Кому нужен ангел-бунтарь?

Вскоре Пакс очнулась от воспоминаний. За это время падший сидел за столом и что-то рассказывал, но Мари не слушала. Она лишь села на противоположный край стола и стала представлять своего собеседника в мыслях. Он уже не казался ей странным или пугающим. Он напомнил ей святого человека. «Ну так что, попробуем?» — этот вопрос вывел Мари из её «лимба». «Попробуем что?»— неуверенно произнесла девушка. «Я же говорю,кровь ангела лечебна. Позволь только…» — Риа встал из-за стола, подошёл к Пакс и снял её пожелтевшую от старости повязку. За ней он увидел закрытые глаза, но стоило ему приподнять веки, как ему открылась страшная картина: полузгнившие глазные яблоки с четырьмя дырочками, по две на каждом. От этого Риа чуть не вырвало, но он сдержал позыв и капнул из ёмкости по капле крови сначала на один глаз, а затем на другой. «Ай!» — закричала девушка. Ей стало невероятно больно, но что это? Она видит?! Пускай и размыто, но это в любом случае лучше, чем тьма. «Помогло?»— надеясь на положительный ответ, ангел не мог усидеть на месте. И тут к нему повернулась уже не слепая девочка с изуродованными глазами, а девушка с ярко-янтарными глазами. «Я вижу?»— Мари была не столько в шоке, сколько в замешательстве. Ведь восемь лет в слепоте убедили её, что эта печать «урода» с ней навсегда. Мари нащупала стул, на котором сидел Риа; тот встал, уступая даме место. —Плохо, да? —Да. И тут падший ангел соскочил со своего места и направился в сторону ванной. Вскоре он вернулся, держа в руках два стеклышка, что держались на серебряной извилистой проволоке. Упав с лица Риа, они скололись с краю, но это было ничто по сравнению с тем, что происходило сейчас. Девушка приняла их из рук ангела и надела. Перед ней открылась картина: старинная обстановка, словно из девятнадцатого века. И стоял паренёк высокого роста. На его устах сияла улыбка, глазницы были пустые, а выцветший костюм идеально подходил под обстановку дома. Моргая глазами и не веря в происходящее, Мари ходила по своим хоромам. Она никогда не видела этот дом — раньше он принадлежал бабушке и дедушке, которые оставили его ей. До инцидента с отцом Мари никогда не посещала дом бабушки и дедушки. Осмотрев дом, глаза Пакс снова упали на таинственного гостя. За его спиной торчали два гнилых отростка, словно когти. «Сэр,неужели ваши крылья стали такими после войны с… как их там?» — все оставшиеся сомнения Мари в правдивости рассказа ангела пропали. «С Небесами»,— ответил Риа. Ему было больно говорить о собственных крыльях. «А можно ещё один вопрос?»— девушке было интересно узнать, как зовут того, кто вернул ей то, что было дороже золота. Получив ответ, Пакс тут же умудрилась придумать забавное прозвище: «Значит, буду звать тебя Ри». Ангел опешил.Ему было интересно узнать, откуда девушка брала весь тот оптимизм, что в ней был, ведь даже без зрения она была весела. Этой паре пришлось прожить немало вместе. Мари всё рассказывала о кузене, на которого так сильно походил «Ри», а ангел смиренно слушал; ему была приятна компания. Спустя тысячи лет он вконец-то чувствовал себя в безопасности. Мари стала его спасением от всех проблем. Он узнал, что кузен познакомил Пакс с друзьями. Те сначала не понимали: зачем она носит эту повязку? Но стоило им всё рассказать, как они сразу же стали извиняться. С той поры Мари знакомилась с каждым, кто проявлял к ней внимание, а для тех, кому нужна была помощь, она была готова перевернуть землю. Это были лучшие времена в жизни Риа — не то что на Небесах, где его заставляли постоянно улыбаться. Не то чтобы ему хотелось плакать, но за нарушение правил его были готовы чуть ли не убить. Так прошло три месяца. Сидя за столом, Мари и Риа всё так же вели свои диалоги, как вдруг в дверь постучали. Впервые ангел проявил инициативу и отворил дверь. Оттуда в дом ворвался яркий белый свет, из которого появились возвышающиеся ввысь крылья. Ри, поняв, что что-то не так, резко отстранился в сторону и, как ни странно, не прогадал: из света вырвалась золотистая острая пика, привязанная за такую же золотистую верёвку. Тут из света вышел ангел. «Экзорцист», — проскрипел Риа. Тот, видимо, либо не заметил «дефектного» за дверью, либо просто не знал, что тут кто-то есть. В руках он держал странное устройство, чем-то похожее на человеческий гарпун. Экзорцист затягивал верёвку обратно, что-то ворча себе под нос. На его талии был закреплён серебряный меч, который Риа вытащил и обезглавил экзорциста. На звук тут же прибежала Мари — она сделала это ещё тогда, когда услышала грохот от пики, но решила постоять в стороне, увидев постороннего. Экзорцист же был занят перезарядкой гарпуна и не обратил внимания на хозяйку дома. После того как обезглавленное тело упало, Пакс выбежала к ангелу и начала расспрашивать, что случилось. Тот, в свою очередь, и сам не понял, что произошло, но осознавал, что «они» вернулись. Вспомнив про гарпун, Риа понял — нового оружия экзорцистов уже и след простыл. Оно испарилось, впрочем, как и тело экзорциста. Вопросов у Мари становилось всё больше, но на те, что знал сам Риа, он уже ответил. Дело в том, что если кровь ангела не в силах его вылечить, то физическая форма пропадает, оставляя только дух. Сам дух безвреден, однако он может приманивать различные неприятности, и для борьбы с предателями, чей дух оставался невредим, были созданы такие мечи. Они были способны заточить душу в себя, не давая ей возможности контактировать с миром. После этого случая нападки со стороны Небес продолжились. «Неужели они не устали терять своих?» — этот вопрос звучал в голове Риа каждый раз, когда он отрубал голову ангелам. Это был единственный способ лишить их физической формы. Голова — слабое место ангела; если её повредить, то «золото» уже не спасет. Конечно, если порвать себе рот или расцарапать лицо, это быстро заживёт, но если рана слишком глубокая, то ангела уже не спасти. Со временем сам Кукловод начал выходить на связь, пользуясь другими ангелами, беря их под контроль. Он предлагал вернуть те времена, когда Риа не дали эту проклятую должность. Но Риа и слушать не хотел. В очередной раз, отрубая голову такой «кукле», он не заметил, как на него нацелили гарпун. Это увидела девушка, которая бросилась спасать своего друга. Со словами: «Ри, берегись!» — она оттолкнула его от линии прицела, сама попав под удар. Увы, но на землю рухнуло уже тело девушки с изуродованным, окровавленным лицом. В некоторых местах проглядывали кости; когда экзорцист начал перезаряжать гарпун, в ране на голове девушки стал виден раздробленный череп, а за ним — мозг. К сожалению, девушка умерла — в муках или нет, уже никто не узнает. Она просто лежала на траве. На тот момент прошёл уже год с момента их встречи. За год Риа сильно изменился. Лежа на земле после толчка девушки, Риа увидел лишь окровавленное тело, из которого потихоньку выползала пика. Зрачки ангела задрожали. Тело онемело. Руки тряслись, как после пары десятков шотов крепкого виски. Ангел закричал; его крик был пронзителен. Если бы не хладнокровие экзорцистов, то они были бы в слезах. В крике звучала вся боль, все страдания, что Мари смела в одну кучу и выбросила. Казалось, в нём было слышно: «Вы забрали у меня последнее, что давало мне причину жить». К моменту, когда крик Риа стих, экзорцист уже почти перезарядил гарпун. И вот — готово. Но тут из ниоткуда — резкая боль в районе живота. Посмотрев вниз, экзорцист увидел лезвие меча, хорошенько облитое золотистой кровью. Тут Риа вытащил меч, солдат Небес упал на землю в надежде на исцеление кровью, но Ри замахнулся огромным серебряным клинком и ударил ровно по середине головы экзорциста. После чего рухнул на землю сам. Понимая, что времени у него немного, он схватил уже начинавший исчезать гарпун, наставил его к своей голове и, думая о той, что его приняла, нажал на курок. Глупо было предполагать, что его счастье найдёт его и Небеса так просто отпустят. Тот, кто провинился перед Кукловодом, будет наказан — все об этом знают. Но такие, как Риа, не знают всего, что может с ними случиться. Они жертвуют собой ради других, как правило, не понимая, что это будет стоить им головы. Примерно так и закончилась история любимчика Небес, павшего в их глазах. Зачем же Риа так сделал? Просто он нашёл в себе силы закончить свои мучения.