Страхи оживают в полночь

🕸️

      Драко раз за разом взмахивал палочкой над бездыханным телом Грейнджер.       Его окклюменционные стены дрожали, угрожая выпустить наружу все чувства. Но он должен держаться, чтобы вновь не угодить в сотворённый своими руками ад.       В момент особо сильного отчаяния, Драко ударил кулаком в каменный пол. Боль пронзила костяшки. Он попытался ещё раз привести её в сознание, перебирая в уме все известные ему заклинания, но ничего не помогало.       Он отбросил палочку в сторону, как бесполезный кусок дерева и, обхватив голову Грейнджер рукой, чуть приподнял её и прижался своими губами к её губам.       Свободной рукой он зажал ей нос и вдохнул ей в рот. Под пальцами, держащими её голову, он ощущал лёгкое, едва уловимое, трепетание пульса. Салазар, у него так мало времени, но ему нужно было заставить дышать её самостоятельно.       Он делил с ней один воздух. Он вкачивал кислород в её лёгкие, давая себе лишь короткие мгновения для того, чтобы вдохнуть самому.       Драко ощущал, как запирающие его разум стены треснули. Коридор вновь наполнился звуками: шелестение мантии по полу, хриплое дыхание, заставляющее шевелиться короткие волоски на шее. Он старался отгородиться от этих ощущений, но сконцентрироваться не получалось.       Все его мысли занимала бездыханная девушка в руках. Только её спасение имело значение.       — Дыши! Салазар… Просто дыши! — Драко шептал ей эти слова в губы и надеялся, что Грейнджер вот-вот распахнёт глаза и вновь посмотрит на него с недовольством.       Каждая мышца в его теле была напряжена. Вены горели от распространяющейся по телу волны злости. Драко никогда не молился, но сейчас он мысленно умолял Салазара помочь ему заставить дышать упрямую гриффиндорку.       Ярость, кружившаяся в нём, была направлена не на неё, а на того мальчишку в мантии Пожирателя, который однажды позволил причинить ей боль. Тогда он сжал кулаки и смотрел в пол. Теперь его пальцы впивались в её холодную кожу, пытаясь влить в неё жизнь, которую он когда-то не счел нужным отстоять.       Он не спасал её тогда. Он спасал себя. А сейчас...       Сейчас он был готов отдать всю эту грёбаную окклюменцию, все своё хладнокровие, лишь бы услышать тихий вздох.       Пульс под его пальцами становился всё слабее. Драгоценные секунды уходили, но Драко не переставал надеяться. Он знал, что это слишком просто для Грейнджер: умереть в коридоре, а не во время битвы.       Но ведь она выиграла. Она приложила руку к падению Тёмного лорда, и у неё нет причин сдаваться сейчас.       Драко, чувствуя головокружение, ещё раз прижался своими губами к её губам. Они были холодные, но он верил в то, что Грейнджер выкарабкается, а ему оставалось лишь немного помочь ей.       В начале он не понял, что произошло. Драко отстранился немного, всматриваясь в её лицо. Подушечкой пальца он нащупал трепещущую точку на шее Грейнджер и замер, не веря в то, что чувствовал. Её пульс стал ровнее, чётче, но она всё ещё лежала, закрыв глаза, напоминая восковую статую. Лишённое красок лицо смотрелось неестественно во мраке.       Её грудь резко вздыбилась, и раздался хриплый, свистящий звук, похожий на плач и удушье одновременно. Драко отпрянул, но руки его, будто одеревенев, всё ещё держали её. Он не осмеливался даже дышать, ожидая, что вот сейчас этот хрупкий вздох оборвётся, и тишина поглотит её вновь. Но следующий вдох последовал, и ещё один — неровный, болезненный, но живой.       Грейнджер распахнула глаза, её рука метнулась к горлу и только потом она перевела взгляд на Драко. Её глаза расширились, дыхание сбилось. Она упёрлась руками в пол, отползла к стене, не сводя с него взгляда. Но вместо того, чтобы удерживать внимание на нём, её глаза сосредоточились на чём-то позади него.       — Не смотри туда, — стараясь звучать ровно, твёрдо произнёс Драко. — Что бы ты там ни видела, не давай этому проникнуть в твою голову.       Грейнджер облизала пересохшие губы, перевела взгляд на него и, судорожно выдохнув, закрыла глаза.       Драко слышал вой позади него, но не знал, это был его кошмар или её. Или же они стали единым целым. Он старался не думать о том, что его поджидало за спиной. Он позволил другим воспоминаниям завладеть его разумом.       Пышные кудрявые волосы, которые он всегда выискивал в толпе.       Задумчивый взгляд карих глаз, направленных на него.       Но эти образы вытесняли другие…       Крики, пол, пропитанный кровью.       Заплаканное лицо Грейнджер, когда она, сидящая на земле во внутреннем дворике Хогвартса, осознавала, что очередной студент перестал показывать признаки жизни и все её усилия были умножены на нуль.       Драко почувствовал робкое прикосновение к своей руке.       Это была она. Грейнджер касалась его, дрожа при этом как осиновый лист и пристально вглядывалась в его лицо.       — Что происходит? — её голос был хриплым, лишённым той самой твёрдости, которая ему в ней нравилась. — Почему они здесь?       — Кого ты видишь? — Драко, стараясь не делать резких движений, положил поверх её руки, лежащей на его бедре, свою. Маленький жест, чтобы показать ей, что она не одна, он тоже тут.       Грейнджер дёрнула головой, и её взгляд переместился за его спину. Драко резко подался вперёд, обхватил её щёки ладонями, заставляя смотреть на него.       — Нет. Смотри на меня.       — Там Беллатриса, — прошептала она. — И ты…       — Я? — он нахмурился.       — Ты в пожирательской форме, — Грейнджер скосила глаза на его предплечье, будто ожидала там увидеть что-то. — Ты убил меня.       Драко дёрнулся, как от пощёчины, но, собравшись с духом, попытался поднять окклюменционные стены. Ему нужно было это сделать, иначе они оба сойдут с ума.       — Мы должны уйти отсюда, — он переместил руки на её плечи и слегка подтолкнул вверх, поднимаясь следом. — Я выведу нас, слышишь? Здесь творится какая-то чертовщина.       Она даже не сопротивлялась. Обессиленная Грейнджер пугала его больше всего. Он боялся, что вновь не услышит её дыхание, не почувствует теплоту кожи, но чем дольше они оставались в этом коридоре, тем навязчивее становились звуки.       — Ты можешь обнять меня и закрыть глаза? — получив утвердительный кивок, он притянул к себе Грейнджер. — Я медленно пойду к выходу, а ты должна просто довериться мне.       — Ты — не он, — прошептала Грейнджер, утыкаясь носом в его грудь и проводя кончиками пальцев по предплечью Драко. — Но вы так похожи. Ты лишил меня будущего, и он поступил так же, но его поступок был страшнее в тысячу раз.       — Что он сделал?       Драко сделал первый шаг. Его взгляд был направлен на виднеющийся проём. Боковым зрением он замечал двигающиеся на стенах тени, но не давал себе возможности заострить на них внимание, думая лишь о том, как пройти несколько футов до свободы.       — Они становятся громче, — пробормотала Грейнджер.       Сделав глубокий вдох, Драко крепче прижал её к себе. Осталось ещё немного. Совсем чуть-чуть и они окажутся на лестнице. Но когда от выхода их отделяла пара шагов, Грейнджер вдруг с силой впилась ногтями в его спину и пронзительно закричала. Не ожидавший такого поворота, Драко отпустил её, и она тот же час села на пол и закрыла уши ладонями, продолжая что-то тихо шептать.       Он оказался на распутье. Они почти достигли цели. Драко присел перед ней на корточки, положил руку на плечо и сказал:       — Послушай меня, — её бормотание становилось всё громче. — Грейнджер, услышь меня! — он перехватил её руки и не давал вновь закрыть уши. — Они этого и добиваются, они будут пытаться остановить тебя. Но мы должны идти. Осталось совсем немного.       Грейнджер громко всхлипнула и опустила голову. Крупные слёзы падали на пол, но от неё не исходило ни звука, только плечи подрагивали.       — Я знаю, — Драко притянул её к себе и, покачивая, начал водить рукой по спине. — Я знаю, что ты устала, но после каждого заката наступает рассвет.       Грейнджер цеплялась пальцами за его рубашку так, словно боялась упасть, но ей было невдомёк, что именно она удерживала Драко на плаву. Именно она заставляла двигаться его дальше, несмотря на демонов, дышащих ему в спину.       У него не осталось выбора, он просунул руку под колени Грейнджер и поднял. Она была настолько не в себе, что просто не понимала, где реальность, а где иллюзия. И в её голове он был злодеем.       Но разве это чем-то отличалось от правды?       Драко был чудовищем, впустившим Пожирателей в Хогвартс. И никакое чувство вины не исправит того, что он сделал. Но где-то теплилась надежда, что, вытащив Грейнджер сейчас, он обретёт какое-то подобие покоя.       Его трусость больше не причинит никому боль. Если бы он мог, то забрался бы к ней в голову и забрал все страдания себе, лишь бы Грейнджер перестала дрожать и испуганно вздрагивать от каждого шороха.       Стало непривычно тихо. Драко нахмурился и оглянулся, но позади был лишь пустой коридор. Ни шёпота, ни душераздирающего крика.       И впервые за эту ночь тишина заставила его расслабиться и вздохнуть полной грудью.

🕸️

      Гермиона чувствовала, как виски пульсируют от боли. Как лёгкие горят от нехватки кислорода, но она старалась дышать через раз, боясь лишний раз шелохнуться.       Призрачные образы Беллатрисы и Малфоя в пожирательской форме шли за ними по пятам. Она пыталась игнорировать их, уткнувшись лицом в плечо Драко, но так становилось ещё хуже.       Его рука на её талии обжигала, но это было единственное тепло в ледяном мире её кошмара. И она, вопреки всему, инстинктивно потянулась к этому теплу.       Где-то вдалеке она видела мелькающие светлые волосы. Слышала, как Скорпиус звал её, но теперь она понимала, что это лишь галлюцинация. Жестокая насмешка судьбы.       Почему она видела именно Малфоя в своём видении? Причём здесь ребёнок?       Гонясь за желанием заставить исчезнуть эти пугающие образы, Гермиона пыталась мыслить рационально, хоть это и было довольно сложно сделать из-за головной боли, которая усиливалась. Сил совсем не осталось, и поэтому она не сопротивлялась, когда Драко взял её на руки.       Она чувствовала, как быстро и мощно бьётся его сердце под её ладонью. Ощущала запах цитрусового одеколона. И понимала, что эти маленькие крючки дают ей зацепиться за реальность и не сойти с ума окончательно.       Гермиона видела своё прошлое, в котором застряла в лице Беллатрисы. И будущее, олицетворением которого являлся маленький мальчик, но его зверски вырвали из её рук, так же как и война лишила её надежды на то, что однажды что-то будет иначе. Что-то изменится, и вместо бесконечного желания выжить, Гермиона захочет семью.       Она даже не смела мечтать о том, что когда-то сможет занять место руководителя в Министерстве, как и задумывалось изначально. Позволив страхам и сомнениям взять верх, Гермиона сама стирала этот путь для себя. Она судорожно выдохнула и закрыла глаза, когда до неё дошёл смысл иллюзий.       Застряв в прошлом и виня во всём Малфоя, она сама закрывала дверь в будущее. Гермиона не понимала, как её друзья могли двигаться дальше и считала, что они слишком быстро обо всём забыли, но именно Гарри и Рон оказались сильнее. Им удалось отпустить болезненное прошлое, чтобы впустить счастливое будущее в свою жизнь.       — Ты можешь стоять? — раздался тихий шёпот прямо у её уха. — Мы дошли, Грейнджер. Мы смогли.       Гермиона в последний раз взглянула на преследующие их фигуры и, задрав голову, перевела взгляд на Драко.       Он поставил её на ноги, но не убрал руку с талии, будто боялся, что она может упасть.       Он стоял перед ней, бледный, с разбитыми костяшками, весь в пыли и поту. Не идеальный герой, а настоящий. И в этот момент она увидела не заносчивого мальчишку и не Пожирателя, а человека, который прошёл тот же ад, что и она. И который не сбежал.       В этот раз она не умоляла его помочь, но он спас её. Помог пережить кошмар, едва не ставший причиной её смерти.       Они стояли друг напротив друга, и тишина после бури была оглушительной.       — Грейнджер? — настороженно позвал её Малфой.       Гермиона посмотрела на его губы. Те самые губы, что недавно делили с ней воздух, что были её единственной нитью к жизни. Она медленно, почти не веря самой себе, подняла руку и коснулась его щеки. Он замер.       И затем она потянулась и поцеловала его. Это был не поцелуй страсти. Это был тихий, горький поцелуй двух сломленных людей, нашедших друг в друге опору. Поцелуй, в котором смешались боль, благодарность и начало чего-то нового, еще не имеющего имени.       Когда она отстранилась, в его глазах стоял немой вопрос, на который у нее не было ответа. Только тишина, в которой больше не было места призракам.       У них была возможность покинуть этот проклятый коридор, но вместо этого они сели на пол. Драко прислонился к стене и, обняв её за плечи, притянул к себе. Гермиона положила голову ему на грудь, слушая каждый удар его сердца.       Они не сказали друг другу ни слова, потому что поступки уже сделали всё нужное.       Гермиона решилась взглянуть в дальнюю часть коридора лишь когда сквозь окна прорвались первые лучи солнца. Образы исчезли, и ей было плевать, когда это произошло. Она лишь знала, что пришла к важному выводу и больше не собиралась прятаться, позволяя кошмарам утаскивать её на дно. Вдалеке виднелась поблескивающая пряжка школьной сумки рядом с палочкой Малфоя. Но они не двигались, слишком уставшие, чтобы даже произнести хоть слово.       Она задрала голову, взглянула на лицо Драко и впервые увидела его в расслабленном состоянии. Он не хмурился, не кривился и не напрягал челюсть, лишь задумчиво смотрел туда же, куда она вглядывалась мгновением ранее.       Гермионе хотелось знать, о чём думает Малфой, но решила не рушить этот хрупкий момент. Она может себе позволить ещё немного насладиться его объятиями. У них будет время для разговоров, но сейчас она вновь положила голову на его грудь и наслаждалась этой безопасной тишиной перед началом нового дня.