Тумайни

Повелители ночного ветра встречали своего Архонта серьезными уважительными взглядами и короткими кивками. В конце длинного коридора, украшенного свитками и наскальными росписями, гордо восседал высокий мужчина в костюме иктомизавра. По мере приближения я понимала: этот мужчина огромен. Должно быть, это и есть вождь. Мы подошли к нему. — Мавуика, — бас заполнил собой весь коридор и задребезжал где-то в лёгких. Я вдохнула, вдруг почувствовав острую нехватку воздуха, — здравствуйте. — Здравствуй, Бирам, — женщина уважительно кивнула. — Я как раз закончил службу. Позвольте отойти на минуту. Переоденусь и буду в вашем распоряжении. Мужчина ловко поднялся на ноги и двинулся в неприметную дверь чуть позади себя. Мы переглянулись. — Вождь, да? — чуть осипшим голосом уточнила я. Мавуика хмыкнула. — Он самый. Присаживайся, — она кивнула на возвышение, на котором восседал недавно Бирам, и сама села на край. Я со странным трепетом опустилась на неожиданно теплый камень, прижавшись ближе к Архонту. На нас не смотрел никто. Я ещё не видела в Натлане людей, так сосредоточенных на своем деле. Никто из них не отрывал глаз от своего занятия, внимательно выводя непонятные знаки на тканых свитках. — Знаешь, — вдруг шепнули мне, — а ведь они не обернутся, даже если я прямо сейчас раздену тебя и заставлю кричать мое имя, выгибаясь в попытке прижаться ближе, — хрипло. Она провела языком вдоль моей шеи, вызывая невольный вздох и отстранилась. Я оторопела уставилась на нее. А Мавуика уже невинно рассматривала носки своих ботинок и едва не посвистывала. — Знаешь, что, Архонт, — я подорвалась с места и развернулась лицом к богине. Она внимательно посмотрела на меня, но в глазах плясали язычки смешливого пламени. Я наклонилась к ней и несильно сжала шею. — Мне, конечно, дико льстят твои подкаты, но либо мы прекращаем путешествие, возвращаемся на Стадион, и ты меня трахаешь, либо хватит меня мучить, во имя Семи! — прошипела я ей в губы. Бледные щеки заалели, богиня медленно поднялась на ноги, мягко обхватив пальцами мое запястье. — Похвальное рвение, — шепнула женщина и игриво прикусила мои губы. Я тихо застонала, но эхо в помещении значительно усилило звук. Я смущённо пискнула и убрала руку с женской шеи. — Сдаюсь, — я подняла руки в защитном жесте, сделала полшага назад и медленно дышала, стараясь восстановить сердцебиение. — Хорошая девочка, — шепнула Мавуика на ухо, похоронив все мои попытки дышать ровно. Я тихонечко запищала, мысленно костеря богиню на чем свет стоит. На меня кинули лукавый взгляд. «В этой игре мне нет равных», — вспомнила я слова богини и в очередной раз признала ее правоту. Вскоре вернулся Бирам уже без плаща и маски иктомизавра. Высоченный шатен смотрел на нас пронзительными небесно-голубыми глазами, источавшими невероятно живое тепло, которые обрамляли длиннющие ресницы. Я потянулась к Мавуике. — У вас тут все такие... — я не смогла подобрать слово, которое в полной мере описывало бы ошеломляющую красоту мужчины, но Мавуика поняла, пожала плечами. — Дочь Тумайни? — улыбнулся мужчина, присаживаясь обратно на свой камень. — Слухи ходят, — пояснил он на мой удивленный взгляд. Я медленно кивнула. — М-мия, — отропело представилась я. — Бирам, — просто произнес вождь и протянул руку. Я моргнула, разглядывая ладонь размером с мою голову, неуверенно протянула в ответ. Мужчина бережно обхватил мою руку двумя пальцами и осторожно сжал. Я ещё раз моргнула, во все глаза глядя на большого дядю. — Как идут дела в племени? — поинтересовалась Мавуика спокойно. Я поймала ее смеющийся, нет ржущий в голосину взгляд и дернула уголком губ, не в силах нормально улыбнуться, ибо ещё не отошла от правидного аху... Шока. Ближайшие пятнадцать минут вождь и Архонт обсуждали дела племени. Я даже не пыталась вслушиваться, с интересом рассматривая обстановку. Вдруг по пещере будто пронесся смерч. Двери громыхнули, захлапываясь, перед нами оказалась взмыленная седовласая женщина, яростно сверкая глазами на Мавуику. Она набрала в грудь воздух, явно собираясь отчитать богиню. — Бабушка Ицтли? — пискнула я, вцепившись пальцами в поясную сумку. Найдя глазами источник звука, женщина смягчилась, синие глаза потеплели. — Здравствуй, дитя, — она присела передо мной на корточки, как перед семилетним ребенком, и взяла мои руки в свои. — Счастлива приветствовать тебя в племени Повелителей ночного ветра. Идём побеседуем, пока эти власть имущие, — злой взгляд на Мавуику, — обсуждают свои супер-важные дела, — меня потянули в сторону. Я неуверенно шагнула за ней, кинув вопросительный взгляд на Архонта. Отходить от Солнца не хотелось. Она одобрительно кивнула. Отошли мы совсем недалеко, остановившись у противоположной стены напротив комнаты, куда уходил Бирам. — Я Ситлали, — женщина благостно улыбнулась и вдруг мягко обняла меня. — Ну здравствуй, ребенок из пророче... — Ситлали! — грозный голос Мавуики оборвал бабушку Ицтли на полуслове. Та хмыкнула. — Прости, дитя, не мне тебе рассказывать, — я неловко обняла женщину, невнятно пробормотав что-то в ответ. Да что за пророчество-то... — Ладненько, рассказывай давай, — она улыбнулась, отпуская меня, — как там папка поживает? Я в очередной раз рассказывала про отца и про всю свою жизнь в подробностях. Любопытная шаманка желала знать всё. Через некоторое время к нам подошла Мавуика, снова окутывая своим теплом. Я расслабилась, вдруг поняв, что слегка подмерзла. — Заходи ко мне, дитя, если вдруг будешь поблизости, — Ситали подмигнула мне. — Угощу злакофруктовым вином, — заговорщицкая улыбка. Я ответила ей такой же ухмылкой, обещая обязательно наведаться в свободное время. Выйдя из здания, Мавуика заговорила. — Я бы не стала на твоём месте пить с Ситлали в одиночку, — я вскинула брови. — Она очень опытна в этом деле, — женщина нарочито испуганно распахнула глаза. Я хмыкнула. Знали бы вы, госпожа Архонт, сколько одуванчикового вина выпито мной в компании Венти и Кэйи в Монштадте... Богиня улыбнулась. — Венти... Да, давненько мы с ним не пи... Не эмм, не общались. Давненько, да. Я хмыкнула. Тем временем мы подошли к пламециклу. — Ну что, поведешь? — Мавуика толкнула меня в плечо. Я вздрогнула, качая головой. Не готова я пока к таким гонкам на месте водителя. — Ну ладно, — по-доброму усмехнулась Архонт и протянула мне шлем. Приняла, надела. — Ну что, домой? — я остановилась с занесенной над сиденьем ногой в позе писающей собачки. — А кукузавры... — Понимаешь, тут такое дело...