Best/Лучшее

      — Мисс Смит?       Я подняла взгляд от стола и посмотрела на дверь. Я наводила порядок в ящике и во всем классе. Опять. Какой-то хулиган начал учебный год с того, что переложил все мои вещи. И так было каждый божий день. Поэтому мне приходилось наводить порядок. Каждый божий день. Если бы не это, я бы уже давно пошла домой. Я не узнала мужчину, стоявшего в дверях, но мне был знаком его взгляд — пытливый, нерешительный. Должно быть, это был мой бывший ученик.       — Теперь я миссис Могаверо, — весело сказала я ему. Учителя могут флиртовать со своими учениками, особенно когда ученик уже взрослый. Я не хотела его пугать.       — О, точно. Да. Миссис Могаверо. Я знал вас как мисс Смит.       Я так и знала, что он бывший ученик. Он сделал несколько шагов в класс.       — Эээ... Вы наверное, меня не помните. Я был в вашем втором классе около месяца, давным-давно…       Я задумалась, пытаясь вспомнить всех своих учеников.       — Меня зовут Сэм…       Но ему не нужно было заканчивать.       — Сэм Винчестер? Боже мой! Ты так вырос!       — Да, мне постоянно об этом напоминают, — сказал он. — Можно мне присесть? На минутку?       — Конечно! Разумеется!       Я подвинула дополнительный стул, чтобы у него было место для длинных ног. Я отчётливо помнила маленького мальчика хрупкого телосложения с широкой улыбкой. Теперь он был высоким мужчиной с едва заметной улыбкой, которой не помешало бы стать шире.       — Я рада, что ты застал меня здесь. Обычно я ухожу раньше, но кто-то постоянно переставляет вещи в моем столе, и мне приходится возвращать их на место перед уходом домой.       — Понятно.       Я подождала, пока он устроится в слишком маленьком для него кресле, и только потом продолжила. Он не стал сразу рассказывать зачем пришёл ко мне, поэтому я спросила:       — Итак, что привело тебя в город? Ты вернулся сюда после стольких лет? Ты ведь больше не путешествуешь с отцом, не так ли?       — Эээ… нет. — Он опустил взгляд на колени, и я вдруг очень отчётливо вспомнила такой же жест, когда ему было шесть или семь лет. В нем были грусть и сожаление. — Папа… мы потеряли его очень давно.       — Мне так жаль. Я тоже потеряла маму. Прошлой весной. Думаю, это было самое тяжёлое испытание в моей жизни.       — Прошлой весной? — удивленно спросил Сэм, глядя на меня сверху вниз из-под той самой лохматой чёлки, которую я так хорошо помнила.       — Прошлой весной, — ответила я, а затем упрекнула его за то, что он так удивился: — Я знаешь ли не настолько стара.       Он улыбнулся и негромко рассмеялся. Он выглядел грустным, но так было всегда. Мне хотелось, чтобы он улыбался шире и смеялся громче.       — Так что ты делаешь в городе? Я эгоистка, но даже я не поверю, что ты приехал сюда только ради того, чтобы увидеться со мной.       — Мы с Дином здесь, чтобы помочь другу. Я надеялся, что увижу вас. Знаете, я никогда вас не забывал. Вы были одной из лучших моих учительниц.       — Надеюсь, что нет! Мне бы не хотелось думать, что твой опыт общения с учителями ограничился вторым классом!       Он грустно улыбнулся, и у меня защемило сердце за того мальчика, которого я знала, и за этого мужчину которым он стал. Что произошло в его жизни?       — Значит, ты приехал с Дином? Он здесь, с тобой?       — Да. Он… — Сэм кивнул в сторону двери. — Ну, знаете… Осматривается. Он знал, что я хочу с вами поговорить.       В его глазах стояли слёзы. Что-то было серьёзно, очень серьёзно не так. Я взяла его за руку. Может быть он и вырос, и был на голову выше меня, но он был моим учеником и заслуживал заботы и внимания.       — Сэм, что случилось?       — Я не знаю, как… Это может быть немного сложно…       — Что бы это ни было, скажи мне. Я хочу помочь.       — Это просто… Вы верите в рай?       — В рай? Сэм, ты что, заболел? Что-то случилось? С тобой всё в порядке?       Похоже, этот вопрос его удивил.       — Нет, я… Я в порядке. Правда. Я в порядке.       Значит дело не в нем. Может, он и был моим учеником всего месяц, много лет назад, но я знала, что что-то не так.       — С Дином всё в порядке?       Только это могло привести Сэма в отчаяние, если бы его старший брат попал в беду.       — Да, с Дином всё в порядке.       — А все остальные?       Этот вопрос настолько озадачил его, что он даже слегка откинулся на спинку своего слишком маленького кресла. Словно я спросила его как дела на затерянном континенте Атлантида.       — Все остальные?       — Да, все остальные члены твоей семьи?       Кто-нибудь, пожалуйста, скажите мне, что у этих парней есть семья, а не только они вдвоем.       — Ох. — Наконец его губы слегка изогнулись в кривой улыбке. — Да. С ними тоже всё в порядке.       — Значит, рай… — Я приподняла брови, пытаясь понять, почему Сэм здесь и спрашивает меня о загробной жизни. — Ты только что нашел религию и хочешь обратить меня в свою веру?       — Нет. — Широко улыбнулся он. Я всё ещё держала его за руку, и он накрыл мою ладонь своей свободной рукой. — Мисс Смит, то есть миссис Могаверо, вы помните прошлый апрель… последний учебный день перед весенними каникулами?       Я чуть не отдёрнула руку. Бывший он ученик или нет, с благими намерениями или с серьёзными проблемами, я не хотела об этом говорить.       — В тот день умерла моя мать. Я не обсуждаю эту тему.       Он кивнул, но продолжал смотреть на наши руки и не поднимал на меня глаз. На его лице была печаль и сожаление. Я бы хотела, чтобы медсестра в хосписе выразила такую же печаль и сожаление, когда объявила о смерти моей матери.       — Сэм, это как-то связано с моей мамой? Ты работаешь в полиции? Потому что она умерла из-за проблем с сердцем. Закупорка артерий. Я имею в виду… Если ты хочешь арестовать ее лечащего врача, который в течение двух лет говорил ей, что с ней все в порядке, пока ее сердце не стало слишком слабым для операции, пожалуйста, сделай это. Но ты же не поэтому здесь. Так что случилось?       А потом наступила долгая минута, было слышно только тиканье часов, а Сэм смотрел на мою руку. Пока за дверью класса не послышался голос.       — Сэмми?       И в дверях стоял Дин. Именно таким я его и помнила. То же обеспокоенное выражение лица. Тот же взгляд, устремлённый прямо на Сэма и только на Сэма.       — Пока нет, Дин. Просто… я просто…       Та же причина, по которой он здесь оказался, хотел убедиться, что Сэмми добрался туда, куда должен был.       — Сэм, тебе нужно ей сказать.       В его голосе слышалось беспокойство, и я задумалась, беспокоится он за Сэма или за меня?       Может быть, и то, и другое.       — Сказать мне что?       — Ваша мама умерла пять лет назад, — сказал Сэм таким тоном, будто сообщил мне, что только что сбил мою собаку.       Я посмотрела на Дина, ожидая, что он скажет, что Сэм сошел с ума и неуклюже извинится за грубое замечание о моей маме. А я приму это с едва заметной благодарностью и прослежу, чтобы их выпроводили с территории школы, желательно в ближайшую психиатрическую больницу.       Но Дин смотрел на меня так, будто только что сбил мою собаку. Он не считал Сэма сумасшедшим. Может быть, они могли бы получить скидку в психиатрической больнице за двойную палату.       — Нет, — терпеливо ответила я, как будто Сэм был моим второклассником и настаивал на том, что у девочек тоже бывают вши. — Моя мама умерла в апреле прошлого года.       — Нет. — Сэм повторил за мной, только его голос звучал так, будто его жизнь зависела от того, поверю ли я ему. — Она не умерла в апреле прошлого года.       Ну, может, я и падала пару раз с грузовика, перевозящего стоги сена в моем детстве, но с памятью все было в порядке и я помнила даты. Я снова задумалась о прошлом, хотя никак не могла вспомнить…       Ох.       — Я умерла прошлой весной, — сказала я.       И все вокруг изменилось.       Вместо дневного света в классе стало темно, и только лунный свет проникал через окно. Сэм держал в руках потухший фонарик. Дин держал в руках включенный фонарик, направив свет в пол. Внезапно мне стало холодно. Внезапно мне стало страшно.       — Я мертва.       — Вы умерли прямо здесь, в этом кресле, — согласился Сэм. — В апреле прошлого года, в пятницу перед весенними каникулами. Все дети ушли, у вас случился обширный инсульт, и вы умерли. Прямо здесь, в своём кресле.       — Итак, ящик моего стола…       Сэм пожал плечами, как будто собирался объяснить что-то важное, но болезненное.       — Новая учительница. Каждое утро она приходит и всё переставляет. И доску, и список рассадки детей.       — А «друг», ради которого вы приехали в город?       Он снова пожал плечами.       — Вы действительно были лучшим учителем из всех, что у меня были. Вам было не всё равно, вы понимали меня, чего не могли сделать многие другие учителя. Я хотел дать вам шанс.       Шанс. Теперь мы перешли от безумия к странности и жути.       — Шанс на что? Ты собираешься устроить мне «Охотников за привидениями», попросить меня уйти и отправить бродить по грязным улицам Брэдфорда в полном одиночестве?       — Шанс… — Сэм оглянулся на Дина, явно прося его о помощи, и старший брат взял инициативу в свои руки.       — Шанс попасть на небеса, — подсказал Дин, подходя ближе к моему столу. — Легкий путь.       Ох.       — Хочу ли я узнать трудный путь?       Судя по болезненному выражению лица, этот вопрос задел Сэма за живое.       — Мисс Смит, я имею в виду, миссис Могаверо…       — Подожди, — перебила я его. — Давай проясним. Я мертва.       — Да, — ответил Дин прямо и честно.       — И я — призрак.       — Дух, если быть точнее. Но, да.       Я посмотрела на Сэма, который уставился в пол, пока я не толкнула его в бок.       — Значит, я мертва и стала духом, но ты всё равно стараешься обращаться ко мне уважительно?       — Эээ…ну, да… Я просто… — запнулся Сэм.       Я ничего не могла с собой поделать. Я приложила ладонь к его раскрасневшейся щеке.       — Ты самый милый мальчик, которого я когда-либо встречала, ты знаешь об этом? И самый умный ученик из всех, что у меня были. И ты… — Я посмотрела на Дина. — Ты лучший старший брат, которого я когда-либо встречала.       — Я же говорил, что она умная, — Дин ухмыльнулся, глядя на брата сверху вниз.       Сэм кивнул в знак согласия, но всё ещё выглядел грустным. Неужели он так переживает из-за меня?       — Итак, я умерла и хочу попасть в рай. Что нам делать? — спросила я. — Что мне делать?       — По сути, — объяснил Дин спокойно, — на этом этапе вам просто нужно захотеть попасть в рай.       — Серьёзно? — скептически спросила я. — И всё? Никакого белого света? Никакого грома или землетрясения? Никакой вечеринки?       — Вы увидите белый свет, когда будете на пути вверх, — прошептал Сэм. Ему действительно было тяжело.       — На пути вверх.       Это прозвучало странно. Не странно, что я был мертва, я это уже поняла. Но я была в нескольких шагах от своей вечной награды.       — На пути в рай.       — Ваша мама ждет вас, — сказал Сэм со слезами на глазах. Может быть он не грустил из-за меня. Может быть, он ревновал. Ведь через несколько минут я снова увижу свою маму.       — И откуда ты это знаешь? — спросила я.       — Потому что… — снова вмешался Дин, когда Сэм не смог ответить. — Мы знаем парня, который там работает.       И тут он подмигнул мне. Подмигнул мне. Он флиртует. Я подумала, можно ли как-то заставить его подмигнуть мне ещё раз.       — Простите, — сказал Сэм.       — За что ты извиняешься?       — Вам следовало бы пожить еще немного.       — Ни у кого никогда не бывает достаточно времени, — сказала я. — Откуда ты узнал, что я здесь?       Я заметила, как Дин положил руку на плечо Сэма. Старший брат по-прежнему рядом с младшим.       — Это сложно объяснить, — сказал мне Сэм.       — Дин сказал, что вы знакомы с парнем, который работает наверху, но не можете объяснить, как вы узнали, что я умерла. Это так трудно объяснить? Серьезно?       Я ни за что не поверю в это.       — Подожди, вы ведь не умерли, верно? Это ведь не «Добро пожаловать в вечность», не так ли?       — Нет. Мы живы. Мы с Дином… с нами всё в порядке.       — Хорошо. Ну что ж, тогда…       Дин снова шагнул вперед.       — Мы расследуем сверхъестественные явления. Это наша работа. Когда мы узнали, что в этой школе происходят странные вещи, и мой чудик брат предположил, что это можете быть вы…       — Я хотел вам помочь, — закончил Сэм. — Вы заслуживаете счастья. Вы заботилась обо мне давным-давно когда другие дети пытались меня унизить, рассказали о том, что делает мама, которой у меня не было. Я хотел вам помочь.       Давным-давно. Что он имел в виду?       — Сколько лет прошло? — спросила я.       — С тех пор, как я у вас учился? Эээ… тридцать лет.       И снова все вокруг изменилось.       Мой стол больше не был моим столом, это был массивный подиум со встроенным компьютерным монитором и клавиатурой. Вместо грифельной доски появилась интерактивная. Милый скрипучий деревянный пол был покрыт безвкусными квадратными ковриками. Окна со створками изменились на стеклопакеты. Книжные полки и книги исчезли.       Мой класс исчез.       Мне просто нужно было уйти.       — Хорошо, — сказала я вставая. Сэм тоже поднялся. — Хорошо, я готова. Мне щёлкнуть каблуками и изобразить Дороти или как?       — Ваша мама ждёт, — снова сказал Сэм. — Просто представьте свою маму и пожелайте быть с ней. Этого будет достаточно.       — Так сказал ваш знакомый сверху?       Ладно, я могла это сделать.       Я начала представлять свою маму такой молодой, какой я её помнила, но Сэм всё ещё был передо мной и выглядел таким печальным. Итак, я была мертва, но это не значило, что мне было всё равно.       — Спасибо, — сказала я и обняла его. — Я тоже буду ждать вас обоих.       Затем меня окутали свет и тепло. И по мере того, как моя мама становилась всё ярче, а Винчестеры — всё тусклее, я почти могла представить, как Дин протягивает руку Сэму, чтобы вывести его из класса и отвести домой.