Паутина судьбы

Грязевой Монстр, оценив взглядом Лина и Бакуго, осклизко ухмыльнулся. — Хм, выбор невелик, но этот парень подойдет… Твоя причуда покажется мне полезной! — прохрипел злодей, нацелившись на Лина, который пытался подняться с земли. Мерзкая субстанция потекла к нему, словно жирная река. "Похоже, я перегнул палку с героизмом" — пронеслось в голове у Лина, когда его накрыла волна отвратительной грязи. Грязь обволакивала его, лишая возможности дышать. Лин отчаянно попытался скользнуть в свою тень, но злодей, казалось, держал его слишком крепко, словно предвидел этот шаг. "Что ж… похоже, это конец", — подумал Лин с горькой усмешкой. — "Стать жертвой собственного плана? Гениально." Вдруг Лин почувствовал, как в его тень проникает что-то чужое, зловещее. Он понял, что злодей пытается захватить его причуду, использовать ее в своих целях. Холодный ужас сковал его. Краем глаза Лин заметил Мидорию, который нерешительно топтался на месте, заламывая руки. В его глазах плескались страх и решимость, будто два борющихся зверя. А Бакуго… Бакуго стоял, готовый разразиться яростью. Лин видел, как дергается его рука, словно он изо всех сил сдерживает себя. "Почему они просто смотрят?!" — мысленно взвыл Лин. — "Действуйте! Или я тут задохнусь!" Он попытался поймать взгляд Бакуго, прося о помощи без слов. Их глаза встретились на мгновение, и Лин увидел в глазах Кацуки странную смесь злости и… беспокойства? Мидория, словно прочитав мысли Лина, с криком ринулся вперед, бросая свою тетрадь в злодея. Тонкие листы бумаги не причинили вреда грязевому монстру, но отвлекли его на мгновение. — Скоро ты перестанешь чувствовать боль, просто потерпи, — прошипел злодей Лину, пытаясь придать своему голосу мягкость. Но в его тоне сквозила лишь мерзкая похоть. "Чёрта с два я отдам тебе своё тело, слизняк!" — взревел Лин. — "Я переродился не для того, чтобы стать твоей марионеткой!" Собрав последние силы, Лин попытался активировать свою причуду, нырнуть в тень, когда в поле зрения появилась знакомая мускулистая фигура. Мощный вихрь поднялся вокруг, отбрасывая грязь в стороны. Удар был настолько сильным, что грязевой монстр разлетелся, а Лину оставалось только судорожно глотать воздух, избавляясь от тошнотворной слизи. — КАКОГО ЧЁРТА ТЫ ТВОРИШЬ, ИДИОТ?! Голос Бакуго прозвучал оглушительно. Лин поднял взгляд и увидел, как Кацуки надвигается на него, казась разъяренным зверем. — Бакуго…? — прохрипел Лин, чувствуя, как отказывают ноги. Злость на лице Кацуки сменилась беспокойством, когда Лин пошатнулся. Бакуго инстинктивно протянул руку, чтобы поддержать его, но его опередила другая, большая рука. — Теперь всё в порядке, юноша! Я здесь! — прогремел знакомый голос. Лин поднял взгляд и увидел над собой Всемогущего, сияющего, как маяк надежды. Громкие звуки мира обрушились на него волной. Крики толпы, щелчки камер, голоса профессиональных героев – все смешалось в оглушительном хаосе. Его взгляд упал на Мидорию, который стоял рядом, вытянув руки, готовый поймать его, если он упадет. Слабая, благодарная улыбка тронула губы Лина. Он встретился взглядом с Изуку. Сонливость накатила внезапно. Лин не смог сопротивляться. Закрыв глаза, он позволил тьме поглотить его, теряя сознание. <> Мидория шел по улице, все еще потрясенный встречей со Всемогущим. Как вдруг он заметил толпу, с шумом окружившую что-то. Профессиональные герои пытались унять толпу. Из любопытства Изуку заглянул за спины людей и замер, словно громом пораженный. Лин! Его схватил грязевой монстр! В глазах Араты плескался ужас, лицо покраснело от нехватки кислорода. Он отчаянно пытался вырваться, но лишь ухудшал положение. Мидорию сковал ледяной ужас. Он не мог пошевелиться, не мог издать ни звука. Лин… Он может умереть! Вина захлестнула Изуку с головой. Он не мог больше смотреть в глаза юноши, которые с каждой секундой теряли отблеск жизни. Ноги словно приросли к асфальту, но мозг, казалось, отключился. Изуку бросился вперед, сквозь толпу, не обращая внимания на крики и протесты. Он должен помочь Лину! Он не может позволить ему пострадать! Только не ему… Инстинктивно достав свою тетрадь, Мидория бросил ее в злодея. Бесполезный жест, но он должен был хоть что-то сделать! Затем он попытался руками разгрести грязь, освободить Лина, когда вдруг поднялся сильный ветер, отбросивший его назад. Лин, словно безвольная кукла, готов был рухнуть на землю. Мидория инстинктивно выставил руки, пытаясь поймать его, но опоздал. Всемогущий уже держал его. Изуку почувствовал укол чего-то, похожего на зависть? Внезапно он почувствовал на себе злобный взгляд. Это был Бакуго. Его глаза метали молнии, обвиняя Мидорию во всех смертных грехах. Изуку не нужно было слышать слова, чтобы понять, что Кацуки думает о нем. Бакуго вдруг вспомнил слова Араты: «Ты сможешь стать великим героем, но для этого научись контролировать свой гнев». Румянец залил щеки Кацуки. Ему понравилось думать, что Лин верит в него. Словно очнувшись, Бакуго отвернулся и зашагал прочь. На сегодня с него хватит. Он лишь надеялся, что с Лином все в порядке. И, может быть, в глубине души он надеялся, что Лин это оценит.