Якудза, культ и школа

(начало мая 2010) Когда Нанами предложил навещать детей Годжо был почти в восторге. Насколько мог, после того справедливого упрёка. И он хотел исправиться и приходить хотя бы через день! Честно! Но потом ему опять повесили миссию на другом конце Японии. Потом потребовали отчётов. Потом отец вызвал с вопросами о деньгах. Миссии, отчёты, нытье матери “пора быть ответственнее, ты же будущий глава клана” и так по кругу. Хорошо хоть после их с Утахиме скандала и драки пока больше не лезли с обязательной женитьбой. Из своего хомячьего колеса он смог вырваться только спустя две недели, и то в середине дня, когда дети были в школе. Он почти предложил им сбежать с уроков, но оба Фушигуро так на него посмотрели, что идея сама застряла в горле. Какие чудесные кошмарный дети, откуда в их возрасте такая любовь к учёбе? Сугуру бы понравилось. В школе к ним, кстати, относились настороженно, но не враждебно. Не толкали посреди коридора, но и в какие-то общие кружки общения не звали. Он такое видел в школах куда их отправляли на миссии. И в манге. Это вроде бы ничего страшного не сулило, типичные фоновые одиночки, если не врежутся в главного героя, будут жить спокойную фоновую жизнь. А вот окружение Нанами его несколько настораживало. Проклятья на сотрудниках, занимающийся продажей жилья, он в принципе понять мог. Со скрипом правда, но он слышал как жаловались другие. Да и Мей Мей ему как-то пыталась объяснить ценность денег. Все такие прозаичные вещи как “аренда”, “счета”, “коммуналка” для выросшего в клане Годжо были несколько смутными для понимания. Так что, наверное, мелкие проклятья были вполне логичны. Они и на обычных людях появлялись и не все потом вырастали в что-то опасное. Но количество и частота их появления… Сатору сравнил с риэлторами в других местах и там проклятий было гораздо меньше. Гораздо меньше. А ещё клиенты потом реже попадали в больницы или на кладбище. И к слову, сотрудники возраста Нанами там не зарабатывали достаточно, чтобы легко содержать сразу двух детей самостоятельно. К части ломбарда тоже было много вопросов, лишь немногим меньше, чем к магазину трав. Типы, приходящие в ломбард закладывать женские украшения, совершенно не выглядели как кто-то, кто хоть когда-то мог позволить себе золото и драгоценные камни, как и какие-то другие дорогие вещи. И кучу женских сумок разной степени качества. А после визита некоторых людей ломбард вообще закрывался и Нанами срывался из офиса. В магазине трав просто часто мелькали одни и те же странные люди утром и вечером. Может быть курьеры для стариков и Сатору просто себе накручивает… Но ещё были странные ночные поездки в заброшенный и в обычный порт. Насколько часто случается все это, Сатору на самом деле не мог сказать со стопроцентной уверенностью. Потому что выкроить хотя бы неделю чтобы его никто не трогал было крайне сложно даже для Сильнейшего. Приходилось следить и выяснять все урывками. А ведь хотелось ещё и нормально с детьми время провести, чтобы они перестали думать о нем как о “приходит на хомячков посмотреть”. Кошмар, просто кошмар. И как другие что-то успевают, да ещё спят часов восемь? Сатору сократил сон до трёх часов и все равно не успевал половину желаемого и обязательного. В тот день он заранее предупредил Нанами во сколько придёт, чтобы убедиться что дети уже будут дома. Почему-то и Мегуми, и Цумики, и даже Нанами были не в восторге когда Сатору приходил за Фушигуро прямо в школу. И даже когда он делал это на машине. Зануды. Так что они договаривались на конкретные часы посещения. Секо сказала что это похоже словно они родители в разводе. Совместная опека это сходство только усиливала. Сатору это так рассмешило что он решил телепортироваться пораньше, чтобы пересказать Нанами эту шутку как можно быстрее. И, да, Нанами просил приходить нормально, через дверь, но там постоянно крутилась его очень странные коллеги, которые состояли в службе безопасности. Хотя лично Годжо они больше напоминали какой-нибудь боевой отряд клана. Но в принципе, они же им и были, так? И очень подозрительный вахтер на него очень подозрительно смотрел. В общем, Годжо абсолютно не хотелось иметь дело с теми бугаями, но и снова получать от Нанами тоже не хотелось. Так что он выбрал нейтральный вариант и перенесся перед входной дверью. Правда с внутренней стороны квартиры, но это детали. Он даже постучал! После того как перенесся, да, но стучал! В глубине квартиры резко хлопнул одна дверь, за ней другая. Похоже было что Нанами метнулся в свою комнату из ванной. Ну, в ванну Сатору бы лезть не стал (Гето и Секо очень подробно, доступно и больно объяснили почему так делать нельзя даже если вы друзья), а вот в комнату уже можно было. Тем более, детей он ещё не чувствовал даже в здании, можно и пошутить. – Дорогая, я дома, – крикнул Сатору, вваливаясь в комнату хозяина дома. Нанами как раз успел натянуть штаны, но еще не успел надеть рубашку. – Вот это вид, – присвистнул Сатору, рассматривая торс своего кохая, за год нарастившего шикарные мышцы. Удивительно, как с таким телом он еще не нашел себе кого-то. Особенно, когда он одевал свои недавно купленные костюмы, в которых он выглядел как персонаж из романтической манги. И может быть Годжо бы и не заметил ничего, засмотревшись на мышцы, Нанами так повернулся, что спину не было видно, но край рисунка залезал на плечи. – А это что? – Ничего, – быстро отозвался Нанами и увернулся от рук Годжо. Годжо не сдался, и снова попробовал зайти кохаю за спину. Со стороны они наверное выглядели как два идиота, один пытается не повернуться спиной и выйти из комнаты, а второй старается как раз за спину заглянуть. Возможно использование Бесконечности на двери было несколько бесчестным, но сейчас Годжо в это проблемы не видел. А вот в характерной тату на всю спину Нанами… – А, – выдал очень глупый звук Сатору. Нанами снова вспомнил, что он не один, бросил пытаться пробить Бесконечность и развернулся к Годжо. – Годжо-сан, я могу объяснить… – очень грустно и устало начал его кохай, но Сатору его не слушал. Как завороженный он протянул руку к чужому плечу и заведя руку дальше, на лопатку, кончиками пальцев потер рисунок. Под пальцами ощущалась теплая чуть рельефная кожа. Сатору обхватил ладонью чужое плечо и надавил, как бы прося Нанами повернуться к нему спиной. Тот глубоко вздохнул, но повернулся в пол оборота, позволяя рассмотреть рисунок, при этом не отрывая взгляд от лица Годжо. Любой житель Японии знал, что значит такие татуировки. Якудза. Это объясняло многое. Доход, людей, статус в фирме… Годжо споткнулся на этой мысли. Нанами едва двадцать, просто так такую тату не заработать, в техникуме он точно еще не был в банде, это было бы легко заметить, в барьерах бы оставались следы. Значит он как-то поднялся буквально за этот год, а как можно подняться в преступном мире быстро и впечатляюще? Убийство. Масштабное и зрелищное Да что не так с их школой или со всем шаманским миром, если уже второй талантливый маг и прилежный ученик идет по кривой дорожке? Сначала Сугуру, самый добрый и отзывчивый человек из всех кого Сатору знал, ушел в пользователи проклятий убив больше ста человек за одну ночь, потом Нанами сразу после школы подался в банду и скорей всего убивал людей с помощью магии, потому что как еще можно за меньше года заработать тату почти во всю спину и пятикомнатную квартиру. На секунду Годжо думает, что теперь ему вообще некому доверять, кроме Сёко, потому что оба человека, кого он считал примером моральной стойкости скатились. Культ ненависти, просто ненависть. Правила мира шаманов, общие законы людей. Шаманы которые могли бы помогать людям, выбрали использовать их ради своих целей. Шаманы, которые могли бы помочь ему, выбрали уйти. Он один, он снова один на проклятой вершине, где нет ничего кроме вечной борьбы. Потому что никто кроме него не будет, не хочет, не может нести это бремя. Он один и похоже всегда будет. Нанами перехватил его руку на половине движения в печать телепортации. Сатору стоял в таком шоке, что забыл про Бесконечность. Он ведь хотел стать с Нанами чуть ближе, хотя бы подружиться, чтоб уж совсем не мерзнуть на вершине, а иногда спускаться, быть просто Годжо Сатору, греться в чужой простой семье. К своему стыду, про детей он подумал не сразу. Но как только он вспомнил о них, тут же вспомнил и про самое дальнее из имений клана. Да придется идти на поклон к отцу, договариваться и скорее всего детей Фушигуро втянут в разборки между кланами Зенин и Годжо. Но лучше так, чем преступники с детства. – Годжо-сан, пожалуйста, подождите, – Нанами Кенто всегда безукоризненно вежлив, что бы не случилось. Будь он студентом, будь он риэлтором, будь он якудза. Сатору хочется смеяться от этого. Сатору вдруг понял, что еще чуть-чуть и его начнет трясти. Да уж, Сильнейший, подумаешь всего-то второе предательство, что его так накрыло… Надо взять себя в руки. – Ты можешь сказать, что никого не убивал? – Годжо цепляется за соломинку, он слаб, он хочет верить в чудо. Чудо, что он не один. Нанами всегда вежлив и честен, если он скажет что не.. – Я убил с помощью проклятья одного педофила, — голос Нанами был спокоен и тверд. – Арестуешь? – Что.. – Годжо попытался уложить в голове информацию, дернулся, пытаясь оттолкнуть от себя преступника, но Нанами держал крепко. Сатору чуть не закричал на него, – Ты издеваешься надо мной сейчас?! – Ни в коем случае, я бы не стал врать шаману, который может легко меня убить. Годжо моргнул, как огромная сова. Слишком много мыслей за вечер, чтобы в них как-то поместился еще и чужой страх перед ним. Он может убить кого-то из своих однокурсников? Нонсенс, он не смог убить Сугуру, и скорее всего по той же причине не найдет в себе силы причинить вред Нанами. Он ничего в сущности не может, бесполезный меч клана. Нанами попытался ему что-то объяснить, удержать Годжо в доме, для чего положил ему руку на второе плечо. Годжо слышал все как сквозь вату, пытается вникнуть в слова, но мешал грохот внутреннего мира. Единственное на чем он смог сейчас концентрироваться это тонкий рельеф тату на чужой теплой коже. Абсурдно, что даже уйдя на дно, Нанами мог стать опорой. - Ой, я потом зайду, - вдруг раздался звонкий женский голос секретарши Нанами, от двери, а следом хлопок и поспешный стук каблуков. По ковролину. Вот это навык. До Годжо вдруг дошло в какой позе они сейчас застыли, буквально обнимаясь посреди комнаты. Он тут же вырвал свою руку из чужой руки, стряхнул с плеча другую и все же телепортировался обратно в техникум. Сразу к Секо в морг. – Судя по тому как быстро ты прибежал, случилось что-то невероятное, – насмешливо встретила его Секо, его последний маяк. – Вы с Нанами что, поцеловались? – Я узнал, что он якудза, – мрачно обронил Сатору и свалился на скамейку. Он опять оставил детей Фушигуро, дошло до него. Детей, опеку над которыми он получил совместно с бандитом, не законным способом. Еще и помог в запугивании, подделке подписи и взятке. Годжо взвыл и вцепился себе в волосы, – Я слепой дурак. – О как, – Секо ошеломленно села рядом и прикурила сигарету, смотря пустым взглядом в пространство. *** – А когда придет Годжо-сан? – спрашивает Цумики, пока Нанами разогревал на всех ужин. Мими, нагло напросившаяся на еду и сейчас достающая тарелки, тоже навострила уши. Ей явно было очень интересно куда пропал Годжо, из квартиры на десятом этаже с одной дверью. – Он сегодня снова не смог, слишком много работы, – ответил Нанами. Врать детям не хотелось, рассказывать перед Мими про шаманов он не мог. Про свою деятельность он тоже не собирался рассказывать детям как можно дольше, надеясь дать им нормальную жизнь. Лишь бы не пришлось убегать.