ СВОИ ДАННЫЕ ДЛЯ СКАНИРОВАНИЯ. ПРИЯТНОГО ВАМ ПРЕБЫВАНИЯ». Пирамида была огромной, и Вик наблюдал, как бабочка по бокам словно следовала за ними вокруг здания, трепеща крыльями. Только когда они приблизились, он увидел, что блестки образуют слова, хотя их было трудно разобрать. Ему показалось, что он видит слова «жизнь», «чувственность», «мечты» и «экстаз», но когда он попытался сфокусироваться на них, они развеялись. Вскоре они достигли задней части Рая, когда начали падать первые капли дождя. Бабочка висела над ними, застыв, пока свет ниспадал с ее крыльев. — Куда нам идти? — спросил Рэмбо. — Т-туда, — тихо ответил Хап. Вик последовал за ним. Возле массивных металлических ворот стояла синяя дверь с черным круглым экраном наверху. Прежде чем он успел что-либо сказать, бабочка внезапно нырнула к основанию пирамиды, уменьшаясь в размерах. Она исчезла, ударившись о дверь, и снова появилась на экране, гораздо меньше, хотя все еще махала крыльями. — Рай, — прошептал Рэмбо. — Я в раю. Вику потребовалось больше времени, чем он хотел признать, чтобы подойти к синей двери. Бабочка словно манила его, и ему показалось, что в ее свете появились еще слова: «привет», «добро пожаловать» и «кто ты?». Он сжимал монету в одной руке, а Хэпа — в другой. Сестра Реичел шла следом, а Рэмбо все еще напевал себе знакомую мелодию. — Будь храбрым, — шептал Вик. — Будь храбрым. — За нами наблюдают, — пробормотал Хап. — Откуда ты знаешь? — Вик не отрывал взгляда от двери. — Он прав, — сказала сестра Реичел. — Камеры. Они заметили нас в тот момент, когда мы пришли. Они знают, что мы идем. Он тяжело сглотнул, остановившись в нескольких шагах от двери, Хап врезался в него. Бабочка обернула крылья вокруг себя и начала вращаться по кругу, сверкающий свет заполнил экран. Свет вспыхнул ярко, и когда он погас, бабочка исчезла. На ее месте появилась маленькая человекоподобная фигурка. Ее желтые волосы ниспадали локонами вокруг острого лица, голубые глаза большие и немигающие. Ноги развернулись из-под крыльев, икры тонкие и бледные, ступни маленькие, пальцы ног сгибались. Она была обнажена, хотя и без признаков пола. Она протянуло одну руку и поманила их ближе к двери. Она хихикнуло, звук был похож на звон колокольчиков. — Добро пожаловать в Рай, — сказала она мягким голосом, в котором чувствовалась нотка соблазнения. — Я — Синяя Пикси. Если вы стоите у этой двери, то вам нужно будет внести плату за вход. Пожалуйста, вставьте ее ниже. Под экраном сдвинулась заслонка, открыв тонкую щель. — Монету, — сказала сестра Реичел. — Отдайте монету. Вик шагнул вперед, отпустив Хапа. Синяя Пикси с интересом наблюдала за каждым его шагом. Он не знал, было ли это предварительно записанное приветствие или разумная программа. Судя по тому, как она на него смотрела, он подумал, что последнее. Его рука дрожала, когда он поднял монету и приложил ее к щели. С легким толчком монета скользнула внутрь и исчезла. — Спасибо, — проворковала ему Синяя Пикси. — Это было очень мило с твоей стороны. Привет, ты, освободившийся, ты, свободная машина. Готовься к тому, что все твои мечты сбудутся… Она исчезла. — Что… случилось? — спросил Хап. — Я… не… знаю? — нахмурился Вик, наклоняясь. — Может, я сделал это… неправильно. Он потянулся к щели и зашипел, когда заслонка закрылась, чуть не защемив ему палец. Хап подошел к нему, сердито глядя на дверь. У нее не было ручки, и… казалось, ее невозможно было открыть силой. Это не остановило Хапа… от удара кулаком по ней. — Может, они закрыты, — сказал Рэмбо. — Мы всегда можем вернуться завтра. — Они забрали монету, — сказала сестра Реичел. — Без нее мы не сможем войти. — Тогда через главный вход? — Только у Хапа есть штрихкод. Мы не знаем, что они найдут, если отсканируют его. Это должно быть крайней мерой. Отойдите в сторону. Я посмотрю, смогу ли я… Щелкнул замок, этот звук испугал всех. Хап толкнул Вика за себя, расправив плечи и сжав кулаки. Экран на двери стал белым. И тут дверь открылась. Хап напрягся, когда Вик встал на цыпочки, чтобы посмотреть через его плечо, отодвигая шлем, который пытался сползти с лица. Даже несмотря на все, что он видел с тех пор, как покинул безопасность леса, машина, вышедшая из Рая, все еще удивляла Вика. Он был уверен, что привратник заднего входа в Рай будет огромным чудовищем, мерцающими огнями и множеством рук, способных раздавить их всех. Его лицо будет искажено и гневно, требуя узнать, кто они и что они, по его мнению, делают. Но фигура, пришедшая с Рая, была совсем другой. Это была миниатюрная машина, ростом всего по грудь Хапу. Она выглядела как человек: черные волосы были зачесаны назад, челюсть строгая, глаза большие. На ней был черный костюм, тонкий галстук посередине груди. Она склонила голову, глядя на них. В руке она держала монету. — Откуда вы это взяли? — спросила она… он… голос ее был четким и профессиональным. — А тебе какое дело? — прорычал Хап. — Такое я вижу нечасто, не в наши дни. — Он покрутил монету. — Скажи мне. Ты это украл? Есть лишь горстка машин, с которых ты мог это взять. Если это так, то скажи мне сейчас, прежде чем я… начну… применять физическую силу. — Ты? Я б-крупнее тебя. — Хап фыркнул. Мужчина улыбнулся, хотя его глаза оставались странно холодными. Вик заметил намек на маленькие зубы под ними. — Значит, так и есть. Однако, я думаю, ты обнаружишь, что… ты совершенно не дотягиваешь, даже до ХАПУ. Хап замер. Его взгляд скользнул через плечо Хапа к Вику, прежде чем вернуться к Хапу. — Я бы спросил, почему ты почувствовал необходимость прийти сюда, но ты не похож ни на одну ХАПУ, которую я встречал раньше. — Он прищурился, поджав губы. — Вы заинтриговали мен. — Его улыбка сменилась на что-то более жесткое. — Это не очень хорошо. Я — Привратник Небес. Со мной шутки плохи. Я спрошу тебя еще раз, ХАПУ. Откуда ты взял эту монету? — У Кучера, — сказал Вик, прежде чем Хап успел ответить. — Он дал ее нам. Привратник никак не отреагировал, безразлично ответив: — У Кучера. Правда? — Да. — И зачем он это сделал? — Потому что он сказал, что мы можем использовать ее, чтобы увидеть Голубую Фею! — взволнованно воскликнул Рэмбо. — Он поймал нас в свою сеть, посадил в клетки, а потом мы должны были быть выставлены в его музее, а потом он стал нашим другом, когда мы сказали ему, что пытаемся… Он вздрогнул, когда сестра Реичел слегка ударила его током. — Этот маленький идиот имел в виду, что это был подарок, — сказала она. — Добровольный подарок. — Кучер ничего не отдаст добровольно. Он барахольщик. — Привратник уставился на нее. — Да барахольщик, — сказал Вик, пытаясь обойти Хапа, который очень настаивал, чтобы Вик оставался позади него. — И все же он отдал это нам. — Почему? — спросил привратник, оглядывая Вика с ног до головы. — Ты, безусловно, странный андроид. Не думаю, что когда-либо видел подобного тебе. Кто тебя создал и когда? Каково твое назначение? Вику удалось обойти Хапа. Он не отводил взгляда от привратника, и, хотя сердце у него замерло в горле, когда он заговорил, его голос был сильным. — Меня зовут Виктор Лоусон. Мой отец — Джованни Лоусон. Он создал меня. Он дал мне имя. И я здесь, чтобы вернуть его. Клянусь всем, что у меня есть, если ты не пропустишь нас через эту чертову дверь, я… Привратник поднял руку, перебивая его. Единственным признаком того, что он понял хоть что-то из сказанного Виком, была легкая дрожь его вытянутых пальцев. По затылку Вика стекала струйка пота. — Шаг вперед, — сказал привратник, медленно опуская руку. — Виктор Лоусон. Ты и только ты. — Н-нет, — прорычал Хап. — Он н-не войдет внутрь п-без нас. — Я не прошу его об этом, Хап. — Привратник перевел взгляд на Хапа. — Заткнись, пока я не заткну тебе рот. Виктор. Шаг. Вперед. Вик сделал это, несмотря на протесты Хапа. Он остановился перед привратником, который прищурился, глядя на него. Вик смотрел прямо перед собой, пока привратник начал обходить его. Он протянул руку и щелкнул батарейкой на груди Вика. Он постучал кулаком по металлу, привязанному к рукам и ногам Вика. Когда он снова появился перед Виком, он встал на ногити, его лицо было в нескольких сантиметрах от лица Вика. — Джованни Лоусон, — мягко произнес он. — Да. — Вик кивнул. — Понятно. И это делает тебя… — Да. — Вик закрыл глаза. — Значит, это сработало. Глупец. Безумец, но чудесный человек. Глаза Вика резко открылись. — Его здесь нет. — Привратник покачал головой. — Мы знаем, — сказала сестра Реичел. — Его забрала Власть. — Они прилетели на ките, — добавил Рэмбо. — Ужасная акула, — сказал привратник, и впервые он… выглядел обеспокоенным. Затем, почти про себя: — После всего этого времени они наконец… нашли его. Они… — Он снова посмотрел на Вика. — Ты думаешь, Голубая Фея… может тебе помочь? — Не знаю, — признался Вик. — Но папа сказал, что они помогли ему однажды… раньше, и я не знаю, куда еще обратиться. — Скажи мне, Виктор Лоусон, — сказал привратник. — Что ты готов сделать, чтобы вернуть его? И Вик ответил: — Все. Все. Привратник резко развернулся и вышел обратно. Вик смотрел ему вслед. Прежде чем исчезнуть в темноте, Привратник оглянулся через плечо, нахмурив брови от раздражения. — Идешь? Быстрее. Мне не нравится, когда меня заставляют ждать. Голубой Фее это не нравится. — Его глаза сузились, когда Хап подошел к Вику, снова взяв его за руку. — Понимаю, — сказал он. — Все вдруг стало намного яснее. О, Голубой Фее это точно понравится. Иди сюда. Над головой буря. Ты же не хочешь попасть в нее. Я слышал, что такие, как ты, могут заболеть от подобных вещей. Я бы не хотел, чтобы это случилось с тобой, Виктор Лоусон. Он повернулся и исчез в темноте. Вик двинулся вперед, остановившись, когда Хап не двинулся с места. Он оглянулся. — Что? — Что бы ни случилось, мы будем вместе. — Хап посмотрел на пирамиду. — Не позволяйте им разлучить нас. — Согласна, — сказала сестра Реичел. — Вместе мы сильнее, чем поодиночке. — Вперед, команда! — крикнул Рэмбо, стоя на сестре Реичел, когда дождь усилился. Вместе они вошли в темноту, и дверь в Рай захлопнулась за ними.