Volens nolens

Прошла неделя с тех пор, как Гарри покинул Хогвартс, но время словно остановилось. Он проводил дни в Поттер-холле, блуждая по пустым коридорам родового поместья, стараясь не думать… Не думать о том голосе, который звучал в его голове всего десять дней назад, о мысленных разговорах, которые были для него единственной отдушиной, о том тепле и понимании, которое он потерял навсегда. Сон приходил урывками. Каждый раз, закрывая глаза, Гарри слышал знакомый низкий баритон в своих мыслях, ощущал присутствие того, кто понимал его лучше всех. А просыпался он от собственных всхлипов, протягивая руку к голове, пытаясь найти хоть отголосок того присутствия. Еда не вызывала аппетита. За неделю он похудел так, что штаны болтались на бедрах, а рубашки висели мешком. Домовики каждый день приносили подносы с едой, и каждый день уносили их, причитая о бедном хозяине, практически нетронутыми. Портреты предков наблюдали за ним с нарастающей тревогой. — Милый, — осторожно сказала Дорея, когда Гарри в очередной раз прошел мимо галереи, не поднимая глаз. Под глазами у него залегли темные тени, скулы заострились. — Может быть, пора что-то предпринять? Ты не можешь вечно... — Горевать? — тихо закончил Гарри, останавливаясь и впервые за день поднимая глаза. — Почему нет? У меня есть на это право. Я потерял самого важного человека в своей жизни, и даже не могу никому об этом рассказать. Голос его дрогнул на последних словах. Он сжал кулаки, стараясь удержать накатывающие слезы. — Конечно, есть право, — мягко согласилась Дорея. — Но горе не должно поглощать всю жизнь. Тот человек, которого ты потерял, разве он хотел бы видеть тебя таким? Гарри невольно улыбнулся, грустно, но искренне. Он представил, как Северус отчитал бы его за то, что он перестал есть и спать. — Он назвал бы меня идиотом, — прошептал Гарри. — Сказал бы, что я веду себя как избалованный ребенок. А потом... — голос его смягчился, — а потом добавил бы что-то ободряющее и сказал, что все будет хорошо. — Тогда давай это обсудим, — решительно сказал Карлус. — Ты же не собираешься всю жизнь прятаться в этих стенах? Гарри медленно кивнул и опустился в привычное кресло, впервые за неделю позволяя себе думать о будущем. — Я подумал о школах, — сказал он. — О том, что вы говорили. Может быть, действительно стоит попробовать...   — Отличная идея! — воскликнула Дорея. — А что насчет того предложения связаться с гоблинами? Они знают всё о престижных учебных заведениях, куда переводят деньги своих клиентов. — Новые знания помогут тебе разобраться в некоторых вещах, — добавил Карлус. — Да, понять!  — кивнул Гарри. — Да, я хочу понять, что именно произошло. И почему. На следующий день в Поттер-холл прибыли два гоблина: мастер золота Годморгон, управляющий делами рода Поттеров, и мастер золота Кесефон, ведавший наследием Блэков. Оба выглядели почтительно, но Гарри заметил, как их острые глаза оценили его изможденный вид. — Лорд Поттер-Блэк, — поклонился Годморгон, — мы получили ваше послание о желании получить информацию об учебных заведениях за пределами Британии. — И должны сказать, — добавил Кесефон с едва заметной улыбкой, — что ваше решение завершить обучение в Хогвартсе мы встретили с... облегчением. — Облегчением? — удивился Гарри. — Гоблины давно считают, — пояснил Годморгон, — что британская система магического образования сейчас не в лучшем виде. Программы слишком урезаны, многое под запретом. Мы знаем много талантливых магов, которые не смогли здесь раскрыть свой потенциал и уехали продолжать образование в другие учебные заведения. — К тому же, — осторожно добавил Кесефон, — ваше временное отсутствие в Магической Британии может оказаться... благоразумным. Учитывая текущую политическую ситуацию и то внимание, которое к вам приковано. Гарри кивнул. Он и сам понимал, что все его связывают с войной против Волдеморта, но сейчас у него просто не было сил на борьбу. — Какие варианты вы можете предложить? Меня особенно интересуют... магия души, связи между душами... Годморгон развернул длинный свиток: — В таком случае позвольте предложить несколько вариантов. Дуэгран в Испании специализируется на боевой магии и защитных чарах, но их программа по ментальной магии тоже весьма сильна. Академия Шарля Мориса в Швейцарии известна программами по рунной магии и трансфигурации, но есть дополнительный курс по магии души. Византийский институт в Константинополе специализируется на ритуальной магии. — Но вам стоит обратить, как мы думаем, особое внимание на Академию Афродиты на Кипре, — подхватил Кесефон. — Она невелика, всего около сотни студентов, но славится программами по магии души. — Расскажите подробнее о ней, — попросил Гарри, и впервые за неделю в его голосе появились живые нотки интереса. — Основана в эпоху эллинизма, — начал Годморгон, отмечая, как оживились глаза молодого лорда. — Принимает только совершеннолетних студентов, завершивших основное образование. — Обучение длится около четырех лет, возможно больше, в зависимости от выбранной специализации, — продолжил Кесефон. — Стоимость значительна, но для вашего состояния не является проблемой. Там преподают магию души, целительство, гербологию, зельеварение... — Это именно то, что мне нужно, — прервал его Гарри. — Что насчет поступления? — Академия проводит собственные вступительные испытания: тестирование и собеседование с демонстрацией практических умений, — пояснил Кесефон. — И нужно владение греческим языком. Занятия начинаются в октябре. — Если вы отправитесь заранее, — тихо добавил Годморгон, — при наличии хорошего преподавателя и аккуратного использования специального зелья, к началу испытаний вы освоите язык на хорошем уровне. Гарри кивнул. После всего, что он пережил, языковой барьер казался мелочью. — Есть одна деталь, — осторожно сказал Кесефон. — Если вас будут искать, а судя по вашему поспешному отъезду из Хогвартса и общественному вниманию к вашей персоне, такая вероятность высока, то искать будут под именем Гарри Поттера. — Вы предлагаете назваться кем-то другим? — Не другим, — поправил гоблин. — Вы можете использовать собственное законное имя. Вы не только лорд Поттер, но и лорд Блэк, и имеете полное право называться Гарольдом Блэком. Если вы не возражаете, то мы оформим все нужные документы на это имя. Гарри задумался. Гарольд Блэк — звучало... обнадеживающе. Никто не будет ждать от Гарольда Блэка подвигов или жертв. Он сможет просто учиться и жить. И, возможно, найти ответы на мучающие его вопросы. — Согласен, — сказал он, и впервые за неделю в его голосе слышалась решимость. — Когда вы начнете оформление документов? — Прямо сегодня, — улыбнулся Годморгон. — Заявление в Академию Афродиты отправится, как только оно будет готово. При вашем магическом потенциале и финансовых возможностях проблем с поступлением не будет. Впервые за неделю Гарри почувствовал что-то похожее на надежду. 

***

В Хогвартсе царила напряженная атмосфера. Исчезновение Гарри Поттера стало главной темой разговоров не только среди студентов, но и по всей Магической Британии. Пророк каждый день выходил с новыми заголовками: «Где Мальчик-Который-Выжил?» «Поттер исчез: что это значит для всех?» «Министерство ищет Гарри Поттера» В гриффиндорской башне друзья Гарри переживали каждый по-своему, но все они чувствовали вину. — Мы должны были заметить, — виновато сказал Невилл, сидя на своей кровати и уставившись на пустую постель Гарри. — Было очевидно, что с Гарри что-то происходило. Он перестал есть в Большом зале, избегал всех, даже нас. — Да, — согласился Симус, качая головой. — И эти круги под глазами... Он выглядел, как будто неделями не спал. А мы думали, что это просто... усталость от тренировок. — Но он и, правда, выглядел измученным все эти годы, — добавил Дин. —  Может, он просто не выдержал? Сломался? — Снейп, — мрачно повторил Невилл. — Бьюсь об заклад, это он как-то связан с уходом Гарри. Вы помните, как странно Гарри себя вел после того урока ЗоТИ? Он вернулся в спальню белый как полотно, и больше на эти уроки не ходил. — Может, Снейп сделал что-то особенно мерзкое? — предположил Симус. — Что-то такое, что стало последней каплей? Дин покачал головой: — Знаете, я все думаю... А что, если мы просто были плохими друзьями? Гарри всегда всех спасал, помогал, поддерживал. А когда ему самому стало плохо, мы даже не заметили. — Заметили, — тихо сказал Невилл. — Просто... не настояли на разговоре. Подумали, что если он захочет, то сам расскажет. — А он не рассказал, — грустно заключил Симус. — И ушел. Просто взял и ушел, потому что больше не мог здесь находиться. Они сидели в тишине, каждый думая о том, что можно было сделать по-другому.

***

В кабинете заместителя директора профессор Макгонагалл в очередной раз допрашивала Снейпа. Северус сидел в кресле, внешне спокойный, но внутри его что-то неотступно грызло. Последние дни стали настоящим кошмаром: странные сны, ощущение потери чего-то важного, голоса, которые он не мог идентифицировать. — Северус, — строго сказала Минерва, изучая его бледное, осунувшееся лицо, — я в последний раз спрашиваю: что произошло между вами и Поттером? Снейп помедлил. Что-то ведь действительно случилось. Не просто же так он упал в своем кабинете, рассек голову. Но детали ускользали, словно он пытался ухватить туман. — Я уже говорил, — устало ответил он. — Ничего особенного. Поттер вел себя дерзко, я сделал ему замечание. — И это все? — Макгонагалл наклонилась вперед. — Северус, вы же видите, что я вам не верю? Поттер исчез сразу после вашего урока. ОН ПЕРЕСТАЛ ХОДИТЬ НА ВАШИ ЗАНЯТИЯ. Что вы с ним сделали? Снейп закрыл глаза. Страшно болела голова. Он почти не спал. В последние ночи его мучили сны. Обрывочные, странные... Кто-то звал его по имени: «Северус, ответь же мне, Северус, где ты?» Он искал того, кто его звал в бесконечной темноте, но никого не находил. А потом просыпался с ощущением невосполнимой потери, словно потерял что-то очень дорогое. Но это были лишь сны. Ничего конкретного. — Это всё, — твердо сказал он, но в голосе прозвучала неуверенность. Макгонагалл внимательно изучила его лицо: — Вы выглядите неважно, Северус. Плохо спите? У вас синяки под глазами, вы похудели. И этот рассеянный взгляд... Что с вами? Снейп невольно дернулся. Да, он действительно плохо спал. Каждую ночь эти странные сны... — Не ваше дело, — сказал он, но голос прозвучал менее убедительно, чем обычно. — Моё, если это связано с исчезновением моего студента! — взорвалась Макгонагалл. — Северус, я знаю вас много лет. Вы можете обманывать других, но не меня. С вами что-то происходит. И это началось примерно тогда же, когда и с Гарри что-то стало происходить. Снейп резко поднялся с кресла, пытаясь скрыть растущее беспокойство: — Минерва, если вы считаете меня виновным в том, что Поттер сбежал из школы, объяснитесь, предъявите доказательства. Иначе прекращайте ваши эти допросы. — Северус, подождите... Но он уже направился к двери, оставляя Макгонагалл наедине с подозрениями и тревогой. Выйдя в коридор, Снейп остановился и прислонился к стене. А ведь с ним действительно что-то происходило. Почему исчезновение Поттера так его беспокоило? Он всегда терпеть не мог этого мальчишку, но теперь... теперь его отсутствие ощущалось как зияющая дыра в реальности. И эти сны... «Северус, где ты?» Чей это был голос? Почему он его звал?

***

В кабинете директора царил настоящий хаос. Дамблдор кружил вокруг стола, на котором лежали и стояли карты, хрустальные шары, и разные артефакты, с помощью которых он пытался найти хоть тень следа Гарри Поттера. Обычная невозмутимость Альбуса испарилась, оставив место отчаянию и ярости. — Ничего! — взорвался он, швыряя бесполезный поисковый кристалл на пол так, что тот разбился вдребезги. — Мальчик словно растворился в воздухе! Как будто его вообще не существует! Фоукс обеспокоенно заерзал на своей жердочке, издавая тревожные трели, а портреты бывших директоров переглядывались с растущим беспокойством. — Альбус, — осторожно сказал портрет Финеаса Найджелуса Блэка, — возможно, стоит принять факт, что мальчик больше не хочет участвовать в ваших планах? Люди имеют право на собственное мнение и свою жизнь. — Неприемлемо! — отрезал Дамблдор, его голос зазвенел от напряжения. — Гарри необходим для победы над Воландемортом. Без него все усилия, все жертвы бесполезны... Он же не понимает, что на кону стоит весь Магический мир! — Бесполезны? — насмешливо уточнил портрет Финеаса. — Может быть, стоило подумать об этом раньше, прежде чем использовать ребенка как пешку в своей игре? Год за годом устраивали ему испытания, закаляющие характер. А потом взвалили на его плечи ответственность за судьбы других? Дамблдор не ответил, взяв фолиант, продолжая выискивать всё новые поисковые заклинания, которые тут же и опробовал, но все в пустую: магические всплески вспыхивали и гасли, не давая результатов. За неделю Орден Феникса проверил все возможные места. Тонкс и Кингсли навестили дом Дурслей на Прайвет-драйв, где тетя и дядя Гарри с плохо скрываемым облегчением сообщили, что племянника давно не видели и видеть не хотят. Люпин обыскал Дырявый котел и опросил всех его завсегдатаев. Хагрид проверил укромные места в Хогсмиде, окрестностях замка и прошелся по Запретном лесу. Даже развалины дома в Годриковой лощине были тщательно осмотрены. Ничего. Гарри Поттер исчез без следа. — Это невозможно, — бормотал Дамблдор, перебирая кристальные шары. — У него нет денег, связей, опыта самостоятельной жизни. Где он может скрываться? Но нужно было признать, что каждое поисковое заклинание уходило в пустоту, и каждый поисковый артефакт показывал какую-то чушь. — Кто же теперь найдет все крестражи, — внезапно сказал Дамблдор, поворачиваясь к Фоуксу. — Я был уверен, что частица души Тома в голове Гарри поможет ему с поиском. А если Гарри не вернется? Мне, что? Мне придется действовать самому? План созрел у Дамблдора в его голове давно. Одну из ключевых ролей в нем отводилась Драко Малфою, который исчез еще в начале года. Вместе с ним испарилась надежда выманить Пожирателей смерти в замок через запланированное покушение на директора. Теперь пропал и Гарри... Место одного крестража Альбус знал точно: медальон Слизерина в пещере, которую он видел в воспоминаниях Тома Риддла. Изначально он планировал в ночь, когда в Хогвартс Малфой впустил бы Пожирателей смерти, взять с собой, Гарри и отправиться в ту самую пещеру. Это был бы отличный урок для мальчика. Но теперь... — Билл Уизли, — пробормотал Дамблдор, изучая список членов Ордена. — Разрушитель проклятий, а это значит, что он специалист по Темной магии. Возьму его. Он должен мне там помочь.

***

Поздно вечером Дамблдор вызвал к себе Снейпа. Северус застал директора сидящим за столом. Лицо его было бледным и осунувшимся. — Альбус, что произошло? — резко спросил Снейп, заметив состояние старика. — Я был в одном месте, — тихо сказал Дамблдор, не поднимая глаз. — Я видел его в воспоминаниях Тома. Думал найти важную вещь... — Голос его дрогнул. — Северус, там было... я не могу описать. Я видел призраки всех, кого подвел, всех, кто умер из-за моих решений: Ариана, Фабиан и Гидеон, Бенджи, Марлин, Джеймс, Лили, Сириус...  Снейп молча наблюдал, как здоровая рука директора тряслась, а иссохшая неподвижно лежала на столе.  — И знаешь, что самое страшное? — Дамблдор, наконец, поднял глаза. — Медальон оказался подделкой. Кто-то нас опередил.  Снейп осторожно приблизился и осмотрел пораженную проклятьем руку: — Покажите. Дамблдор нехотя протянул ему почерневшие пальцы с характерными черными прожилками, ползущими под одежду. — Вам нельзя больше использовать магию, — категорически заявил Снейп, осматривая руку директора со следами проклятья. — По крайней мере, активно. Проклятие быстро прогрессирует. Дамблдор сидел, глядя в пустоту. Снейп был поражен тем, как постарел директор с тех пор как ушел Поттер: морщины углубились, спина сгорбилась, пожелтела борода. — Северус, Воландеморт не станет бездействовать, — слабо возразил Альбус. —  Он становится сильнее с каждым днем. Министерство под угрозой. А теперь еще и Гарри... — Хорошо, продолжайте колдовать, — перебил его Снейп, — и никому не придется вас убивать. Вы сами не дотянете и до конца летних каникул. Это проклятие уже пожирает ваше тело. Каждое ваше заклинание ускоряет процесс. Во взгляде Дамблдора читалось что-то такое, чего Снейп никогда прежде не видел. — Что нам делать, Северус? Малфой пропал, Поттер сбежал... Все мои планы рушатся. Снейп долго смотрел на него, ощущая странную смесь жалости и раздражения. Потом отвернулся к окну, за которым тускло светило британское солнце: — Если вы верите в то пророчество, то молитесь, чтобы Поттер одумался и вернулся. Без него у нас нет шансов против Темного Лорда. — А если он не вернется? Снейп не ответил. В последние дни он все чаще думал о Поттере, и эти мысли странно тревожили его. Исчезновение мальчика оставило какую-то пустоту, которую он не мог объяснить. Особенно после тех снов... — Тогда, — наконец сказал он, — нам придется искать другие способы. Но пока... пока просто старайтесь выжить, Альбус. Живой Дамблдор, даже ограниченный в использовании магии, полезнее мертвого Дамблдора. Но в глубине души они оба понимали, что Гарри Поттер ушел, чтобы больше не возвращаться. Мальчик-Который-Выжил исчез, оставил за собой лишь чужие разрушенные планы и несбывшиеся надежды.