Волшебный рог

— Блин, не видать тебе рога единорога, Помни! — с наглой улыбкой наигранно разочарованно проговорил Джекс, глядя на слегка озадаченную клоунессу, у которой и в мыслях никогда не было примерить такой нелепый аксессуар. Но, к удивлению самой Помни, она задумалась об этой идее гораздо серьёзнее, чем ей следовало. Девушка не смогла долго сдерживать свой порыв к осуществлению этой глупости, которая как жевачка прилипла навязчивой идеей к её мозгу, так что уже после приключения в закусочной Помни стояла у комнаты Зубл и робко постучалась. Дверь резко открылась и сшибла миниатюрную девушку. — Чего тебе Кейн?! — зло и устало рявкнула Зубл, но как только увидела Помни, то сразу смягчилась и поспешно разогнала кружащиеся вокруг её головы звёздочки, — Прости, я не хотела, чтобы так вышло, — она спокойной, но всё же искренне извинилась, подавая клешню. — В-всё нормально! — поспешила заверить Помни, приняв помощь и встав, она решила приступить сразу к цели своего визита, — Помнишь наш разговор в начале дня в твоей комнате? Ну про... — вдруг всё же стало стыдно произносить своё нелепое желание вслух, она как-никак взрослая девушка двадцати пяти лет! Но в этом мире вряд ли получится заняться действительно взрослыми делами, так почему бы не дать себе возможность поделать всякие глупости, — ... Про рог единорога. Гэнгл сказала, что мне бы подошло и я думаю, что она права, — с неловкой улыбкой заверила Помни, хотя почему-то в её голове больший отпечаток оставили именно слова Джекса, — Вдруг у тебя всё же есть такой?.. И ну... Могла бы ты его мне одолжить? Зубл задумалась, в отличие от Помни, до слов Джекса ей не было никакого дела, а вот обладательница изящной красной ленточки ей была дорога, наверняка Гэнгл бы обрадовалась, увидев, что Помни прислушалась к её мнению о том, что ей бы пошёл рог. — Хорошо, заходи, — девушка-конструктор отошла от дверного проёма, пропуская гостью в свою комнату. Они недолго копались в ящике с запчастями и в итоге нашли подходящую деталь. Белый рог единорога с закруглённым концом был не особо длинным и довольно толстым, а также его украшали красно-синие блёстки. Помни смотрела на него с восхищением, эта штучка будто действительно была сделана для неё, ей не терпелось примерить её. Зубл, увидев энтузиазм в глазах напротив, решила не томить, она взяла рог в руку-клешню, а второй рукой, которая была с пальцами, аккуратно раздвинула торчащую чёлку пошире и поставила рог единорога на своё законное место. Помни посмотрела на себя в зеркало, как бы ей не хотелось это признавать, но быть единорожкой ей действительно шло. — Вау! Это выглядит гораздо лучше, чем я предполагала, — с интересом рассматривая себя в зеркале, призналась клоунесса, — А... — вдруг она погруснела и немного смутилась, — Когда мне нужно будет его вернуть? — Забирай себе, у меня и так куча деталей, да и этот рог не особо в моём стиле, — Зубл усмехнулась, даже если б ей и нравился этот рог, то отбирать его у Помни было словно забрать конфетку у ребёнка, — Попробуй потрогать его, — перебив восторженные благодарности, предложила девушка-конструктор. Помни, не задумываясь, послушалась и пощупала свой рог, каково было её удивление, когда она почувствовала собственные прикосновения, будто простой аксессуар стал частью её тела. Пусть она и не говорила это вслух, но на её лице было всё написано, впрочем, как всегда, её аватар открыто демонстрировал эмоции. — Прикольно, да? — с доброй усмешкой спросила Зубл, — Но когда ты будешь его снимать, то будет неприятно, даже может быть немного больно с непривычки, — заботливо предупредила она. Девушки ещё немного поболтали, а после Помни пошла в свою комнату, будучи очень довольной своей обновкой, то и дело щупая её и удивляясь тому, что она действительно чувствовала каждое прикосновение, но от этого на её перчатках оставались блёстки, что на первый взгляд не было особой проблемой. Зато одна долговязая фиолетовая проблема поджидала её прямо за дверями собственной комнаты! Джекс лениво и вальяжно развалился на её кровати, как только он услышал звук открывающейся двери, то недовольно разлепил глаза, уставившись на Помни. — Ты что тут делаешь?! — справедливо начала возмущаться клоунесса. — Ой! Я, кажется, так вымотался на этом приключении, что перепутал свою комнату с твоей, как неловко, — в его тоне было столько наглости, что Помни с трудом сдерживалась, чтобы не пнуть непрошенного гостя так сильно, что тот бы проломил двери своей комнаты, которая была как раз напротив. — Раз ты понял свою ошибку, то почему бы тебе не уйти? — стараясь звучать вежливо, предложила девушка. — М-м-м... Нет, спасибо, я уже вполне неплохо устроился на твоей кровати. Не будь злюкой, это не сочетается с твоим глупеньким рогом, дай мне спокойно отдохнуть, — пусть Джекс упомянул новый аксессуар только сейчас, но его внимание он привлёк сразу же, — А тебе даже идёт, выглядишь мило, — наверное, ему не стоило произносить это вслух таким расслабленным и даже искренним тоном, быстро поняв свою ошибку, кролик поспешил усмехнуться, пытаясь вложить в эту усмешку как можно больше сарказма. — Спасибо, наверное? — с недоверием ответила на вроде-как-комплимент Помни, увидев ключ в дверной скважине, который она не заметила, будучи слишком увлечённой прикосновениями к своему рогу, что как-то по-странному будоражили её, — Хочешь потрогать? — с ухмылкой спросила девушка, вытащив ключ. — А ты меня не лягнëшь, мисс единорог? — шутливо спросил Джекс, на самом деле выигрывая себе немного времени на то, чтобы всерьёз подумать над этим странным предложением, но Помни лишь недовольно цокнула, отдав предпочтение тому, чтобы запереть дверь изнутри, а не трепать языком. Кролика немного это настрожило, почему вместо того, чтобы выгнать, его наоборот заперли здесь? Несмотря на то, что на лице всё также сияла улыбка, тело его неуверенно ëрзало на чужой кровати, заметно напрягшись. Клоунесса, положив ключ на один из довольно больших валяющихся кубиков, начала неторопливо направляться к своему гостю, на своей территории, которую как-никак она уже успела обжить, она чувствовала себя уверенее, чем где-либо ещё в цирке, так что вполне поверила в себя и возможность наконец проучить этого неугомонного бедокура. За это относительно недолгое время проведённое в цирке она поняла на примере Зубл и Рагаты, что кричать на Джекса или поучать его нормам морали просто бесполезно, чтобы сделать его послушным, нужно было нечто совсем другое, как насчёт... Наоборот, сломать эту самую "мораль"? Хотя, вернее будет сказать шаблон их обычного взаимодействия. Помни тоже была обычным живым человеком, она не могла быть заложницей одного определённого поведения, архетипа пай-девочки, которая всегда была готова выслушать и понять, простить и помочь. Она уставала, ей нужна была перезагрузка, нужны были острые ощущения. Хозяйка комнаты уже стояла прямо у своей кровати, глядя на Джекса так, что ему одновременно было и интересно, и некомфортно, но пока первое доминировало над вторым, ведь его рациональная часть убеждала, что несмотря на хитрый блеск в красно-синих глазах и слишком самоуверенную улыбку, Помни всё равно не могла сделать ему ничего плохого, пусть прямо сегодня на приключении похожие мысли насчёт Гэнгл его подвели и она вертела им как хотела всю смену, но каков шанс, что подобное могло случиться вновь прямо в тот же день? Бред! — Ну так чего ты ждешь? Потрогай, я разрешаю, — на первый взгляд голос Помни звучал как обычно, но длинные фиолетовые уши всё же уловили нотки приказного тона, который, к удивлению самого Джекса, заставил его слушаться. Он молча провёл по рогу пальцем, проходясь от основания до самого кончика по слегка ребристой поверхности. Парень уже было хотел пожаловаться на то, что сам испачкался в блёстках, но все мысли из головы выбил непривычный шумный вздох Помни, которая и сама не ожидала от себя такой реакции, всё же прикосновения других отличаются по ощущениям от собственных... — Ты типа... Чувствуешь этой штукой? — с интересом спросил Джекс, не особо удивляясь, ведь его хвост, не смотря на то, что мог отцепляться, когда был при нём тоже всё чувствовал, но до таких томных вздохов у него не доходило. Он не дождался ответа, по слегка растерянному лицу Помни и так всё было понятно, но оно было слишком очаровательным и забавным, чтобы давать ей время прийти в себя. Улыбка Джекса всего на миг пропала, дав большим глазам открыться целиком, такой пронзительный взгляд не остался без внимания Помни. — Что ты задумал... — подозрительно сощурив глаза, только и успела сказать она, как её взяли за плечи, а её взгляду снова предстала улыбка кролика, только на этот раз зубы превратились в острые треугольники, дающие возможность приоткрыть пасть и высунуть язык, который почти сразу после своего появления оказался на её роге, двигаясь вверх-вниз. Помни от такого словно насквозь прошибло током, всё, что как-то сдерживало её от неожиданно возникшей при входе в комнату грязной идеи, полетело к чертям. И во всём, как и всегда впрочем, виноват был Джекс, который уже пожалел об этом, ведь нескончаемые блёстки прилипли к языку и ему в свою очередь пришлось отлипнуть от Помни, сплевывая эту гадость куда-то в сторону, но пара несдержанных стонов клоунессы того стоили. Открыв глаза, которые он рефлекторно зажмурил, пока кашлял, он ожидал увидеть до ужаса смущённое смешное лицо, но Помни смотрела на него так, будто тот сделал нечто ужасное и бесповоротное, хотя по сравнению с многими его приколами, этот был довольно безобидным. Джекс даже и не успел и слова сказать, как его схватили за запястья и впечатали в кровать. — Значит, хочешь поиграть? — голос Помни звучал чуть ниже, а от этого взрослее, чем обычно, но не терял свою приятную сладкую мягкость, несмотря на то, что она говорила шёпотом, эти три слова звенели в глупой кроличьей голове, медленно, но верно вытесняя всё остальное. Но вдруг Помни сделала ещё один беспощадный удар по рассудку Джекса и впилась своими зубами, которые вдруг тоже приобрели треугольную форму, в его шею. — Я-я не твой мармеладный крокодил, не надо меня кусать! — он пытался возмущаться, но тело не слушалось его, оно охотно выгибалось в спине, а случайные движения шеи в попытках выбраться больше смахивали на то, что он специально подставлял её прямо под тиски острых зубов, может, так оно и было, но кое-кому не хватало мужества признать это. Помни на секунду застыла, вспоминать сейчас о Гаммигу было не лучшей идеей. Он был по-своему дорог ей, но она понимала, что они действительно из слишком разных миров, чтобы даже думать о чëм-то, кроме прерывистой ситуативной комковатой дружбы. В прочем, сегодня на приключении она поняла, что её это даже устраивает, хотя бы один из них не страдал от их разлуки после той сладкой катастрофы, он не помнил и не винил её, а от этого самой Помни становилось легче. Пожелав ему хорошего дня напоследок, она отпустила его, поняв, что к этому миру можно относиться проще, это как-никак просто игра, в которой Гаммигу мог быть просто её любимым НПС, с которым приятно было бы повидаться время от времени, ничего больше. — Пом-пом? — неловко спросил Джекс, прерывая её мысли, — Ты не заденешь мои чувства, если признаешь, что какой-то непись тебе дороже, чем я. — недовольно фыркнул он, вспоминая слова Рагаты о том, что Помни приятней проводить время с этим дурацким крокодилом, а не с ними, — Я даже буду рад, ведь ты наконец отлипнешь от меня, — как бы кролик не старался, в его голосе совсем не было радости, одно раздражение и обида. — Нет. Не дороже, — твёрдо и резко сразу же ответила Помни, давая им двоим небольшую передышку и просто тычась местом, где у неё мог бы быть нос, в шею Джекса, приятно и совсем слегка щекоча его своим дыханием, её рог неудобно подпирал щеку кролика, но тому было всё равно, ответ девушки его впечатлил. А как Помни могла ответить иначе? Любая человеческая жизнь была ценнее фальшивки, даже если та была сладкой и мармеладной. Пусть даже кролик на вкус как горький шоколад с перцем, он всё равно... нравился ей. По-своему, по-особенному. И пусть Джекс и не мог похвастаться развитой эмпатией, но всё же где-то внутри он чувствовал это отношение к себе, чувствовал себя особенным для неё и ему, к его же стыду и сожалению, нравилось быть таким хоть для кого-то. Он устало закрыл глаза. Сегодняшнее приключение его вымотало, хотелось просто отдать себя в чужие добрые руки и забыться хоть на немного, отбросив все свои привилегии и обязанности "весельчака", хотелось побыть слабым, всё равно же никто не увидел бы, а если кому рассказать – не поверили б. Да и Помни совсем не глупая девочка и вполне понимала, что если хоть одна живая (или искусственная) душа узнала бы о том, что, казалось бы, уже неизбежно должно было произойти дальше, то её жизнь в цирке стала бы сущим кошмаром и Джекс готов был приложить для этого все усилия, но, по правде говоря, ни ей, ни ему это не нужно было. В общем, он мог немного расслабиться и позволить себе дать слабину. Парень сделал глубокий вдох и выдох, а после открыл глаза. — Ну может тогда хотя бы поцелуешь меня, насильница? — смущённо пробурчал кролик, сжав кулаки, когда почувствовал маленькие быстрые мягкие поцелуйчики в районе своей шеи и плеча, — В губы, глупая! — чуть ли не взвигнул он, умирая от стыда, это девушки должны выпрашивать у него поцелуи, а не наоборот! Услышав в ответ усмешку, кролик ещё больше разозлился. Помни отстранилась от его шеи и взглянула прямо в его мордочку. — Если ты так хочешь этого, то попроси вежливо, — совершенно спокойно и даже с ноткой строгости сказала она, будуто они тут учились хорошим манерам во время чаепития, от этого парень только больше взбесился, но дерзить в ответ не стал. Тепло, давно забытое и оставленное в реальном мире, вдруг появилось в его животе, воспитывая получше, чем Рагата или Зубл. Попытки вырваться из хватки клоунессы провалились, притянуть и поцеловать её не получилось бы, оставалось только быть послушным крольчонком. Джекс поджал губы и отвёл глаза, которые стали маленькими квадратиками от такой наглости Помни. — Пожалуйста... — всё же нехотя вытащил он из себя, но награда не заставила себя долго ждать: девушка прижалась своими губами к его. Она не знала, первый ли это раз Джекса или нет, но попытки быть мягче и сгладить углы нового опыта длились не долго, она опять начала кусаться, видимо, это был немногий из её способов сбросить накопившуюся агрессию. Целовалась она властно, умело, буквально выбивая из Джекса стоны и блаженное мычание, ведь тепло расходилось по его длинному телу всё больше и больше, с Помни было гораздо проще – сама она небольшая, поэтому уже к этому времени она вся горела, желая сорвать ненужную одежду, которая, казалось, только мешала. Ради этого ей даже пришлось дать немного воли Джексу и отпустить его запястья, заняв свои руки лямками комбинезона, которые послушно опускались всё ниже и ниже по тонким рукам, ведь в комнате цензура хоть и немного, но уменьшалась. При первой же возможности кролик сорвал с клоунессы её нелепую шапочку шута и скинул на пол, туда же полетели и остальная их одежда, которую они любезно помогли снять друг другу, неплохое начало дружбы, верно? Они остались в одних перчатках, посчитав, что снимать их и видеть свои руки без них будет как-то странно. — И что ты собралась делать? У нас между ног всё равно ничего нет, — пытаясь отдышаться после очередного поцелуя, спросил Джекс, пусть у них была достаточно небольшая разница в возрасте, всего три года, но парень чувствовал, как заметно уступал девушке в плане опыта в подобных вещах, ведь у него даже никогда не было серьёзных отношений, но сказать (предупредить?) Помни, что она у него была практически первой, он постеснялся, да и не хотел сбивать её решительный настрой, она бы точно была б мягче, если б знала, что лишала этого крольчонка невинности, пусть и виртуально. Джекс старался отвлечься от этих мыслей, возбуждение без возможности высвободить его было подобно пытке, он внимательно рассматривал обнажённое тело Помни, что разместилась у него между ног, без громоздкого костюма с глупыми клоунскими рукавами-фонариками она выглядела более утончённой, но при этом он посчитал, что всё же ей бы в равной мере подошли бы и платья и деловые костюмы, но во что нарядить девушку Джекс мог подумать потом, сейчас он с наслаждением (от чего зрачки рефлекторно расширялись) рассматривал изгибы белоснежного тела, пытаясь как можно лучше запомнить всё, ведь вряд ли ему представится возможность увидеть это вновь в скором времени. — Только не смейся, — предупредила девушка, хотя сама уже не сдержала пары смешков. Клоунесса аккуратно оторвала свой рог, болезненно ойкнув и потерев лоб.