Штиль

      Она всё же не изменяла традициям и поздравила Стеллу и Келуса с Новым годом. Это и правда сильнее облегчило состояние Стеллы: она бы сильнее переживала, если бы ей не пришло сообщение. Тогда бы она постоянно думала только о том, что опекуны уже едут сюда, чтобы «мило поздравить» их лично.       За все каникулы они так и не обговорили свой поход на каток. Первого января они вчетвером лениво отдыхали весь день и смотрели новогодние фильмы, а вечером второго числа Дань Хэн и Март вернулись к себе.       В последние дни каникул они гуляли с Воскресеньем и Зарянкой, наконец-то свободными от визитов многочисленных родных. Март, конечно же, радовалась сильнее всех: она будто никогда не забывала про Эну и Шипе, с которыми снова появились шансы познакомиться. Словно их родственники собирались оставаться у них до конца жизни…       Воскресенье даже случайно проговорился о том, что после двенадцати Зарянка сбежала к Бутхиллу. А парню, которым манипулировали обещанием из детства, пришлось прикрывать сестру. По лицу однокурсника Стелла ясно видела, как сильно он возмущался на самого себя за тот день. Однако, как заметила Март, самое важное, что у Зарянки и Бутхилла теперь продвинулись отношения.       И вот наступил конец каникул. Стелла шла на пары с большим нежеланием, но подходя к аудитории её настроение чуть приподнялось. Она скучала по спокойным дням в колледже, которых давно не ощущала из-за сессии и новогоднего бала.       Заходя в кабинет и видя у своей парты ошивающуюся однокурсницу, девушка хмыкнула про себя и поднялась по лестнице в конец аудитории. До неё начал доходить диалог только тогда, когда она уже подходила ближе: — …Поэтому подумай о моих словах, пожалуйста, и дай ответ, когда обдумаешь. — Я уже ответил отказом. Прошу прощения, но мое решение не изменилось и вряд ли изменится, — произнес Дань Хэн, когда Стелла обошла девушку и заняла своё место за партой.       Однокурсница прикусила губу, замечая оживлённую реакцию парня на появление своей соседки и медленно кивнула. Когда она ушла к своей парте, Стелла выложила на стол учебник и улыбнулась Дань Хэну вместо приветствия. — Опять твои фанаты? — Дань Хэн лишь кивнул, пробегаясь глазами по её чёрной водолазке с широкими рукавами, которая была заправлена в брюки. А после добавил: — Она поняла мои слова и ушла только после того, как пришла ты. — У нас уже прямо-таки негласный договор. Я защищаю тебя от назойливых девочек, а ты… — …от назойливого Авантюрина, — закончил мысль Дань Хэн, улавливая суть её слов. Девушка кивнула, достала телефон и мельком прочитала только пришедшее от Март сообщение. — Кстати о нём… — она, чуть нахмурившись, повернула экран телефона к Дань Хэну. 7:32 Март: ко мне подошёл второкурсник и спросил, дружу ли я с тобой. ты бы знала, как я удивилась! откуда он тебя знает?       Дань Хэн тоже нахмурился и перевёл взгляд на Стеллу, которая поставила руку на парту и устало вложила в неё голову. — Ты им так и не рассказала? — А смысл? Март вряд ли сможет что-то сделать, а Келус здесь даже не учится, — она повернула телефон к себе и напечатала короткий ответ. — Если он продолжит следить за тобой и узнает ещё и про Келуса, то будет куда хуже. Думаю, лучше предупредить для их же спокойствия.       Стелла прикусила губу, задумавшись, и быстро стёрла написанный текст. Спустя ещё одно короткое размышление она отправила сообщение: 7:35 Стелла: Это парень, который пристал ко мне с просьбой начать с ним встречаться. Просто игнорируй его.       А потом она перешла в чат с братом. 7:37 Стелла: Если к тебе подойдёт нарядный павлин, представится Авантюрином и начнёт говорить про меня, то шли его.       Разумеется, быстрого ответа от брата ждать не стоило, поэтому она убрала телефон и надела предложенный Дань Хэном наушник. Провести последние минуты перед началом пар с музыкой — лучший вариант.       Первая пара у профессора Бутхилла прошла у кого как. Половина однокурсников отсутствовала, как и сам преподаватель. Остальные студенты доделывали задания, выданные на каникулы, а одни лишь Воскресенье, Дань Хэн и Стелла тихо переговаривались.       Пара по архивоведению началась с кратких указаний куратора по предстоящей неделе, а когда он начал вести урок, Стелле пришло сообщение.       Она, дописывая дату в тетради, взглянула в телефон, без сомнения думая, что уведомление пришло от Март. Однако внутри сразу похолодело, когда она увидела сообщение от незнакомого номера: 8:50 Неизвестно: Мы с Блэйдиком приедем через пару месяцев, не разочаруйте~       Сердце пропустило удар. Её дыхание внезапно стало тяжёлым, руки задрожали. Стелла ошеломлённо замерла, пыталась осознать то, что это не очередной кошмар, а настоящее. И это — реальное сообщение.       Дань Хэн заметил изменение в Стелле и хотел задать вопрос, но она в тот миг стремительно покинула аудиторию. Однокурсники недоуменно смотрели ей вслед, а профессор Рацио резко замолчал.       Дань Хэн застыл. Он понял, что случилось что-то ужасное, и не мог просто сидеть. — Профессор, можно выйти? — его голос дрогнул, и не дожидаясь разрешения, он быстро поднялся и выбежал следом. За дверью он немного замешкался, прислушиваясь, куда именно направилась Стелла.       Стелла вбежала на трясущихся ногах в туалет. Опершись о раковину, она зло выругалась. Кафка приезжает с Блэйдом. Шрамы на руках предательски засаднили, напоминая о себе. Нет, им ведь незачем приезжать…       Она нервно потянулась к телефону, проверяя сообщение ещё раз. Когда она снова увидела этот текст, на её глазах выступили слёзы, смазывая буквы. Она резко вытерла глаза тыльной стороной руки и яростно швырнула устройство в стену. Телефон ударился о плитку и зеркало, оставшиеся от него части отлетели на пол, а осколки рассыпались под ногами Стеллы.       Она обессиленно упала на пол, чувствуя полную беспомощность. Голова совсем затуманилась.       Страх вернуться обратно туда, откуда они сбежали, душил её. Стелла никак не представляла, что опекуны могут сами приехать для этого. Она представляла и боялась любого исхода событий, но только не этого. Она облажалась.       Сама того не понимая, она дрожащими руками начала собирать осколки зеркала. На коже начали проявляться небольшие порезы, но Стелла совершенно не замечала этого.       И тут до неё дошёл звук быстрых шагов в тихом коридоре. Тревога усилилась, сердцебиение участилось. Эти шаги… напоминали Блэйда. Хоть мужчина ходил куда тяжелее и медленнее, но она не могла избавиться от ощущения, что он уже здесь.       Дверь резко распахнулась. Стелла оцепенела, боясь оборачиваться, натыкаться на яростный взгляд и даже дышать. — Стелла?..       Кто-то тронул девушку за плечо, заставив вновь вздрогнуть. Она инстинктивно сжала руки в кулаки. Каждый новый глубокий порез кольнул болью, а старые шрамы будто ожили, превратившись в свежие кровоточащие раны. Девушка ощутила себя абсолютно обнажённой и уязвимой.       Сквозь гул в ушах донеслись тихий выдох и шелест одежды. Это стало триггером для девушки, вернувшим её сознание обратно. Стелла посмотрела на свои дрожащие руки, покрытые каплями крови. Острые осколки зеркала были разбросаны вокруг и впивались в кожу. Теперь она почувствовала боль от каждой раны, ранее приглушённую приступом паники.       Снова эта боль, которую она бы предпочла больше никогда не чувствовать. Её тело тряслось мелкой дрожью, горло сдавливало желание крикнуть, но единственное, что на себе позволяла, — едва слышный стон.       Парень, про присутствие которого она совсем забыла, нежно, но решительно схватил её за запястья, в попытке обезопасить от крупных осколков. Наклоняя голову, девушка сжала зубы, прокусывая губу до онемения. Нельзя никому видеть её слёзы. «Пусть лучше уткнёшься потом в подушку, будешь глушить там свои крики, но публично демонстрировать их недопустимо.»       Стеллу притянули к себе и она невольно попыталась вырваться, но силы покинули её окончательно. Может быть, если перестать подчиняться правилам Кафки, ничего не будет.? Она устала скрывать свои чувства. Ей хочется открыто выражать эмоции, как делают остальные люди.       Девушка замерла, перестав сопротивляться, и медленно рухнула в тёплые объятия. Утыкаясь головой в мягкую ткань чего-то, она позволила накопившейся внутренней боли выплеснуться наружу. Руки судорожно сжимались, оставляя кровавые следы на одежде парня и вгоняя осколки глубже под свою кожу. Она чувствовала, как её прижимают ближе к себе, и от этого хотелось лишь сильнее разрыдаться.       Её никто не видел в таком состоянии. Сейчас казалось, словно её разрывают на куски. Будто бы она — расколотое ею же зеркало. Только вот в своём разрушении виновата была вовсе не она, а сообщение от Кафки, обрушившееся на неё тяжёлым грузом.       Дань Хэн крепко обнимал девушку, вслушиваясь в её рыдания скрепя сердцем. Больно. Но осознать, как больно сейчас Стелле, казалось невозможно. Оставалось только молча поддерживать, крепко держа её и давая почувствовать, что она не одна.       Глаза начали болеть, а щёки из-за дорожек слёз щипали. В ушах сильно шумело. Слёзы прекратились сами собой, оставив Стеллу неподвижной и лишённой чувств. Внутренности словно перевернулись от тревоги, а та заполняла её пустую голову.       Спустя некоторое время дыхание выровнялось, девушка сделала глубокий вдох. И вдруг её словно ударило током. Пахло лотосом и чем-то морским. Пахло Дань Хэном.       Он сидел с ней всё это время. Прижимал к себе и успокаивал своим присутствием. Всё это время ей казалось, что она одна, но… Она смутно, но помнит, как Дань Хэн опускается рядом с ней, как притягивает к себе и как обнимает всё крепче.       Стелла резко, насколько это возможно, отстранилась и быстро опустила голову. Голова закружилась от такого действия после долгого неподвижного состояния. Она вытерла рукавами своей водолазки следы прошедших слез.       После новой вспышки боли внутри возникло сильнейшее желание отрезать себе руки. Но сейчас она могла только беспомощно сдирать и раздражать кожу.       Как только она дотронулась до собственных плеч, чьи-то уверенные руки моментально перехватили её кисти, мягко, но твёрдо останавливая. — Стелла. — Спокойный голос отрезвил сильнее хватки на руках. В ушах резко затихло. Она взглянула на собственные окровавленные руки, которые сжимали руки Дань Хэна. Так себе вид, но девушка не могла смотреть на парня напротив.       Дань Хэн, заметив, что Стелла пришла в себя, осторожно убрал руки и мягко заправил выбившиеся пряди волос девушки за её уши. О, она представляет какой прекрасный вид открылся на её красные глаза и опухшее лицо.       Дань Хэн бережно прикоснулся к щекам Стеллы, спустился к подбородку и приподнял голову за него. Он начал аккуратно стирать остатки слёз, пока девушке пришлось бессильно уставиться куда-то в его шею. Его руки были на удивление холодными, по сравнению с собственными горячими щеками.       Он не задавал вопросов о случившемся. Не давал пустых обещаний, что всё обязательно станет лучше. Не осуждал её за истерику. Просто оставался рядом, внимательно следя за состоянием девушки. Сейчас Стелле казалось, что она совершенно не заслуживает дружбы с Дань Хэном. — Спасибо… — еле слышно прошептала она охрипшим голосом, сама сомневаясь, услышит ли её Дань Хэн. Однако тот лишь слегка приподнял её голову повыше, вынуждая взглянуть прямо в глаза, и тихо произнёс: — Я всегда рядом. — Стелла судорожно втянула воздух сквозь зубы, ощущая привкус собственной крови. — Не говори им, пожалуйста… — снова шёпотом попросила девушка, отводя взгляд, пока Дань Хэн поднимался сам и помог с этим ей. — Ты… уверена, что об этом не должен знать Келус? — уточнил Дань Хэн, глядя ей прямо в глаза.       От имени брата её прошибло холодом. Кафка никогда не написала Келусу. Значит, он и не будет в курсе их приезда.       Кажется, лицо Стеллы отражало все её эмоции. Дань Хэн тут же вынул собственный телефон, открыв контакт Келуса. — Набери и оставь телефон на раковине, — придерживая Стеллу за предплечья, начал парень. — Как закончишь, сразу же пойдём обработать твои раны. Прошу, лишний раз не касайся ничего руками.       Дань Хэн снова нежно провёл рукой по щеке Стеллы и направился к выходу, но девушка его окликнула, едва не схватив за руку. — Дань Хэн… Останься, пожалуйста. — Он остановился и обернулся, но не подходил обратно. Будто давая возможность ещё раз обдумать, следует ли ему знать о чём-то явно очень личном.       Стелла знала, что следует. Тот столько раз помогал ей, был рядом, и ничего не просил взамен. Небольшая правда о прошлом — единственное, что Стелла может дать ему. Он имеет право знать.       Нажимая на вызов и, поморщившись от боли, вложив телефон в руки Дань Хэна, Стелла начала нервно отсчитывать гудки. На пятый наконец послышался голос брата. — Да? — Келус. — Стелла остановилась на секунду, понимая, как ужасно дрожит её голос. — Стелла? — ошеломлённо спросил парень. А после с нервозностью в голове спросил: — Что случилось? — Кафка. — В её голосе скользнула боль, и Дань Хэн насторожился. — Снова пишет тебе всякий бред.? — Нет. Нет, Келус, — прошептала Стелла, крепко сжимая губы, чтобы удержать новый порыв слёз. Дань Хэн подошёл ближе и осторожно обнял девушку, позволив ей спрятать лицо у себя на груди. Сделав глубокий вдох, она добавила: — Она приедет сюда.       Наступила тишина. Вскоре Келус грубо выругался, а из трубки послышался шум и захлопывание двери. — Когда? — нервно спросил он, когда звуки прекратились. — Я не знаю. — Стелла зажмурилась. Единственное, что давало ей силы держаться — руки парня, которые успокаивающе гладили её по спине.       Она быстро моргнула и отвела взгляд на зеркало, стараясь отвлечь себя себя хоть на что-то. — Через пару месяцев, — вскоре тихо выдохнула она, чувствуя всем телом, как напрягся Дань Хэн. — Одна? — нетерпеливо уточнил Келус, надеясь услышать положительный ответ. — С Блэйдом. — Её голос сорвался, и парень аккуратно, боясь навредить, крепче прижал её к себе. — Ты на парах? — Стелла уже сильнее сжала губы, боясь издать хоть всхлип. Келус нервничал, и после затянувшейся паузы окликнул сестру: — Стелла? — Мы в туалете. Сейчас заберём вещи и уйдем, — объяснил Дань Хэн, принципиально не сказав про медпункт. Если Келусу следует знать — Стелла расскажет ему об этом позже. — Дань Хэн, и ты..? — Келус коротко выдохнул. — Хорошо. Пожалуйста, будь с ней. — Конечно. — Дань Хэн чуть сильнее сжал её в объятиях. — Хорошо, — снова повторил Келус. — Стелла… Я уйду пораньше со смены. — Он молчал некоторое время, будто хотел ещё что-то добавить, но всё же отключился. Дань Хэн продолжал обнимать Стеллу и гладить её по спине. — Нужно отработать твои раны, — прошептал он, спустя минуты чуть отстраняясь и всматриваясь в её лицо. — Ты можешь идти? Не поранила ноги?       Девушка отрицательно покачала головой, видимо, отвечая на последний вопрос. Дань Хэн кивнул, быстро осмотрев Стеллу, поднял с пола части её разбитого телефона, после чего повёл к медпункту на этом же этаже.       Профессор Химеко, как обычно, отсутствовала в медицинском кабинете. Но кабинет был открыт, так что они вместе зашли внутрь и прикрыли за собой дверь. Стелла села на банкетку, а Дань Хэн снял свой испачканный кровью пиджак и отложил его рядом, после чего полез по полкам в поисках нужных приборов.       Парень сел напротив Стеллы, выкладывая между ними антисептик, перекись, пинцет и бинты. Она уже было протянула руку к флакону с антисептиком, но Дань Хэн опередил её и выставил свободную руку в приглашающем жесте. Помедлив, она послушно вложила в его руку свою, ладонью вверх.       Дань Хэн аккуратно сжал её за неповреждённые места и начал снимать кольца. Сложив их на банкетку рядом с девушкой, он открыл флакон и принялся тщательно обрабатывать раны. — Больно? — обеспокоенно спросил парень, начав обработку другой руки. — Терпимо. — Хотелось поморщиться и выдернуть руку, но она пыталась отвлечься от раздражающей боли, покусывая губы изнутри.       Стелла прикрыла глаза. Дань Хэн уже занялся обработкой перекисью и действовал с крайней нежностью и осторожностью. Даже когда он взялся за пинцет, половина боли словно не проявлялась из-за его аккуратных движений. — Она может… по каким-то причинам не приехать? — тихо задал вопрос Дань Хэн, цепляясь за очередной осколок.       Стелла открыла глаза и несколько секунд рассматривала макушку парня, которая склонилась над её руками. — Если она написала, то уже точно ничего не помешает, — глухо произнесла девушка.       Хмуря брови, Дань Хэн закончил работу с одной рукой и перешёл к другой. Стелла глубоко вздохнула и устремила взгляд в окно. — Я опять создаю тебе миллион проблем… — прошептала она. — Извини. — Прошу, не извиняйся, Стелла. Только не сейчас. — Дань Хэн поднял глаза на неё и снова опустил, доставая последние куски стекла. Девушка поджала губы.       Снова тишина. Раны начали чесаться, но меньше саднить после обработки Дань Хэна неизвестной Стелле мазью. Она уже собиралась убрать руки, но парень потянулся за бинтами. — Они жестоко обращались к вам с Келусом? — неожиданно всё же нарушил молчание Дань Хэн.       Стелла резко вскинула взгляд, поражённая откровенностью вопроса. — С чего ты взял? — По твоей реакции, — вздохнул он.       И что отвечать? «Да, издевались, манипулировали и шантажировали Келусом, а под Новый год из-за них я оказалась при смерти»? Даже при большом желании она не сможет и слова выдавить из этого списка. — Иногда, — призналась она после очередного молчания.       Дань Хэн хмуро посмотрел на неё, но промолчал, продолжая перематывать руку.       Стелла разбирала в голове все свои мысли, и когда парень закончил с обработкой, она тихо добавила: — Они… Они заставляли меня делать вещи против моей воли, — тихо проговорила она. — Я сопротивлялась, и тогда они начинали применять физическую силу.       Парень отрезал конец бинта, отложил все оборудования в сторону и едва ощутимо провёл руками по кистям Стеллы. Чуть сжав их, Дань Хэн добился того, чтобы она посмотрела на него. — Я понимаю, что это не главная проблема, и я не буду донимать тебя вопросами, пока ты сама не захочешь рассказать. Но… если тебе будет что-то угрожать, пожалуйста, дай мне знать. — Стелла заторможенно выдохнула, не отрывая взгляда от серо-голубых глаз Дань Хэна. — Твоя безопасность в приоритете. Ты можешь мне доверять. — Я доверяю тебе, Дань Хэн, — тихо проговорила Стелла, грустно улыбнувшись и выбираясь руками из его хватки. Но вместо того, чтобы убрать их, она скользнула пальцами по его ладоням и переплела их пальцы. Боль от прикосновений к ранам всё ещё остро ощущалась, но девушка лишь едва заметно сморщилась, старательно игнорируя дискомфорт. — Просто… Это очень сложно рассказать. Даже Келус знает не обо всём, хотя думает обратное.       Дань Хэн задумчиво опустил голову на их переплетённые руки. Спустя минуту размышлений он нерешительно спросил: — Я… могу быть уверенным в том, что ты расскажешь об опасности?       Стелла поджала губы. Не хотелось ему врать, да и она не могла. — Можешь, только если… это не сможет навредить тебе, — ответила девушка, отведя взгляд в окно.       Сразу же после её слов прозвенел приглушённый звонок с пар. Дань Хэн тихо вздохнул. — Профессор Химеко должна вернуться сюда на перерыве. Объяснимся профессору Рацио и пойдём домой, хорошо?       Девушка согласилась кивком, и Дань Хэн плавно освободил её руки, поднимаясь с банкетки. Стелла собрала свои кольца и закинула их в карманы брюк, после чего оба покинули медицинский кабинет.       На разговор с куратором и путь до дома ушло около тридцати минут. Дань Хэн довёл Стеллу до самого подъезда и, остановившись вместе под козырьком, встал напротив неё.       Стелла, спрятав руки в карманы куртки, молча смотрел на снег, лежащий на земле. Дань Хэн тихо позвал её по имени, привлекая внимание, и осторожно подошёл ближе, приобнимая девушку. — Береги себя, — прошептал он, чувствуя, как она положила голову на его плечо. — И сходи в поликлинику как будет время, хорошо? Не стоит заканчивать на моей обработке. — Спасибо тебе, — поблагодарила Стелла и закрыла глаза, погружаясь в чувство покоя и тепла. Ей не хотелось отстраняться, прощаться и оставаться одной. Сейчас она словно могла чувствовать себя безопасно только в его объятиях.       Дань Хэн медленно опустил руку на её голову и начал успокаивающе перебирать пряди волос Стеллы. Всё такие же мягкие, прямо как в тот день на совмещённой паре. Но сейчас ощущения были куда лучше из-за близкого контакта и запаха шампуня девушки. — Ты сможешь побыть одна до прихода Келуса? — негромко осведомился он, ловя знакомый сладковатый аромат. Чувствуется запах пшеницы и яблока. — Возможно, он уже дома, — ответила Стелла. — Не переживай, я справлюсь, даже если он задержится. — Позвони, если… — Дань Хэн не договорил, вспомнив про состояние её телефона. Стелла невесело фыркнула куда-то в его шею, вызывая у парня мурашки. — Всё будет хорошо, — пообещала она, чуть отодвигаясь и одаряя его лёгкой полуулыбкой. Вдруг, приметив знакомую фигуру, стремительно приближающуюся к дому, девушка инстинктивно дёрнулась вперёд, чуть не потеряв равновесие на скользкой плитке подъезда. Но Дань Хэн моментально среагировал, поддержав её за талию. — Стелла! — Брат торопливо кинулся к сестре и обнял её. Крепко схватив её за предплечья, он отступил на шаг и внимательно оглядел её. — Как ты? Всё нормально? — Насколько возможно… — вздохнула Стелла, обмениваясь быстрым взглядом с Дань Хэном. Парень убрал руку с её талии и перевёл взор на Келуса.       Келус с недопониманием опустил глаза и заметил её перебинтованные руки. — Боже… — Келус поджал губы. –Дань Хэн, спасибо за помощь… — Дань Хэн кивнул, отмечая, что теперь, когда весь спектр эмоций исчез с лица Келуса, и осталось лишь что-то отдалённое и печальное, он был сильно похож на сестру. — Я пойду, — сказал Дань Хэн, переведя взгляд на Стеллу. — Как разберётесь с телефоном напиши мне, хорошо?       Девушка кивнула и снова прильнула к Дань Хэну. Её тянуло к нему, она хотела продлить близость и почувствовать защиту, пока всё не закончится. Наконец, преодолев желание удерживать его дольше, она отступила и тихо попрощалась. Парень ушёл, оставляя брата и сестру наедине.       Келус молчал всю дорогу до квартиры. Заходя в спальню Стеллы, девушка села на свою кровать, а парень принялся копаться в ящиках в поисках старого телефона. — Что именно она написала? — наконец нарушил тишину Келус. — «Мы приедем с Блэйдом через пару месяцев», — ответила Стелла, вспоминая содержание письма и инстинктивно доставая из кармана кольцо с драконом. — И всё? — раздражённо вздохнул Келус, проходя к кровати с найденным устройством. Вытащив симку из разбитого телефона, он переставил её в другой.       Стелла почти было кивнула, но резко вспомнила про последние слова в сообщении. — Ещё… «Не разочаруйте». — Что? — Келус опешил, поднимая на неё глаза. — О чём это она? — Не знаю. Может, о беспорядке в нашей квартире. — Стелла… — Келус почти договорил возмущённый ответ, но быстро понял и замолк. Ну конечно, она пытается избавиться от их гнетущего разговора.       Стелла нервно дёрнула плечом и отвела взгляд. — Я не обратила на это внимание. Меня больше волнует то, с кем она приедет, — сказала девушка, машинально прикрывая кожу в районе локтя, где старые рубцы начали зудеть.       Келус снова нервно поджал губы. — Келус, они опять… — голос девушки дрогнул и она резко замолчала, сжимая руки в кулаки. Слёзы, похоже, иссякли, иначе непременно выступили бы сейчас, уступив место душевной боли. — Стелла… — Келус крепко обнял её, притянув к себе. — Им же незачем… Это… просто проверка на то, как мы живём. — Хотелось рассмеяться. Они оба понимали, что это жалкие надежды на невозможное, но они молчали. Келус — от безнадёжности, а Стелла — от нежелания сильнее нервировать и так переживающего за неё брата.       Медленно высвобождаясь из объятий, Стелла опустила взгляд на кровать. Келус, вспомнив о телефоне, зажал его кнопку включения и вручил сестре. — Он знает? — спросил Келус, наблюдая, как Стелла разблокирует устройство и открывает чат с Дань Хэном. — Сам понял по моей реакции, — призналась она, кивнув на забинтованные руки, в которых всё ещё сжимала кольцо. — Знает, что они применяли насилие, но остальное — нет. — Будешь рассказывать? — спросил Келус, отводя взгляд.       Стелла опустила взгляд на кольцо, прикусывая щёку изнутри. Долго думать не пришлось. — Да, — ответила Стелла. Она не видела лица Келуса, но тот, видимо, удивился. — И… можешь в общих словах рассказать Март. — Март? — Келус опешил и недоверчиво вернул взгляд на сестру. — Ты… уверена? Ты ведь четыре года ей ничего не рассказывала… — Уверена, — вздохнула Стелла. — Но предупреди её, чтобы никогда не затрагивала тему и вела себя со мной так же, как прежде. Пусть просто… знает.       Март тоже заслуживала знать. Пусть она, как и Дань Хэн, получит небольшое представление о их прошлом. Сообщить всю правду целиком окажется крайне трудно и болезненно и для Келуса, но если в общих чертах, то вполне реализуемо.