LOVE IS (NOT) EASY

Типичный вторник, совершенно ничем не примечательный, омрачился для Исаги одним весьма неприятным событием. Всё случилось, когда он, как обычно, вернувшись домой после пар, обедал раменом и скроллил ленту в TikTok. Пока рот машинально втягивал в себя очередную порцию лапши, на экране друг за другом сменялись видео с пранками, рецептами, милыми котиками и, конечно же, трендами. Тренд с макияжем «Какой я фрукт?» уже сидел в печёнках, но, если бы Исаги был девчонкой, то, вероятно, попробовал бы на себе вариант с голубикой. В общем, листал он ленту до тех пор, пока не наткнулся на ролик из «Golden Chicken» — маленькой забегаловки с жареной курочкой, где его парень подрабатывал по вечерам. Видео оказалось частью завирусившегося на этой неделе танцевального тренда. Разглядеть лицо человека в кадре было практически невозможно: нижнюю часть скрывала чёрная маска, а кепка с логотипом заведения была нахлобучена так низко, что чёлка почти полностью прятала глаза. Но, невзирая на это, сердце Исаги опознало его быстрее, чем мысль успела сформироваться в мозге. Своего парня он узнал бы в любом прикиде, с любого ракурса — даже будучи слепым и глухим одновременно. Каким же Бачира был обалденным красавчиком. Любому, кто осмелился бы утверждать обратное, Исаги вмазал бы, не раздумывая. Он знал наизусть каждый изгиб этого тела, каждую родинку и каждый шрамик. Помнил, где нужно надавить, чтобы сделать приятно, где прикусить, чтобы сорвать сдавленный, хриплый стон. И хотя теперь каждый мог любоваться этим идеально сложенным телом, двигающимся с поразительной грацией по ту сторону экрана, лишь ему одному было даровано знать, как оно неистово извивается в полумраке их спальни под аккомпанемент скрипа кровати и прерывистых, томных вздохов. Форма сидела на нём безупречно. Состояла она из белоснежной рубашки свободного кроя с небрежно закатанными рукавами, широких чёрных брюк и фартука в тон, увешанного милыми подвесками. Именно этот кусок ткани, повязанный низко на бёдрах, доводил весь облик до совершенства и приковывал к себе всё внимание. Вид был настолько преступно привлекательным, что самоконтроль Исаги мгновенно испарился. На какое-то время он выпал из реальности, растворившись в горячей фантазии, где на Бачире не осталось ровным счётом ничего, кроме этого чёртового фартука. И, возможно, он бы долго предавался ей, если бы буквально через секунду в кадре не появился ещё один молодой человек. Исаги непроизвольно поморщился, узнав эту нелепо длинную зелёную чёлку. С Отоей Эйта ему пока что не доводилось пересекаться лично, но за последние полгода, что Бачира водился с этим проходимцем, он наслушался о нём предостаточно. Из любопытного — тот как-то обмолвился, что этот мутный тип якобы потомственный ниндзя. Во что Исаги, надо сказать, верилось с трудом: ниндзя с такой скверной репутацией ещё стоило поискать — прожжённый бабник, завсегдатай студенческих тусовок, вечно умирающий с похмелья. Полная противоположность и ему самому, и Бачире. Но, похоже, всё это ничуть не мешало их странной, спонтанной дружбе. По правде говоря, Отоя бесил одним своим существованием. Дело в том, что этот наглец прилип к его парню, как банный лист, сблизившись с ним до такой степени, что Исаги в какой-то момент начал всерьёз опасаться, не покусится ли этот выскочка на его законное место бойфренда. Особенно учитывая, что ему хватило всего каких-то пару дней, чтобы ловко втереться к Бачире в доверие. Конечно, Исаги пытался убедить себя, что всё дело лишь в их общей с Бачирой страсти — танцах. Оба горели ими с самого детства: ходили на кружки, участвовали во всевозможных конкурсах и школьных постановках, видели себя в будущем исключительно хореографами. Сам Исаги в танцах мало что смыслил, хотя всегда слушал Бачиру с неподдельным интересом. Но как бы он ни пытался вникнуть поглубже или выучить хотя бы самые простые движения, по-настоящему освоить это искусство никак не получалось. Зато ему было под силу искренне восхищаться талантом своего любимого человека и активно поддерживать его в этом деле. Поэтому, когда Бачира нашёл себе нового друга, который полностью понимал и разделял его увлечение, Исаги поначалу очень обрадовался. Однако в один прекрасный день он вдруг заметил, что Отои стало подозрительно много в жизни его парня. Мало того, что они учились в одном колледже, пусть и в разных группах, так ещё и подрабатывали в одной и той же забегаловке неподалёку, до ночи зависали на репетициях, снимали кавер-дэнсы исключительно вдвоём и, конечно же, участвовали во всех возможных трендах — вроде этого. Бачира сделал пару непринуждённых движений в такт, пока трек во всю разгонялся. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы Исаги напрочь забыл про Отою и залип на красивое тело своего парня, расплываясь в глуповато-блаженной улыбке. Но вот дальше произошло то, чего он никак не ожидал. Рука Отои бесцеременно легла на живот Бачиры — да ещё так легко и непринуждённо, будто имела на это полное право. Сердце тут же пропустило удар. Звуки резко приглушились, словно уши заложило ватой. Взгляд сузился до одного-единственного места, где чужие пальцы слишком нагло вцепились в ткань рубашки его парня. Затем ладонь скользнула вниз, вдоль линии бедра, вызывающе очертив его форму — и исчезла ровно в тот же миг, когда их тела, будто повинуясь единому импульсу, синхронно рванули в танец. Это касание длилось всего мгновение, но сумело обжечь его даже через экран. Тем временем и Отоя, и Бачира слаженно двигались в унисон — руками, бёдрами, всем телом — словно были частью единого механизма. Движения были резкими и отточенными, наполненными дикой, необузданной энергией. Но Исаги уже не мог сосредоточиться на красоте танца, пребывая в полном замешательстве от увиденного. А затем это повторилось. Отоя снова коснулся Бачиры — на этот раз левого бедра. Пальцы провокационно взметнулись вверх и задержались у линии тазовой кости, в то время как Бачира ритмично и беззастенчиво двигал бёдрами вперёд-назад, дразня зрителей по ту сторону экрана. Потом рука Отои переместилась обратно на правое бедро и сжала его так крепко, так собственнически, что Исаги резко поперхнулся воздухом. Пару финальных, широких взмахов руками — и Отоя рывком притянул Бачиру вплотную к себе. Тот врезался спиной в его грудь и запрокинул голову, обнажив шею с дрогнувшим кадыком. Чужие губы под чёрной маской недвусмысленно прильнули к изгибу шеи и поползли вниз по обнажённой коже. Одна рука крепко обвила узкую талию, прижимая податливое тело к напряжённому торсу, другая резко рванула вверх по животу к груди — и… Видео резко оборвалось, сменившись чёрным экраном с логотипом приложения. Затем оно воспроизвелось по новой и остановилось ровно на том же моменте, что и при первом просмотре, словно хотело уберечь зрителей от того, что должно было произойти в следующем кадре. От чего-то такого, что переступало тонкую грань дозволенного и не вписывалось в рамки «безопасного контента» на данной платформе. Лапша соскользнула с палочек и с тихим плеском шлёпнулась обратно в миску, брызнув горячим бульоном на пальцы. Капли обожгли кожу, но Исаги даже не шелохнулся, остекленевшими глазами уставившись в экран. Вероятно, до последнего надеялся, что увиденное окажется всего лишь отвратительной галлюцинацией. Но не тут-то было. С каждым повторным просмотром ему всё отчётливее мерещилось, как под чёрной маской проступает самодовольная ухмылка Отои, а из-под козырька его кепки в темноте мерцают зловещие алые глаза. Исаги сделал глубокий вдох, но без толку. Кадры, на которых этот паршивец прижимался к его Мегуру, въелись в самую изнанку век. Злость и бессилие сдавили грудь железными тисками. Пальцы на автомате тапнули по разделу с комментариями. Первый, самый залайканный, тут же бросился в глаза. @karrrasu___ : 🔥🔥🔥 Пара огонь! Они встречаются, да? 13K лайков. ——— Посмотреть 30 ответов v Исаги, скрипнув зубами, развернул ветку. @aiku_olivier : А что незаметно? lol @igaguri_goat : Я их шипперю! Прошу не осуждать!!! @hiori_yo_yo_ : Солидарен с вами 🤝 @ZantetsuIQ500: Я так и не понял, что они продают 🤓 @nanase_77 : Курочки захотелось 🥲 @itoshi_rin : фу.. убожество @ShineBrightLikeAryu : Ребят, а вы только курочку жарите? ↳ @aiku_olivier > @ShineBrightLikeAryu : Видимо ещё и друг друга 😆 все же видели, как он его сладко трогает? ↳@shido_ryu_slayy > @aiku_olivier : Шаловливые ручонки у того с зеленой челкой 😏 ↳@Cha0s_Chevalier > @shido_ryu_slayy : Даа я тоже заметил! У меня аж внутри всё сжалось 🥵 У Исаги тоже. От ярости. Словно раскалённая лава, она жгла его изнутри. Он резко вскочил, так что стул с жалобным визгом отлетел назад. Противный скрип резанул по ушам, заставив его непроизвольно скривиться. Пару секунд Исаги стоял в оцепенении, бесцельно пялясь в пустоту, после чего принялся неосознанно нарезать круги по квартире, в надежде что это хоть как-то поможет усмирить бурю, развернувшуюся у него в груди. Но чем дольше он бродил, тем сильнее клубились в голове его мысли. «Горячая парочка? Идеально смотрятся вместе? Что за бред!» Между прочим, абсолютно все тесты на совместимость пары, которые он и Бачира когда-то проходили ради забавы, кричали о том, что они буквально созданы друг для друга. Ладно, допустим, у них разный вайб, и они не всегда бывают на одной волне. И да, он не ас в танцах… но именно он понимает Бачиру, как никто другой! И никакие грёбаные комментаторы его в этом не переубедят! Однако, несмотря на все веские доводы, мозг решил предать его самым подлым образом, подкинув следующую картинку: Бачира, сияя своей беззаботной улыбкой, читает эти комментарии вместе с Отоей. Они, конечно же, ржут как кони, и Бачира по привычке заваливается на чужое плечо, а затем встречает лисий взгляд болотных глаз. Проклятый ниндзя не дремлет и сразу же тянется к нему ближе, чтобы впечататься своим поганым ртом в его... Зарычав, Исаги резко схватился за волосы. Так. Стоп. Его куда-то не туда понесло. Бачира априори не был способен на предательство — даже предполагать такое абсурдно. Скорее всего, это последствия двух четырёхчасовых пар по микроэкономике и эконометрике вкупе с бессонной ночью, проведённой за прохождением сложного уровня в игре. Мозги смешались в кучу — вот всякая дурь лезла в голову. Чего он, собственно, так завёлся? Ну коснулся этот мерзавец Бачиру разочек. Ну приобнял. И что в этом такого? Подумаешь. Всё равно это ничего не значит. Спокойно. Спо-кой-но. Спок... «КАКОГО ХРЕНА ЭТОТ ХМЫРЬ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТ?!» Внутренний вопль оглушил его, и следом мозг раскалённой иглой пронзила неожиданная догадка, испепелив все его жалкие попытки самоуспокоения. «Проклятье! Это было неспроста!» Отоя наверняка знал, что он посмотрит это видео, поэтому сделал это намеренно. Заявил на его, чёрт возьми, парня права. Да ещё и публично! «Нет, он это просто так не оставит. Ниндзя хочет войны? Он её получит.» Исаги замер посреди комнаты, дрожа от ярости. Он должен был что-то сделать, но понятия не имел — что именно. Для ясных мыслей требовался холодный рассудок, а внутри царил полный раздрай. В конце концов он решил, что уборка — лучшее лекарство, чтобы успокоить расшатанные нервы. Ведь он же просто себя накрутил? Вот займет руки делом, напашется до изнеможения — и всю раздражительность как рукой снимет. А там, глядишь, и хоть одна здравая мысль появится. План так себе, конечно, но другого выхода не оставалось. Схватив ведро, швабру и тряпки, Исаги с маниакальным энтузиазмом принялся драить квартиру. Смахивал пыль с самых верхних полок, соскребал застарелые пятна с плитки, на карачках оттирал плинтусы. Несколько часов спустя, обессиленный, он рухнул на ковёр посреди безупречно чистой комнаты, раскинув руки. Потом, с тихим стоном, перекатился на живот и уткнулся горящим лбом в жёсткий ворс. Мышцы гудели от усталости куда сильнее, чем после самых изматывающих тренировок в зале. К тому же, вместо ожидаемого облегчения уборка принесла лишь опустошение и ноющую боль в пояснице. Навязчивые мысли продолжали одолевать его, и в какой-то момент Исаги понял, что начинает злиться на Бачиру. За то, что тот не убрал чужую руку, что позволил касаться себя там, где можно было только ему. Обида расползлась в груди, словно чернила, вытекшие из треснувшей ручки. Прежде он никогда не злился на Бачиру по-настоящему. Даже когда тот по наивности перевёл часть их сбережений мошенникам или умудрился постирать его дорогущие светлые рубашки вместе со своим красным бельём. Из каждой неловкой ситуации они находили способ извлечь полезный урок или хотя бы обернуть всё в шутку. Так, после истории со скамом оба решили не цепляться за материальное так отчаянно — хотя Бачире всё же пришлось выслушать длинную лекцию о финансовой безопасности. Не зря же Исаги учился на экономиста. А эпопея с испорченными рубашками завершилась тем, что его гардероб внезапно пополнился всей палитрой розовых оттенков, и Бачира клятвенно уверял, что они идут ему гораздо лучше, чем приевшиеся белые. Подобные ситуации всегда были решаемы и только укрепляли их и без того прочную связь. Но в этот раз всё было иначе. Противные мысли, засевшие в голове, предвещали неизбежную ссору, чего Исаги допустить никак не мог. Из последних сил он дотянулся до телефона, валявшегося неподалёку. Пальцы на автомате потянулись к единственному закреплённому чату в мессенджере. Курсор призывно мигал в строке ввода, подстрекая к действию. Исаги быстро напечатал: «Ты где? С ним?» — и так же быстро стёр. Сообщение вышло требовательным, отчаянным и импульсивным. Он попытался снова: «Какого черта этот ублюдок тебя лап…» — и тут же удалил, осознав, что теряет контроль над собой. Прикрыв веки, он медленно выпустил воздух из лёгких. В голове крутились десятки вариантов, но ни один из них не показался ему стоящим. В итоге он остановился на банальном: «Привет. Как дела?» Но отсылать это сообщение не стал, поскольку и без того было ясно, что Бачире на смене не до пустых разговоров. После нескольких безуспешных попыток написать хоть что-то адекватное, Исаги устало уставился на экран. Взгляд зацепился за предыдущее сообщение. В нём Бачира желал ему хорошего дня с тонной разноцветных сердечек. Губы дрогнули в слабой улыбке. Палец сам потянулся пролистать ленту назад — к фотографиям, сделанным совсем недавно. Это были выходные, и Бачира предложил провести время в парке. Исаги не слишком горел желанием покидать пределы их уютной квартирки, но понимал, что с приходом холодов совместные прогулки станут редкостью. По утрам воздух уже встречал колючей прохладой, и без тёплой кофты за порог было не выйти. Зато к полудню ещё можно было поймать то редкое, обманчивое ощущение уходящего лета. Осень осторожно вступала в свои права, и её робкие перемены ощущались повсюду. Солнце пока что светило ярко, но грело уже иначе — мягко, устало, словно торопилось отдать последние крохи тепла перед долгой разлукой. На снимке Бачира широко улыбался, щурясь от слепящих лучей так, что глаза превратились в две забавные щёлочки. Новенькое оранжевое худи очень ему шло — ещё бы, ведь Исаги сам выбирал и покупал его. Тёмные волнистые пряди сияли на солнце здоровым глянцевым блеском. Бачира больше не обесцвечивал их и отказался от жёлтого скрытого окрашивания, которое так долго носил в школе. Форму челки тоже изменил и перестал на ежедневной основе палить волосы плойкой, позволяя им обрести свой естественный, мягкий завиток. Палец нежно, с трепетом погладил запечатлённое лицо. Сердце сжалось от внезапной волны любви и восхищения — настолько сильной, что словами её было не выразить. Исаги свайпнул влево, и на экране появилось их совместное селфи. На нём он в шутку спрятался от объектива камеры, уткнувшись в изгиб шеи смеющегося Бачиры. Снимок получился чуть смазанным, но очень милым и живым. Взгляд Исаги задержался на искрящихся весельем глазах любимого и скользнул по тонкому изгибу собственных губ, застывших в застенчивой улыбке. С окончания старших классов Исаги внешне почти не изменился. Разве что взгляд стал серьёзнее, да скулы — поострее. В целом всё такой же собранный, немного отстранённый. Хотя попытки сменить имидж у него, конечно же, были. Однажды Бачира уломал его покраситься в блонд. И не абы какой, а в платиновый. «С твоими синими глазами будет просто чума!» — уверял он тогда. Правда, видимо, не учёл, что тип волос у них разный, и осветлитель может повести себя самым непредсказуемым образом. Что, в принципе, и произошло: волосы были беспощадно сожжены, да еще и обломались на макушке. Пришлось вернуться к родному иссиня-чёрному оттенку и терпеливо ждать, пока всё восстановится. Вот только эти чёртовы «антенны» на затылке заупрямились и расти наотрез отказались, зато изрядно веселили Бачиру. Он не упускал возможности их потрогать, шутя, что с их помощью Исаги держит связь с космосом.  Скажем так, это был далеко не первый провалившийся эксперимент. Ещё в старшей школе Бачира взялся «подровнять» ему кончики и, увлёкшись, срезал куда больше, чем следовало. В итоге пришлось целый месяц прятать это «чудесное творение» под капюшонами и бейсболками. После того раза Исаги зарёкся больше никогда не подпускать Бачиру к своим волосам. Но когда тот вновь загорелся очередной идеей по созданию «шедевра», он всё же сдался, не в силах отказать. Потому что знал: эти безумные затеи делают Бачиру счастливым, а его глаза, сияющие восторгом и азартом, стоят любых жертв — в том числе перспективы остаться полностью лысым. И именно поэтому Исаги охватил жгучий стыд за ту слепую злость, которую он испытал ранее. «Как он мог усомниться в самом преданном и честном человеке на свете? Как мог поддаться этому дурацкому чувству? Ведь ревнуют только неудачники, неуверенные в себе. Неужели он один из них?» Исаги резко тряхнул головой, отгоняя прочь эту неприятную мысль. Ему стоило перестать тратить время на глупые подозрения и заняться чем-то полезным: подготовиться к завтрашнему семинару или, наконец, дописать лекцию, на которую забил неделю назад. К тому же, Бачира скоро вернётся домой уставшим и голодным. Пальцы быстро забегали по клавиатуре. [ Йоичи 🌱 — 7:24 PM ] Что хочешь на ужин? Сообщение ушло и зависло в чате с одинокой серой галочкой. Закусив губу, Исаги поколебался всего секунду и отправил следом ещё одно короткое: [ Йоичи 🌱 — 7:24 PM ] Скучаю. После чего, вздохнув, отложил телефон в сторону и принялся терпеливо ждать ответа. Но ждать долго не пришлось. Резкая вибрация заставила Исаги вздрогнуть и чуть ли не подпрыгнуть на месте. Он стремительно перевернулся на живот, схватив телефон. Сердце заколотилось где-то в горле, когда палец торопливо разблокировал экран. В глаза сразу бросилась мигающая иконка уведомления. Новое сообщение. От Мегуру. Исаги нажал на уведомление и тут же расплылся в улыбке. Бачира прислал ему селфи. Наверное, смог урвать свободную минутку между обслуживанием клиентов. Фото было сделано то ли в подсобке, то ли в туалете заведения, хотя позади него вроде как угадывались полки с коробками. Освещение там было тусклым и желтоватым, из-за чего картинка казалась немного мыльной. Бачира был без маски и кепки, его волосы растрепались, а лицо раскраснелось от жара кухни, но он улыбался своей самой милой, солнечной улыбкой, от которой у Исаги мигом перехватило дыхание. Такой любимый. Такой родной. Снизу стояла подпись:

[ Мегуру 🐝 — 7:27 PM ]

Я тоже соскучился по тебе,

малыш Йо-чан 💙

Исаги фыркнул и в тот же миг ощутил, как щёки налились предательским жаром. Он только собрался напечатать ответ, но экран снова ожил, опередив его.

[ Мегуру 🐝 — 7:28 PM ]

На ужин хочу карри

и тебя 😏

Уголки его губ сами собой поползли вверх, обнажая дьявольскую ухмылку. Что ж, он с удовольствием примет правила этой игры. [ Йоичи 🌱 — 7:28 PM ] Понял. Значит, карри. Когда телефон завибрировал вновь, Исаги намеренно выдержал паузу, не переставая хищно улыбаться. Затем в предвкушении заглянул в чат.

[ Мегуру 🐝 — 7: 28 PM ]

Йо-чан

Я вообще-то заказал комбо

Если ты не заметил 🙄

Идеально. Бачира повёлся на его провокацию именно так, как он и рассчитывал. [ Йоичи 🌱 — 7:29 PM ] С карри проблем нет. А насчёт второго... Посмотрим, сколько чаевых сегодня принесёшь. Он тихонько усмехнулся, живо представив, как у Бачиры от возмущения округляются глаза.

[ Мегуру 🐝 — 7: 29 PM ]

Чаевых? 😳

Серьёзно?

Мне теперь нужно платить за доступ?

[ Йоичи 🌱 — 7:29 PM ] Да-да. Так что работай усерднее. Любимый 💛 Он отправил сообщение и прикусил губу, пытаясь сдержать рвущийся наружу смешок.

[ Мегуру 🐝 — 7: 30 PM ]

Йоичи, ну что за дела?!

Я в чём-то перед тобой провинился? 🥺

[ Йоичи 🌱 — 7:30 PM ] Я решил обновить политику наших отношений. Вторая часть твоего заказа теперь относится к услугам премиум-класса. Доступно только по платной подписке. Исаги сам удивился своей дерзости, но азарт уже целиком захватил его. Он замер, с нетерпением ожидая ответа.

[ Мегуру 🐝 — 7:30 PM ]

Платная подписка?

Офигеть 🤯

А пробный период предусмотрен?

[ Йоичи 🌱 — 7:31 PM ] Ты им уже воспользовался. Три года назад. На нашем первом свидании.

[ Мегуру 🐝 — 7: 31 PM ]

Вредина 🙄

Последовавший почти мгновенно ответ заставил его рассмеяться вслух. [ Йоичи 🌱 — 7:31 PM ] Кто-то хочет отказаться от комбо?

[ Мегуру 🐝 — 7: 31 PM ]

Нет-нет!!

С меня чаевые, договорились!

[ Йоичи 🌱 — 7:32 PM ] Тогда возвращайся к работе. Иначе шеф спалит и наорёт.

[ Мегуру 🐝 — 7: 32 PM ]

Бегу-бегу!

Зарабатывать на твою подписку.

Пауза затянулась на минуту. Исаги уже хотел было убрать телефон, как пришло новое сообщение.

[ Мегуру 🐝 — 7: 33 PM ]

И да, Йоичи

Я рассчитываю получить свое комбо.

Целиком.

Особенно вторую часть.

[ Мегуру 🐝 — 7: 33 PM ]

Домой вернусь... очень-очень голодным.

Последнее сообщение Исаги перечитывал несколько раз, ощущая, как возбуждение, бурлящее в крови, затягивается раскалённым узлом внизу живота. До дрожи в пальцах хотелось коснуться себя, и ему с трудом удалось подавить этот порыв. Он с силой оттолкнулся от пола, чтобы подняться на ноги, и направился на кухню. Достал с полки небольшую кастрюлю, включил плиту и заглянул в холодильник в поисках пачки кубиков карри. Убедившись, что все ингредиенты на месте, принялся за готовку. Нож ритмично застучал по разделочной доске, и под этот чёткий, монотонный звук Исаги незаметно для себя погрузился в воспоминания о первом свидании с Бачирой. Тот день был пасмурным. Мелкий, назойливый дождик накрапывал с самого утра, однако им двоим он не испортил ни планов, ни настроения. Закутавшись в одинаковые прозрачные дождевики, от которых тянуло стойким запахом свежего пластика, они присели на скамейку у круглосуточного комбини и принялись уплетать за обе щеки только что купленные онигири с тунцом. Разделавшись с ними, отправились бродить по безлюдным улочкам, где дурачились и смеялись, ловя забавные ракурсы в отражениях луж и делая снимки, пока случайно не наткнулись на крошечный букинистический магазин. Там, в окружении терпкого аромата бумажной пыли и вековой старины, они провели около часа, разглядывая потёртые обложки книг и листая пожелтевшие страницы старых романов. Покинув магазинчик, оба, не сговариваясь, свернули к многоуровневому паркингу, движимые желанием взглянуть на город с высоты. Наверху, кроме них, никого не оказалось, а открывшийся вид превзошёл все ожидания. Город, затянутый плотной дождевой завесой, напоминал гигантское полотно, расписанное размытыми акварельными красками. Здания, улицы, дороги и деревья, потеряв свои привычные очертания, растекались приглушёнными разводами, превращая мир в единое, бесформенное и оттого прекрасное в своём несовершенстве целое. Исаги до сих пор помнил, как тогда в груди поселилось странное, глубокое чувство умиротворения, когда он задрал голову, подставив лицо холодным дождевым каплям. Те стекали по щекам, смывая накопившуюся за последний учебный год усталость. Всё, что когда-либо тревожило его — будь то давящий стресс из-за предстоящих экзаменов, мучительное волнение перед поступлением в колледж или гложущая неопределённость совместного будущего с Бачирой — показалось в тот миг таким эфемерным и незначительным, что он физически ощутил, как груз ответственности срывается с плеч, падая вниз, словно каменные глыбы с обрыва. Желая поделиться с Бачирой нахлынувшими эмоциями, он обернулся к нему, но слова застряли в горле, как только их взгляды пересеклись. Золотые глаза напротив искрились безмолвным пониманием. Исаги сделал шаг. Бачира — тоже. Расстояние между ними сократилось до критического минимума, а затем их губы нашли друг друга, сливаясь в трепетном, чувственном прикосновении. Поцелуй со сладковатым привкусом ледяного кофе из автомата был для них далеко не первым, но оказался незабываемым. Спускаясь по скользким от влаги ступеням, они то и дело останавливались и, притягивая друг друга за мокрые рукава дождевика, целовались. Целовались во всех укромных переулках, что попадались им по пути, там, где никто, кроме промокших бродячих котов, их не видел. Целовались бездумно, смеясь и задыхаясь, под непрерывный шёпот дождя, обещавшего, что всё будет хорошо. Дом Исаги встретил их тишиной. По счастливой случайности родителей тогда не оказалось — они гостили у дальней родственницы. Дрожащими от волнения руками оба сбросили с себя влажную одежду и впервые прикоснулись друг к другу иначе — смелее и интимнее. Это было ново, неумело, но бесконечно искренне. От дальнейших прогулок по переулкам памяти Исаги отвлёк резкий запах подгорающего лука. Вздрогнув, он резко бросился к плите. К счастью, всё оказалось не так катастрофично: ужин ещё можно было спасти. Помешивая содержимое кастрюли деревянной лопаткой, он бросил беглый взгляд на настенные часы — времени осталось не так уж много. Скоро Бачира вернётся домой.