Между небом и преисподней

      Очередное истребление подходило к концу, из-за которого окрестности Ада приобрели ещё более мрачный и опустошенный вид, чем обычно. Улицы адского города чем-то напоминали поле боя: повсюду следы разрушений, обугленные здания, обломки и дым, застилающий горизонт.              Окрестности Ада, и без того полные хаоса, стали ещё более опасными и непредсказуемыми. Многие демоны либо уничтожены, либо прячутся в руинах, пытаясь выжить. Атмосфера наполнена тревогой, отчаянием и злобой.       Многие экзорцисты уже улетали обратно в Рай, оставляя здесь разнообразное оружие, сделанное из святой стали, за которой в данный момент охотились две девочки: Одетта и Клара Кармайн, дочери повелителя оружия Кармиллы Кармайн.       Сёстры спокойно шли и собирали некоторое оружие, Одетта параллельно отмечала их особенное скопление у себя в блокноте, чтобы передать эти данные работникам, которые, собственно, и должны были собрать большую часть металла. Обе были, конечно же, начеку — истребление только заканчивалось, а не закончилось. Но это не мешало им разговаривать:       — Мне всё же нравятся рапиры! Ты выглядишь с ней, как какой-нибудь аристократ — весело щебетала младшая, кудрявая Клара с блестящими черными рогами, одетая в элегантный черный облегающий комбинезон с изящными серебристыми орнаментами. Её тёмная кожа контрастировала с серебром, отчего это выглядело особенно эффектно.       — Ну не знаю, мне больше нравится огнестрел — Одетта, старшая сестра с длинными белокурыми волосами, заплетённых в тугой конский хвост, и строгими круглыми очками с яркими красными стёклами, лениво пожала плечами — Оно, как будто практичнее.       — Ты почти не работаешь с огнестрелом, как и я, откуда тебе знать, что оно лучше? — подняла брови Клара — Мама же нам, можно сказать, запрещает с ним работать.       — Она запрещает тебе, а не нам, потому что боится, что ты — Одетта ткнула младшую сестру блокнотом в грудь — случайно себя пристрелишь, пока будешь его проверять.       — Эй! Я что криворукая?! — фыркнула Клара и демонстративно надулась.       — Заметь, это сказала не я, — ехидно улыбнулась Одетта. Клара решила аккуратно стукнуть сестру по плечу, но та успела увернуться от удара — Мимо!       — Пф, больно надо было — закатила глаза кудрявая девушка — Оооо! Смотри сколько там всего! — Клара показала на темный переулок с множеством оружия — Кто первый, тот съедает ту шоколадку с холодильника! — весело засмеялась девочка и побежала в переулок.       — Клара! А если там экзорцист?! Они же не все ещё улетели! — Одетте ничего не оставалось, кроме как побежать за младшей сестрой, дабы не дать ей до туда добраться, но Клара оказалась быстрее неё.       — Ха! Я первая! — Победоносно вскрикнула Клара и поставила руки в бока, довольно улыбнувшись — Моя шоколадка!       Едва Клара успела отпраздновать свою удачу, как ей резко шикнула Одетта:       — Эй, потише! — Блондинка застыла, её взгляд был устремлен куда-то выше Клары, она заметно побледнела и начала дрожать — Клара... — почти шепотом сказала она дрогнувшим голосом, раскрыв рот от ужаса.       Видя беспокойство сестры, Клара раздраженно скрестила руки на груди, считая весь этот спектакль обычной шалостью.       — Да что там такое страшное? — спросила она слегка раздражённо — Ты думаешь я забыла твои приколы? — демонесса начала оборачиваться, как вдруг её снёс к стене резкий поток воздуха с какими-то непонятными нотками, похожими на легкие удары током — Что за?! — Клара успела выставить руки, что не позволило ей ударить головой — Ну это уже...! — Младшая Кармайн резко замолчала, глядя на того, кто стоял в нескольких метрах от Одетты: Девушка в красной... куртке на молнии что ли, Клара точно не знала как называется подобная одежда, которая была туго завязана ремнем в зоне талии, темно-серые штаны, высокие черные сапоги, такие же длинные перчатки чуть выше локтя. На голове был темно-серый рыцарский шлем. Его узоры из ангельской стали тускло поблескивали в полумраке, а сверху венчал аккуратно уложенный ярко-красный плюмаж. Лицо экзорциста скрывала маска с застывшей в вечной улыбке и ярко-красная повязка на левом глазу с какими-то чёрными то ли узорами, то ли надписями и конечно же с крестом в районе, где должен быть глаз.       Одетта развернулась к экзорцисту и медленно отошла от него к Кларе, закрыв сестру собой.       — Так-так... Неужели кто-то поверил в себя и решил прогуляться? Или вы целенаправленно ищете смерти? — вдруг заговорил экзорцист. Его голос, женский и на удивление спокойный, был слегка приглушён маской, что добавляло ему зловещей загадочности.       — Что тебе нужно? — Попыталась сурово спросить Одетта, но дрожащий голос выдавал её страх.       — А вы как думаете? — Усмехнулась девушка в красной форме, после чего в её руке материализовалось копьё.       Оружие очень отличалось от стандартного арсенала экзорцистов: древко, выточенное из тёмно-красного дерева, было украшено тончайшей резьбой, а наконечник поражал мастерством исполнения — казалось, его ковал и отделывал один и тот же человек, одинаково искусный и в кузнечном, и в столярном деле. Копьё выглядело настоящим произведением искусства, но Одетта не могла сейчас оценить его красоту — все её мысли были заняты лишь одним: как спасти себя и Клару.       — Отпусти нас..Пожалуйста.. — Промямлила Клара, пытаясь сдержать слёзы.       — Ну и с какого же перепуга, я должна вас отпустить? — Экзорцист лениво оперся о стену в ожидании ответа.       — Ну..ну.. — Глаза кудрявой девочки забегали по стенам, как будто на них должен был быть написан ответ.       — Нууу? — Ангел насмешливо наклонил голову в бок — Будет продолжение? Мне аж интересно, что вы придумаете.       — Не издевайся! — Рыкнула Клара и из глаз её тут же хлынули слёзы, она вцепилась в сестру и тихо всхлипнула — Детта...       — Тише, Клара...Тише — Тихо проговорила Одетта, взяв сестру за руку.       Внезапно тишину разорвал резкий, звенящий звук металла — экзорцист выронил копьё, и оно с глухим стуком упало на землю. Одетта и Клара вздрогнули, их взгляды метнулись к девушке в красной форме. Та больше не опиралась на стену: теперь она стояла прямо, словно по струнке, вытянувшись в неестественной, напряжённой позе. Её глаза были широко распахнуты от удивления, а взгляд, кажется, был направлен на них. Сестры не могли точно понять, так как у экзорциста были чисто-красные глаза без намёка на радужку или зрачок.       — Как-как вас обеих зовут? — Тут девочки удивились ещё больше. Во-первых, экзорцист уточнял их имена, а, во-вторых, его голос... дрожал(?)       — Какая тебе разница? — Рыкнула Одетта более уверенно — Ты поболтать с нами пришла?       Экзорцист ничего не ответил, а просто ещё раз осмотрел сестёр Кармайн с ног до головы, особенно хорошо он обсмотрел Клару.       — Ты будешь отвечать или нет?! — Клара вышла из-за спины Одетты. — И чего это ты меня рассматриваешь?       — Клара! — Шикнула Одетта — Не надо её злить...       Клара тут же поняла, что вякнула и опять спряталась за старшей сестрой — Прости..       Экзорцист всё это время стоял неподвижно, словно статуя. Но затем он резко дёрнулся, приходя в себя. Украдкой взглянув на девочек ещё раз, он снял шлем. — Меня зовут Кара.       Внезапно повисла звенящая тишина. Одетта и Клара застыли, не в силах отвести потрясённых взглядов от Кары. Та, в свою очередь, нервно теребила край своего шлема, не моргая и пристально глядя на девочек, словно пытаясь прочесть их мысли.       — Т..те..Тебя зовут как?! — Резко вскрикнула Одетта, не веря в происходящее.       — Кара — Стараясь говорить спокойно, ответила девушка, сняв с себе маску и повязку, открыв взор на своё лицо: молодая девушка с белоснежными волнистыми волосами и кожей цвета кофе с молоком и татуировка — красная молния, тянущаяся от шеи к брови.       — Ты..ты.. — Клара пыталась придумать какой-то вопрос, чтобы точно убедиться, что это её сестра-близняшка Кара. — О! Давно...Ты потеряла..       — Двух сестёр и маму. В один день. — Кара тяжело вздохнула. Было видно, что воспоминания причиняют ей боль. — Их убили. Я осталась жива только потому, что меня не было дома... Мама попросила сходить по делам, а когда я вернулась... Клара не дала ей договорить, она подбежала и крепко обняла сестру. Кара от неожиданности выронила шлем.       — Кара! Это правда ты! — Клара вновь заплакала, но на этот раз это были слёзы счастья и облегчения, сжимая в объятиях свою сестру, игнорируя опять легкое покалывание, похожее на несильные удары током.       — Да...Это я — Кара улыбнулась сквозь слёзы и обняла сестру в ответ. Она перевела взгляд на Одетту, которая стояла неподвижно, широко раскрыв глаза. Ангел тихо усмехнулся и приглашающе раскрыл объятия.       — Кара... — по щекам Одетты тоже потекли слёзы. Она подбежала к сёстрам и крепко обняла их обеих.       Объятия длились долго, возможно, они простояли так несколько минут, а может и часов, но, в итоге, девочки всё же разошлись.       — Как же давно мы последний раз виделись.. — Одетта вытерла слёзы и улыбнулась.       — Ага — Кара кивнула, смахнув слезы.       — Ты можешь побыть с нами? Хотя бы часик..? — Клара с мольбой уставилась на Кару, но та лишь грустно вздохнула:       — Нет... Истребление уже подошло к концу, меня наверняка уже потеряли...       — Ммм.. — Клара грустно опустила взгляд.       — Я постараюсь прийти к вам, очень постараюсь — Кара улыбнулась и взяла свой шлем в руки.       — Обещаешь? — вместо ответа Кара просто кивнула, и этот жест заставил Клару улыбнуться сквозь слёзы.       — Тогда мы будем ждать тебя, — Одетта всхлипнула и снова крепко обняла сестру.              — Хорошо, — Кара погладила старшую по спине, затем мягко отстранилась. За её спиной с треском, похожим на электрический разряд, развернулась пара чёрных крыльев. Их узор из редких красных перьев тускло поблёскивал в полумраке.              — Вау... — выдохнула Клара, разинув рот. Она даже не заметила, как её собственные волосы слегка распушились от статического электричества. — Какие красивые...       Одетта с любопытством разглядывала крылья сестры.— Ты точно обычный экзорцист? Уж больно нетипично ты выглядишь...       — Да, кстати! У тебя другие крылья, форма отличается не только цветом, но и деталями... У тебя красивое копьё, чёрно-красные крылья... Иии!.. — Клара перевела взгляд на голову Кары. — У тебя нимб красный!       Кара тихо усмехнулась, и в этой усмешке промелькнула тень усталости. Она ловко взяла в руки маску, шлем и повязку.— Я вам потом всё расскажу. когда будет время, — пообещала она.       В следующее мгновение предметы в её ладонях вспыхнули алым светом. Они задрожали, словно рябь на воде, и с треском рассыпались десятками крошечных красных молний, которые тут же растворились в воздухе.       Клара восхищённо ахнула, прижав ладони к щекам — Видела?! Видела?! Детти, ты это записала?!       Одетта лишь покачала головой, но её глаза блестели от восторга. Она сделала последнюю запись в блокноте и захлопнула его с громким щелчком.— Записано. «Обещание всё рассказать» внесено в архив, не отвертишься, Кара.       Кара, прикрыв рот кулаком, тихо посмеялась — Ладно... Вам, наверное, тоже пора, мама точно вас ждёт       — Да...Она, наверное, уже переживать начала — Клара неловко почесала затылок.       — А сколько времени прошло, не знаешь? А то мы не взяли с собой телефоны, их просто положить некуда. — Одетта сделала ещё пару пометок в блокноте и посмотрела на Кару.       — Ммм... — Кара достала карманные часы и посмотрела на время. — С момента нашей встречи прошло около часа.       Одетта и Клара нервно переглянулась.       — Нам надо бежать, причём очень быстро — Клара заметно занервничала, последнее чего она хотела - получить наказание.       —Да, а то мы не сказали ей, что ушли... — Одетта отвела взгляд.       Кара же посмотрела на них обеих и рассмеялась: — Ладно, идите, а то получите ещё       — Мгм — Клара улыбнулась и опять обняла Кару — Приходи скорее...       — Приду — Кара спокойно улыбнулась.       Одетта взяла Клару за руку и, бросив последний взгляд на сестру, тихо произнесла:       — До встречи...       Было видно, что ни она, ни Клара не хотят уходить. Им хотелось остаться, обнять Кару и никогда не отпускать, но выбора не было. Нужно было срочно показаться матери, иначе их отсутствие вызовет ненужные вопросы и тревогу.       Кара тоже не желала расставаться, но делать было нечего. Она должна была вернуться в Рай: её наверняка уже хватились и ищут.              — До встречи, — эхом отозвалась Кара.       Она долго провожала глазами убегающих сестёр, пока их силуэты не скрылись. Наконец, вздохнув, девушка наклонилась и подняла своё копьё. Повернув за угол, чтобы выйти из переулка, она вдруг замерла. На земле лежал брошенный меч и несколько белоснежных ангельских перьев.       Кара нахмурилась, но особого значения находке не придала — в Аду после истребления повсюду валялись подобные трофеи. Крепче сжав древко копья, она пошла дальше.

***

      Резкая беззвучная вспышка молнии озарило мраморный зал и из этой вспышки молнии появилась Кара, ещё одна вспышка и крылья девушки с электрическим треском растворились в воздухе. Ангел внимательно огляделась, она была не на площадке, с которой экзорцисты залетают в порта в Ад, она стояла в Зале Суда. Высокие колонны, уходящие во тьму, искусная резьба на стенах, витражи, в которых не играло солнце... В обычное время это место можно было бы назвать величественным. Но Кара знала: его красота была лишь декорацией, фальшивым фасадом. В дни суда она оборачивалась своей противоположностью — зловещей клеткой для тех, кому предстояло услышать приговор.       Кара посмотрела, где стояла, она была ровно по середине зала — в месте, где обычно был прикован подсудимый.              Девушка молча выпрямилась, ей определённо было плевать на это, Кара просто хотела поскорее добраться до дома. Теперь её форму особенно хорошо можно было рассмотреть: ярко-красное котарди на чёрном замке с высоким горлом так же чёрного цвета, на котарди были разные узоры в виде красных молний, которые можно было заметить только на свету. На плечах виднелись чёрные погоны с красной вышивкой сокола с расправленными крыльями и держащего рубин в лапах. На шее весел медальон с гравировкой в виде того же сокола, только она была ещё более детализирована, а глаза птицы были заменены на маленькие рубины, рубин, который сокол держал в лапах также был настоящим. Сверху над птицей было написано "Cara Carrera", а снизу, под птицей "Will". Котарди было перетянуто в районе талии чёрным ремнем, на ногах тёмно-серые штаны и чёрные высокие сапоги с ярко-красными нашивками. На спине Кары так же был рисунок того же сокола.       Кара устало вздохнула и уже направилась к выходу, когда что-то остановило её движение. Тонкая нить присутствия коснулась её сознания.       — Можете не прятаться, — прозвучал её голос, подобный звонкому металлу. — Я чувствую ваше присутствие.       Спокойствие тона не оставляло сомнений: Кара не испытывала страха, но её голос внушал трепет.       Перед девушкой появились пятеро экзорцистов. Страх сковал их движения, но приказ был категоричен, и они не могли ослушаться.       — Кара! — обратился старший, тщетно пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Ты обвиняешься в предательстве! Пощадив грешников, ты навлекла на себя кару!       — Как же неожиданно мы перешли на "ты", — с холодной усмешкой заметила Кара, окидывая взглядом дрожащие фигуры экзорцистов.       — Довольно дерзостей! — прорычал другой. — Мы выполняем волю нашего лидера!       — Воля, — пустые, бездонные глаза Кары вспыхнули опасным красным пламенем. — Здесь только я. Попробуйте, нападите. — Кара стукнула своим копьём по полу и небо тут же осветила вспышка молнии, а гром, последовавший после этой вспышки, заставил экзорцистов вздрогнуть.              Но экзорцисты постарались быстро прийти в себя и приготовились напасть, когда из тени появился шестой — и нанёс коварный удар в спину, пронзив тело Кары насквозь.       — Хватит колебаться! Действуйте! — проревел экзорцист, наступивший на тело девушки, вытащив свой меч. Это была Лют — лейтенант армии экзорцистов, любимая приближённая Адама. Её форма ничем не отличалась от стандартной: темно-синие котарди с высоким чёрным горлом, чёрный ремень, чёрные перчатки и сапоги и темно-серые штаны, разве что чёрные погоны выдавали её высокое положение. Но тело под ногами Лют шевельнулось.       — Слезь с меня, — прохрипела Кара, заставив экзорцистов похолодеть от ужаса. Те уже считали её мёртвой.              — Ты... ты как посмела выжить?! — завизжала Лют, намереваясь повторить атаку, но в следующее мгновение её швырнуло в массивную колонну с такой силой, что камни задрожали.       — Забавно, да? — голос Кары вновь зазвенел привычным металлическим смехом. Раненая плоть затягивалась прямо на глазах. — Хотите подраться? Пожалуйста. — Кара притянула к себе своё копьё и приготовилась.       Кара наблюдала за атакующими с отстранённым интересом, словно изучая неуклюжих учеников на первом занятии по фехтованию. Клинки мелькали вокруг неё, но каждый удар проходил мимо, Кара каждый раз успевала увернуться.       — Ну и что это за жалкие попытки? — её голос звучал подобно звону холодного железа. — Мешок картофеля двигался бы быстрее, чем вы! Чем вы вообще занимались на тренировках? Спали?       Каждый язвительный выпад Кары вонзался в души экзорцистов острее любого клинка. Лют, разъярённая насмешками, закричала громче обычного:       — Заткнись, предательница! Умри наконец!       Её команда удвоила усилия, но каждое движение становилось лишь доказательством их никчёмности. Кара уклонялась от ударов с небрежной грацией, но делала это Кара не долго, через время экзорцист в красной форме перестал так яро уклоняться или блокировать удары, Кара просто молча давала себя ранить. Зачем? Никто из экзорцистов не знал, но им было особо и не до этого.

***

      Кара сидела на коленях, её руки были крепко связаны за спиной. Светлые пряди волос спутались с золотой кровью, сочившейся из многочисленных ран. Медленно поднимая взгляд, она встретилась глазами с Адамом, чья торжествующая улыбка казалась неуместной в этом зале страданий.       — Мои девчонки! Ну что, рубинчик? Какого тебе сейчас? Осознавать, что скоро ты окажешься в Преисподне? — Адам злорадно хихикнул и, взяв Кару за подбородок, грубо заставил посмотреть на него. — Не молчи, отвечай, сучка.       — А что мне говорить? — Тихо, но очень холодно спросила Кара. Она была вся изранена, её глаза и рисунки на коже заметно побледнели. — Ты не заставишь меня покаяться.       — Очень зря, может быть я бы пересмотрел свою точку зрения — Адам сильнее сжал подбородок Кары, впившись в него ногтями до крови.       — Не переживай, твоя точка зрения меня не колышет — Кара приулыбнулась, даже несмотря на усталость, будущий падший ангел находил в себе силы говорить колкости Адаму.       — Ах ты! Как ты, блять, смеешь со мной так разговаривать?! — Взрыв ярости вырвался наружу, и кулак Адама обрушился на лицо Кары.       Кара закашляла, по кончикам её губ тонкой струйкой текла кровь. Но она всё равно находила в себе силы говорить. — Как хочу, так и разговариваю. Я сильнее тебя Адам, на много сильнее. И если ты выше меня по иерархии, то это не значит, что я тебя уважаю. Поверь, ты ещё пожалеешь, что скинул меня.       — Довольно! — Рявкнула Лют и размахнувшись ударила Кару по левому глазу дважды, из-за чего новая рана Кары начала напоминать крест — Это тебе в подарок, чтобы ты помнила, кто ты есть на самом деле. — Лют схватилась за ярко-красный нимб и резко сорвала его с головы Кары.       Кара почувствовала резкую боль, она была и физической, и моральной. Кара опустила голову, пытаясь скрыть дрожь в конечностях. Ей было плохо, ей было больно, но ее гордость не позволяла ей признать, что так оно и есть. Девушка стиснула зубы и, собрав всю свою волю в кулак, встала.       — Да хватит быть такой спокойной! — Взревела Лют и, размахнувшись мечом, поставила Каре огромную рану, идущую от груди и до живота. Рана была глубокой из нее хлынула кровь. Кара пошатнулась, сознание затуманилось, перед глазами плывёт, но она продолжает стоять прямо, как солдат по стойке смирно.

***

      В особняке Кармайн царила глубокая, почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем старинных часов в коридоре. Свет в окнах давно погас, однако в одной из комнат на втором этаже, в просторной спальне, в спальне, напичканной разными колбами, пробирками, препаратами и книгами и всяким декором, который показывал, что Одетта очень любит химию, сон никак не шёл.              Одетта лежала на спине, закинув руки за голову и глядя в тёмный потолок. Её строгие очки лежали на прикроватной тумбочке, а блокнот, исписанный за день, был закрыт и отложен в сторону. Но цифры и схемы, которые она так тщательно зарисовывала, больше не занимали её мысли. Перед глазами снова и снова вставала одна и та же картина: переулок, полный оружия, и фигура в красной форме.       — Не могу поверить... — тихо прошептала она в пустоту комнаты.       С дивана, стоящего неподалёку от кровати Одетты донесся шорох. Клара, которая в тот момент смотрела в окно, отвлеклась от своего занятия и взглянула на сестру. Кудрявая девочка чуть поёрзала и укрылась мягким белым пледом, который служил покрывалом для кровати Одетты.       — Я знаю, — так же тихо ответила она. — Я всё думаю... это действительно была она? Наша Кара?       Одетта села на кровати, обхватив колени руками. В темноте она казалась лишь бледным силуэтом.       — Это была она. Я бы узнала её где угодно. Даже в этом шлеме... и с этим копьём. Это она.       Клара убрала плед и подошла сестре, сев рядом и подтянув колени к груди. Её голос дрогнул от подступающих слёз.       — Она так изменилась. Стала такой... сильной. И пугающей. Когда она стояла там, я думала, что мы... — Клара не договорила, всхлипнув.       — Я тоже испугалась, — призналась Одетта, и её голос стал мягче. Она протянула руку и нащупала ладонь сестры в темноте, крепко сжав её. — Но потом... когда она сняла шлем. Ты видела её глаза? Они бездонные... Смотришь в них и сразу же кидает в дрожь... Но одновременно, в этих глазах читается что-то знакомое и родное...       — А крылья! — оживилась Клара, вытирая слёзы. — Ты видела эти красные перья? Как молнии! И нимб... Она больше не похожа на обычного ангела. Она как будто... другая.       — Не рядовой экзорцист... Уж слишком она выделяется, — закончила за неё Одетта. — А ведь Кара раньше была тише воды, ниже травы.. Скромная и пугливая, а тут... Мне этот костюм кого-то напоминает. Нужно будет наведаться утром в библиотеку       — А эта аура? Ты чувствовала? Кара как будто вся наэлектризована! У меня сразу же волос дыбом встали, когда я близко к ней подошла! — Тут же вспомнила Клара, хлопнув в ладоши.       — Клара, тише! — Шикнула ей Одетта — Маму разбудишь!       В комнате снова повисла гробовая тишина, Одетта и Клара погрузились в размышления.       — Как думаешь, она правда придёт? — голос Клары стал совсем тихим, почти умоляющим. — Она обещала...       Одетта вздохнула и легла обратно, не выпуская руки сестры. — Она кивнула. А Кара никогда не лгала нам. Даже когда мы все были маленькими. Если она сказала «постараюсь», значит, так и будет.       Клара улыбнулась в темноте и крепче сжала руку Одетты. Страх постепенно отступал, уступая место тёплой надежде.       — Тогда я буду ждать, — решительно сказала она и закрыла глаза.       Одетта ещё долго смотрела в потолок, слушая ровное дыхание уснувшей сестры. В её голове роились сотни вопросов: почему Кара стала экзорцистом? Что с ней случилось? Почему её крылья чёрно-красные? Но один вопрос был важнее всех остальных: что им теперь делать?       Постепенно усталость взяла своё. Мысли стали путаться, и вскоре Одетта тоже провалилась в сон. В особняке Кармайн воцарилась долгожданная тишина, но сёстры знали: их жизнь уже никогда не будет прежней после этой встречи в переулке.

***

      Тишина, окутавшая особняк Кармайн, была хрупкой, как тонкий лёд. Она продержалась всего мгновение, а затем ночь взорвалась ослепительной вспышкой божественного света. Комната сестёр озарилась так ярко, словно само солнце решило заглянуть в окно. Одетта и Клара подскочили на кровати, разбуженные этим незваным гостем.       — Что?! Кто?! — вскрикнула Клара, бросаясь к окну.       Вдали, над самыми верхушками адских деревьев, зиял портал из Рая, из которого, словно сорванный ветром лист, падала тёмная фигура. Одетта, нащупав на тумбочке очки, прищурилась, пытаясь разглядеть детали. Фигура скрылась за лесом, портал схлопнулся с беззвучным хлопком, и Ад снова погрузился в привычный, вязкий мрак.       — Это... – Клара стояла с раскрытым ртом.       — Кого-то скинули с небес... – Одетта закрыла рот рукой. Сестры переглянулись, они подумали об одном и том же.       — Думаешь...? – Прошептала Клара, у которой к глазам уже начали подступать слезы.       — Возможно... – С шоком раскрытыми глазами ответила ей Одетта, её взгляд не отрывался от окна и смотрел ровно туда, куда упала фигура.       — Нужно проверить! – Крикнула Клара и тут же побежала в свою комнату переодеваться. Одетта проводила взглядом Клара, но после секунды молчания тоже начала быстро переодеваться. Девочки так торопились, что забыли, что мама была дома и что у нее очень чуткий сон.       Одетта и Клара быстро спустились по лестнице вниз и подбежали к двери, Одетта уже потянулась к ручке, но сонный голос их матери, заставил ее застыть.       — Девочки? Что-то случилось? Почему вы не спите? – Сонно поинтересовалась Кармилла, потирая глаза. – Вы... Куда вы собрались?       Одетта и Клара застыли на месте, не в силах пошевелиться, они услышали, что Кармилла подошла к ним и встала рядом.       — Ну? – Мать скрестила руки на груди, в ожидании ответа.       — Мы... – Начала Клара, ее глаза начали метаться по всей комнате, как будто пытаясь найти в ней спрятанный ответ.       — Мы... – Подхватила Одетта, но она тоже не знала, что сказать..       — Вы что? – Выгнула бровь Кармилла.       — Мы проснулись от резкого света в окне, там в небе открылся портал из Рая и оттуда кто-то падал! И у нас есть предположение, что это Кара, потому что мы на истреблении ее случайно встретили и начали болтать и, возможно, это кто-то увидел и... – Затараторила Клара, но ее голос с каждым разом становился всё тише и начинал дрожать.       — Вы... Вы встретили кого? – Переспросила ошарашенная Кармилла, услышав знакомое имя.       — Кару, мы встретили Кару, она сначала напала на нас, как это делают экзорцисты, но потом узнала нас... Мы долго болтали, а потом разошлись... Вот – Объяснила ей Одетта, неловко улыбнувшись.       Кармилла застыла на месте, она очень давно попала в Ад вместе со своими двумя дочерьми в результате убийства, бандиты ворвались в их дом и убили ее и Одетту с Кларой... В живых осталась только ее младшая дочь, сестра-близняшка Клары – Кара. Кармилла никак не могла выбросить из головы то выражение лица Кары, это лицо семилетней девочки искаженное в гримасе ужаса и непонимания.       — МАМА! ОДЕТТА! КЛАРА! – Это последнее, что слышала Кармилла, это был крик испуганной Кары, которая побежала к ней, но было уже поздно, Кармилла потеряла сознание, а после очнулась уже в Аду вместе с Одеттой и Кларой. Кармилла искренне надеялась, что ее дочка прожила долгую жизнь и попала в Рай, но Кармилла всё равно не оставляла попыток ее поиска в Аду. И вот... Оказывается сбылась, Кара попала в Рай, но сейчас... Ее маленькую девочку лишили нимба и на лежала где-то в лесу Ада, совсем одна... Совсем беспомощная...       Кармилла недолго стояла в ступоре, женщина быстро тряхнула головой и указала на лестницу: – По комнатам.       — Что?! Но мама! – Пискнула Клара.       — Живо. – Голос Кармиллы не был злым, он был строгим и материнским. – Всё будет хорошо, идите спать.       Девочки еще немного просверлили ее взглядом, но, поняв, что это бесполезно ушли по своим комнатам с опущенными головами.       Кармилла проводила дочерей долгим, тяжёлым взглядом. Когда шаги наверху стихли, она позволила себе устало вздохнуть. Небесная вспышка разбудила её, но именно суета девочек заставила окончательно сбросить оковы сна.       — Чёрт... — едва слышно выдохнула она в пустоту коридора, запахивая халат плотнее.              Тревога, холодным комом осевшая в груди, гнала её вперёд, не оставляя времени на раздумья.              Она быстрым, решительным шагом направилась к месту падения загадочной фигуры, растворяясь в ночной мгле.

***

             В то же самое время посреди небольшой поляны, окружённой безмолвными деревьями, на примятой траве лежала хрупкая, изломанная фигура. Девушка с трудом удерживала ускользающее сознание, и каждый вдох давался ей ценой неимоверных усилий. Всё её тело представляло собой сплошную рану: золотая кровь продолжала литься из ран, капая на землю, а некогда идеально белоснежные волосы растрепались и слиплись от крови и грязи.       Но самой мучительной была боль в висках — там, где кожу пробили чёрные гладкие рога. Они стали жестоким клеймом, зримым подтверждением её падения. Теперь она больше не ангел. Ярко-красные глаза, в которых раньше плясало пламя, потускнели и стали мутными, а священные узоры на коже словно выцвели, утратив силу.       Кара лежала неподвижно, борясь с накатывающей тьмой и пытаясь удержать разум в теле, которое отказывалось ей подчиняться.       Внезапно тишину нарушил новый звук. Шаги. Они были тихими, почти невесомыми, но быстрыми и целенаправленно приближались к ней. Кара собрала остатки воли, пытаясь повернуть голову или хотя бы скосить взгляд в сторону источника звука, но тело предало её окончательно: жуткая усталость и всепоглощающая боль сковали мышцы ледяными оковами, не позволив даже пальцем шевельнуть.       Кармилла вышла на поляну и застыла, словно натолкнувшись на невидимую стену. Сердце в груди пропустило удар, а затем забилось с бешеной скоростью, отдаваясь гулким эхом в ушах. Она смотрела на изувеченное тело, распростёртое на траве в нескольких метрах от неё, и мир вокруг перестал существовать.              Это была она. Её дочь. Кармилла не знала, откуда пришла эта абсолютная, непоколебимая уверенность — возможно, это был зов крови или отголосок той невидимой связи, что соединяет мать и дитя сквозь жизнь и смерть, но сомнений не было, перед ней лежала её Кара.       Кармилла двинулась вперёд медленно, почти невесомо, словно боялась, что любое резкое движение или громкий звук развеют этот кошмарный мираж. Она медленно приближалась к дочери, Кара оставалась неподвижной, лишь едва заметное, прерывистое движение грудной клетки говорило о том, что в этом изломанном теле ещё теплится жизнь.               Как только женщина подошла ближе ужас вновь сковал её тело, перед ней лежала не просто изувеченная дочь, перед ней лежал ребёнок, которому только-только исполнилось 14. Искреннее желание Кармиллы, что хотя бы одна из ее дочерей проживёт долгую жизнь, разлетелось как утренний туман под солнцем.       — Кара... — Прошептала Кармилла, упав на колени рядом с дочерью.       Её дрожащие пальцы осторожно коснулись спутанных прядей, отводя их с бледного, измазанного кровью лица. В тот же миг по её спине пробежала крупная дрожь, она увидела рану в виде креста на лице дочери. Глаза Кары были закрыты, но как только она услышала своё имя, Кара с трудом но открыла правый здоровый глаз и посмотрела на Кармиллу. Её глаза больше не были алой бездной, начала проступать радужка, которая сейчас была пастельно-красной, и темно-красный зрачок, ну очень похожий на кошачий. Кара смотрела на неё уставшим взглядом, в котором так же читалось некоторое напряжение.       — Тише, моя девочка, это я. Это мама — Ласково, еле сдерживая слезы, прошептала Кармилла, аккуратно гладя Кару по щеке. В её голосе смешались нежность и боль — Сейчас я отнесу тебя домой, врач обработает тебе раны и ты отдохнешь.       Кара лишь слабо промычала в ответ и попыталась пошевелиться, но Кармилла мягко удержала её.                    — Не трать силы понапрасну.       С этими словами женщина аккуратно подняла дочь на руки — бережно, словно фарфоровую куклу — и так же осторожно понесла её домой сквозь ночную тьму Ада.