Десять лет о тебе.

      Мягкий солнечный свет заливал выложенную декоративным камнем улицу, кое-где шуршали желтеющие листья японских кленов, кидая ажурные тени на ближайшие здания, оранжевыми красками пестрил благоухающий османтус, наполняя воздух теплым приторным ароматом, слышались разговоры, шум проезжающих мимо машин и глухой стук каблуков осенних сапожек. Кокетливые бордовые астры вперемешку с яркими бархатцами дружно сидели в тесной каменной клумбе и заглядывали в большое панорамное окно, выполненное на французский манер. Там же, за всем этим стеклянным великолепием длинные тонкие пальцы скользили по шерстяной костюмной ткани, выложенной на огромном швейном столе и ловко вкалывали в нее портновские булавки под легкие нотки джазовой музыки, выставленной почти на минимум — чтобы не было слишком громко, и чтобы разбавить тишину в перерывах между тяжелыми вздохами.       Черные брендовые кроссовки мягко касались каменной кладки, широкие джинсы складками собирались внизу, черная футболка идеально сидела по фигуре, а ремень небольшой сумочки со всем необходимым был перекинут через плечо. Чонгук, не спеша, но целенаправленно шел в конкретное место, а длинноволосая пятилетняя малышка, наряженная в светлое платьице и красные туфельки гордо вышагивала рядом, держась за руку. Салон по пошиву мужской одежды заметно выделялся среди остальных заведений на этой улице. Его фасад с большими окнами и вензельными буквами в названии привлекал внимание издалека, а сезонные цветы, обновляемые в течение года, были идеальной визитной карточкой. Приятный звон колокольчика на двери заставил Чонгука улыбнуться и пропустить малышку вперед. Они вошли и оказались в царстве пиджаков, костюмов и брюк. Округлый зал был завешан одеждой. Светлые молочные оттенки плавно переходили в песочные и бежевые, затем они превращались в кофейные и коричневые, а после становились темными. На отдельной витрине висели костюмы неклассических, ярких расцветок. Девочка, громко стуча каблучками туфель, устремилась куда-то вглубь, а Чонгук замер от предоставленного выбора костюмов.       — Чем я могу помочь столь юной госпоже?       Мягкий бархатистый голос заставил Чонгука вздрогнуть.       — Малышка пожаловала одна, или привела маму и папу?       Голос стал ближе и Чонгук сделал шаг в его направлении. Но не успел он пройти и метра, как из-за манекенов показался мужчина, а внутри парня все словно оборвалось.       — Добрый день, — подойдя ближе, сказал продавец.       — Ким… Тэхен… — только и смог выдохнуть Чонгук.       — Чон Чонгук, — мужчина заметно напрягся, но в следующую секунду оттаял. — Чем я могу помочь?       — Этот! — крик маленькой девочки со звоном разрушил тишину в помещении.       Малышка оттягивала за штанину бордовый костюм.       — Херин! Не трогай! — тут же сорвался с места Чонгук. — Нельзя в магазинах ничего вот так дергать!       — Прости, — девочка отпустила ткань и помрачнела. — Я просто хотела помочь.       — У нее прекрасный вкус, — улыбнулся Тэхен, — так чем я могу помочь вам?       — Мне нужен костюм… на свадьбу… — выдавил из себя Чонгук.       — Вау… Какая цветовая гамма? Какое платье у невесты?       — А, эм… — замялся парень, — я не знаю…       — Не знаешь? — поднял брови Тэхен. — Ну… хотя бы приблизительно. Сейчас делают тематические свадьбы в разных оттенках, но если у вас классика, тогда могу предложить…       — Мама будет в белом! — свела брови к переносице малышка. — А папа будет в темно-зеленом! Гости-мальчики должны быть в темном или синем!       — А гости-девочки? — с улыбкой поинтересовался Тэхен.       — В любом! — топнула ножкой девочка, а затем, сделав усталый вид, залезла на причудливую софу и скрестила руки на груди.       Повисла неловкая пауза.       — Я забыл, — Чонгук слегка почесал затылок, встряхивая черные слегка отросшие волосы.       — Я позвоню сестре и узнаю. Сейчас, минутку.       Тэхен кивнул.       Пока Чонгук, отойдя к окну, делал очень важный звонок, Тэхен уже наливал чай и нес конфеты малышке.       — Дяде нужен костюм на свадьбу, он должен быть самым красивым! Ему нужно найти себе жену!       — Ах, вот оно как, — кивнул малышке Тэхен.       — Да. Мама с папой уехали на несколько дней в отпуск, поэтому я живу у дяди Чонгука, а он постоянно все забывает.       — Тогда я должен помочь твоему дяде найти жену.       — Темно-синий подойдет, — послышалось сзади. — Там нет никакого дресс-кода. Свадьба не очень пышная, для друзей. Мужчины в темном, женщины в светлом.       Тэхен молча обернулся, глянул на костюмы, затем окинул взглядом Чонгука и ушел вглубь зала. Спустя пару минут он уже выкатывал вешалку с несколькими вариантами двоек и троек в темно-синих оттенках.       — О, мне нравится, — улыбнулся Чонгук, — особенно вот эти два в полоску.       Парень прошел в примерочную, а Тэхен отправился за галстуками и бабочками. Когда он вернулся, шторка отодвинулась.       — Идеально сидит! — сказал своему отражению в зеркале Чонгук.       Он был в брюках и пиджаке. Тэхен отложил все, что принес, в сторону и осмотрел парня. Затем, недолго думая, он подошел ближе, опустился перед ним на колено и взялся пальцами за пояс брюк. Пару раз дернув ткань, он прищурился, а затем поднялся, обошел Чонгука сзади и приподнял пиджак:       — Нет, снимай.       — То есть? — округлил глаза Чонгук.       — Крой не твой. Сидит плохо.       — Но идеально же!       — Нет. Ягодицы слишком обтягивает, впереди некрасиво. Пиджак маловат в груди и спине. Тренажерный зал — это, конечно, хорошо, но думаю, тут нужен индивидуальный пошив. Сейчас примерим еще парочку. Костюм не должен так сидеть.       — По-моему, все равно… Я не ношу такое. Это мне на один вечер, и то я собираюсь оттуда сбежать. Зачем тратить большие суммы на то, что тебе потом будет не нужно?       — Я сделаю скидку, — пробормотал Тэхен.       — Не нужно.       — Я не могу отправить тебя на такое событие в костюме, который сидит на тебе как тряпка. Более того, вон та госпожа в красных туфельках сказала сделать тебя красивым.       — Херин, — позвал девочку Чонгук, — скажи, тебе нравится?       — Неа, — помотала головой малышка.       Тэхен улыбнулся:       — Слушай, что говорят женщины.       — Началось, — выдохнул парень.       — Нужно снять мерки. Раздевайся.       — Может быть, я примерю те костюмы?       — Нет. Пустая трата времени. Этот синий безумно тебе идет. Я сошью такой же, но сидеть он будет идеально. Раздевайся.       Чонгук задернул штору, а Тэхен отправился к своему рабочему месту за блокнотом и измерительной лентой. Он остановился около своего стола, поджал губы, бесшумно выдохнул и посмотрел за окно, где на него с каменной клумбы игриво смотрели астры и бархатцы.       — Новенький такой красивый, ну прям загляденье, спортсмен! — шептались девушки, заходя в аудиторию. — Правда, молчаливый, но все творческие люди такие. А мы, между прочим, дизайнеры будущие!       Ким Тэхен был преподавателем мировой истории. Тридцатилетний мужчина днем читал лекции в университете, а вечером воспитывал маленького пятилетнего сына и переживал последствия тяжелого развода. Оставшись один, Тэхен хотел сделать максимум для своего ребенка, поэтому не стал запрещать бывшей жене видеться с мальчиком.       Раскол в их отношениях случился через два года после свадьбы. Маленькому Намджуну тогда было два. Его жена, Юна, выйдя на работу, сильно охладела к своему мужу и ребенку, а вскоре начала задерживаться допоздна и закатывать истерики по любому поводу. Тэхен сначала не понимал, что происходит и пытался разобраться во всем, но было уже слишком поздно, когда девушка заявила, что хотела совсем не такой жизни, не в таком доме и не с таким мужем. Она назвала Тэхена скучным индюком, который любит только постельный секс, и то раз в неделю, не водит ее в рестораны и все внимание уделяет ребенку. Юне же хотелось быть всегда на первом месте, чего, по ее словам, Тэхен давать ей больше не мог. Три года сложных отношений закончились разводом. Тэхен старался сохранить семью до последнего, но видя, как страдает маленький Намджун, не выдержал и решил избавиться от жены, более того, она сама этого хотела. Зарплаты лектора хватало для того, чтобы прожить вдвоем, и как только Юна съехала, в их маленьком доме воцарился покой. Намджун перестал плакать ночами и просыпаться от кошмаров, а Тэхен заметил, что его лицо больше не выглядело уставшим.       Мировая история всегда привлекала Тэхена, но более интересным для него была одежда. Он интересовался историей костюма и мечтал когда-нибудь открыть свое ателье и отшивать там уникальные вещи.       Аудитория постепенно наполнялась студентами, а Тэхен сидел за столом и листал свой журнал. Как только все собрались и успокоились, а помещение погрузилось в тишину, дверь скрипнула и на пороге показался парень. Он выглядел совсем не так, как здешняя молодежь: осветленные волосы, куча пирсинга на лице, яркого цвета худи, широкие джинсы. Полное недоразумение на фоне делового стиля местных студентов. Промелькнула мысль, что он был приезжим. Ведь сам Тэхен был родом из Тэгу, но жена уговорила его переехать в Сеул.       — Здрасте! — кивнул новенький и, подойдя к кафедре, занял свободное место в первом ряду.       Тэхен молча кивнул в ответ и, поздоровавшись со всеми, начал свою лекцию. Стоя внизу, около доски, Тэхен всегда любил наблюдать за тем, как ведут себя его студенты. Чаще всего они сидели с серьезными лицами, иногда переговаривались, и постоянно что-то записывали в свои конспекты. Но новенький не был таким. Он сидел молча и смотрел на Тэхена. Тетрадь у него отсутствовала, ручка — тоже. Он ничего не записывал, а лишь кивал Тэхену, когда тот делал паузы.       — Может быть, кто-нибудь из вас расскажет, какое крупное событие случилось в этом году? — обратился к аудитории Тэхен.       Ученики затаились и только яркий парень с первого ряда с улыбкой тянул руку вверх.       — Молодой человек, — указал на него Тэхен, — представьтесь, пожалуйста, для начала.       Парень встал:       — Чон Чонгук, Пусан, двадцать лет. Не пью, не курю.       Аудитория разразилась смехом.       — Отлично, приятно познакомиться, — улыбнулся Тэхен. — Расскажите пожалуйста, что произошло в этом году?       И Чонгук начал говорить. Его речь была четкой, несмотря на акцент, который он старался прятать. Он говорил долго и понятно, выдерживал паузы и ловил каждый жест Тэхена. Тэхен не перебивал. И только когда Чонгук подвел свою речь к концу, срезюмировав все, о чем сказал, он низко поклонился и сел на место.       — Похвально, — кивнул Тэхен. — Должно быть, вам и правда интересна мировая история, в отличие от остальных здесь.       — Родители заставляют, — пожал плечами Чонгук, — я не могу с этим ничего поделать.       Тэхен опустил глаза. Эта фраза почему-то мгновенно заставила его подумать о маленьком Намджуне и он точно решил, что не будет давить на сына.       Когда лекция закончилась и аудитория опустела, Чонгук подошел к Тэхену и поклонился:       — Спасибо большое, лектор Ким. Вы удивительно рассказываете.       — Это моя работа, — отмахнулся Тэхен. — Меня, в свою очередь, поразили ваши знания.       — Я просто должен быть лучшим, — улыбнулся парень.       Тэхен кивнул. Он сделал шаг в сторону выхода, но Чонгук оказался перед его носом:       — Господин Ким, мне очень неловко просить вас, но не могли бы вы, эм… Я тут новенький, не могли бы вы показать мне, где столовая?       — Ах, конечно, пойдем. Сейчас по коридору налево, там по лестнице на первый этаж.       — М, спасибо, — сказал Чонгук и свернул направо.       — Чонгук, налево! — крикнул Тэхен, выйдя из аудитории. — Лево — это там.       — А, — оглянулся парень, точно.       Тэхен взял все необходимое и подошел к Чонгуку:       — Готов?       — Да! — шторка распахнулась.       Чонгук стоял в черных боксерах и носках и мило улыбался.       Чонгук стоял, подпирая плечом дверь университета. Тэхен заметил его, когда вышел на улицу.       — Чонгук, ты зачем посещаешь мои лекции по несколько раз? Так материал лучше не усвоится.       — Я готовлю один проект, — ответил парень. — Мне нужно больше информации. Боюсь что-то упустить.       — Какой проект? — поинтересовался Тэхен.       — Хочу завоевать кое-что… кое-кого…       — Ох, — мужчина ухмыльнулся, — в истории полно примеров, когда из-за женщин рушились целые города! Но…       — Господин Ким, вы свободны сейчас?       — Сейчас? Ну… сейчас у меня есть кое-какие дела, а что ты хотел?       — Хотел знать, каково это — быть тридцатилетним.       — Ха-ха, — ухмыльнулся Тэхен, — ну это… прекрасно, знаешь ли… Жизнь идет, ты становишься мудрее. Каждый возраст прекрасен.       — Вы красиво одеваетесь, лектор Ким. Брюки отлично сидят на вас, а рубашки… м, вам нравится винтаж?       — Чонгук, — ответил Тэхен с небольшой паузой, — ты слишком наблюдателен.       — Просто вам это действительно идет.       — Спасибо.       — Так вы свободны, лектор Ким?       — Мой рабочий день окончен и я могу считать себя свободным.       — Тогда… м… можно мне с вами прогуляться? Как вы добираетесь до дома?       — Я…       Тэхен прервался. Он отвел взгляд в сторону, а затем вернул глаза на Чонгука.       — Мне нужно в детский сад, чтобы забрать своего сына.       Чонгук помрачнел и опустил взгляд.       — Сына…       — Да. Поэтому мне нужно бежать. Хорошего вечера тебе. Не мерзни, ветер прохладный.       — Вы тоже… не мерзните…       — Стой ровно, сейчас все измерим.       Тэхен приложил ленту к плечам Чонгука:       — Можно было и без ленты. Я угадал до миллиметра.       — Что, моя спина слишком широкая?       — Относительно твоей талии — да. Но это распространенное явление у мужчин с похожей фигурой, особенно у тех, кто занимается спортом.       — Просто я должен…       — Ты должен быть лучшим, — улыбнулся Тэхен. — Я помню. Ты должен быть лучшим везде. Так, теперь бедра.       Он опустился перед парнем на колено и зафиксировал необходимые измерения.       — Нам еще долго? — недовольно послышалось и зала.       — Еще немного, малышка, — сказал Тэхен. — Сейчас мы вместе пойдем выбирать ткани!       — Ткани?! — подскочила девочка.       — Боже, еще ткани? — проворчал Чонгук.       — А ты думал, одежда из воздуха шьется?       — «История создания тканей» — пробубнил голос рядом.       Тэхен дернулся и закрыл книгу:       — Боже, молодой человек, вы меня пугаете.       — Не хотел, — улыбнулся Чонгук. — Интересуетесь одеждой?       — Да. Я… Я мечтаю открыть ателье.       — А как же лекции?       — Ну… — улыбнулся мужчина, — когда-нибудь потом. Кстати, что ты делаешь в столовой? Нет занятий?       — У меня важное дело, — ответил Чонгук.       — И какое такое дело? — прищурился Тэхен.       — Вы.       — Я?       — Да.       — И чем я тебе так важен?       — Вы интересный человек. Я бы хотел с вами общаться, — сказал парень.       — Мы уже общаемся.       — Не так.       Чонгук демонстративно громко отодвинул стул и сел за стол напротив Тэхена:       — Я хочу дружить с вами. Я не хочу быть навязчивым, хотя мне кажется, я именно такой. Но я правда не знаю, как мне поступить. На моем курсе все совершенно неинтересные, в этом городе вообще люди странные. У нас в Пусане они другие. Тут же я чувствую себя некомфортно. Я понимаю, что вам тридцать, а мне двадцать и, возможно, у нас нет общих тем для разговора, но…       — Но?..       — Вы интересуетесь костюмами и тканями, а мне интересны рисование и дизайн… еще я люблю спорт, и катаюсь на мотоцикле.       — Ты катаешься на мотоцикле? Это достаточно опасно, — сказал Тэхен.       — У нас из-за этого конфликты с отцом. И не только из-за этого…       — Твой отец беспокоится за тебя.       — Вовсе нет! Ему нужно сделать меня генеральным директором и свалить все на мои плечи. А мне двадцать. Я не хочу такое! Я хочу любить и развлекаться!       — Что мешает тебе любить и развлекаться?       — Все! То есть, я сам…       — Хмм, — Тэхен постучал пальцами по закрытой книге, — попробуй обратиться к психологу. Он поможет.       — Я не хочу к психологу! — повысил голос парень.       — Чонгук, послушай, — выдохнул Тэхен, — не думаю, что я лучший кандидат для дружбы. Серьезно. Дружба это то, что возникает само по себе, ее нельзя спланировать. Как чувства, знаешь? Нельзя влюбиться в кого-то намеренно.       — Знаю, — проворчал Чонгук. — Ладно. Не буду беспокоить. Хорошего дня.       Парень развернулся и ушел.       — Идемте в дальний зал. Я покажу каталоги с тканями, — сказал Тэхен, махая рукой.       Чонгук с Херин направились за ним. Второй зал был меньшего размера. Там располагалось несколько столов. За один из них, круглый, сел Тэхен и указал на кресла напротив:       — Присаживайтесь.       Он раскрыл большую папку с образцами плотных тканей, а рядом с ней положил папку потоньше.       — Ты хочешь темно-синий в едва заметную полоску, — сказал Тэхен, листая, — вот они. Выбирай.       Чонгук провел пальцами по костюмной шерсти и поднял глаза на мужчину. Херин принялась разглядывать блестящие отрезки в папке поменьше.       — Господин Ким, вы промокнете! — опередив Тэхена, остановился Чонгук. — У вас весь пиджак уже мокрый!       Мужчина глянул на машину рядом.       — Просто зонт забыл, ерунда.       — Садитесь, подвезу! — кивнул парень и открыл дверь.       — Чонгук, не стоит. Мне недалеко.       — Я настаиваю!       Чонгук был непреклонен и Тэхен согласился.       — Черт, спасибо, — выдохнул мужчина, пристегиваясь. — Откуда у тебя такая машина?       — Отец подарил. Ненавижу мерседесы.       — Ах, — ухмыльнулся Тэхен, — а что ты любишь?       — Бугатти.       Мужчина рассмеялся:       — Хороший вкус. И не поспоришь…       — Я тоже так думаю, — улыбнулся Чонгук, смотря на дорогу. — Куда едем?       — В сад. Сейчас адрес скажу. Пока что едь прямо по направлению в центр.       Приехав по указанному адресу, Чонгук остановился:       — Тэхен… прости, что так нагло перехожу на «ты», но я настаиваю, чтобы довезти тебя и твоего сына до дома. Посмотри, какой ливень!       — Не нужно. Ты и так много сделал.       — Пожалуйста…       Чонгук посмотрел на Тэхена так, что тот не смог устоять и вскоре он уже сидел на заднем сиденье автомобиля вместе с мальчиком.       — Как тебя зовут? — повернулся Чонгук, смотря на парня. — Я — Чонгук, друг твоего папы.       — Намджун, — стеснительно произнес мальчик.       — Что ты любишь есть, Намджун?       — Мороженое!       — Никакого мороженого! Дождь на улице, я не хочу, чтоб ты простыл! — строго сказал Тэхен.       — Тогда, может быть, бургеры? Как насчет того, чтобы перекусить вместе? Я слишком голоден.       — Папочка, мы едем в ресторан?       Тэхен перевел взгляд на зеркало и столкнулся с глазами Чонгука.       — Да, — кивнул мужчина, — мы едем в ресторан. Только вот не знаю, в какой. Нас везет Чонгук, куда привезет, там и будем есть.       — Ура! — радостно крикнул малыш.       — Костюмы обычно шьются из хорошей шерсти. Она плотная и отлично держит форму. Свадьба зимой?       — Нет, осенью, в октябре. Но на открытом воздухе.       — Тогда и правда нужно брать шерсть.       Тэхен сделал кое-какие заметки.       — Так, теперь подклад…       — Так откуда фигнал? — поинтересовался Тэхен, когда они с Чонгуком сидели в парке при университете.       — Подрался.       — Чонгук, я понимаю, что иногда нет вариантов, кроме как драка, но… Девушка?       — Хм, — едва слышно произнес парень. — Нет, это не из-за девушки.       — А что тогда?       — Это потому что я не такой, как все.       — Что значит «не такой, как все»? Пусанец? Это из-за акцента?       — Нет.       — Черт, — выдохнул Тэхен и провел рукой по волосам, — ты хотел быть друзьями. В моем понимании дружба — это когда ты рассказываешь все, не пытаясь что-то скрыть. Ты мне не доверяешь?       — Доверяю, — пробормотал парень.       — Ну так… рассказывай давай. Если у нас в университете есть люди, избивающие других, об этом обязательно нужно сообщить!       — Это отец.       — Что?       — Меня ударил мой отец.       Тэхен инстинктивно сжал кулаки. Он никогда не поднимал руку на Намджуна.       — Тебя ударил отец? Это же домашнее насилие! За что? Что ты такого сделал? Ты лучший ученик университета, черт возьми, твоя успеваемость выше всяких похвал, твой мозг работает на двести процентов!       Чонгук грустно улыбнулся:       — Ты правда не догадываешься?       — Нет, Чонгук, — твердо ответил Тэхен. — Ты хочешь сблизиться, задаешь вопросы, я рассказываю. А если я начинаю задавать тебе вопросы, ты закрываешься. Я не пойму, в чем дело. Мне приходится врать всем вокруг, что ты мой давний знакомый, с которым я познакомился, когда гостил у тети в Пусане. Это ненормально, что преподаватель и ученик вот так вот проводят время вместе у всех на виду. А ты еще и не говоришь ничего!       — Ты врешь из-за меня? — улыбнулся парень.       — Представь, да! Да, я вру из-за тебя, чтобы поддержать с тобой хоть какие-то отношения, а ты не можешь нормально объяснить, откуда у тебя фингал под глазом!       — Если я расскажу, то нашей дружбе придет конец. А я очень этого не хочу.       — А если не придет? Почему ты уверен, что придет?       — Пуговицы предлагаю вот эти и эти, более акцентные. Тебе какие больше нравятся?       — А тебе? — спросил Чонгук. — Ты профи, выбери сам, пожалуйста.       — Тогда возьмем первый вариант. Они отлично подойдут и не будут перебивать общей картины.       — Я уезжаю в Тэгу.       — Что? — стаканчик кофе выпал из рук Чонгука, брызги попали на джинсы.       — Боже, ты разлил кофе…       — Ты уезжаешь?       — Да. Этот семестр последний. Продам здесь дом и сниму там что-нибудь. Сеул не для меня.       — Когда? — едва слышно произнес Чонгук.       — Пара месяцев. Уже начал собирать вещи.       — Почему ты не сказал раньше?       Чонгук и Тэхен сидели в машине около детского садика.       — Потому что не знал, как ты к этому отнесешься. Я пытался намекать, что этот город слишком шумный, но ты словно меня не слышал и предлагал кататься по ночным дорогам. Я давно об этом думал, очень давно. Может быть, мне нужно было сообщить раньше.       — Папа! — послышалось за окном.       Колокольчик на двери издал приятный звон. Тэхен выпрямился, глянул в монитор, где транслировался вид в основной зал, а затем поднял глаза над головой Чонгука.       — Папа! — послышался низковатый голос подростка.       — А, Намджун, проходи.       — Папа, почему ты задерживаешься на работе? Уже пятнадцать минут седьмого!       Молодой человек лет шестнадцати, одетый в широкие джинсовые шорты и яркую футболку обошел стол и уставился на Чонгука.       — Добрый вечер!       — Добрый, — улыбнулся Чонгук. — Боже, как же ты вырос…       — Чего? — свел брови к переносице парень.       — Намджун, — Тэхен посмотрел на сына, — это дядя Чонгук, помнишь его?       — Дядя? Ха! — крикнул парень. — Чонгук? Тот самый Чонгук, с которым ты катался на машине?       — А он помнит, — улыбнулся Чонгук.       — Да, это он, — кивнул Тэхен.       — Вы… изменились, стали более серьезным. О, ходите в качалку? Я тоже хочу крупные мышцы!       — Да, я немного занимаюсь. Как твои дела, Намджун?       — Нормально. Вот пришел вытащить отца с работы. Я уже подработку нашел, лишь бы он вовремя дома появлялся, а он все свои костюмы рисует и что-то шьет.       — Где ты подрабатываешь? — поинтересовался Чонгук.       — Развожу рекламу. Листовки всякие. Мусор в общем.       — Я создаю мусор, я понял, — выдохнул Чонгук и мило улыбнулся.       — Дядя, я в туалет хочу! — внезапно подала голос Херин. — Еще я хочу есть и я устала! Ты хуже мамы! Ненавижу магазины!       — Все-все, уже уходим. Я не знал, что это будет так долго, прости, малыш, — ответил Чонгук.       — Ты обещал мне аттракционы! — продолжала вредничать девочка.       — Давай завтра, солнышко? Утром, хорошо?       — Врать нехорошо!       — Как я могу загладить свою вину? — улыбнулся Чонгук. — Сходим куда-нибудь поедим?       — Да! — воскликнула Херин.       Чонгук поднял глаза:       — Присоединяйтесь! Давайте все вместе сходим поедим?       Тэхен попытался откреститься, но Намджун перебил его и согласился, аргументируя это тем, что отец уже давно был бы дома, если бы не костюм Чонгука.       — Ты уезжаешь завтра, да?       Чонгук и Тэхен сидели за столиком в уютном кафе.       — Да, уже все собрал.       — Я буду скучать, — произнес парень. — Нет, даже хуже…       — Я тоже буду скучать, Чонгук.       — Знаешь…       Чонгук посмотрел на Тэхена и грустно улыбнулся:       — Я ведь ничего не знаю о тебе. У меня так и не получилось стать твоим другом.       — Ну почему же? — сказал Тэхен. — Отлично получилось. Друзья — это, в первую очередь, помощь. И я благодарен тебе за нее.       Чонгук сделал глоток кофе и посмотрел в окно. По стеклу стучали тяжелые капли, такие же тяжелые, как груз невысказанных слов на его душе.       — Я не могу просто так отпустить тебя, — сказал парень. — Я должен признаться, иначе не сделаю этого никогда. Но я только что понял, что уже слишком поздно.       — Признаться? В чем? — поднял брови Тэхен.       — Тебе никогда не приходил в голову вопрос, почему двадцатилетний студент привязался к тебе и никак не хочет отвязываться?       — Я размышлял… — честно ответил мужчина.       — Тот день, когда я пришел в университет с фингалом… ты же помнишь его?       — Конечно! Ты сказал, что тебя ударил отец.       — Ты помнишь, почему он меня ударил?       — Потому что ты какой-то не такой, по его словам. Но какой, ты так и не ответил.       — Ты хочешь знать, за что он ударил меня?       — Конечно! — ответил Тэхен. — Разумеется!       Чонгук снова посмотрел в окно.       — Он ударил меня за то, что я сказал ему, что никогда не женюсь, никогда не заведу подружку и у него не будет внуков. Я сказал ему… я сказал, что мне нравятся мужчины. Только мужчины. И я сказал, что влюблен до беспамятства в одного человека. Холод расползался в груди Тэхена с каждым словом, произнесенным Чонгуком. Все постепенно становилось на свои места, но когда пазл в голове сложился, Тэхен услышал то, чего опасался больше всего:       — Я люблю тебя.       Кожа покрылась мурашками, Тэхену даже показалось, что он побледнел.       — Меня? — переспросил мужчина. — Ты…       — Да. Да, Тэхен, я люблю тебя. Я влюбился в тебя с первого взгляда, в тот день, когда я только вошел в аудиторию. Там был ты… и ты посмотрел на меня так…       — Черт…       Тэхен сглотнул и попытался собраться с мыслями.       — Я предполагал, но отгонял эти мысли. Ты вел себя достаточно…       — Холодно?       — Да. Скорее закрыто…       — Я не хотел спугнуть тебя, — грустно улыбнулся Чонгук. — Я просто хотел быть рядом.       — Но… Чонгук, черт, тебе двадцать, у тебя вся жизнь впереди!       — Мне не нужна моя жизнь без тебя. Я знаю, у тебя семья и… сложный развод… И я вообще опоздал и я даже не интересовался… Я понимаю, у меня нет шанса, но мне важно сказать тебе это. Я хочу, чтобы ты знал.       Тэхен склонил голову и потер пальцами лоб:       — Мне жаль…       — Вау, гляньте, какой дождь! — сказал Намджун, тыкая пальцем в стекло. — Вовремя мы успели спрятаться здесь. Чувствую себя героиней дорамы!       Чонгук, Тэхен, Намджун и Херин сидели в ресторанчике быстрого питания и ожидали заказанные гамбургеры.       — Почему? — улыбнулся Чонгук. — Почему именно героиней?       — Потому что в голову лезут всякие мысли о безответной любви и все такое.       — Намджун увлекается музыкой, — пояснил Тэхен. — Он очень творческий и постоянно пишет тексты. Последнее время — о расставании и какой-то неудачной любви.       Чонгук встретился взглядом с глазами Тэхена:       — Да, — сказал Чонгук, — в дождь либо целоваться, либо расставаться. У меня ситуация была еще хуже — я говорил о своих чувствах важному для меня человеку, зная, что он уедет на следующий день.       Тэхен подавился кофе.       — Вот дерьмо! — сказал Намджун.       — Не ругайся! — одернул его Тэхен.       — А ты прекрати думать о ширинках! Вылези уже со своей работы.       — Ширинках? — усмехнулся Чонгук.       — Да! Вы знаете, что застежка на мужских брюках — один из сложнейших элементов? Столько швов и все должны быть ровными!       — Вау, так ты тоже думаешь о ширинках? — подловил его Чонгук. — Что ты знаешь о ширинках?       — Что ни один мужчина в мире не расстегивает их столько, сколько папа!       — Что? — едва не выронив только что принесенный гамбургер сказал Тэхен.       — Ну… ты же постоянно их расстегиваешь и застегиваешь. Проверяешь, чтобы было хорошо.       Тэхен молча посмотрел сначала на сына, потом на Чонгука, который со всех сил пытался сдержать улыбку.       — Я тебе припомню, — тихо сказал мужчина.       — Ха-ха, — рассмеялся Намджун, — дядя Чон, а вы кажетесь нормальным! У отца нет нормальных друзей! Неужели появился?!       — Намджун! — снова одернул парня Тэхен.       — Пап, я в кои-то веки нашел интересного человека. Можно я пообщаюсь с ним? — не унимался подросток.       — И что же во мне такого интересного? — ярко улыбнулся Чонгук.       — Вы простой… и… неужели вы и правда тот самый дядя, который иногда подвозил нас с папой домой?       — Да, — кивнул Чонгук, — это я.       — А где ваша крутая тачка?       — Намджун, боже, — Тэхен попытался внедриться в диалог.       — Продал.       — Она перестала вам платить средства за парковку рядом с вашим домом?       Чонгук тихо рассмеялся.       — А почему не купили себе что-то покруче? Ну, знаете там, типа… Бугатти…       — Намджун!       — Что, пап?! Я помню этого человека и он всегда был достаточно богатым! Я тоже хочу стать богатым! Я пишу тексты и обязательно стану знаменитым рэпером! Мне важно знать, что может случиться с богатым человеком и как он может потерять деньги.       — Ты задаешь хорошие вопросы, Намджун. Мой мерседес покупал мне отец на свои деньги, у него была строительная компания. Потом он сделал меня генеральным директором, а я открыл рекламное агентство и печатаю те самые бумажки, которые ты развозишь, называя мусором.       — Ой, — смутился Намджун.       — Строительная фирма продала часть акций. Я не хочу заниматься стройкой. Отец на меня обиделся и отобрал все деньги.       — Ой… — снова повторил подросток.       — Но, честно говоря, я никогда не хотел вести с ним общих дел. Мы не очень-то дружили.       — Почему?       Тэхен становился все мрачнее с каждым вопросом сына. Ему было очень интересно узнать, как сложилась судьба Чонгука, но в силу многих обстоятельств он не мог связать и двух слов.       — Просто знай, что где-то в Сеуле есть парень, который сильно любит тебя, — сказал Чонгук, едва сдерживая слезы. — Я приеду в Тэгу. Я обязательно вырасту, добьюсь достойного положения в жизни и приеду за тобой.       — Чонгук…       Тэхен нежно обнял парня.       — Чонгук, твои чувства очень дороги мне. Мне льстит, что ты испытываешь их именно ко мне и выбрал меня, но я не думаю, что я хорошая пара для тебя.       — Ты лучший.       Автобус подал сигнал, оповещающий о том, что подошло время отправления. Маленький Намджун сидел у окна и смотрел на папу и Чонгука.       — Я буду писать тебе, Тэхен…       — Хорошо. Но ты должен понимать, что лучше всего для тебя забыть обо мне.       — Вы так холодны, лектор Ким. Мне кажется, я начинаю вас ненавидеть.       — Пусть лучше так…       С этими словами Тэхен разорвал объятия, но Чонгук все же успел молниеносно чмокнуть его в щеку:       — Если Вселенная позволит, я обязательно найду тебя.       — Знаешь, Намджун, иногда у людей есть завышенные ожидания. Мой отец хотел, чтобы я продолжил его дело, женился и наделал ему внуков, но я пошел по другому пути.       — По какому?       — Просто стал свободным. Без обязательств перед кем-то. Живу как хочу.       — Здорово! Я тоже так хочу! — воскликнул Намджун.       Малышка Херин, все это время сидевшая тихо и уплетающая пирожное, внезапно заговорила:       — Мама говорит, что Чонгук особенный и так как он ее брат, он должен жениться на ее подружке. Но мне не нравится Мина. Она злая.       За столиком повисла тишина.       — Еще мама говорит, что Чонгук очень умный и всегда добивается своего.       — Милая, — обратился к девочке Чонгук, — ты где таких слов набралась?       Малышка лишь пожала плечами. Тэхен смотрел на общение своего друга с Херин и вспоминал себя десять лет назад, когда ему было тридцать, а Намджуну пять, и это были очень похожие отношения.       — Думаю, пора расходиться, — оживился Тэхен. — Мы вкусно поели, я за все заплачу.       — Уже оплачено, — сказал Чонгук.       — Не нужно, — ответил Тэхен, — зачем?       — По старой дружбе. Мне захотелось сделать вам приятно.       — Спасибо, — сказал мужчина, слегка смутившись.       У Чонгука зазвонил телефон.       — Черт, — он выругался, — совсем забыл. Алло?! Да. Да, скоро приеду, мы в ресторане. Да-да, через час будем.       Он положил трубку и широко улыбнулся, посмотрев на Херин:       — Мама и папа приехали, мы едем домой.       — Ура! — воскликнула девочка.       — Мы вызовем такси, — сказал Тэхен.       — Я подвезу. Херин живет недалеко, а потом доедем до вас.       — Нет, Чонгук, ты и так много сделал.       — Я настаиваю, — улыбнулся Чонгук. — Я вас сюда привез, я и увезу.       Когда все вместе доехали до дома Херин, малышку уже встречала красивая молодая женщина. Чонгук вышел из машины и передал девочку в руки маме.       — Вау, вас так много в машине, — сказала незнакомка, глянув на автомобиль.       — Встретил старого друга, — улыбнулся Чонгук. — И он будет шить мне костюм на твою свадьбу.       — Что?! — воскликнула сестра Чонгука. — Чон Чонгук согласился на индивидуальный пошив?! И не чего-нибудь, а классического костюма?       — Да, — кивнул Чонгук. — Потом расскажу.       — Ты меня удивляешь, братец…       Чонгук, ярко улыбнувшись сестре, запрыгнул в машину.       — Куда едем?       — Кататься! — воскликнул Намджун.       — Тэхен, что скажешь?       — Я хочу домой…       — Значит домой, но длинным путем и через мост, идет?       — Ладно…       Огоньки закончились, как только автобус выехал из города. Темнело. Маленький Намджун сидел и играл в какую-то игру на телефоне, а Тэхен грустно вздыхал, провожая ставшие родными места. Признание Чонгука и его слова настолько вывели мужчину из колеи, что он на какой-то момент засомневался в своем решении. Конечно, строить отношения с двадцатилетним парнем, когда тебе тридцать, а за плечами развод, — занятие не вполне разумное да и по мнению Тэхена, эти отношения были бы обречены на провал. Не то чтобы ему не нравились мужчины. Нравились, и даже будучи студентом у него была парочка интрижек с парнями, но дальше поцелуев никогда не заходило. А потом он встретил Юну и его «своеобразные увлечения» отошли на второй план. Чонгук свалился на его голову совершенно случайно и это был совсем не тот человек, с которым Тэхен видел свое будущее. По крайней мере, не сейчас. Он был твердо уверен, что переезд в другой город и расставание с Чонгуком пойдет им двоим на пользу, особенно Чонгуку, и парень сможет разобраться в своих чувствах. Любовь — слишком громкое понятие, которым нельзя разбрасываться, поэтому Тэхен был уверен, что этот красивый и добрый мальчик с гениальным мозгом и огромными глазами просто переживет и забудет.       …только вот Тэхен не подумал о том, что расставание с Чонгуком обернется для него настоящей трагедией. Новый, хоть и родной город, новая квартира и новая жизнь не смогли заполнить дыру, которая образовалась в его душе. За этот год он так сблизился с Чонгуком, что сейчас, лишившись общения с ним, мужчина понял, что остался совсем один.       Чонгук писал. Первое время писал много, присылал фото, но потом его сообщений стало все меньше, а затем они вообще прекратились. Тэхен порывался пару раз написать и спросить, что случилось, но так этого и не сделал, решив, что им двоим лучше вообще не общаться.       Машина остановилась около дома Тэхена.       — Спасибо большое, я пошел! — сказал Намджун. — Пап, я первый в душ!       — Ага, — кивнул Тэхен, — только не на полчаса!       — Да-да. Пока, Чонгук!       — Эй, — одернул его Тэхен, — какой он тебе Чонгук? Он дядя Чон!       — Какой он дядя, па? Он чуть старше меня! И музыку любит такую же! Он Чонгук, да, дядя Чон?       Чонгук кивнул:       — Да.       — Иди уже, — сказал Тэхен.       Намджун ушел. Чонгук и Тэхен остались сидеть в машине. Мотор заглох, повисла тишина. Кожаное кресло издало скрип:       — Вот моя визитка, я совсем забыл… Через неделю на первую примерку. Предварительно позвони. Я должен был взять твой номер телефона и твои данные, но я отвлекся на сына и…       — Номер прежний, — тихо ответил Чонгук.       — Прежний?       Волна мурашек пробежала по телу. Тэхен сглотнул.       — Да. Я не менял его. И не буду.       — Понятно, — ответил Тэхен. — Я пойду.       — Я скучал по тебе.       Тэхен сжал руки в кулаки и прикусил губу.       — Я не буду навязчивым, хотя я уже провалился в этом. Провалился как только услышал твой голос. Когда Херин побежала…       — Чонгук… — перебил Тэхен, — я рад тебя видеть, правда. Уже поздно, мне нужно отдыхать.       — Да, — кивнул Чонгук. — Ты прав. Прости.       Он выдохнул и провел руками по волосам.       — Был рад тебя видеть. Очень рад.       — Я тоже, — сказал Тэхен. — Если будут какие-то вопросы по костюму — моя визитка у тебя. Через неделю жду.       — Хорошо.       Он принимал душ словно в тумане. Кого угодно, но только не Чонгука Тэхен ожидал увидеть в своему салоне. Он накинул махровый халат, влез в домашние тапочки и вошел в комнату. Окно не было занавешено и захотелось сразу же это исправить. Рука коснулась синей плотной шторы, а взгляд упал на машину, все еще стоящую неподалеку от дома. Послышался звук мотора, зажглись фары. Чонгук сорвался с места, а Тэхен задернул штору. Он не узнал себя в отражении зеркала — уставший, замученный, но с легкой улыбкой на лице. Тэхен подошел к комоду и оперся на него ладонями. Мягкий свет бра падал на его лицо, он проскользил глазами по своему отражению, остановился на ключицах, виднеющихся из-под махровой ткани. Прикусил губу, словно размышлял о чем-то загадочном и, отойдя от зеркала, лег на кровать.       Два часа ночи отчетливо виднелись на часах на прикроватной тумбе. Тэхен не спал. Абонент с именем «Чонгук» не был удален или скрыт за все эти десять лет, словно мужчина оставил его для какого-то важного сообщения. Чонгук не сменил номер, значит он знал и рассчитывал, что Тэхен когда-нибудь позвонит. Или нет. Рука потянулась к телефону, но мужчина резко ее одернул, посчитав свою идею полнейшим бредом. Да и зачем ему, в конце концов, звонить Чонгуку ночью? Что-то сказать? Спросить? Поговорить? Тэхен так и не нашел ответа. Он лишь прикрыл глаза и поймал себя на мысли о том, у Чонгука все те же огромные глаза, тот же нос, та же невинная улыбка. И пусть его лицо стало старше и его тело изменилось, это ни капельки не делало его хуже. Наоборот, Чонгук из очаровательного парня с добрыми глазами превратился в красивого мужчину. И как бы Тэхен не пытался скрыть свои эмоции, легкий трепет сегодня поселился в его груди и постоянно напоминал о прошлом. Их с Чонгуком прошлом, когда они были близки.