Между мирами

⋆˖⁺‧₊☽◯☾₊‧⁺˖⋆

Майя неслась следом за ускользающей тенью Леголаса, отмахиваясь руками от цепких ветвей, норовящих хлестнуть по лицу. Угнаться за эльфом человеку было непосильной задачей, но она упрямо продолжала борьбу, мысленно благодаря своего наставника за годы изнурительных тренировок. Заметив едва уловимый след, Леголас ускорил шаг, и вот, преодолев густую чащу, внезапно замер. — Здесь… следы повсюду, — прошептал он, обводя взглядом поляну, испещрённую глубокими отпечатками чьих-то огромных лап. — Думаешь… они далеко ушли? — с тревогой спросила она, страшась услышать подтверждение своим опасениям. Леголас молчал, погрузившись в раздумья. Девушка решила не тревожить его, зная, сколь зыбка грань между ними. — Мы слишком далеко зашли. Одну я не могу тебя отпустить, — сказал он, почти не глядя на неё. — Но мой отец… наверняка отправит отряд, если уже не отправил. А значит, они неизбежно столкнутся с орками. Уже поздно. Думаю, нам пора остановиться на привал, а там решим, что делать дальше, — закончил он, избегая прямого взгляда Майи. — Но мы не знаем, сколько орков прошло в лес! А вдруг остальным нужна наша помощь? — воскликнула она, но тут же осеклась, заметив высокую, надменно возвышающуюся фигуру. — «Наш лес»? — прогремел его голос. — Неужели ты вообразила себя властительницей Лихолесья? — холодный, обжигающий взгляд скользнул по её лицу, словно лезвие. Майя старалась сохранить невозмутимость, гордо глядя в его ледяные глаза. Но сердце бешено колотилось, готовое вырваться из груди. — За что ты так меня ненавидишь? — спросила она, не отводя взгляда. — Ненавижу? — переспросил он, слегка прищурившись. — Ты всего лишь человек, и мне непонятно, почему все вокруг пляшут вокруг тебя, превознося словно равную. Даже мой отец… — Я не просила об этом! Не вини меня за то, что не в моей власти, — отшатнулась она, не в силах выдержать колючий взгляд его синих глаз. — Но тебе нравится их внимание… Ты упиваешься их восхищением, его восхищением, — в голосе Леголаса сквозила неприкрытая ярость. — Неужели тебя снедает ревность оттого, что ты перестал быть любимчиком? — с вызовом бросила она. — Тебе ли не знать, что я никогда им и не был, — эльф сильнее сжал лук, отчего костяшки его пальцев побелели. В словах Леголаса прозвучала такая боль, что Майе стало его жаль. Она знала о натянутых отношениях между королём и его сыном, отношениях, окончательно разрушенных её появлением в Лихолесье. — Я не собираюсь оправдываться, — твёрдо произнесла она. — Я не выбирала этот дом… Он хотел что-то возразить, но передумал, резко повернулся и начал собирать хворост для костра, смирившись с необходимостью привала. Пока Леголас разводил огонь, Майя решила позаботиться об ужине. В её сумке лежала убитая дичь. Достав охотничий нож, она ловко сняла шкуру с зайца и выпотрошила его. Леголас не смог скрыть удивления, наблюдая за её действиями. «Наверное, не ожидал, что избалованная принцесса способна на такое», — подумала Майя с усмешкой. Они работали молча, в гармонии, каждый погружённый в свои мысли. Покончив с ужином, Леголас потушил костёр и, не поворачиваясь, махнул рукой, призывая двигаться дальше. Ночью и без того мрачный лес Трандуила казался зловещим. Они шли, нарушая тишину лишь тихим шорохом шагов. В темноте Майе было особенно тяжело: она то и дело цеплялась за ветки и спотыкалась. Леголас, казалось, не замечал её затруднений, бесшумно проскальзывая между деревьями. Спустившись с пригорка, Майя вышла на тропу и не заметила, как врезалась в крепкую спину эльфа. Она уже открыла рот, чтобы извиниться, но Леголас грубо зажал ей рот ладонью и, подхватив, прижал к стволу огромного дерева. Они замерли, прислушиваясь к приближающимся звукам. Даже не видя, Майя поняла, что это не эльфы. Звуки становились всё громче — орки приближались к тропе, с которой они едва успели свернуть. Стоя в тени дерева, Леголас не спешил убирать руку от её лица. От такого близкого соседства у Майи перехватило дыхание. Даже в полумраке невозможно было не заметить, как он красив, как и многие эльфы, но в его красоте было что-то особенное, величественное, роднившее его с королём Трандуилом. Заметив её пристальный взгляд, Леголас усмехнулся и посмотрел на девушку уже не с презрением, а с любопытством. Он словно пытался понять, что же такого особенного в этой обычной, пусть и красивой, человеческой девушке. Мгновение затянулось в вечность. Майя, казалось, забыла, как дышать. Впервые с момента её появления в Лихолесье эльф смотрел на неё с интересом. Сердце стучало как бешеное, сильные руки по-прежнему прижимали её к дереву, лишая возможности пошевелиться. Внизу живота разлилось приятное тянущее тепло, и она невольно подалась вперёд, чувствуя тепло его тела. Леголас, заметив её движение, заглянул ей в глаза и словно прочитал её мысли. Он наклонился и, медленно убрав руку с её лица, коснулся её подбородка, приподнимая его так, чтобы её губы оказались на уровне его губ. Нежно поглаживая её подбородок большим пальцем, он шумно выдохнул, вытаскивая из ножен кинжал. Майя не успела опомниться, как вокруг них закипела яростная схватка. Леголас легко расправился с одним орком, но тут же был атакован другими. Взяв себя в руки, Майя схватила лук и стрелы и одним точным выстрелом поразила ближайшего врага. Затем, спрыгнув на тропу, она вонзила охотничий нож в спину орка, напавшего на Леголаса. Тот взвыл и рухнул на землю. Леголас благодарно кивнул ей и тут же выпустил стрелу в орка, подкравшегося к ней со спины. Казалось, что они почти справились, но, когда она потянулась за очередной стрелой, обнаружила, что колчан пуст. Отбросив его, она крепче сжала охотничий нож. Леголас был где-то позади, и она знала, что рассчитывать на его помощь не стоит. Отступая, она искала удобный момент для нападения, и вот, когда один из орков бросился на неё, пытаясь зарубить секирой, она ловко увернулась и вонзила нож в его руку. Чудовище взревело и отшвырнуло её в сторону. Упав, Майя ударилась головой о камень, и всё вокруг поплыло. Орки схватили её и, словно марионетку, закинули на плечо и помчались прочь. Запах оркской плоти душил её, и Майя, борясь с тошнотой, пыталась запомнить дорогу. Но все попытки были тщетны. После удара головой у неё сильно кружилась голова, да и в темноте было мало что видно. Словно подгоняемые бичом, орки неслись без остановки. Вдруг, резко затормозив, орк, несущий её, повалился на землю, пронзённый стрелой. Она вошла прямо между глаз. Второй орк попытался бежать, но его настигла ещё одна стрела, вонзившаяся в бок. Завыв от боли, он сбросил девушку на землю и повернулся к противнику, поднимая огромный молот. Но не успел он замахнуться, как эльфийский клинок рассёк его голову надвое. Майя, лежа на земле, приподнялась и увидела приближающийся силуэт. Холодные сильные руки подняли её. — Только не урони, — прошептала она с иронией. — Я буду держать крепко, — тихо ответил ей Леголас.