Пять раз, когда Кроули использовал свой галстук неправильно

2560 г. до н.э. Египет.

Был отличный день. Жаркий, как и любой другой в Египте. Сухой, как обычная пустыня. И солнечный, как щедрый дар бога Ра. Кровлей усмехнулся и прислонился голыми лопатками к теневой части блоков, отобранных для строительства пирамиды. Кожу тут же болезненно прижгло, но демон благородно это вытерпел и почесал веснушчатое плечо. Да, сегодня бог Ра точно не скупился на солнечные лучи: они благополучно расцеловали всё тело демона. Особенно его бесило безобразие, которое творилось на лице. Дело было не в странной форме зрачка или цвете глазного яблока; крохотные пятнышки покрыли всю переносицу и немного щёки. Кровлей будто понюхал какой-то редкий в этих краях цветок, а потом чихом разогнал пыльцу по коже. На загоревшем теле веснушки смотрелись странно: то сияли на солнце, то чернели в тени. Хотя Кровлей, конечно, предпочитал второй вариант. Демон откровенно забавлялся подходом местных людей к вере: за каждое жизненное благо они придумали себе определённого бога. Вот его, например, приписали к жрецам Бога Ра — мол, только одно во всём мире существо может поцеловать веки для того, чтобы породить под ними солнце. Кровлей особо и не сопротивлялся такой трактовке, с ухмылкой слушая споры египтян по поводу его зрачка. Кто-то считал, что в небе не может быть три солнца, поэтому Ра полоснул по его глазам копьём. Другие думали, что через эти зрачки за ними следит сам Ра, ведь через круглые его все бы сразу заметили. Третьи — о, Кровлей их просто обожал! — были убеждены, что никакой он вовсе не жрец, а просто дьявол в облике змеи, посланный для того, чтобы помешать божественному плану. К сожалению, таких гениев в народе было меньше всего. Кровлей потянулся к своему кувшину, но, как и ожидалось, воды в нём не было. Демон расстроенно свёл брови и перевернул глиняную посуду — из неё не упало ни капли. — Конечно, в такую жару и самому высохнуть недолго, — пробормотал он, облизнув тонким языком потрескавшиеся губы. Кровлей вернул кувшин на песок, а сам осторожно прислонился затылком к блокам. Он впахивал на этой стройке едва ли меньше, чем простолюдин. Негоже жрецу таким маяться, конечно… Впрочем, передохнуть демону так и не дали: только он почувствовал, что погружается в дрёму, как услышал бурные переговоры у подножия будущей пирамиды. Кровлей приоткрыл один глаз, подмечая у сеятеля бунта среди его людей голубой лоскут на шее. «Только не это, — мысленно простонал он, жмурясь. — Ещё вас, хреновых советчиков, именно здесь мне и не хватало». Он отвернул голову в противоположную от сыр-бора сторону. Ну уж нет. Ни с кем разбираться он не будет. Подумаешь, ручные людишки фараона. Не его это дело. — Но жрец сказал… — Да, приказы отдавал жрец Бога Ра!.. — Может, нужно выслушать и его мнение тоже?.. «Вот и передохнул», — подумал Кровлей, нехотя поднимаясь с песка. Он поправил низкий хвост, стянутый водорослями из Нила, и нерасторопно зашагал по горячему песку к конфликтующим. — Ну, чего разорались? — прикрикнул он на людей. — Лучше бы свою силу, которую вы тратите на бессмысленные споры с царями, вы потратили на исполнение долга! Кровлей прищурился и хотел было наградить осуждающим взглядом очередного прихвостня фараона, но с удивлением узнал его и захлопнул рот. Азирафаэль, явно позабавившись такой реакцией, вежливо улыбнулся и для пущей убедительности потряс пергаментом, который держал в ладони. Пауза затягивалась. Среди людей пошли шепотки. На неосторожно брошенную кем-то из толпы фразу «Я никогда не видел, чтобы жрец удивлялся» усмехнулся даже Азирафаэль. «Предатель!» — беззлобно подумал Кровлей. А вслух сказал: — Хорош рты разевать. — Он хмуро оглядел каждого из врученных ему работников. — Передохнули? Шуруйте к пирамиде. Община переглянулась, но, не решаясь возражать, всё-таки разошлась по своим рабочим местам. Кровлей и Азирафаэль, дождавшись, когда толпа рассосётся, наконец оценивающе оглядели друг друга. Ангел, в отличие от Кровлей, был в довольно закрытой белой одежде и с чертовым голубым лоскутом на шее. — Воды Нила приполз мутить, змий? — полюбопытствовал Азирафаэль, взглядом задержавшись на веснушчатых загорелых плечах. Чему-то улыбнувшись, он ткнулся носом в пергамент. — Но-но! — Кровлей победоносно дёрнул жёлтую полоску на шее. — Жрец Бога Ра, попрошу побольше уважения. Азирафаэль фыркнул. — Я визирь фараона. — И надо оно тебе? — Кровлей прикрыл ладонью глаза от поднятого ветром песка. — Подтирать царские сопли и записи за ним вести. — А ты у нас что, действительно сны толкуешь? — не остался в долгу Азирафаэль. — Подношения совершаешь, Ра молишься? — Убереги Ад, — натянуто улыбнулся Кровлей. — Я сплю на тёплом песке и иногда раздаю рабам подзатыльники. Демон, раскинув руки, медленно потянулся. Ткань на бёдрах немного сползла вниз и он ленивым жестом её поправил. Азирафаэль молча проследил за его действиями и неодобрительно покачал головой. — Это не рабы. От каждой общины… — Да-да, я знаю, — отмахнулся Кровлей. — Благотворительные рабы, если тебе угодно. Ты сам-то чего пришёл? — Я должен руководить всей стройкой, — гордо заявил Азирафаэль. — И у меня тут… Сейчас… Вот! Кровлей заглянул в предложенную бумагу без особого энтузиазма. — Пирамида — это не только хранилище тела усопшего, но и проводник его души в мир иной. Важно соблюсти все детали… Э… — Сатаны ради, дай сюда. — Кровлей выдернул у Азирафаэля пергамент и сжал в тонких пальцах. Бумага вспыхнула, пеплом разносясь по пустыне. Произошедшее доходило до Азирафаэля подозрительно долго. А когда дошло, то его лицо вытянулось, и он возмущённо дёрнул демона за руку, будто надеясь, что хотя бы крохотная часть свитка застряла между пальцами и уцелела. — Что ты себе позволяешь, змий! — На возмущённый возглас обернулось несколько людей. — Там же… Там был приказ… — Это просто тупая бумажка с тупыми символами, — блаженно протянул Кровлей, наслаждаясь выражением лица собеседника. — Надо не в пергамент смотреть, ангел мой, а вокруг. Кровлей вырвался из крепкой хватки и перетёк к левому плечу Азирафаэля, осторожно обхватив его за правое. Тот насупился, явно оскорбленный выходками всяких прохвостов-змеев, но вырываться не спешил. Уголок губ Кроули дёрнулся. — Расположение пирамиды должно соответствовать всем параметрам, так? Левый берег Нила, граница с пустыней. Туточки и удобный в строительстве известняк. А здесь… — Кровлей повернул Азирафаэля и вытянул вперёд свободную руку, указательным и большим пальцем «увеличивая» изображение ещё недостроенной пирамиды. — Вход с северной стороны, но при этом… — Демон мазнул пальцем по увеличенному изображению, открывая вид на пирамиду сверху, и слегка уменьшил масштаб. — Стороны пирамиды будут точно смотреть на север, запад, юг и восток. Этого же хочет Хеопс, так? Величественную огромную усыпальну с идеальным местоположением и… — Но какая тебе с этого выгода? — перебил его Азирафаэль. — В будущем часть пирамиды отвалится, а людишки будут убеждены, что её отгрохали инопланетяне. Саркофаг будет пуст, тела фараона нет. Сплошные идеи для полета фантазии учёных. Очень головоломательно. — Тебе просто нравится, что твоему внешнему виду нашли оправдание, поэтому ты хочешь задержаться здесь подольше, — улыбнулся Азирафаэль, снимая загорелую руку со своего плеча. — Кто я такой, чтобы спорить с божьим посланником? — ухмыльнулся Кровлей, взмахом ладони убрав увеличенное «изображение» пирамиды (направленный в его сторону скептический взгляд был благополучно проигнорирован). — Обязательно было ради своих фокусов сжигать пергамент? — сморщил нос Азирафаэль. — Ты слишком расслабленный рядом со мной. Нужно же периодически напоминать о том, что я демон. — Ты спал в тени строительных блоков и бегал под солнышком до веснушек на рёбрах, а теперь ждёшь, что я убегу в страхе? — План был примерно такой, да. Они обменялись смешками и одновременно взглянули на неустанно трудящихся египтян. Тёплый ветер подгонял работяг, а клонившееся к вечеру солнце мотивировало на продуктивное выполнение поставленных задач. Новое строение появлялось буквально на глазах. Азирафаэль случайно соприкоснулся своей рукой с рукой Кроули, когда разворачивался, чтобы уйти к фараону с отчётом об успешно продвигающемся строительстве. Демон, провожая его взглядом, почему-то расплылся в улыбке. «Забавный, — подумал он. — Забавный для того, чтобы выводить его из себя почаще». Он снова обратил своё внимание на египтян и сложил руки за спиной. Да, точно. Скоро же ужин.