Кривицкий-Павлова:Секреты сердца

Сквозь полупрозрачные шторы робко пробивались первые лучи солнца, словно осторожные разведчики, проверяющие обстановку. Они играли на поверхности, переливаясь золотистыми бликами, и медленно, но верно начали свой путь по комнате. Сначала лучи касались края кровати, где еще лежала Ира, укрытая одеялом. Тепло мягко щекотало кожу, напоминая о новом дне. Но когда Ира решила раскрыть глаза, то увидела, что рядом Гены не было. Сначала она испугалась, где же он, но потом решила пройтись по квартире и поискать его. Первый шаг по холодному паркету отозвался предательским скрипом и по спине пробежал холодок. Этот звук, такой привычный днем, в тишине утра казался зловещим, наполняя воздух тревогой. Осторожно ступая, словно крадущаяся кошка, она пошла по коридору. В коридоре было сумрачно, лучи солнца еще не успели добраться до этой части квартиры, в которой сейчас ступала ее нога. Осторожно, словно боясь разбудить что-то спящее, Ира зашла в гостиную. Пусто. Только пыль, танцующая в солнечных бликах, выдала отсутствие Гены. Сердце забилось чаще. —Ну и куда он мог деться?—подумала про себя Ира. От переживаний, ей захотелось выпить водички и она отправилась на кухню. Она потянулась к крану, чтобы наполнить стакан холодной водой, и в этот момент... Холод. Резкий, пронзительный холод. Он прошел по ее спине, словно ледяная рука. И тут же, в спину уперлось что-то твердое, металлическое.Ружье. Она почувствовала его вес, его смертельную угрозу. За спиной раздался грубый, мужской голос: —Ты кто такая? Она медленно повернулась и перед ней стоял пожилой мужчина, похож на самого Геннадия, с ружьям в руках. —Здравствуйте, я Ира Егорова. Вы не помните меня? Мы с вашим Геной встречались в молодости. —Не помню я таких, знаешь сколько у него таких было Ир, как ты...,— возможно он хотел задеть ее этими словами, но у него ничего не вышло. Ведь она знала, что никаких Ир, таких как она, у него не было. —Знаете что...,— попыталась она возразить, как входная дверь хлопнула и в дверном проеме показался Гена. —Гена!— подбежала она к нему и стала за его спину, словно маленькая девочка, которая искала защиту за спиной сильного и самого родного человека. —А что здесь происходит?— ничего не понял Геннадий. —Гена...— попыталась она что-то сказать, но отец Геннадия ее перебил. —Генна, это ты мне объясни, что за полуголая женщина ходит у меня по дому? Секунду в кухне царила напряженная тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. Геннадий, широко расставив руки, как бы защищая Иру, стоявшую за его спиной и вцепившуюся ему в плечо, смотрел на отца. – Пап, это Ира. Ирина Егорова. Моя коллега, зав хирургического отделения, – его голос был твердым и спокойным. – Убери ружье, сейчас же. Старик медленно опустил ствол, его взгляд смягчился, сменившись на недоуменный. – Ирина Егорова? Та самая, про которую ты... – он не договорил, многозначительно хмыкнув. – Ну, ясно. А чего молчала-то, девка? – обратился он к Ире. Только сейчас Ира, все еще прячась за спиной Гены, с ужасом осознала, что на ней лишь одна его футболка, едва прикрывающая бедра. Со смущенным вскриком она рванулась прочь из кухни, прижимая полы халата, который так и не успела надеть. – Извините! – донеслось до них из коридора. Геннадий тяжело вздохнул и подошел к отцу, забирая у него ружье и убирая его в дальний угол. – Ты мог бы и не пугать до полусмерти первого моего гостя за последний месяц. Пока он наливал в чайник воду, отец, присаживаясь за стол, проворчал: – Гость... в одной футболке. Интересные у вас, докторов, рабочие отношения. Через десять минут, одетая в свои вчерашние, но аккуратно сложенные брюки и блузку, Ира с красными от стыда щеками робко вернулась в кухню. – Простите еще раз, Илья Алегович, что вы меня в таком... виде увидели, – начала она, глядя в пол. Старик махнул рукой. – Да ладно, дело житейское. Хорошо, еще не стрелять научился. А ты че, сразу-то ничего не сказала? Ира невольно улыбнулась, поднимая на него взгляд. – Так вы на меня ружье наставили. Я от волнения и собственное имя забыла. Завтрак прошел удивительно спокойно.Илья Алегович, оказалось, был суров, но справедлив, и после второй чашки чая разговорился о своем огороде. Геннадий, поймав момент, тихо объяснил отцу суть ситуации: «У Иры проблемы, серьезные. Пока что она поживет у нас. Для безопасности». Старик внимательно посмотрел на Иру, потом на сына, и кивнул. – Значит, так. Живи, Ирин, не стесняйся. Раз Гена за тебя ручается, значит, так надо. После завтрака они собрались в больницу. Выйдя из дома, Ира почувствовала невероятное облегчение. Да, начало дня было шоковым, но теперь у нее было не просто временное убежище. У нее было место, где о ней заботились. И двое мужчин, один из которых смотрел на нее с такой теплотой, от которой на душе становилось и спокойно, и тревожно одновременно. Они сели в машину и поехали в «Склиф», и на этот раз дорога казалась ей не такой уж долгой.