AL-HUNTR/X

Землеподобный мир F4779

Лаборатория Кассандры Линкс и Рыси

Местное время: 10:03

В полумраке спального помещения лаборатории рвала глотку электронная сирена, мигая красными светодиодами. Такой будильник запросто мертвого из могилы подымет. — РЫЫЫСЬ!!! Просыпайся! Она открыла глаза, не вполне соображая, что происходит. Мозг постепенно оттаивал ото сна, подключение к контроллеру произошло мгновенно, но тайминги между сознанием и имплантами все еще оставались высоковатыми. Биомонитор показывал временное снижение скорости реакции. Сдув прядь волос, она села на кровати, устало потёрла лицо. Энграмма доктора Линкс явилась к ней снова. Каждый раз видеть ее — словно смотреться в зеркало. И как только вместе могут уживаться сестры-близнецы, их не раздражает смотреть на самого себя? — Рысь, ты должна это видеть, вставай, это просто нечто, пошли, скорее! — Погоди, не кричи, — она зевнула, — объясни мне нормально, что случилось. — Давай бегом в мониторинговую! — энграмма скрылась в сети. — Ох, мать твою, с тобой и впрямь не соскучишься… — шепнула она под нос, — скажи, учёные все такие взбалмошные?! — Да, но тебе досталась особенная, — доктор Линкс усмехнулась. В электронной форме ее сознание было избавлено от усталости, от болезней и прочих «радостей» от владения физической оболочкой. Начать хотя бы с того, что она буквально никогда не спала. — Нейросеть недоделанная, — недовольно пробормотала Рысь, поднялась, выключила сигнализацию через всплывающее уведомление на интерфейсе «Кироши» — искусственные глаза мигнули оранжевым светом. — Рысь, блин, да сколько можно?! Давай быстрее! — полупрозрачный силуэт доктора Кассандры Линкс звал ее за собой, видимо, дело и правда серьезное. Раз даже сирена включилась. — Если там какая-то фигня, не стоящая моего внимания, Кэсси, богом клянусь, я че-нибудь тебе сделаю. — Я всего лишь программа у тебя на сервере. Не драматизируй. Можешь меня удалить. — Не удалю, ты хоть и бываешь электронной сучкой, но в деле-то помогаешь. — Да, я молодец, а ещё ты никогда не сможешь переиграть меня в шахматы. — Линкс, я тебя умоляю, я никого не смогу в шахматы переиграть. Она спустилась по лестнице, оказавшись в узком коридоре с металлическими стенами и нацепив по пути черный халат. Импланты в ногах гудели гидравликой. Датчики движения зажигали свет на ее пути, до мониторинговой оставалось совсем немного, буквально пара шагов. Их с Линкс лаборатория хоть и была напичкана продвинутыми технологиями, однако, большой площадью похвастаться не могла, но на бюджет, доставшийся от продажи книги с описаниями принципа работы разломной сети, внезапно очутившейся на волне хайпа, многого всё-таки не построишь. Со временем им с Линкс удалось натащить технологий с разных миров, и теперь тут было все, что им нужно: благоустройство, нормальная спальня, совмещённая с оружейной; скоростной интернет, неплохая серверная для вычислений и хранения данных, мониторинговая установка. И все это в привычном неоново-мрачном стиле родного Найт-сити. Благо, со временем способность Рыси к регенерации никуда не делась, а то пришлось бы придумывать, как обслуживать те восемьдесят процентов имплантов в теле в условиях непривычного мира, в котором приходилось жить. За два года F4779, как назвала его Линкс, так и не стал ей родным. Остановившись около двойных дверей, Рысь сказала: — Так, может быть, ты объяснишь мне, что вообще случилось? — Сейчас сама всё увидишь, не переживай. — Я не в восторге от сюрпризов. Рысь приложила ладонь к сканеру, биометрические данные считались, электроника впустила в мониторинговую. Проектор на потолке отрисовал голограмму Линкс, она уже ждала внутри, Рысь невозмутимо прошла сквозь нее. Пространство в четыре квадратных метра было залито красным светом, исходящим от группы мониторов с сенсорным управлением. Рысь приблизилась к установке, пульс подскочил на десяток ударов, биомонитор предупредительно пикнул в голове. — Помнишь, мы вчера оставили мониторинг на H ветке? — спросила Линкс, смотря на мониторы через плечо Рыси, — вчера там были лишь небольшие всплески, а сегодня не график, а прямо ножовка. — Мать моя киберженщина… — Рысь провела пальцем по монитору, увеличила масштаб, — ты уверена, что это не косяк электроники? — Я на сто раз проверила, ошибки быть не может. — Такое заражение скверной мы последний раз видели… — Ни разу не видели, — поправила ее Линкс, — такого мы точно ни разу не видели, это просто какой-то ужас. — А наши родные миры, Найт-сити, разве нет? ALы ведь поглотили их целиком. Линкс покачала головой. — Там вмешательство ALов было куда скромнее, я сравнила ради интереса, прежде чем пойти к тебе. — А где очаг? — спросила Рысь. — Листни выше, к самому концу ветви, ищи там мир H3279. Рысь нашла без труда — самая красная точка в ветке, график сканера вмешательства ALов там просто зашкаливал. — Нам надо принять меры, Рысь. Нам просто необходимо принять меры. — Сказать честно? — Рысь шагнула от мониторов прочь, опустилась на стул, все время дежуривший в маленькой мониторинговой, — я бы туда даже не пыталась сунуться. — Но сканер показывает население около восьми миллиардов, они все погибнут! — взвизгнула Линкс, чуть не перейдя на ультразвук. — Слушай, в разломной сети миры схлопываются каждую секунду, мы просто не можем спасти всех, ты же понимаешь. — Вспомни, как пытались выжить мы с тобой, разве ты бы в тот момент отказалась от помощи?! — Конечно нет, но совать нос в H3279 — чистое безумие. Если верить сканеру, скверна должна была забрать там более девяноста процентов людей. — Да, я знаю, что ты хочешь сказать, но я не могу просто сидеть, сложа руки. Меня все время не оставляет та назойливая мысль, — голограмма Линкс закрыла лицо полупрозрачными руками. — Я тебе сто раз уже говорила, что чёртовы металлические отродья существовали задолго до тебя и уничтожили сотни миров, хватит винить себя на пустом месте, — за два года Рыси порядком успел надоесть этот разговор. — Рысь, пожалуйста, ты не представляешь, каково мне видеть этот график… Своим тем проектом в ISR я погубила столько народу, я… Я до сих пор не могу понять, что именно сделала, — она вдруг заплакала электронными слезами, — а если мы всё-таки ошибаемся, и мои врата действительно создали их? — Так, ну хватит, твои межпространственные врата едва смогли открыть проход в A666, а ты сейчас на полном серьезе утверждаешь, что они породили целый мир, целую механическую расу-паразит, способную поглощать соседние вселенные, ты нормальная? — Я точно не нормальная, я больная на голову, — Линкс вдруг усмехнулась, шмыгнув носом. — Психолог из меня говно, прости, но уж как умею, — улыбнулась Рысь, поднявшись со стула. — Куда ты? — Обратно спать. — Нет, стой, — Линкс не собиралась отступать, — ты правда пойдешь спать, когда гибнет целая ветвь миров? Их же там жуют ALы! А ты вот так просто уходишь! — Оставь все как есть, разломная сеть не умрет без H ветки. В любом случае, вдвоём мы все равно не справимся, — Рысь вышла в коридор, двери мониторинговой закрылись. — А что, если в том мире найдутся воины, способные дать отпор ALам? — Значит, дадут без нас. — Но мы ведь построили этот сканер, чтобы следить за распространением ALов по разломной сети, помогать мирам уберечься. — Да, и за два года помогли очень многим, но тут ситуация просто безнадежна, — Рысь оставалась непреклонной. — Рысь, ну пожалуйста! Вспомни Эрика, он ведь отдал жизнь за тебя, надеялся, что ты станешь достойным человеком, чем-то большим, чем просто наемницей. И тут она прямо воспылала гневом. — Линкс, сука, не перегибай палку! Эрик погиб, потому что любил меня до усрачки, а ещё любил меня трахать, а ещё был суперкрутым мужиком со стальными яйцами, не испугался даже ALа. Погибнуть — это был его чертов выбор! Не приплетай сюда какую-то дребедень! — Рысь, ты же AL-хантер, помнишь? — она уже буквально упрашивала её. — Нет, нет никаких AL-хантеров, это все были глюки на пустом месте, ALы непобедимы, если добрались до ключевой личности во вселенной. Есть вероятность, что только нам с тобой и удалось унести жопу каким-то чудом. — Рысь, мы с тобой два года скачем по заражённым мирам, как угорелые, изучаем следы, записываем концепции апокалипсисов, созданных ALами, мы спасли огромную кучу народа, но даже на сантиметр не приблизились к пониманию принципа работы их материнского организма. Рысь выдохнула. — Да, ты права, мы до сих пор не знаем, как остановить их раз и навсегда, но это не значит, что… Линкс перебила её: — Говорят, если долго не можешь найти решение проблемы, то стоит изменить подход к ее решению, разве не так? — Хочешь сказать, что важнейшая информация об ALах может находиться в самых заражённых мирах? — Не знаю, все возможно. Может быть, в H3279 мы найдем ключ к решению, приблизимся к уничтожению долбаного A666. — Как же я люблю твой этот оголтелый оптимизм на тяге от любопытства учёного. — Рысь, я не знаю, что ещё тебе сказать. — У меня начинает складываться впечатление, что ты ищешь какой-то оригинальный способ выпилиться, честное слово. — Может и так, посмотри на меня. — Не могу, в коридоре нет проектора. — Вот в том и дело, мне уже нечего терять. Я — просто кусок кода на электронном накопителе. — Ладно, ты меня достала. Как скажешь, мы пойдем в этот твой H3279, но если мы там сгинем. Или, не приведи господь, притащим ALов сюда… Короче, не говори потом, что я тебя не предупреждала. — Рысь, правда, что ли? Ты не шутишь?! Быстро вернись в мониторинговую, я тебя обниму! Их разговор прервал звонок в дверь. — Не смешно, иди пока что готовь программную часть исследовательского оборудования. — Рысь, ты тут? Рысь? — наружный микрофон передал с улицы голос Кевина. Подтянув поясок халата, Рысь открыла тяжёлую входную дверь. На пороге ее встретил худощавый, беловолосый парнишка, одетый словно в первую попавшуюся футболку и схожего уровня «попавшести» спортивные штаны. — Привет, — он улыбнулся ей, не отводя взгляд, тяжело дыша. — Привет, заходи. Ты бежал что ли? — Да, — торопливо ответил он. — Так не терпелось меня увидеть? На этот вопрос ответа не последовало. Предсказуемо. Она впустила его в лабораторию и захлопнула дверь. Рысь нравилась ему до безумия и приходить к ней в лабораторию всегда было большой-большой наградой. Особенно, когда для прихода была веская причина, за которой можно спрятать чувства. Он и не догадывался, что прятать не получалось от слова совсем. Кевин познакомился с Рысью буквально по воле случая, когда она попала в F4779 из родного мира, заражённого скверной ALов. Тогда она помогла его семье выжить в местном апокалипсисе, ныне прозванного «Ледяным Геноцидом», после чего окончательно влюбила в себя несчастного пацана. И теперь он вынужден страдать от неразделённой любви. Ему, кажется, было плевать на все: на разницу в возрасте; на то, что они из разных вселенных; даже на то, что Рысь весила в два раза больше него из-за огромного количества боевых имплантов. Он видел только ее потрясающую фигуру, точеную талию и округлый зад, и, разумеется, сходил с ума. В семнадцать лет для любви этого точно хватает с избытком. Вот даже сейчас стоит и смотрит в пол, стесняясь поднять на нее взгляд. Скрыватель чувств нашелся, с такими навыками в покер надо играть — точно никто не прочитает. — Кевин, Экспериментатор говорил, что передаст через тебя посылку. — Ах, да, точно. Вот. Он отдал ей карбоновый кейс. — Я не удержался и посмотрел, что там, прости. — И что же там? — Не знаю, вроде какое-то украшение. Рысь усмехнулась — она знала, что это за «украшение», Экспериментатор давно обещал сделать для нее генератор нано-частиц. Видимо, как раз пришло время. — Он больше ничего мне не сказал, попросил передать и всё. Рысь открыла кейс, аккуратно извлекла сверхтехнологичный металлический чокер. Надела на шею. Все как по заказу. — Помоги застегнуть, пожалуйста. Кевин опешил от внезапной просьбы. — Да, правильно, смути парня ещё больше, — сказала энграмма Линкс по внутренней связи, чтобы слышала только Рысь. Она повернулась к Кевину спиной, отодвинула волосы в сторону, открыв часть белой оптической кожи. Дрожащими руками он застегнул упрямый чокер-генератор. Этот ее лёгкий халат свёл с ума беднягу окончательно. — Спасибо. — Не… — Он сглотнул, — не за что. — Слушай, Кевин, мне нужно собрать кое-какие вещи в дорогу, ты не поможешь? — Ты куда-то уезжаешь? — он заметно обеспокоился. — Нас с Линкс не будет какое-то время, ничего необычного — просто вылазка в соседний мир. Мы запустим парочку исследовательских зондов и сразу назад, — соврала она. — Ладно, что от меня нужно? — Сходи в ангар, доктор Линкс все тебе объяснит. — Мне до сих пор непонятно, как живой человек мог стать программой? — Это… Это теперь, боюсь, мы уже не узнаем. Та корпорация, что создала технологию, давно уничтожена. — Жаль, было бы интересно. — Все, давай, встретимся в ангаре, я скоро подойду. Рысь направилась в оружейную.

***

Перед походом в оружейную, Рысь сменила халат на удобный облегающий костюм, который купила на будущее, когда Экспериментатор наконец закончит работать над содержимым сегодняшней посылки. Она прекрасно знала, что это за чокер. Этот безумный инженер настолько же крут, насколько и безумен. Подойдя к большому настенному зеркалу в спальне, к настоящему зеркалу, а не его технологичному собрату, которым когда-то пользовался весь Найт-сити, она коснулась чокера двумя пальцами. Он подал три вибрационных сигнала и выпустил рой мельчайших темных частиц. Они вскружились вихрем вокруг Рыси, объединяясь в группы, оседали на теле, друг на друге, образуя плотный слой странной материи. Рысь наблюдала за процессом в зеркало, нано-слой построился за несколько секунд, устранил оставшиеся пустоты, окружил сандевистан на спине. Теперь самый сложный имплант был защищен и выглядывал наружу зелёными лампами вдоль позвоночника. Костюм не мешал дыханию, нано-слой учитывал все параметры своего носителя, двигался вместе с ее грудной клеткой. На интерфейсе «Кироши» появился индикатор заряда генератора частиц. Экспериментатор обещал, что этот нано-слой из какого-то секретного материала способен выдержать прямой удар хвоста ALа, а это уже сильное заявление. Проверять его без необходимости Рысь, конечно же, не будет. Надев по пути короткую синюю ветровку со светящейся надписью «cyberLYNX» на спине и стоячим воротом, Рысь наконец добралась до оружейной. За раздвижной дверью скрывался небогатый арсенал AL-хантера: метательные ножи, эррата и короткий клинок — сёто, доставшийся в подарок от Эрика, единственное, что осталось от самого сексуального нетраннера во всей разломной сети. Рысь поцеловала лезвие, повесила на пояс, нано-слой примагнитил его к себе намертво. За клинком последовала эррата — она закинула катану за спину, слева от позвонков сандевистана. Забрав метательные ножи, Рысь вышла на центр спальни, на противоположной стороне комнаты, на стене висела мишень, призывно выделяясь белым пятном на темном металле. Кироши отрисовали прицел на интерфейсе, Рысь перекрутила нож в руке и одним взмахом метнула его ровно в мишень. Нож пересёк комнату за доли секунды, вонзился в прямо в центр, высеча искры. Она подняла руку, включив магнитную тягу паракорда — нож в стене дёрнулся, выскочил из пробоины и вернулся ей в руку. Вычудить подобное перед прыжком в другой мир — это уже что-то вроде личной традиции. Настала пора навестить Линкс и своего единственного фаната. Взяв из ящика в столе пластиковый противогаз-ингалятор и колбы с иммунодепрессантами, она отправилась в ангар.

***

На самом деле ангар в лаборатории был их с Линкс настоящей гордостью: сколько в него вложено денег и сил… Уму непостижимо. Но и тут, конечно же, не обошлось без Экспериментатора и прыжков по мирам. Но все же правильнее сказать, что гордостью был вовсе не сам ангар, несмотря на всю техническую продвинутость, а его содержимое. Когда «Семёрка» узнала, насколько важную миссию взяли на себя электронная ученая и кибернетическая наемница — ее версия из другой вселенной, сразу помогли воссоздать летательное средство, способное выдерживать нагрузки при перемещении через разломы. Благо, в памяти энграммы доктора Линкс остались воспоминания о том несчастном корабле, который построили специально для ее проекта с межпространственными вратами. Рысь вошла в ангар, нано-слой двигался вместе с ней, облегал тело — потрясающая технология. Длинные светодиодные лампы освещали темное пространство лишённого окон ангара. Прямо посередине, на специальных магнитных подвесах «отдыхал» их с Линкс глайдер. Хотя частенько они звали его куда проще — «Летун». Название так себе, но слово простое и запоминающееся и, что самое главное, отражает суть лучше любого другого. Прямо перед острым носом глайдера находились гидравлические тяжёлые ворота, которые без помощи огромного трактора просто не сдвинуть с места в случае поломки. Но зато надёжно и безопасно. Здание лаборатории строилось на совесть. Она осмотрелась. Ей на глаза попался Кевин, силящийся затолкнуть тяжеленный ящик с исследовательским оборудованием в багажный отсек «Летуна». — Рысь, помоги, пожалуйста. Что он такой тяжёлый?! — прокряхтел Кевин, с трудом держа груз. Рысь подскочила к нему, успев ухватить ящик за угол, и затолкнула его в багажник одной рукой. Импланты прогудели силовыми системами. — Спасибо. Ты такая сильная… меня это поражает, — на самом деле там должно было быть другое слово, но Кевин выбрал именно это. — Справедливости ради, ты уже не стоишь, открыв рот, как при первой встрече, — она улыбнулась, захлопнув багажник. — Нет, ну тогда мы все так стояли, ты издеваешься? — он рассмеялся, — когда ты свой сандевистан включила, я просто выпал. Честно, я так и не понял, как он работает. — Рысь, надо ещё сканирующие зонды захватить, — сообщила Линкс. — Да, сейчас, — она подошла к металлическому стеллажу, на котором размещались расходники для исследования структуры мира, — сандевистан сложный имплант и довольно опасный. — Но, тем не менее, тебя это не останавливает. Она закинула в багажник два устройства странной формы, снабжённые одноразовыми турбинами. — Меня не останавливает, потому что ALов без него убить довольно сложно, ну и плюс моя конструкт-система что-то сделала с ним, теперь он белый и не вызывает таких страшных приступов киберпсихоза, как раньше. — А что было раньше? — Кевин интересовался ее имплантами, словно был рипером. — Раньше после одного использования приходилось вдыхать сильнейшие иммунодепрессанты, а это, сам понимаешь, так себе. Галлюцинации от них такие, будто ты килограмм мухоморов разом оприходовал. Кевин запрыгнул на разложенную стремянку, стоящую в углу ангара, уселся на ступени, наблюдая за изящной кибернетической Рысью, продолжающей готовить глайдер к полету. — А, чисто в теории, какие импланты можно было бы мне поставить? — Это много от чего зависит, на самом деле. Рысь нажала кнопку, крыша глайдера подалась вперёд, наклонилась, открыв четырехместную кабину. Она перевесилась через борт, дернув стопорный рычаг механизмов ходовой — глайдер расправил восемь «лап», снабженных антигравитационными двигателями. За несколько секунд, пока Рысь наклонившись, тянулась на носках, пытаясь достать до рычага, Кевин уже бы мог предложить ей альтернативу всяким рычагам. «Долбаный этот её костюм…» — думалось ему. Нано-слой, созданный чокером-генератором, выгодно подчеркивал все то, что придавало Рыси женскую красоту. — Так и все же, если бы я жил в том Найт-сити, про который ты рассказывала, какие были бы у меня импланты? — он перевел взгляд на зад глайдера, стараясь отвлечься от зада Рыси. Она выпрямилась, поправила волосы, потёрла лоб. — Линкс, можешь начинать сканирование разломов, «Летун» почти готов. — Хорошо. Рысь взяла противогаз-ингалятор, вкрутила в него несколько колб с иммунодепрессантами. Кевин следил за ней, не отрываясь. — Ну, давай предположим, что у тебя было много денег в Найт-сити, ты сын корпоратской шишки и можешь позволить себе что угодно, — она посмотрела на него, на его щуплое тело, — ты бы точно смог установить себе клинки богомола или моноструну, они не слишком сильно грузят нервную систему. И желательно ставить импланты от больших брендов, а не подпольную дрянь, которую ставят все подряд, у кого нет денег. — А сандевистан? — наивно спросил он. — А это, друг мой, все равно что ты двигатель от пассажирского лайнера поставишь в вашу с родителями легковушку. — А как тебе тогда его поставили? — Мой организм всегда отлично принимал импланты. Не знаю, врождённая способность, наверно, иногда такое бывает. Но с сандевистаном даже у меня начались проблемы, хотя к моменту его установки я уже была машиной процентов на семьдесят. — Хорошо, не сандевистан, тогда что? Рысь ловко впрыгнула в кабину глайдера, уселась на кресло пилота, повернула ключ на треть оборота, запустив электронику, началась инициализация систем управления. — Много чего, мог бы стать нетраннером, например. Ты же любишь компьютерную технику. — Как Эрик? — Ну чтобы быть как Эрик, просто погружаться в сеть — мало. — Надо ещё погружаться в тебя, — сказала Линкс через прямую связь и засмеялась. — Иди ты, — ответила Рысь. — Я? — спросил Кевин, удивленно подняв брови. — Да нет, не ты, — недовольно фыркнула Рысь, — Эрик был одним из самых крутых нетраннеров в городе, он столько раз взламывал сервера корпораций… — Даже серваки той «Арасаки»? — Конечно, причем в одиночку и никто не мог его обнаружить. Как он это делал, я не представляю, у «Арасаки» было столько программных защит… — Да, он был крут, конечно. — Так вот у него голова была напичкана имплантами, одна дека чего стоила. Вот такие модификации тебе подошли бы куда лучше моих. — Да, я бы сидел с тобой на связи и взламывал всякую электронику… — Кевин прям засиял, стоило только представить. Она подозвала его к себе. — Возьми магнитную карту, она даст тебе допуск к некоторым из комнат в лаборатории, присмотри за ней, пока меня не будет, хорошо? — А сколько тебя не будет? — Пока не могу сказать точно, Кевин, вопрос довольно сложный, я всё-таки в другой мир прыгаю, а не в соседний город. — Ой, да ладно, для тебя это одно и то же, — Кевин усмехнулся. — Так ты присмотришь за лабораторией? — Рысь, как я могу тебе отказать? — Ну вот и хорошо, — она улыбнулась ему, — а теперь отойди, пожалуйста. Кевин отступил от глайдера к самому выходу из ангара. — Рысь, разлом найден, — сообщила Линкс по связи, подключившись к бортовому компьютеру «Летуна», запустила механизмы ворот. Прогревать антигравы глайдера в закрытом помещении — фатальная ошибка. От избыточного давления может даже контузить. — Хорошо, давай взлетать. Пристегнувшись, Рысь нажала кнопку, гидравлика подтянула бронированный купол крыши, закрыв кабину. Внутри глайдера стало темно. — Линкс, что по системам? — Контроллеры двигателей, аккумуляторы, пускатели… — шептала она по связи, — все готово, подключайся по личному. Рысь вытянула из подголовника тонкий нейрокабель, воткнула его в порт под правым ухом, чувства слились с системами глайдера. Она закрепила на голове обод полупрозрачного FPV-визора. — Дай обзор на триста шестьдесят. Линкс подключила круг камер глайдера — Рысь получила идеальную картинку в темной кабине и повернула ключ до упора. Магнитные держатели спустили глайдер, он засвистел восьмью антигравитационными излучателями, повис в воздухе, кренясь набок. Расправленные «лапы» подняли пыль в ангаре, надули пузырем широкие штаны Кевина, влепили в стену стремянку. Откинувшись на спинку кресла, Рысь взялась за штурвал, выровняла горизонт — крена больше не наблюдалось. Из-за подключения по личному порту, она чувствовала габариты глайдера, словно он был продолжением ее тела. Кевин махал ей и улыбался, она видела его через камеры. — Ну что, летим? — спросила Линкс, — до явления разлома около десяти минут. Рысь не ответила, ей по-прежнему совсем не хотелось идти в заражённый мир, но отступать уже поздно, но и нельзя отрицать, что где-то во вселенной существует малюсенький шанс на то, что Линкс всё-таки была права насчёт ключа к уничтожению скверны. Рысь переключила тумблер на приборной панели, глайдер активировал полётный режим, сгруппировав «лапы». Она плавно прижала две педали, поддав мощности, и медленно «выплыла» из ангара, словно остроносое стальное облако. Пока закрывались ворота ангара, Кевин маячил в сужающемся проходе, не в силах расстаться с полумеханической красавицей-Рысью. На визоре отображался полупрозрачный компас, дополняя интерфейс «Кироши». — Нам нужно в сторону Нектарной Низины, там, около плотины, должен явиться наш разлом, — сообщила Линкс, — надо поторапливаться, а то упустим. Молча повернув рогатый штурвал, Рысь направила нос глайдера четко на заданный курс.

***

Спустя несколько минут, они уже неслись над вершинами высоченных деревьев, преодолев приличную часть расстояния. Ветер свистел снаружи, безуспешно пытаясь процарапать фюзеляж глайдера. — Рысь, разлом на месте, впереди, за заводом, около плотины. — Долго он будет открыт? — Не знаю, тут что-то странное… — Линкс замолчала на половине фразы, явно нервничая. — Что именно? — У него такое мощное излучение… Я никогда не видела ничего подобного. Впереди показались трубы завода компании «SLURP». Местные поговаривали, что он закрылся из-за финансовых проблем, но со стороны как-то не скажешь: вокруг стояли грузовики, между ними циркулировали вилочные погрузчики, таская паллеты с какими-то коробками, из труб шел дым. Что там происходит? Работа явно кипит. — Рысь, разлом! — Линкс аж закашлялась, непонятно только, как энграмма может закашляться, — он исчезает! — Да твою мать, что ж такое сегодня?! Рысь понеслась на глайдере прямиком к заводу, изменив прежний курс. Изначально они планировали обогнуть его с западной стороны, но сейчас уже было не до этого. — Стой, нас же там заметят, куда ты?! — А ты хочешь опоздать? — Нет, конечно. — Тогда включай маскировочную систему, ей все равно надо прогреваться перед долгой работой. Линкс активировала отражающие панели, глайдер «растворился» в воздухе. Они летели на огромной скорости прямиком к громадным трубам завода, в проем, между которыми вряд ли поместился бы легковой автомобиль, не говоря о большом глайдере. — Какого черта ты удумала?! — Не бойся, все нормально, я пройду. — Бояться надо тебе, я просто укроюсь в сети и всё. Рысь не ответила, сосредоточившись, расстояние падало с каждым мгновением. Сто метров, пятьдесят, двадцать — нос глайдера вошёл между трубами. За долю секунды Рысь отпустила левую педаль, потянула в сторону штурвал, излучатели на «лапах» по левому борту отключились. Глайдер встал набок, оставив черный след на бетоне заводской трубы. Где-то справа послышался скрежет металла, в кабине ощутимо тряхнуло. Пройдя между трубами, она через полсекунды снова выровняла глайдер и понеслась к плотине. — Прошла, надо же… Пилот от бога, — смеялась Линкс, — но зато можешь попрощаться с нашей антенной для внедрения в киберпространство, взломать сеть в H3279 будет в разы сложнее. — Прости, я не хотела усложнять тебе жизнь. Но зато как красиво мы прошли, а? — Рысь улыбнулась, — к слову, мы ещё не знаем, есть ли интернет в H3279, так что антенна может и не понадобиться. — Ну это же землеподобный мир, по-любому должна быть сеть. Зачем ALам захватывать неразвитый мир? — Не знаю, поглядим. Они пронеслись над территорией завода, оставшись незамеченными. Интересно, кто так упорно распускал слухи о том, что он не работает? И для чего?.. — Куда дальше? — Сбавляй скорость, около плотины строго вверх. Рысь потянула штурвал на себя, слегка отпустила обе педали, глайдер затормозил передними излучателями, задрал нос кверху. Вода с плотины падала прямо на фюзеляж, шумно ударялась о кабину. Рысь вдруг увидела в камеру тот самый разлом и не поверила своей оптике. Волосы зашевелились на голове от ужаса. — Линкс, куда ты меня тащишь?! Ты вообще видела его! — она скинула визор, отключилась от личного порта, нажала на кнопку панели управления — кабину вдруг залило дневным светом. Технология CrystalDome активировалась, с помощью внутренней матрицы высокого разрешения превратив непрозрачный купол кабины в настоящее лобовое стекло. Снаружи глайдер все ещё оставался непрозрачным, но Рысь видела сквозь кабину, словно та была вовсе не из металла. — Я сама в шоке, честно. — Ты сканировала его, что показал структурный анализ?! — Ничего, все было как у обычного разлома, я клянусь, смотри сама, — Линкс вывела ей на интерфейс кироши результаты теста. Они действительно ничем не отличались от результата сканирования среднестатистического разлома, разве что излучение было на порядок больше, но сейчас нос их «Летуна» был направлен на настоящее исчадие ада, словно сама смерть смотрела на них сквозь пространство. — Линкс, постарайся найти ещё что-то о нем, хоть что-нибудь, мы должны знать, во что ввязываемся. — Я понимаю, держи «Летуна» так, пущу прямое сканирование. В разлом, в это страшное око Саурона, ушел невидимый луч пространственного сканера. Бордовой жемчужиной он висел в воздухе, потрескивая гораздо громче своих собратьев. Его прозрачные грани словно были налиты кровью, пространство вокруг искажалось, пульсировало, сжималось, медленно вращаясь против часовой стрелки. Складывалось впечатление, что этот разлом был больным, заражённым какой-то неизвестной дрянью. В какую часть разломной сети могло вести такое уродство? Что, если обычный сканер не способен прочитать его грязное нутро? — Линкс, ну что там? — Пока что все нормально. — Ты называешь вот ЭТО нормальным? — Я это к тому, что пока не вижу никаких аномалий, связанных со скверной. После этих слов, присмотревшись к невероятно детализированному изображению на куполе кабины, Рысь заметила, как разлом вдруг втянул пролетевшую мимо птицу. — Линкс, мы определенно чего-то о нем не знаем. Это уже какой-то пиздец, я не знаю, как ещё выразиться. — Его структура только что расширилась. Глайдер тряхнуло так сильно, что Рысь ударилась головой о подголовник сидения. — Что это, блядь, за хрень?! Линкс! — Рысь, назад, быстро!!! — Назад тебе, раньше надо было думать! Она отключила CrystalDome, нацепила визор, подключила нейрокабель под ухо. По ее команде глайдер тут же дал задний ход, толкаясь излучателями в противоположную сторону от увеличивающего в размерах жуткого разлома. — Эта сволочь тянет обратно! — Он будто нас заметил… — Да он вообще походу только нас тут и ждал! — Рысь выжала педали до отказа, переключила тумблер группировки «лап», к заднему ходу присоединились все излучатели. Но мощности не хватало. Разлом засасывал глайдер, словно какое-то хищное животное, желая поглотить. — Попробуй уйти в сторону, сканер показывает, что такая сильная тяга у него только спереди. — У глайдера не хватит мощности на поворот! На визоре мигало красное предупреждение о превышении нагрузки на антигравы. — Отключи нахрен маскировку, она энергию жрет, как не в себя! Я попробую повернуть. Они висели перед плотиной словно рыба, заглотившая наживку и не прекращающая отчаянное сопротивление. Разлом был уже в полуметре, Рысь видела его через камеры. Вблизи он напомнил ей глаз боевого ALа — такой же механический и бездушный, но в то же время живой и пугающий до дрожи. По ее оптической коже пронеслась волна холодных мурашек — привет от остатков органики в теле. Она смотрела в разлом и видела в нем лик A666, того A666, который поглотил ее родной Найт-сити и весь мир. Даже прогнивший Найт-сити не заслужил такой участи. Страх разобрал окончательно, на биомониторе показался всплеск адреналина, подскочил пульс и тайминги в оптоволоконной нервной системе, связывающей органический мозг с механизмами имплантов. — Линкс, давай быстрее, твою мать! — закричала она, едва не плача, готовая прямо на ходу выпрыгнуть из глайдера, угодившего в западню. — Все-все, давай в поворот, быстро! Отключение маскировки дало небольшой приток мощности, Рысь дрожащими руками повернула штурвал, вжала педали в пол, глайдер рванулся в сторону, разлому не удалось его удержать. Они вырвались из ловушки. Рысь выдохнула. — Все, на базу, вылазка отменяется, пошел нахрен этот твой H3279! — она отпустила штурвал, ткнулась в него лбом, тяжело дыша. — Рысь, разлом… — Что, разлом? — Его нет, он пропал. — То есть, как? В круге камер его и правда не наблюдалось. — Вниз, давай вниз, живо!!! — заорала Линкс, но было поздно. Глайдер тряхнуло вновь, Рысь вжало в кресло, теперь не хватило бы мощности и ста таких антигравитационных излучателей. Разлом появился прямо перед носом и не оставил шансов. Рысь пыталась сопротивляться его мощи, но это все равно, что пытаться сдвинуть с места грузовик. Зубами… Они ушли внутрь разлома, глайдер утонул в реках его пугающей бордовой аномалии. И исчез. Не последовало ни грохота, ни вспышки, ни трещины в небе — ничего. Больше наемницы Сайберлинкс не существовало в F4779.

***

Говорят, во многих мирах бывают случаи, когда люди пропадают на ровном месте. Есть для этого даже специальный термин — «без вести пропавший». Кажется, Рысь сейчас была одним из тех, к кому этот термин должен применяться. Прошло неизвестно сколько времени, но ей казалось, что миновала целая эпоха. Отключив двигатели, они медленно плыли сквозь чёрную пустоту разлома, курсируя где-то в бреши пространства между двумя вселенными. При входе в разлом что-то ощутимо ударило глайдер, датчики показывали неисправность в четвертой «лапе» по левому борту, антигравитационный излучатель на ней не отвечал. Часть электроники отрубилась напрочь или сошла с ума. Высотомер, например, показывал шесть миллионов километров от поверхности земли. Как он вообще мог такое показывать? Внутри этого разлома не было ни единого проблеска света, он словно на сто процентов состоял из вязкой, непроглядной тьмы, космической пустоты, где-то в самом отдаленном уголке вселенной, где не существует даже звёзд. Такую тьму могла создать только сама природа, ни одно человеческое творение — самая темная комната на свете — не смогла бы сравниться с ней. Через круг камер Рысь смотрела на пугающую, нескончаемую бездну, не в силах вымолвить ни слова. Ее начали одолевать самые разные мысли, и каждая была страшнее предыдущей. Со временем начало казаться, что из бездны кто-то смотрит на нее, пристально следит, изучает. От его взгляда хотелось умереть на месте, развалиться на атомы, лишь только не ощущать этот ужас. Темнота пугала ее с самого детства. — Линкс, ты ещё тут? — тихо прошептала она, устав терпеть ватную тишину. — Да, я тут. — Надо было тебе бежать в интернет. — Разве я могу тебя бросить? — Можешь, зато сейчас не сидели бы тут вдвоем, как дуры. — Прости меня, Рысь, я не думала, что все так обернётся. — Не вини себя, в конце концов если бы я сама не согласилась, тебе не удалось бы затащить меня сюда. Сканирование что-нибудь показало? — Нет, — Линкс вздохнула, — как можно сканировать пустоту. Тут нет ничего. Вообще ничего, я даже не могу однозначно сказать, стоим мы или движемся. Она опустила голову. — Если мы тут погибнем… — начала Линкс. — То мы так и не остановили скверну, — шепнула Рысь. — Нет, то есть, да, но я не это хотела сказать. Я хотела сказать, что я люблю тебя, за эти два года ты стала мне настоящей сестрой. — Если твое предложение о тогдашнем взрыве в ISR верно, то мы с тобой действительно сестры. Ну… В какой-то степени. Линкс усмехнулась. — Похоже, что так, да. — И мы единственные, кто помнит наши два Найт-сити. — Вряд ли там кроме нас кто-то ещё выжил. — О себе я не могу сказать, что выжила в полной мере.

***

Она очнулась от ещё одной волны тряски, поднялась, надев визор. — Рысь, с разломом явно что-то происходит! — Да я уже поняла. Глайдер сорвало с места настолько резко, что Рысь едва не вывернуло наизнанку. В глазах потемнело от перегрузки. Мрак бездны расступился, их выбросило из разлома наружу на гладь ночного неба. Поток встречного воздуха раскрутил глайдер. — Мы в землеподобной атмосфере, Рысь, нас перебросило в какой-то мир! Мы всё-таки не погибли! — она сказала это и тут же поняла, что рано радуется. Рысь не могла ответить, изо всех сил стараясь остаться в сознании. Кардиоимлпант бился невероятно быстро, кровь прилила к голове, бешеное кручение не прекращалось. — Линкс… — задыхаясь, глотая слова, позвала она энграмму, — Линкс, помоги, я… Не могу, — она безуспешно попыталась дотянуться до педалей. Линкс взяла на себя управление, подняла тягу по правому борту. Антигравы на «лапах» глайдера выпустили синее излучение, борясь с центробежной силой. Нос глайдера раскалился докрасна, кручение потихоньку сходило на нет. Рысь пришла в себя, пелена перед глазами отступила, остался только паралич, но и он отступил, когда головной нейромодудь перезагрузил системы имплантов — электроника внутри снова слушалась остатки органики. Она вцепилась в штурвал, поправила ремень безопасности, надела слетевший визор. Подключение по личному порту позволяло ощутить всю мощь двигателей глайдера на физическом уровне — на том же, на котором человек чувствует собственные ноги. Быстро щелкнув тумблером, она перевела глайдер из полётного режима в планирующий и потянула штурвал на себя. «Лапы» с излучателями втянулись в отсеки корпуса, двигатели отключились. Глайдер выпустил закрылки, превратившись в подобие самолёта. Электронный высотомер смог стабилизироваться, его циферблат перестал показывать невероятные значения, остановившись на отметке в десять километров над поверхностью земли. — Линкс, где мы?! — Я не знаю, пытаюсь войти в местную сеть, пока не удается. Сканирование показывает, что впереди какая-то мощная сигнатура, видимо, крупный город. — Нам срочно нужно где-то сесть, иначе «Летуну» конец, он и так еле держится. В кабине мигал красный свет, крича о повреждениях. Высота постепенно падала, закрылки и острый нос прорубали встречный поток воздуха. Вскоре они опустились ниже облаков, пройдя сквозь их пушистые тела. С четырех километров все ещё был заметен изгиб ландшафта, но постепенно эффект сходил на нет. Впереди действительно показались огни крупного города, Линкс была права.

***

Высотомер показывал триста метров, под маскировкой они влетели в черту города, в полетном режиме глайдер был невероятно маневренным, но даже его проворности едва хватало, чтобы обеспечить полностью безопасный полет в окружении множества высоток. Чтобы подняться выше измученным двигателям не хватало сил. — Рысь, к юго-западу, есть высотка с вертолетной площадкой, давай там сядем. — А если высотка охраняется? — Более подходящего места я вряд ли найду. Постараюсь взломать их систему безопасности, у нас будет немного времени на передышку. — Хорошо, уговорила. Рысь повернула штурвал, взяла курс на указанное место. Искать это «указанное место» долго не пришлось, небоскреб с остроконечной крышей и громоотводом оказался настолько высоченным, что все остальные на его фоне выглядели простыми игрушками. Ровно над последними этажами, где, вероятно, располагался пентхаус площадью в половину футбольного поля, висела светящаяся надпись «HUNTR/X» — возможно, какая-то местная крупная корпорация, кто ещё мог позволить себе выкупить целый небоскреб? — Линкс, мы вообще в H3279 попали? — Без понятия, это явно какой-то землеподобный мир, но я не могу сказать, какой именно, наш сканер разломов завис после перемещения, показывает, что мы все ещё в F4779. — Ну нет, это вряд ли, никакой «Хантрикс» у нас точно не существует. Вижу площадку, я постараюсь до нее добраться. Рысь потянула штурвал, вжала педали, двигатели с трудом развили половину мощности. Кабину залило дымом, что-то застучало в моторном отсеке, глайдер тряхнуло. Он поднялся на лишние триста метров и усталой тушей свалился на поверхность вертолетной площадки. Двигатели перегрелись и вырубились, Рысь чудом успела поставить его на «лапы». — Подожди, я проверю системы безопасности, — Линкс осмотрела местность через наблюдательный круг глайдера, заметила камеру видеонаблюдения перед входом на вертолётную площадку, и унеслась через нее в киберпространство небоскрёба. Рысь сняла визор, отключила личный порт, с облегчением отстегнулась от сидения. После экстремального полета почувствовать под ногами твердую поверхность было довольно приятно — пусть и через железные «лапы» глайдера. — Рысь, все в порядке, я отрубила сигналку, подменила картинку на камере наблюдения. Их система безопасности древняя, как мамонт. — Я могу выйти? — Да, конечно. Глайдер сбросил покрывало отражающих панелей, открыл кабину, прогудев гидравликой. Рысь выбралась наружу, ступила на бетон площадки. Голова все ещё была тяжёлой после «карусели», которой встретил их этот мир. Она подошла к краю, посмотрела вниз. Высота ста с лишним этажей завораживала. Внизу по дорогам циркулировали машины, похожие отсюда на бесконечную светящуюся ленту. В воздухе витал приятный запах со знакомым городским оттенком. Последний раз такое она чувствовала только в родном Найт-сити. — Рысь, нам надо запустить сканирующий зонд и взломать местную сеть, — озадаченно произнесла Линкс, явившись рядом, но тут же замолчала, — все в порядке? Рысь опустилась на площадку, свесила ноги, ее взгляд устремился вдаль. Энграмма Линкс села рядом. — Ты чего? — Посмотри, тебе ничего не напоминает этот город? — На мой Найт-сити из 2899 года он мало похож, если честно. Ему ещё расти и расти. Ну если ты об этом, конечно. — А вот мой Найт-сити выглядел почти так же, не хватает разве что мегабашен и ави в воздухе — Рысь провела пальцем по воздуху, нарисовав воображаемую линию воздушного маршрута для ави, незаметно смахнула слезу, — что же могло тут случиться? Город выглядит таким… Живым. — Даже нет сетки в небе, о которой ты рассказывала. Ну, когда ALы на вас напали. — Я поняла, — ответила Рысь. Линкс посмотрела вверх, кристальную чистоту небосвода нарушали только лёгкие росчерки перистых облаков. — Да и с людьми все в порядке, посмотри, — она взглянула вниз, использовала десятикратный зум «Кироши», масштабировав изображение. По улице спокойно шли местные жители. — Угу, странно, — сказала Линкс. — И запах совершенно не такой, как был у нас при вторжении, — продолжила она. — Может быть, ALы не нападали на этот мир? — предположила Линкс. Мы ведь даже ещё не проверили, где находимся. — Тогда мы купим тут мороженое и полетим обратно в F4779. — Да, но сначала надо запустить зонд. — Давай прямо отсюда, не думаю, что кто-то обратит на нас внимание. Тем более ночью. Рысь вернулась к глайдера, открыла багажник, вытащила один из зондов, установила его посредине вертолетной площадки. — Я пока загружу в него пресет настроек, разверни запасную антенну, мне срочно нужно в сеть. — Да, сейчас. Рысь видела, как энграмма Линкс подошла к зонду, склонилась над ним. По небольшому монитору за термостойким стеклом побежали цифры. Начался процесс настройки. В багажнике на всякий случай лежало дополнительное приемно-передаточное устройство, а учитывая, что такие «всякие случаи» при прыжках между мирами вовсе не редкость, то лишние двадцать килограммов электроники не такие уж и лишние. Она вытянула металлический ящик, поставила на бетон площадки, вскрыла защёлки, откинула крышку. — Все, зонд пошел, — сообщила Линкс, — теперь ждём данных. Площадку озарило синим светом, маленькое устройство на одноразовой антигравитационной турбине рвануло вверх, иглой пронзило небеса и скрылось в одном из перистых ночных облаков. — Все, я ставлю антенну. Взяв из ящика сложенное пополам плоское устройство, Рысь прогудела имплантами в ногах, дала высокий прыжок и оказалась сверху на глайдере. Линкс включила приемник, со стороны казалось, что он включился сам собой, энграмму учёной могла видеть только Рысь, вряд ли здесь у кого-то зашито в голову столько электроники. Она установила устройство на крышу глайдера, оно примагнитилось к крыше, Рысь развернула два сложенных сегмента и нажала кнопку, в его корпусе зашуршал электродвигатель. Получилось прямоугольное подобие спутниковой тарелки, вращающееся подобие… — Милости прошу. Жду от тебя данных от зонда и взлома сети. — Это я всегда за, хлебом не корми. Энграмма нырнула в киберпространство и испарилась, километрами электрического сигнала полетела по оптоволоконным линиям. Осталось только добраться до какого-нибудь уязвимого устройства и потаскаться по местным новостным сервисам. Для межпространственных путешественниц там может найтись тонны ценнейшей информации. — Ты вроде и так в еде не особо нуждаешься… Вот же… Искин штопанный, — сказала Рысь, но ее уже никто не слушал. Электронная Кассандра Линкс всегда с радостью улетала в чужую сеть и резвилась в ней как ребенок. Рысь шагнула на «лапу» глайдера, поднялась по ней, словно по ступеньке, запрыгнула на нос, легла, растянувшись на холодном металле. На интерфейсе кироши мигало уведомление «запущена жидкостная конструкт-система, инициализирован протокол полевого ремонта». Глайдер начал автоматический ремонт — темная, пузырящаяся жидкость окружила один из сломанных излучателей, пошел процесс восстановления. Однажды увидев эту технологию в теле Рыси, Кассандра Линкс смогла найти способ ее применения почти во всех устройствах. Всё-таки у ALов было что позаимствовать. Рысь закрыла глаза, наслаждаясь городским воздухом и отголосками шума, доносящегося на высоту нескольких сотен метров. Отсвет надписи «HUNTR/X» падал на ее синюю куртку, скользил по плотно облегающему нано-слою нового костюма. Жаль, что здесь не было Эрика, в такие моменты она всегда жалела, что все то множество миров она не смогла посетить вместе с ним. Это чертовски несправедливо.

***

С небес на землю ее спустил голос вернувшейся Линкс. Энграмма тяжело дышала, сдула с лица прядь электронных волос. Вид у нее был такой, словно она облетела всю местную сеть на десять кругов. — Дай угадаю, у тебя очень много новостей? — О… Ты даже не представляешь, насколько права. — Ну я и не сомневалась, — Рысь засмеялась. — Так, слушай, хотя нет, погоди. Ты же хотела узнать, на чьей мы высотке, правильно? — Ну да. Погоди, мы в H3279 или всё-таки нет? — О да, мы в H3279. Давай свои предположения насчёт небоскрёба, ты никогда не догадаешься. — Я уже сказала, что это какая-то местная сверхкорпорация. Линкс вдруг засмеялась. — Ну ладно, не буду тебя мучать. Во-первых, этот мир землеподобный до мозга костей, даже названия стран схожи. Сейчас, например, мы находимся в Южной Корее, в Сеуле. И это здание самое высокое в городе, высота почти шестьсот метров, принадлежит юридическому лицу «HUNTR/X inc.» — То есть, я права, это корпорация? — Не-не, стой, ты не знаешь главного. «HUNTR/X inc.» принадлежит трем собственникам, вернее, собственницам, которые организовали музыкальную группу и добились в кратчайшие сроки невероятной популярности. — Погоди, нет, корейская поп-группа выкупила самое высокое здание в городе? Линкс снова засмеялась, удивлённое лицо Рыси нужно было видеть. — Но… Но это же какая-то хрень! Линкс засмеялась ещё сильнее. — Да ладно тебе, почему хрень? Девочки просто всем понравились. — Ну да, естественно, кому не нравятся корейские айдолы? — Но это далеко не всё, что мне удалось нарыть. До детонации зонд успел передать столько данных, что у меня голова кругом пошла. Здешний мир имеет, как бы это правильно сказать… Двойную структуру. — В каком смысле? — Я сначала тоже ничего не поняла, но потом более-менее разобралась. H3279 похож на ящик с двойным дном: одна структура, та, где сейчас мы с тобой находимся. Она населена людьми и вообще не заражена скверной ALов, хотя тест ещё не закончен, я перенесла его на наш сканер, он продолжает мониторить. — А что за вторая структура? — А вот что касается второй… То там такое заражение, что шагу ступить без ведома ALов невозможно. — Боже мой, — шепнула Рысь, — тогда почему ALов тут нет? — Между двумя структурами мира есть какая-то странная, я бы даже сказала, необъяснимая энергетическая прослойка. Она действует как мощный щит, весь город накрыт ей, как куполом. Я так и не смогла толком пробиться сквозь неё, она блокирует всё: любые сигналы, любое излучение и даже сопротивляется физическому воздействию. Удивительная вещь. — Знаешь, мне почему-то кажется, что тот заражённый разлом неспроста выкинул нас именно в этот город. Зная разломную сеть, она всегда пытается оставить какие-то подсказки, вспомни сколько раз такое уже было, — Рысь слезла с глайдера, успевшего починить «лапу». — Я помню, потому и попыталась отследить динамику той энергетической прослойки. Так вот, я тебе скажу, что еще буквально вчера она была настолько сильна, что я бы вообще не смогла к ней приблизиться, не говоря уже о сканировании второй структуры мира, которую она перекрывает. Такое ощущение, что ее кто-то выключил из розетки, и она постепенно угасает. На полюсах планеты, ее, например, вообще уже почти нет. — Если это так, то почему ALы ещё не тут? — Не знаю, чего-то выжидают, может, заметили нас? — Хочешь сказать, армада металлических уродов напугается человека и энграммы? Линкс развела руками. — Давай предположим, что эта энергетическая прослойка, как ты ее назвала, существует уже давно, а ALы пришли в мир буквально несколько дней назад, от чего она защищала раньше? — Может быть, от населения второй структуры мира? — Вот и мне так кажется. — Ну это единственный адекватный вариант, на мой взгляд. — Но если сейчас эта структура забита ALами под завязку, а прослойка исчезает… Что могло измениться за такой короткий срок? — Не знаю, по идее, надо найти источник энергии этой прослойки и включить его заново. — А с ALами что делать? — Для начала их хотя бы нужно сюда не пустить, а потом что-нибудь придумаем. Так, ещё забыла сказать… — Что именно? — Вот эту K-pop группу, — Линкс указала на светящуюся надпись, — сегодня на интервью разодрал в клочья один из ALов. Сканер вдруг пикнул, завершив тест на скверну. Результаты были отрицательными. Ни одного заражённого в мире. Видно, энергетическая прослойка все ещё справлялась с задачей. — Слышишь? ALы всё-таки есть в этой структуре. Один, как минимум. А сканер ничего не нашел. — Да, подозрительно. — После того жуткого случая местный интернет просто взорвался от такой новости, по сети до сих пор гуляет видео с этой… Казнью. Но его так быстро блочат, что я еле успела посмотреть, там такая жесть… — Да, не повезло девочкам, конечно, встречаться с ALом лично — не очень приятное занятие, — Рысь отвлеклась, листая результаты сканирования. — Так, стоп, — ей в голову пришла странная мысль, — когда это случилось?! — Десять часов назад. Ну, примерно. — Ты смотрела динамику мощности той энергетической прослойки за этот период? — Не-ет… Ты хочешь сказать, что… — Линкс задумалась, — да ну, не может быть, причем тут вторжение механической скверны и какая-то популярная группа? — А почему, по-твоему, один единственный в мире AL напал на рандомных корейских девочек? И именно тогда, когда они меньше всего этого ждали. Проверяй динамику барьера. — Уже смотрю, десять часов назад она как раз потеряла целых тридцать процентов. — Вот оно. Это и есть наше ключевое событие. — Больше тебе скажу, после расправы над HUNTR/X уровень заражения во второй структуре увеличился почти вдвое. — Вот я тебе о том же, эти девочки как-то связаны с барьером, нам нужен временной скачок на десять часов, срочно. Есть в этом мире такие разломы? — Видела бы ты, как они дрались с ALом… Их явно не обделили какими-то сверхспособностями. Конечно, шансов у них не было, но они… — Не испугались дать отпор. Ещё и сверхспособности у них… Как ты вообще сразу не догадалась, что они связаны с барьером? Ты ж ученая, — подколола ее Рысь. — Слушай, откуда мне знать, может, в этом мире все вот так драться умеют, я тут впервые в жизни! — Ладно-ладно, я не осуждаю, — Рысь усмехнулась, — ищи давай временной разлом. Нам срочно надо быть на этом интервью. — Не обещаю, у H3279 слишком линейная структура, в таких мирах редко появляются временные разломы. — Ну ты уж постарайся найти. Нам много не надо.

***

Они неслись на глайдере, петляя между высотками. Курс лежал прямиком к площади Кванхвамун, к самому центру города. Народ стекался туда рекой, где-то там, неподалеку от памятника Ли Сун Сину, который пришлось перенести на двадцать метров, сутками напролет планировалось вести церемонию прощания с группой «HUNTR/X», самую длительную церемонию в истории. В интернете говорят, что группе воздвигли памятник всего за несколько часов, такой скоростной стройки не было нигде. Южная Корея попала с ней в книгу рекордов. Подобной чести не удостаивалась ни одна группа. Они сместили собой историческое наследие целой страны. Хоть и всего на двадцать метров. — Где разлом? — Около нового памятника HUNTR/X, где же ещё, они любят прятаться в таких местах. — Можно было догадаться, — буркнула Рысь. — Ты только посмотри, сколько тут народу, ужас! — Воскликнула Линкс. Вся огромная площадь была усеяна фанатами группы. С высоты казалось, что кто-то расстелил ковер, окрашенный в цвета группы. Люди шли вперёд, к памятнику, одетые в мерч HUNTR/X, словно какие-то паломники. Подобного шествия эта площадь не видела никогда. Такое впечатление, что сюда стеклась вся страна. — Давай к памятнику, постараемся исправить этот кошмар, а то мне тут попалась новость о резком росте суицидов в Южной Корее. — Нет, ну это какой-то трешняк, кончать с собой из-за любимой группы. — Не тебе их судить. — Ну со стороны как-то странно звучит, честно. — Влияние культуры, тут уж ничего не подела… Не напорись на вертолет! — взвыла вдруг Линкс. Рысь резко ушла вниз, едва не сбив вертолет СМИ, ведущий одну из сотен прямых трансляций. — Рысь, разлом переместился. — В смысле переместился? Не поняла. Может, ему время пришло переместиться, или мы опять нарвались на какую-то аномалию? — Да нет же, он двигается, двигается вместе с толпой, смотри, — она вывела ей карту с отметкой разлома. — Как разлом может перемещаться, он ноги отрастил?! — Да не знаю я. Не спрашивай. Толпа охватила памятник в кольцо. Он действительно находился рядом с перенесенным адмиралом Ли Сун Сином, окружённый фонтанами, бьющими прямо из-под земли. Вокруг него рабочие выставили заграждение и продолжали вносить последние косметические доработки. Памятник трем девушкам идеально повторял их внешность, длинная коса лидера группы «свисала» с постамента. Они смотрели в небо пустыми бетонными глазами, их лица словно застыли во время исполнения песни, во время выступления на сцене. Автор памятника хотел сохранить в памяти людей самый светлый их образ. Один из рабочих рисовал цветные полоски на «коже» девушки с длинной косой, его «доставили» к вершине памятника строительным подъемником. Бетонных HUNTR/X освещала временная металлическая конструкция, усеянная прожекторами. Пришедшие фанаты не могли сдержать эмоций, плакали, кричали. Вокруг заграждений образовалась такая куча букетов, что из нее можно было собрать еще пару таких заграждений. Рысь летела на глайдере под маскировкой метрах в пятидесяти над головами людей, медленно приближаясь к цели. — Линкс, бери управление. — Что?! — Бери, я сказала, надо проверить, что за разлом такой. Маскировка отключилась, люди, кажется, даже не сразу заметили странное летательное средство. — Боже, ты больная, зачем настолько в открытую? — Подвези меня поближе к памятнику. Сняв визор, она открыла кабину, выбралась наружу, встала на одну из «лап», держась за борт глайдера. Ветер трепал ее куртку, голограммная надпись «cyberLYNX» светилась на спине. Теперь люди точно их заметили, стали показывать пальцем. Вскоре на них с Линкс пал луч прожектора с вертолета. Своей выходкой Рысь привлекла внимание всех, кого только можно. — Ну молодец, теперь мы во всех эфирах разом, как будем выпутываться? — У меня нехорошее предчувствие насчёт этого разлома, я просто проверю и, если все хорошо, то мы прыгнем на десять часов назад. — Ты же в курсе, что там охрана? — Да, знаю. — И? — Придется импровизировать. — Я зависну в воздухе, на случай, если не поимпровизируется. Запрыгнешь. — Договорились. Глайдер медленно переплыл через ограждение, цветы разлетелись в стороны от антигравитационного излучения. Рысь спрыгнула, приземлилась на асфальт, перекатилась, тут же поднялась на ноги и двинулась прямиком к памятнику. — Линкс, где разлом? — Не знаю, где-то прямо перед тобой, он по-прежнему движется. — Но тут ничего нет. Камера на вертолете не спускала с нее глаз, луч прожектора скользил за ней. Рысь словно сама попала на большую сцену. Поп-звезда недоделанная. Один из охранников заметил её, двинулся в ее сторону, вытянул руку ладонью вперёд, пытаясь остановить. Рысь не проявляла агрессии, но и не остановилась. Ее уверенность явно не понравилась охране, ее тут же взяли на прицел. Охранники кричали что-то на корейском. — Вот тебе сборка переводчика с корейского на английский, — сообщила Линкс. — Спасибо. В искусственных глазах Рыси пронесся оранжевый блеск — установка прошла успешно. Она начала понимать язык. — Госпожа, вам следует немедленно покинуть территорию! Приблизившись к охраннику почти вплотную, она подняла руки, не желая разжигать конфликт, но катана за спиной говорила об обратном. Вблизи памятник оказался гораздо больше, к его постаменту вела монументальная, широкая лестница. Его окружали гейзеры фонтанов, бьющие прямо из-под земли. Пройдя через мелкие решетки, струи воды рассыпались на гроздья мелких бусин, кружились и падали, переливаясь в лучах декоративной подсветки. — Рысь, это… — Линкс вдруг замолчала, вернее, ее голос резко прервался. Замолчали вдруг все: стихла площадь, охрана — тишина навалилась на нее плотной ватой. В висках слышались удары кардиоимлпанта. Сначала она не поняла, что случилось, только «застывшие» в изящных позах струи фонтанов четко донесли информацию. Рысь посмотрела на лопасти вертолета — они не двигались. Застыли даже электронные часы на интерфейсе «кироши», их двоеточие-разделитель не мигало. Странное зрелище. Нечто подобное ей удавалось ощутить только под разгоном сандевистана, когда весь мир для тебя такой медленный, словно ты болид формулы один, застрявший в пробке. — Линкс, ты меня слышишь? Ответа от энграммы учёной, предсказуемо, не последовало. Сделав несколько шагов, Рысь обошла замершего охранника, двинулась сквозь фонтаны, сняв эррату со спины. Вся эта ситуация настораживала до невозможности. Подняв взгляд, она заметила движение — одну единственную фигуру, одного человека, который не утратил двигательных способностей в этом странном безвременье. Ей не вполне удавалось понять, где она находится, но этого человека Рысь узнала бы из миллиона. Шикарная фигура, широкие плечи, коротко стриженные волосы, темный плащ, татуировки, шрамы за левым ухом от вживления имплантов — и мрачность, неотъемлемая часть образа. Рысь язык проглотила, не в силах сказать ни слова. Он спустился с лестницы, их разделяло всего каких-то десять метров — никчемная полоска земли. Рысь выронила эррату, звякнув металлом, она упала на асфальт. — Эрик… — она шумно вздохнула, — это правда ты? — Мы вроде виделись не так давно, а ты уже сомневаешься? — он улыбнулся ей, улыбнулся так, как умел улыбаться только он — полумеханическая Рысь растаяла от его взгляда. — Ну конечно я, кто же ещё? Импланты в ногах активировались, одним рывком она пересекла эти проклятые десять метров, остановилась, прижалась к Эрику, вдохнула его запах, обняла за крепкую талию. — Я… Не верю, боже, это будто не на самом деле. Он погладил ее по волосам, притянул к себе ближе. Они встретились взглядами. Она так скучала по его прикосновениям, готова была кричать от радости. — Ты все такая же выносливая? — Это намёк? — она улыбнулась, — ты всегда можешь проверить лично. Эрик на секунду отвёл взгляд, затем снова посмотрел на неё. В самой глубине его глаз Рысь вдруг разглядела недобрый огонек механической агрессии. Красный огонек. Ей вдруг почему-то сразу же захотелось отойти от него на те же десять метров, на безопасные десять метров, но объятия не разрывались. Его руки налились сталью. — Пусти меня, ты чего?! — Я с удовольствием проверю твою выносливость, — теперь в нем не было того любимого человека, его будто подменили, осталась только красивая оболочка. Рысь задышала активнее, напряглась изо всех сил, пытаясь вырваться, но ничего не получалось. С боевыми имплантами она всегда могла перебороть Эрика, но сейчас это был явно не он. Его глаза засияли красным светом, словно налившись кровью, она тут же узнала агрессию ALа. Он швырнул ее, сбил с ног, Рысь извернулась, успев схватить валявшуюся неподалёку эррату. «Эрик» снова сократил расстояние, навис над Рысью, прижал с такой силой, словно весил несколько тонн. Она закричала, ее синтетические мышцы держали на себе массу небольшого грузовика. Интерфейс кироши замигал красными предупреждениями о предельной нагрузке. Ее вдруг облило водой фонтанов, после гробовой тишины хаос навалившихся звуков чуть было не контузил. — Рысь!!! Я пробила его лёд! Сейчас будет «Замыкание», потерпи еще чуть-чуть! — визжала Линкс по связи. Она только сейчас поняла, что к земле придавил ее вовсе не Эрик, а огромный боевой AL, поросший железными шипами, словно какое-то сказочное чудище. На интерфейсе оптики отрисовалась метка атакующего скрипта — вот и ее спасение. Линкс ударила ALа через сеть в программную часть. Его внутренние системы сошли с ума, потоки электричества охватили тело, механизмы замкнули. Он пошатнулся, едва устояв. Рысь улучила момент и вывернулась из дьявольского «капкана». Голова кружилась, в груди сильно болело, она упала на одно колено, оперевшись на эррату, не в силах вздохнуть, кашлянула, заметив на асфальте лужицу белой синтетической крови. — Рысь, с тобой все в порядке?! — Ничего, жить буду, — прокряхтела она, скривившись от боли. «Запущена жидкостная конструкт-система, инициализирован протокол экстренного ремонта. Идёт восстановление…» — интерфейс кироши сообщил о начале быстрого выздоровления. Темная жидкость разлилась внутри грудной клетки, восстанавливая альвеолы искусственных лёгких. Вскоре Рысь жадно втянула воздух, показавшийся ей таким сладким… Она встала на ноги, резким взмахом стряхнула воду с эрраты. В глазах перестало темнеть, она увидела перед собой своего соперника — боевого ALа, который успел опомниться от программной атаки. Злоба закипела внутри, эта сволочь посмела притвориться Эриком, электроника и органика приготовилась к дуэли. — Это ты зря, пакость скверная, — прорычала Рысь. «Ремонт завершён, повреждений не найдено» — конструкт-система отработала как часы. В мокрой куртке Рысь стояла среди искусственных гейзеров, вода лилась на нее со всех сторон, промочила нежно-розовые волосы, стекала по нано-слою. Лезвие эрраты раскалилось, с шипением подняв облако пара. AL встрепенулся, охрана вдруг открыла по нему огонь, площадь огласил грохот выстрелов. Рысь только сейчас о них вспомнила. В фонтане пуль AL извернулся и прыгнул назад, забрался на памятник, поцарапав бетонное лицо лидеру HUNTR/X. Ни одна пуля не причинила ему вреда, он взвыл двумя буквами, метнул хвост в рабочего на подъемнике, застывшего от ужаса. Он умер мгновенно, голова просто разлетелась на куски, брызнув кровавыми ошмётками. Один из охранников закрыл собой Рысь, держа ALа на прицеле. — Уходите отсюда, скорее! — крикнул он, а следующая атака предназначалась именно ему. Он упал на землю, выпустил автомат из рук и вздрогнул, когда летящее в него острие хвоста подпрыгнуло вверх, повалив металлическую конструкцию с прожекторами. Рысь отбила горячей катаной хвост ALа. Ничего необычного, она делала такое много раз, но охраннику этого хватило. Всем охранникам хватило — от удивления они рты пораскрывали. В самом прямом смысле слова. Она помогла ему встать. — Кто вы такая?! — Просто человек. Попроси своих отойти подальше и не стрелять. — Я… Черт, меня уволят после этого, — но спорить он не стал и взял рацию, — отставить огонь, всем отступить, не вмешиваться! AL спрыгнул с памятника, раздавил асфальт, накинулся на второго несчастного рабочего, заглотил его целиком и перемолол в кашу механическими челюстями. — Рысь, это какой-то необычный AL, он на сканере определяется, как временной разлом, опять аномалия. — Ну конечно, куда ж в заражённом мире и без аномалии? Линкс усмехнулась. По телу ALа разлилась темная жидкость, он увеличился в размерах, стал крупнее, словно нарастил мускулы. Механические, разумеется. Их взгляды пересеклись: взгляд красного прожектора и взгляд кироши. Они вдвоем сделали несколько шагов, кружась по часовой стрелке, словно дуэлянты перед схваткой на мечах. Правда меч тут был только у Рыси. — Ну что, ушлёпище автоматическое, пора бы на металлоприемник, не находишь? Она взмахнула эрратой, чиркнув по асфальту и обдав ALа волной жгучих искр. AL выдал мощный вопль, состоящий из двух надоевших букв, кинулся к ней. Люди на площади застыли в ожидании чего-то невероятного. Долго церемониться с этим куском скверны ей не хотелось — позвонки сандевистана засияли под курткой, послышался короткий писк. Фанаты HUNTR/X, ставшие невольными зрителями, видели, как Рысь превратилась в размытое пятно, обросшее хроматическими аберрациями. Скорости их мозга не хватило, чтобы уловить ее движения. Нервная система кричала от разгона сандевистана. Рысь подключила экспериментальные связки в ногах, лучом света обогнула ALа, прочертив эрратой полукруг на асфальте, оставила противнику огромный порез на боку, сломала несколько металлических костей. AL ненавидел её всем естеством, жаждал сожрать, но ему явно не хватало скорости, он развернулся спустя секунду — несколько лет для Рыси. Одним прыжком она взмыла в воздух, приземлилась на его железную спину, с рыком вонзила эррату куда-то в область красного прожектора. AL дёрнулся, в последний момент успев избежать смерти, Рысь не устояла на нем, поцарапалась об один из шипов и больно получила хвостом. Острие прилетело плашмя, угодило в нано-слой. Рысь слетела на землю, не успев забрать эррату, сандевистан отключился, дав ей небольшую передышку. Теперь она снова влилась в темп этого мира. «Прочность нано-слоя 95 процентов» сообщил интерфейс кироши — на землю осыпались отработанные нано-частицы. AL поднялся на задние лапы, собираясь раздавить её всей непомерной массой, Рысь за долю секунды выпустила из левого предплечья клинок богомола, выстрелила им в памятник. Он вонзился в бетон, утянув за собой металлический трос. Она вытащила себя из-под атаки. Смертоносные лапы ALа обрушились мимо цели, их владелец взвыл от недовольства. Клинок вернулся обратно, предплечье сложилось, снова превратившись в изящную механическую руку. Рысь вскочила, как разжавшаяся пружина, экспериментальными связками в ногах тут же дала рывок в сторону, AL пронесся мимо, будто разъяренный локомотив, развалил памятник, споткнулся, упал, снова поднялся и снова ринулся в атаку. Рысь метнула в него нож, попала четко в прожектор — тот треснул. AL затормозил всеми лапами, остановился от неожиданности, лязгнув челюстями. Магнитным полем паракорда Рысь вернула нож обратно, тут же метнула снова, следом — второй. AL ослеп, темная жидкость опять заструилась по механическому телу, окутала прожектор, но было поздно. Рысь подлетела к нему на сандевистане, будто телепортировавшись, двумя взмахами эрраты отделила переднюю лапу, затем пронзила прожектор, вогнала острие по самую рукоять. AL повалился набок, как груда непонятных механизмов. Прогремел взрыв, столб пламени вихрем взвился к небесам. Вертолет все ещё продолжал вести эфир, люди продолжали наблюдать, теперь у Рыси фанатов целая страна. Она отскочила под разгоном сандевистана на несколько метров, прямо к фонтанам, ударная волна сбила их ровные струи, потрепала мокрую куртку, а затем, затем — все снова застыло. Похоже фанатов всё-таки не будет. Снова вернулась та всепоглощающая тишина и безвременье. Линкс опять не отвечала. Освещение на площади дополнила яркая вспышка, Рысь перекрутила эррату в руке, закинула ее за спину. Перед ней маячил огромный разлом с сияющими кристально-голубыми гранями. В них Рысь увидела сотни разных реальностей, сотни событий, столько много, что голова шла кругом. Из разного времени, из разных эпох, этот разлом будто хранил всю историю H3279. И только в одной из реальностей Рыси на глаза попался AL, тот самый AL, которого она только что убила. Он держал за волосы молодую девушку, поднял ее над землёй. «Она одна из них, одна из HUNTR/X» — мелькнула мысль, Рысь без раздумий шагнула навстречу разлому.

***

Землеподобный мир H3279.

Десять часов назад.

Эфир шоу «Наедине со знаменитостью».

Ключевое событие.

Время повернулось вспять, все события минутной давности испарились — не видать Рыси корейских фанатов. Но ей того и не требовалось. — Линкс?! Линкс, ты тут?! Ответь! — Да тут я, слышу тебя, я прямо над зданием, где ты находишься. — А где я нахожусь?! Где HUNTR/X? — Сейчас, ищу, я в уже в сети, одну минуту. — Да нет у нас минуты! Она осмотрелась, глазами ища выход из маленького помещения, в котором появилась. Здесь стояли какие-то ящики с оборудованием, на рогатых вешалках «отдыхала» запылившаяся старая одежда. Помещение явно использовали в качестве склада. — Так, я нашла HUNTR/X, нашла планы здания, тебе направо по коридору, потом по лестнице, спустись на первый этаж, там сразу будет студия. — Поняла. Рысь перепрыгнула через нагромождение ящиков, бросилась к двери, но ее встретил замок. — Да твою мать! — Рысь, вижу ALа, он уже в студии, торопись. — Сейчас все будет. Она выхватила эррату, взмахнула нагревшимся клинком, рассекла металлическую дверь наискось, пробила ее механической ногой, выбралась наружу, встретившись взглядом с перепуганной уборщицей. Она вцепилась в швабру, будто та бы смогла уберечь ее от нападения Рыси, увешанной боевыми имплантами. Однако, нападать на уборщицу точно никто не собирался. Рысь рванула вперёд по коридору, за несколько мгновений добралась до лестницы, спустилась одним прыжком, коснулась руками пола, смягчив приземление. — Рысь, я на эфире, он сейчас ее убьет! — вопила Линкс. Рысь поняла, что времени больше не осталось. Все ещё не отдохнув от нейронагрузки после схватки с ALом, она быстро нацепила пластиковый противогаз-ингалятор, закрыв нос и рот, вдохнула пары иммунодепрессантов и тут же вошла в разгон сандевистана. Мир почти замер в ее глазах, она понеслась к студии, перепрыгнула через толпу испуганных работников, спасавшихся бегством, вынесла плечом двойные двери на входе и влетела внутрь. AL держал одну из вокалисток HUNTR/X за темно-розовые волосы, она выпустила из рук светящееся гуань дао, сил на сопротивление больше не было. AL размахнулся лапой, Рысь обратилась в световой поток. «Активирован энергетический бустер «Силовой всплеск» — мигало уведомление на интерфейсе оптики. Море физической силы разлилось по телу, в тот момент Рысь остановила бы хоть целый танк. Оставшиеся двое девушек из HUNTR/X наблюдали за происходящим полными ужаса глазами. Прижавшись друг ко другу, они ожидали смерти подруги и не могли ее спасти, видимо, уже проверив броню ALа на прочность. Светящееся холодное оружие, очевидно, не помогало. Сначала они увидели промелькнувший силуэт, охваченный светом, затем заметили, как распилило металлическую лапу ALа. Он выпустил свою жертву и отшатнулся. Фонтан искр упал на пол. Разгон сандевистана сошел на нет, Рысь часто дышала, держа в руках разогретую эррату. — Мира! — закричала ее подруга, та, что была с длинной косой, бросилась к ней, с трудом опомнившись от страха. — Мира, ты живая, Мира, я так за тебя перепугалась, — она обняла подругу, потерявшую от ужаса дар речи. Третья девушка присоединилась к ним, утерев слёзы, они сбились вместе, прижались друг ко другу. — Смотри, кажется, это она тебя спасла, — уже в который раз на Рысь указали пальцем. Они не знали, что им делать, непробиваемый металлический демон все ещё был тут, нужно защищаться, а на это не было сил — страх отнял последние. Прорычав двумя буквами, AL лязгнул металлом и выпустил из тела новую лапу, уверенно встав и впившись когтями в белый пол студии. — Мира, Руми, надо уходить, сейчас же, он убьет нас, — сказала девушка с самой короткой прической, Рысь заметила светящиеся метательные ножи у нее в руках. — Стой, почему он не атакует? — вопрос повис в воздухе и остался без ответа. Теперь взгляд прожектора ALа был прикован к Рыси. Она обошла перепуганных девушек, встала впереди, преградив ему путь. — Кто ты, одна из наших фанаток? — спросила та, что держала ножи. — Да не похожа она на наших фанаток, — возразила девушка с длинной косой. — Ну мало ли! — Ты Сайберлинкс? — спросили они втроём одновременно. Видимо, прочитали надпись на куртке. — Ты убьешь его? — снова синхронно. Сразу столько вопросов — ужас. Рысь обернулась, смерив их строгим взглядом, они странно улыбнулись и помахали ей. — Давайте попозже познакомимся, хорошо? Сейчас немного не до этого. Они синхронно кивнули. Они были словно из мультика — до смешного милыми и наивными. И чего только ALу могло от них понадобиться? — Рысь, я могу подключить тебя к местной сети, я собрала нужный протокол. — Давай, будет кстати. Только сейчас она заметила, что в студии играла музыка. Сеть подключилась, кироши вывел на экран название трека — «How it's done». Рысь снова взглянула на девушек, местный интернет мог многое о них рассказать, теперь она хотя бы знала их по именам. Уже что-то. — Будьте добры, отойдите назад. Мелкими шажками, не оборачиваясь и не смея выпустить ALа из виду, они переместились к стене студии, едва не споткнувшись о ноги друг друга. Рысь поймала на себе взгляд прожектора ALа, он злобно смотрел на нее, готовый испепелить за то, что помешала отведать корейских деликатесов. — Ну так и что, расскажешь мне, чего ты до девочек докопался, набор шестерёнок?! — крикнула Рысь. Набор шестерёнок взвыл двумя буквами, зарычал, загудел механизмами, процарапал пол. — Она что, говорит с ним? — шепнула Зои подругам, — может, она спятила? — Не похожа она на спятившую, — ответила Руми. — На фанатку не похожа, на спятившую — тоже, а на кого тогда похожа? — недоумевала Зои. — Да не знаю я, — Руми не отводила взгляда от Рыси. — В любом случае нам конец, если оно убьет ее. Наше оружие не помогает. Я и так уже чуть не подохла там. — Давайте не будем о грустном, пожалуйста, мне и так страшно, — Зои сказала это громче, чем планировала. — Тихо ты, не привлекай лишнего внимания. Зои звучно сглотнула. — Может, просто сбежим отсюда? — Мы хоть раз бежали с поля боя? — спросила Мира. — Сейчас я бы прислушалась к предложению Зои, не время корчить из себя крутых, — шепнула ей Руми. AL бросился к Рыси, гудя всеми механизмами, она не отступила ни на шаг. Под корейскую попсу с вырезанной вокальной партией, завелся сандевистан, она схватила короткий клинок, прыжком взмыла в воздух, приземлилась на ALа. Модуль разгона рефлексов вступил в работу, она потеряла собственные руки из виду, порезы множились со скоростью света. AL изогнулся, хотел стряхнуть ее лапой, но она и так уже оказалась на земле, сменила клинок обратно на катану. — Вы видели, как она это сделала? — Зои, мы точно так же, как и ты, ничего о ней не знаем, — ответила Руми. — Мне кажется, та штука на спине позволяет ей так разогнаться, — заметила Мира. — Какая штука? За ней уследить-то с трудом получается. AL развернулся к Рыси и получил метательным ножом в прожектор, разозлился ещё сильнее, она не успела увернуться, острие хвоста, пробило нано-слой, оставило глубокую рану, белая кровь хлынула наружу. Было больно, вероятно, после этого ее ждала бы встреча с шоком, но регулятор чувств сразу же заблокировал тот участок нервов. HUNTR/X затаили дыхание, подумав, что ей конец. Но до её конца было ещё далеко. «Активирована система обратного тайм-прыжка. Количество зарядов: 5» — сияло уведомление на интерфейсе. Сандевистан на спине засветился ярче обычного, Рысь вырвало из временного потока, вернуло назад на несколько мгновений. AL окончательно запутался, HUNTR/X — тоже. Раны как не бывало, повреждения нано-слоя исчезли — физическое состояние отмоталось назад. Активирована система обратного тайм-прыжка. Количество зарядов: 4» — уведомление на интерфейсе изменилось. — Не ожидал, да? — она засмеялась, увернувшись от атаки, оставила глубокий порез, разрубив одну из бронепластин на теле ALа. Он вопил двухбуквенным рыком, пытался поймать её. Она ушла из-под его атаки, оказалась сзади, AL обернулся, Рысь использовала обратный тайм-прыжок, острый хвост пропорол напольное покрытие, а она снова оказалась сзади. AL вдруг лишился хвоста — главного оружия. Она так сильно его закрутила, ему начало казаться, что его противник со всех сторон. Везде была только ее острая эррата. Система тайм-прыжков встала на перезарядку, сандевистан пискнул. AL едва стоял на трёх лапах, подняв четвертую — больше похожую на металлолом, чем на сверхтехнологичный механизм. — Ну что, хватит с тебя? Он зарычал. — Вот вроде миры захватываете, а словарный запас по-прежнему как у дерева. Песня подходила к концу — жизнь ALа вместе с ней. Держа в руках эррату, Рысь раскрыла правое предплечье, выпустила боевой имплант странной конструкции, украшенный частью поверженного ALа из Найт-сити. Гибкий манипулятор набрал на основании пирамидального излучателя программную комбинацию и повернул его в сторону раскаленного лезвия. В эррату врезалось излучение импланта, лезвие объяло пламенем. Рысь размахнулась, обдав белые стены студии волной огня. AL бросился в свою последнюю атаку и не сразу понял, что больше не может управлять нижней частью тела. Она разделила его надвое, вот так просто, словно AL был из пластилина, а не из металла. Темная жидкость растеклась по полу, пузырясь и шипя. Песня закончилась. Переключить трек было некому — техническое помещение студии пустовало. Рысь опустилась на колени, пытаясь выровнять зашкаливший пульс, оперлась на эррату. Девушки подскочили к ней. — С тобой все хорошо? — синхронно задали они один и тот же вопрос. Они все делают синхронно? Рысь подняла голову, взглянула на них. — Вроде да, живая, — она постаралась встать. Дыхание постепенно выравнивалось. Девушки смотрели на нее как на невидаль, словно она была не человеком, а чем-то из ряда вон выбивающимся. Повисла неловкая пауза. — Честно, у меня было столько вопросов, но, когда можно спрашивать, я все забыла, — сказала Зои. Рысь смотрела на них через призму интерфейса кироши. Видела основные данные. — Если верить вашему интернету, вы у нас самая популярная группа. Они кивнули. Не прекращая ее рассматривать. — Хватит так на меня смотреть, вроде знаменитости тут вы, а не я, — Рыси становилось не по себе от избытка внимания. — Как тебя зовут? Сайберлинкс? Тебе идёт. — Сайберлинкс — это псевдоним, не более. — Все равно, тебе идёт. — Ты прикончила его так легко. Это потрясающе! — Зои была в восторге. — Да, я даже не подозревала, что это возможно, — Руми взглянула на убитого ALа. — Ты спасла меня, всех нас, ты крутая, — сказала Мира. — О, если Мира это сказала, то ты и правда крутая, — заметила Руми. — Нам просто необходимо взять тебя с собой, — они окружили ее. — Не надо меня никуда брать, я… — Как это, не надо? Ты ведь спасла нас! — Может сфоткаемся, — предложила Зои. — Определенно, — сказала Руми. Их было уже не остановить, они «щёлкнулись» с Рысью пятьсот раз за одну секунду, а она даже не успела раскрыть рот, чтобы возразить. — Да что с вами не так? Это стресс на вас так повлиял?! — возмутилась Рысь, пытаясь вырваться из окружения. Ее никто не слушал, они обняли ее, буквально повисли на шее. — Линкс, ты меня слышишь? — Да, я на связи, что такое? — Я спасла их. Уже начинаю жалеть, честно. — Почему же? — А ты не слышишь? — Мы тебя любим, САЙБЕРЛИНКС! Энграмма засмеялась. — Слышу, да. Ну а что ты ожидала от поп-звезд? Они очень эмоциональные. — Чересчур, я бы сказала, — она с большим трудом высвободилась из объятий. Зои подошла к поверженному ALу, посмотрела на обе его части и спросила: — Он же теперь не оживет? — Не должен, — ответила Рысь. — Рысь, тут фанаты прямо сошли с ума, охрана долго их не удержит, вам бы уйти побыстрее, а то, мне кажется, они уже и с тобой хотят познакомиться. — Еще не хватало, — фыркнула Рысь. Теперь HUNTR/X уже втроём внимательно разглядывали ALа, каждый его позвонок и механизм. Им явно было не по себе от такого зрелища, но любопытство не унималось. Конечно, интересно же посмотреть на то, что тебя чуть не убило. Рысь подошла к ним, подняла с пола гуань дао, вернула Мире. — Какая же жуткая тварь. Ты знаешь, что это, Сайберлинкс? — Я вам все расскажу, только давайте поговорим в более спокойном месте, а то там ваши фанаты сейчас просто здание со свай снимут. — Где Бобби? — спросила Руми. — Не знаю, его вечно где-то носит, когда он так нужен. — Где кто? — не поняла Рысь. — Наш менеджер, он… — ответила Зои и не успела договорить. «Их менеджер» вбежал в студию, вбежал так, словно его кипятком облили. Этот круглолицый азиат словно прямиком с карикатуры сошел, будь они в Найт-сити, Рысь бы приняла его за глупого сынишку какого-нибудь богатенького корпората. — Девочки, мои девочки, господи! Я так за вас перепугался, все в порядке, вы не ранены?! Я на всякий случай поднял на уши все больницы в городе, они готовы вас принять сию же минуту. — Бобби, с нами все хорошо, успокойся, перестань, — сказала Мира. — Мы тоже за тебя переживали, — ответила Зои и обняла менеджера так, слово тот был ей близким родственником. Казалось, улыбка никогда не сходит с ее лица. Бобби все еще не мог опомниться после такого инцидента, до чего преданный работник… И появился ровно в тот момент, когда опасность миновала. Интересно. — О, а это кто? — он вдруг заметил Рысь. — А, — Зои снова взяла на себя инициативу и решила представить ту, с кем сама едва знакома, — это Сайберлинкс. Она спасла нас. — Правда?! Так вот кто наш герой, — Бобби тут же изъявил желание ее обнять, но Рысь как-то не оценила его душевный порыв и отстранилась, вежливо попросив этого не делать. — Рысь, фанаты прорвали ограждения, направляются в студию, — сообщила Линкс, — на входе уже давка. — Поняла тебя. Давайте мы срочно куда-нибудь уйдем отсюда, — предложила Рысь, — а то нас тут съедят. — С кем ты говорила? — спросила Мира, будто что-то заподозрив. Знала бы она, к чему бы привело отсутствие Рыси… Вряд ли бы осмелилась ее в чем-то подозревать. — Можно выйти через черный ход, наш водитель и охрана дежурят там. Мы с командой планировали вывести девочек окольными путями, минуя толпу, — бегло сказал Бобби. Рысь закинула эррату за спину, поправила почти высохшие волосы после не существовавшего дождя, поймав три восторженных взгляда. Только Мира продолжала в чем-то ее подозревать. — Ну так что, идём? — спросила Рысь. — Да-да, конечно, идёмте, — Бобби побежал впереди, быстро перебирая короткими ножками. Хотя, вероятно, на фоне набора, состоящего из корейских айдолов, все кажутся коротконогими. HUNTR/X направились за Бобби, позвав Рысь за собой. Но все равно — премия самого комичного менеджера присуждается… Да, именно ему.

***

Сопровождаемые воплями фанатов, не стихающим сигналом электрического клаксона бронированного фургона, они с горем пополам добрались до высотки HUNTR/X. Здание, конечно же, тоже окружили фанаты и репортёры, и, когда открылась дверь фургона, весь этот хаос ринулся им навстречу: вспышки фотоаппаратов, объективы, море смартфонов, уставившихся на них глазками камер. За те несчастные пятьдесят шагов до входа в здание девушкам сунули в лицо столько микрофонов, что становилось не по себе. Всем работникам прессы, конечно же, было глубоко наплевать на их психическое состояние HUNTR/X после того, как они побывали на грани смерти. Журналистов вела за собой жажда сенсационных заголовков на первых полосах новостных изданий. Хотя для таких «сенсаций» не нужно было даже приезжать сюда и добиваться внимания HUNTR/X, ибо у каждого здешнего журналиста с фантазией все было в порядке. «Нет новостей? Придумай сам!» — основной принцип жизни. Почему люди так уверены, что всё ещё не изобрели вечный двигатель? Достаточно взглянуть на журналистику — эта машина сама создаёт инфоповоды на пустом месте, затем сама проталкивает их в общество и затем сама же бурно обсуждает. И так по кругу. HUNTR/X уже сто раз это проходили, каждый выход к журналистам — это словно поход в суд, где хитрый прокурор может обратить против тебя любое твоё слово. Сегодня у тебя случайно проявились демонические узоры, завтра их случайно засняли папарацци — а послезавтра в журнале красуется заголовок «новый образ главной вокалистки популярной группы высмеивает подход защитников животных к спасению бенгальских тигров от вымирания». Вдуматься — так бред, но люди верят в него и потом приходится всячески оправдываться на интервью, порождая все новые и новые поводы для хитрого оскала журналистов. В общем, дразнить прессу — опасное дело. Рысь шла за ними, чувствуя на себе испепеляющий взгляд толпы, она с удивлением обнаружила, что опасается такого всплеска внимания к своей малоизвестной персоне. От него просто некуда деться, словно тебя посадили в клетку. Рысь вдруг разом поняла всех диких животных в зоопарке. Их участи и впрямь не позавидуешь. Жизнь в Найт-сити, в замкнутом обществе, где проблемы другого человека тебя никак не касались и всегда были проблемами этого самого другого человека, где основное общение обитало в сети, а живая его версия вымирала; сделала ее более отстраненной и нелюдимой. Подумать только, но Линкс была ее самой частой собеседницей, Линкс — энграмма, набор арасаковского кода, повторяющий интеллект погибшей учёной. А сейчас ей пришлось столкнуться с фанатами корейской поп-группы — самой преданной аудиторией, готовой продать обе почки и сердце в придачу, лишь бы поговорить с HUNTR/X дольше пяти секунд. Проще говоря — это как контрастная ванна, где ты сначала словно в морозилке, а потом со всего маха ныряешь в кастрюлю с кипятком. Следует отдать должное Бобби: он, как настоящий профессионал, принял на себя основной натиск прессы — от кого-то отмахивался, кому-то давал короткие ответы, пару раз даже оттолкнул слишком настойчивых фанатов, желавших во что бы то ни стало потрогать HUNTR/X и потрогать как в последнюю минуту своей жизни. В общем, девушкам повезло с Бобби, он явно знал свое дело. Вспоминалась картинка, одно время вирусившаяся в сети в виде мема, где большой рыцарь прикрывает щитом от беснующейся толпы изящную девушку в роскошном платье. Вот только Бобби не был большим рыцарем, да и щита ему точно не доставало, а вот изящных девушек было три, а с некоторых пор — четыре. И неважно, что одна из них скорее вершина инженерной мысли, чем человек. Бобби по большей части приходилось защищать HUNTR/X — фанаты и пресса были готовы их разорвать, Рыси всё-таки повезло больше, но и ей внимания досталось слишком много. Кто-нибудь видел, с какой скоростью стреляет пулемет системы Гатлинга? Помножьте эту скорость надвое или даже натрое — примерно так сыпались вопросы от прессы. Все это было больше похоже на один непрерывный поток слов. HUNTR/X даже не старались вникнуть — это просто невозможно. При всем желании даже Зои, профессиональный рэпер, не смогла бы выдать столько слов в минуту. — Руми, что вы скажете насчёт сегодняшнего нападения? — Мира, откуда у вашей команды такие боевые навыки? — Зои, прокомментируйте ситуацию в студии, вы читаете это покушением? — Как, по-вашему, кто мог организовать нечто подобное? — Замешаны ли сверхъестественные силы в нападении? — Вы охотницы на демонов? — Вы правда охотитесь на демонов? — Демоны правда существуют? — То существо было демоном? — Планируете ли вы концерты после нападения в ближайшее время? — Как вы себя чувствуете после того, как вас чуть не убили? — Кто вы такая, расскажите нам, планировали ли спасать HUNTR/X? — Вы новая вокалистка HUNTR/X? — Вы новая телохранительница HUNTR/X? — Не распадётся ли группа после такого инцидента? — Что вам известно об исчезновении saja boys? — Создадите ли вы трек о сегодняшних событиях? — Когда «Разгром»? Всю эту словесную вакханалию было не остановить, журналисты будто на ходу вопросы генерировали. Пресса лезла и к Рыси, Бобби сказал проигнорировать. Она не стала спорить. Тут он явно был прав. Внимания с избытком хватило всем, даже Рыси, хотя она вообще оказалась тут чисто случайно и больше чувствовала себя сторонним наблюдателем, нежели участником. Наверно, теперь это ее самое знаменитое убийство ALа из всех. — ВСЁ, без комментариев! Приберегите все вопросы для нашей службы по работе с прессой! — крикнул Бобби, желая покончить с этим ужасом, однако, это только разожгло интерес. Если не отвечают, значит, есть, что скрывать. — Бобби, не уволят ли вас HUNTR/X после такой оплошности? — Вы допустили нападение! — Нужно менять охрану, что скажете? Планируются ли кадровые изменения? Бобби схватился за голову. Всё кончилось, только когда все вместе они оказались в лифте. Двери закрылись, окончательно похоронив весь шум, доносившийся с улицы даже сквозь стены небоскреба, а в ушах по-прежнему звенело. Было видно, как HUNTR/X позволили себе немного расслабиться, стали более естественными, человечными. Не пластмассовыми идолами, а живыми людьми. — Сайберлинкс, — Мира хотела что-то спросить, но замолчала. — Я — Рысь, просто Рысь и все, ладно? — она вдруг обнаружила, что псевдоним напоминает ей о прошлой жизни в Найт-сити. От его звучания — как ножом по сердцу. По кардиоимлпанту. HUNTR/X обменялись взглядами, их лица, на которых при фанатах всегда красовались белоснежные улыбки, сейчас были настолько мрачными, что, казалось, даже квадрат Малевича позавидует. Рысь не переставала удивляться, как быстро меняется настроение у этой троицы. Их сценическое мастерство поражало — настолько идеально скрывать настоящие эмоции за деланным образом ещё нужно научиться. Опыта, видимо, было более чем достаточно. Стресс явно их отпустил, теперь они задумались над тем, в какой опасной ситуации находились, им всем троим одновременно явилась одна и та же мысль: «сегодня могло все закончиться». Всё, абсолютно всё: красивая жизнь, туры, деньги, выступления, творчество, радость от череды побед. То существо просто выключило бы свет. А дальше… А дальше — ничего. От осознания этого ужаса по спине бежал холодок. Они стояли позади Бобби, прижавшись друг к другу, изучая пол лифта. Казалось, мрачные мысли унесли их так далеко, насколько это возможно. Видимо, подобных эмоций они ещё не испытывали. Лучше бы и не испытывали, конечно. — Рысь, я поставила глайдер на вертолетной площадке. — Хорошо, Линкс, спасибо. — Перед входом настоящий бардак, безумных фанатов полиция уже снимает со стен небоскрёба. Они реально собрались лезть на вершину? — Не удивлюсь, если у них это получится. HUNTR/X в этом мире и правда очень любят. Линкс усмехнулась. Девушки вопросительно посмотрели на нее, отвлекшись от размышлений. — В этом мире? — переспросила Руми. — С кем она говорит? — шепнула Мира подругам. Рысь не ответила. Лифт начал плавно замедляться, затем остановился, двери распахнулись с характерным звоночком, открыв вид на просторный пентхаус. HUNTR/X, омраченные тяжелой думой, шагнули вперёд. Рысь направилась за ними, но Бобби вдруг остановил ее, положив руку на плечо, и прошептал, чтобы девушки ненароком не услышали: — Слушай, ты спасла их, я благодарен, но они выступили сегодня на тяжелейшем интервью, чуть не лишились жизни и вообще едва опомнились после страшного провала на премии «Кумир года» … — Это ты сейчас к чему, какого ещё провала? — Неужели ты не знаешь? А, ладно, в общем, неважно. Я к тому, что моим девочкам необходим отдых, они и так перегружены, я не знаю, с какой целью ты здесь, но не грузи их ещё больше, прошу тебя. Лишние проблемы нам совершенно не к месту. Она взглянула на девушек, они добрались до белого дивана, больше похожего на взлётную полосу аэродрома, и тоже решили, что отдых им просто необходим. — Бобби, ты, кажется, не понял масштаба всего ужаса, который в скором времени обрушится на «твоих девочек», — она убрала его руку с плеча, — если хочешь их защитить, стоит ввести их в курс дела и как можно скорее. После этих слов Рысь направилась к HUNTR/X. — Стой, что ты имела в виду под «всем масштабом ужаса»? — он побежал за ней. Миновав коридор с высокими потолками, Рысь оказалась в комнате с ещё более высокими потолками и панорамными окнами во всю стену. Окна в пол были здесь неотъемлемой частью дизайна. Они тут были повсюду. Именно в этой комнате находился тот белый аэродром-диван, на котором HUNTR/X отдыхали после изнурительных концертов. Он был «утоплен» по сравнению с уровнем всего пола. Напротив него — огромный ЖК-телевизор 8К разрешения, от его диагонали могла развиться мегалофобия. Перед диваном был устелен мягкий ковер с высоким ворсом, на нем стояла пара кресел-мешков. Удивительно, но в этом огромном помещении дизайнерам удалось подружить между собой роскошь и домашний уют, и при этом не впасть в безвкусицу. Неплохо. Здесь уместились даже полностью золотые элементы и не выглядели так, будто их кто-то выкрал из ломбарда и поставил сюда, лишь бы были. Рысь осмотрелась, чувствуя себя в каком-то торговом центре. Микс в отделке из темного дерева, золота и белого камня смотрелся сдержанно, богато и вполне футуристично по меркам H3279. Пентхаус дышал свежестью жизни — прямо как его владелицы. — Давайте я сделаю нам кофе, никто не против? — спросила Зои и, не дождавшись ответа ни гостьи, ни подруг, ни менеджера скрылась в коридоре, ведущем, по всей вероятности, в кухонную зону пентхауса. Рысь подняла взгляд. По потолку и стенам «стекали» светодиодные ленты аккуратной контурной подсветки, источая приятный теплый свет, избавляя пространство от малейшего намека на тень. Эта комната была сердцем всего пентхауса — от нее отходили коридоры к другим помещениям. По стене с искусственным водопадом, отделанной каким-то темным камнем с красивой природной фактурой, бежала, слегка изгибаясь, вереница металлических ступеней, ведущая прямиком на второй ярус пентхауса, к личному пространству каждой из владелиц. В умершем Найт-сити такое себе мог позволить разве что сам Сабуро Арасака. — Если тебя интересует состояние этих корейских девочек, то я влезла в их банковскую систему… Тут просто какой-то… — она остановилась, подбирая слова, — как бы это помягче сказать… — Линкс, не томи. — Ну, в общем, смотри сама. На интерфейсе оптики Рыси появился скриншот данных взломанного банковского счета. Сумма и правда оказалась весьма внушительной. И это ещё очень мягко сказано. — Ох, ебать, — прошептала Рысь. — Тринадцать миллиардов, восемьсот шестьдесят четыре миллиона, двести семьдесят пять тысяч южнокорейских вон. — Это, похоже, тот случай, когда кажется, что уже дохрена, а это только половина. — Это эквивалент десяти миллионов долларов местных США или двадцати семи миллионов твоих родных евродолларов, — пересчитала Линкс. — Да, это именно тот случай. — Правда впечатляет? — Зои вручила ей стакан с горячим кофе и мило улыбнулась. -О, да, не то слово, вы, девочки, умеете удивить, — она взяла стакан, подошла к дивану. Все теперь смотрели на нее, будто вспомнив о ее существовании, и ждали, вероятно, какой-то ошеломительный рассказ. Отмагнитив от спины катану и короткий клинок, Рысь положила их на пол и опустилась на диван. — Рысь, — Мира потянулась, удобно устроившись в кресле-мешке, — нам представляться, думаю, не надо? — Я — Зои, — она помахала Рыси, словно своей фанатке, и почему-то сразу же словила неодобрительный взгляд от подруг. — Что вы так на меня смотрите? Рысь улыбнулась. Зои, вероятно, всегда было легко найти друзей с такими-то данными экстраверта. Бобби сидел, будто статуя, бесшумно потягивая кофе из стакана и стараясь не отсвечивать. — На самом деле, нет, не надо. Я уже всё о вас знаю, охотницы на демонов. Бобби подавился кофе. — Рысь! — вскрикнули HUNTR/X в один голос. — Ой, да ладно, ваши ночные поединки с демонами сняли на видео уже все, кому не лень. Сеть от них просто по швам трещит. — Но там ведь очень трудно разглядеть, что это мы! — возразила Руми. — Правда? — Рысь усмехнулась, — Полосатик мой милый, ты бы хоть волосы свои шикарные в бою прятала. Конспирация на уровне. — Полосатик! — Зои и Мира оценили словечко громким смехом. Надувшись, Руми мельком взглянула на подруг, явно оказавшись не в восторге от их поведения, затем инстинктивно потрогала те самые шикарные волосы, будто удостоверившись, что с ними все в порядке. — Подождите, демоны на наших концертах все это время были настоящими?! Я всегда думал, что это спецэффекты, — у Бобби мир в голове перевернулся. — Ну да, демоны существуют, — сказала Мира, всплеснув руками, — что уж теперь скрывать. Спасибо нашей гостье. — Мы врали нашим фанатам… Я врал фанатам. Какой ужас! — Бобби почему-то обеспокоило именно это. — Нужно по-прежнему все держать в тайне, Бобби, ты понял? — спросила Руми, — нам паника ни к чему. — Да я понял, конечно, вопросов нет. — Так, ладно, сейчас не до демонов, на самом деле, — сказала Рысь, тронула чокер-генератор, отключив нано-слой. Частицы расцепились, освободив ее механическое тело от брони, и спрятались в недрах генератора. HUNTR/X с менеджером на пару не поняли, как такое возможно, что это за магическая технология. Броня исчезает в реальном времени… Рысь поднялась с дивана, подошла к окну, взглянула на город. Теперь сквозь тонкую синтетическую ткань ее обтягивающего костюма просвечивались швы крышек имплантов ног. Искусственные связки ласково гудели механизмами. HUNTR/X поймали себя на мысли, что в открытую рассматривают её. Никогда раньше им не доводилось видеть подобных людей. Рысь была необычной во всем, как бы странно это не прозвучало — она словно не вписывалась в их вселенную. Они чувствовали это все вместе и не могли понять, как такое возможно. Может та странная фраза, которую они услышали в лифте… Рысь будто и не человек вовсе, а нечто среднее между машиной и живым организмом, причем разглядеть эту границу было довольно сложно. Настолько она оказалась размытой. — Если она механическая, сколько же она весит? — шепнула Зои Руми. — Тихо ты, тебя слышно вообще-то, — сказала Мира. Зои прикусила язык. — Девяносто пять килограмм без учета оружия и одежды, — ответила Рысь. Зои издала какой-то странный звук. — Черт, Линкс, с чего мне начать? Я не знаю, — Рысь будто заговорила сама с собой, затем замолчала, подождав чьего-то ответа. HUNTR/X снова начинали думать, что она не в себе. — С кем ты говоришь? Я заметила это ещё тогда, в студии, — спросила Мира. — Видите ли, я здесь не одна. Вы не против, если моя напарница займет ваш телевизор? Девушки вопросительно переглянулись. — Как «займет?» Что ты имеешь в виду? — спросил Бобби. — Давай, Линкс, твой выход. Рысь приложила руку к огромной матрице, зрачки кироши мигнули синим — телевизор включился. На экране появилась девушка в белом халате с бейджем «ISR». Она была так похожа на Рысь — словно ее родная сестра. Отличия, конечно, имелись, но небольшие: на ее красивом лице не было ни одного импланта. Она хоть и оказалась картинкой на матрице, но взирала на мир ясными, живыми глазами с блестящими изумрудными радужками. В ней не было той странной машинной примеси, свойственной Рыси, наоборот — она была жива и более чем человечна. — Мира, Руми, Зои, — она помахала им сквозь экран, — Бобби, — с ним Линкс поздоровалась более официально. Он кивнул, но сам не понял, кому кивнул. — Это что, какая-то запись? — спросила Руми. — Эй! Я никакая не запись! — Возмутилась Линкс, «прилипнув» к экрану с внутренней стороны, — я вообще-то вполне себе жива, хоть и существую теперь только на электронных носителях. — Тогда кто вы, позвольте узнать? — спросил Бобби. — Я… Я доктор Кассандра Линкс, ведущий специалист отдела пространственных исследований в ISR. — Бывший ведущий специалист, — уточнила Рысь. — Да, ты как всегда права, моя механическая спутница, — она на секунду опустила взгляд, будто вспомнив о чем-то очень-очень грустном. HUNTR/X нутром почувствовали ее печаль. — Давайте я начну с того, что мы с Рысью родом совсем не отсюда, из других далёких мест. — Очень далёких… — поддержала Рысь. — Об этом мы уже и так догадались, тогда из какой страны вы к нам приехали, из Штатов? — спросила Мира. — Нет, вряд ли из Штатов, — сказала Зои. — Нет, вы меня не совсем поняли, — продолжила Линкс, — скажем так, мы с Рысью… Мы из другого пространства, из другого мира, населенного людьми. — То есть, вы сейчас на полном серьёзе нам рассказываете о теории мультивселенной? — Мира потянулась в кресле. — Но это же выдумка, разве нет? — спросила Зои, взглядом ища поддержки у подруг. Они согласились с ней. — Ох, Линкс, тут тяжёлый случай… — сказала Рысь. Линкс потерла электронный лоб. — Мультивселенная… Как только не называют это явление. К сожалению или к счастью, но вам придется поверить в ее существование. Взгляните на Рысь, в ее теле восемьдесят процентов имплантов, в вашем мире есть подобные технологии? HUNTR/X задумались. Бобби — тоже. — Итак, мы с Рысью пришли к вам из другого мира. Мы вообще часто прыгаем между мирами, считайте, что это уже наша профессия. — И какова цель этих «прыжков»? — поинтересовалась Руми. — По-разному бывает, в этот раз вот нужно было спасти популярную группу, чтобы их мир не погиб. — То есть как не погиб? Нас бы правда там убили? — спросила Мира. Чувствовалось, как ее непоколебимая уверенность дала трещину. — Если вы целенаправленно пришли в наш мир, получается вы знали, что на нас нападут… — Руми нахмурилась, — как такое возможно? — К сожалению, когда мы пришли к вам в мир, то AL уже прикончил вас. Факт остаётся фактом, сегодняшнее ваше интервью закончилось бы большой трагедией. Вы заметили, что моя ветровка до сих пор мокрая? — спросила Рысь. — AL — это то существо, я правильно понимаю? — спросила Руми. — Ну да, он же издавал звук, в котором фигурировали две эти буквы! — догадалась Зои. Они посмотрели на Рысь, Зои вдруг сказала: — Но погода сегодня хорошая, а ты словно под дождь попала, как такое может быть? — Зои, ты во все готова поверить, а если она просто под краном намочила одежду? — сказала Мира. — На самом деле я действительно не попадала под дождь, просто мне пришлось драться с ALом на площади в центре города сегодня вечером. Меня облило водой из фонтанов. — Пришлось драться сегодня вечером… — Бобби удивлённо поднял брови, — звучит, как бред. — Все равно я не верю, мне нужны доказательства, — сказала Мира, скрестив руки на груди. — Сказать можно что угодно, — поддержала Руми. — Да! — Зои присоединилась к подругам, будто не она три секунды назад верила Рыси. — Так как тех событий ещё не существует… — начала Рысь, — Линкс, ты сохранила запись эфира с вечерней церемонии прощания? — Конечно, ты ещё спрашиваешь? Она исчезла с экрана телевизора, запустила видео. Съёмка велась с вертолета. Вечер, площадь Кванхвамун, инфографика государственного канала, памятник, в котором HUNTR/X узнали себя, и море фанатов, пришедших почтить память. Все было сделано настолько правдоподобно, что не осталось никаких сомнений — это однозначно не монтаж. Заголовок на инфографической плашке внизу экрана гласил «Церемония прощания с HUNTR/X». Рысь дралась на площади в окружении бьющих из-под земли струй фонтанов. Дралась с огромным металлическим чудовищем, таким же чудовищем, что было сегодня в студии. Камера сняла все настолько четко, что не поверить было нельзя. Она говорила правду. — У меня даже сохранилось видео из студии, где AL напал на вас, но я считаю, что показывать его было бы не совсем уместно, — сказала Линкс, вернувшись на экран. — Да, пожалуй, не стоит, — сказал Бобби, — такого я не выдержу. — Несмотря на то, что вечерние события ещё не произошли и, вероятнее всего, не произойдут, вы все равно находитесь в огромной опасности. — Ладно, мы верим, — сказала Зои, — мы же верим, правда? — она оглянулась, посмотрев на подруг. Остальные кивнули. Мира тоже. Все ее подозрения отошли на второй план, она только позволила себе спросить: — Этот… AL, он правда убил меня тогда? — Мира, ты погибла первой, за твою смелость он порвал тебя напополам, — отрезала Рысь. Она поджала губы и больше не смела не верить. Ее подруги с ужасом шумно вздохнули. — Ладно, продолжим. Мы пришли к вам из другого мира, так как следим за распространением ALов по разломной сети. Впервые мне пришлось с ними столкнуться в моем родном мире, — Линкс вдруг замолчала, воспоминания о событиях 2899 года в Найт-сити всегда давались ей с трудом. — Линкс тогда работала в ISR над проектом, который прославил бы ее на весь мир. Она смогла создать первое математическое описание разломной сети, смогла найти способ перехода между мирами, а затем собрала пространственные врата. Там было столько открытий, что на Нобелевскую запросто бы потянуло. — Но, к сожалению, на испытаниях… — едва не плача, Линкс снова вмешалась в разговор, — врата сработали, но то, куда они открыли проход… Лучше бы они этого не делали, мне до сих пор аукается картина того жуткого мира. — ALы вторглись к ним, уничтожили все живое, Линкс удалось сбежать по чистой случайности, но она не выжила, то, что вы видите сейчас — это всего лишь энграмма, электронная копия ее сознания. Она по-прежнему ощущает себя человеком, испытывает эмоции, хранит воспоминания, но это уже не совсем та Кассандра Линкс, что была в начале. — Короче, хотите знать, что бывает после встречи с ALами? Посмотрите на меня — раньше я была человеком. HUNTR/X сидели недвижимо, пребывая в неком исступлении, на них за пять минут свалилось столько информации, что воспринимать ее становилось все труднее. В существование миллионов параллельных реальностей просто поверить-то довольно непросто, а тут говорят, что в них ещё существует какая-то угроза вселенского масштаба. — Хорошо, допустим, — сказала Мира, — ваша реальность умерла из-за неудачного эксперимента, но при чем тут мы, почему ALы напали на нас? — Понимаешь, ALы — это раса-паразит, которая уничтожает миры с нарушенной структурой. В моем мире структура нарушилась, когда я запустила врата, это было ключевое событие. Что случилось у вас, я понятия не имею, но целостность вашего H3279 сильно нарушена. — H3279? Это наш мир? — спросила Зои, допив кофе. — Именно. — Руми, что могло у нас случиться? Вроде же все в порядке, — спросила Мира. Руми задумалась. — Стой, погоди. Вспомни последний концерт Saja boys. — Ну и? Нет, ты хочешь сказать? — О чем вы? — спросила Зои. Рысь посмотрела на Линкс, та пожала плечами в экране телевизора. — Хочешь сказать, что мы уничтожили Гви-Ма… Поэтому все началось? — Но ведь он был тут неизвестно сколько времени, а уничтожили его именно мы. Может быть, не стоило этого делать? — сказала Руми. — Не то, чтобы он предоставил нам большой выбор, — сказала Зои. — И то верно, — подтвердила Мира. — Когда мы прыгнули в ваш мир, то перед дракой с ALом смогли кое-что узнать. H3279 имеет две структуры, разделенные каким-то невидимым барьером, из-за него я не смогла толком исследовать вторую структуру, но ALов в ней было… — Хонмун… — тихо произнесла Мира. — Хонмун, — сказала Руми. — Хонмун! — вскрикнула Зои, подбежала к панорамному окну, — что нашим хонмуном?! — Хонмун — это тот самый барьер, правильно? — спросила Рысь. — И создали его именно вы втроём, так? — спросила Линкс. После этих двух вопросов Мира посмотрела на Руми с удивлением, будто Рысь и Линкс спросили что-то слишком банальное. — Что? Они ведь сразу тебе сказали, что из другого мира, откуда они могут знать про хонмун? У нас о нем местные-то не знают. — Но они ведь знали, что мы охотницы, нет? — Ну и что? Это не даёт им информации о наших способностях. — Так и что с Хонмуном? — Рысь перебила их. — Да, сначала мы поддерживали хонмун, созданный прошлыми охотницами, затем его практически уничтожили и пришлось создать новый, — объяснила Руми, — способности передаются из поколения в поколение трем избранным девушкам с незапамятных времён. — С помощью силы голосов охотницы могут сдерживать натиск демонов и не пускать их в наш мир. Во вторую структуру нашего мира, как ранее выразилась доктор Линкс. Хонмун питается фанатской преданностью и любовью. Поэтому чем выше популярность нашей группы, тем сложнее демонам пробиться к нам, — Мира помогла подруге закончить рассказ. — Хонмун все ещё цел, ни одной пробоины, — радостно сообщила Зои, смотря в окно. — Она может его видеть? — спросила Рысь, указав большим пальцем через плечо в ее сторону. — Да, мы все можем его видеть. Бобби сидел, белый, словно стена, окрашенная водоэмульсионкой. От подобных откровений ему становилось не по себе. Он ведь всегда думал, что HUNTR/X — всего лишь популярные певички, отчаянно нуждающиеся в его помощи. А сейчас оказалось, что это они защищают его от демонов. — Затем мы уничтожили Гви-Ма — предводителя демонов, без него им придется очень трудно, — Зои вернулась на диван, — возможно, демоны и вовсе исчезли, хотелось бы в это верить. — Если демоны являлись частью вашего H3279, уничтожать их было большой ошибкой. Вероятно, поэтому нарушилась структура мира, — сказала Линкс, — во всяком случае, я не могу утверждать, но вероятность крайне высока. HUNTR/X кивнули, согласившись. — В ближайшее время нам нужно быть настороже. Научить вас сражаться с ALами и… И перевооружить. Срочно. — Перевооружить, как? — спросила Руми. — Но я не умею драться ничем, кроме древкого оружия, — возразила Мира. — Бобби, вопрос к тебе, — сказала Рысь. — Да? — он очнулся от размышлений, поднял взгляд. — Сможешь найти инженера, способного создать копии их вооружения из титанового сплава и с термальными лезвиями? — Термальные — это горячие? Рысь кивнула. — Будет сложно, я полагаю… Я всё-таки просто менеджер. — Чертежи всех сложных элементов я предоставлю, — сказала Линкс. — Я постараюсь… — Помни, твои девочки в опасности. Чем быстрее сделаем им оружие, тем… — Я понял, — он поднялся с дивана, оставив стакан, поспешил удалиться.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ