Моя геройская академия

      Ночь была густой и черной, словно пропитанной теми же запахами, что преследовали меня в снах: резкая мята, перебиваемая терпкостью алкоголя. Сквозь тонкую стенку доносились голоса, то смех, то крики, перемешанные со звуками, от которых хотелось забиться под одеяло еще глубже.       — Давай, пей! Пей больше! — эхом отдавалось в моей голове, смешиваясь с другими, более интимными стонами:       — Ах! Да! Сильнее! — Я сжималась, завернувшись в одеяло, чувствуя себя пойманной в ловушку, в собственном доме, в собственной комнате. Ванная, единственное убежище, была заперта.       Голод и усталость терзали тело, но сон не приходил. Я отчаянно желала оказаться на маминых руках, почувствовать ее тепло, услышать ее успокаивающий голос.       — Мамочка… — шептала я, снова и снова, но единственным ответом был шум вечеринки, отголоски веселья, за которым стояла пустота. Мама, окруженная друзьями, продолжала пить, словно не замечая моего присутствия, моей боли.       Вдруг, сквозь пелену отчаяния, я услышала пьяный голос, совсем рядом.       — Эй… Маленькая сучка… Какого хуя ты тут делаешь?! — кричал он, держа в руке наполовину пустую бутылку. Его взгляд, мутный от алкоголя, остановился на мне. Я подняла дрожащие глаза, встретилась с ним взглядом, и это, казалось, только разозлило его еще больше. — Тебе кто разрешал смотреть в глаза?! — взревел он, и бутылка поднялась, направленная прямо на меня.       — Мама!       — Мама! — я резко спрыгнула с кровати, сердце бешено колотилось в груди. Это был всего лишь сон. Я стояла, ошарашенная, руки наготове, словно готовилась к драке.       Пот стекал по шее, слезы жгли глаза. Лунный свет, пробивающийся сквозь щель в шторах, напомнил, что я в своей комнате. В безопасности. Но воспоминания, словно острые осколки, сводили живот, а во рту стоял привкус страха.       Встала и поплелась на кухню, где холодный свет холодильника безжалостно ударил в глаза. Зажмурившись, я достала бутылку воды и сделала несколько глотков. Вода немного успокоила, но тревога никуда не делась. Мой взгляд упал на лежанку, где сладко посапывал Зевс. Отлично, я его не разбудила. Затем я посмотрела на висящие часы: 2 ночи. Блеск. Снова бессонная ночь.       Взяв сумку из моего мира, я вытащила из нее сигареты и зажигалку. Тихо скользя по квартире, я вышла на балкон. Город спал, укрытый тишиной и темнотой. Вдохнула свежий, ночной воздух, пытаясь выкинуть из головы ужасные картины прошлого. Я быстро зажгла сигарету и начала подкуривать.       Дым терпко обжигал горло, но это было приятное жжение, отвлекающее от внутренней боли. Смотрела на мерцающие вдалеке огни, представляя, что это маленькие звезды, упавшие на землю. Каждая из них — чья-то жизнь, чья-то история. Интересно, у кого из этих людей есть такие же кошмары, как у меня?       Я тут же цыкнула.       — Когда я стала такой задумчивой? И философом? — спросила я сама себя. Выкурив сигарету до фильтра, выбросила окурок в банку от кукурузы — тут не было пепельницы, пришлось импровизировать.       Я достала еще одну сигарету и закурила ее. Снова глубоко затянулась, чувствуя, как никотин медленно разливается по венам, принося кратковременное облегчение. Не верится даже, что я уже несколько недель в этом... "мире". Не знаю, как еще не спятила, но это, похоже, лишь вопрос времени.       До сих пор не могу осознать, что каким-то неведомым образом оказалась в аниме "Моя геройская академия". И главное — почему?! Это не книга, не фанфик, это какая-то дикая реальность. Этот вопрос, "Почему я здесь?", становится моим вторым ночным кошмаром.       Закончив вторую сигарету, я вернулась в квартиру, стараясь ступать как можно тише. Зевс не шелохнулся, мирно посапывая на своей лежанке — ангельское создание. Вздохнув, направилась в ванную, где, умывшись холодной водой, посмотрела на свое отражение в зеркале. Тусклый свет выявил круги под глазами и бледность лица.       — Шарман, — прошептала я, криво усмехнувшись. Определенно, мне нужен был хотя бы час сна, чтобы хоть как-то функционировать.       Вернувшись в комнату, я натянула на себя одеяло и закрыла глаза. Лежа в темноте, я безуспешно пыталась прогнать воспоминания. Я свернулась калачиком, обняв себя руками, словно пытаясь защититься от невидимой угрозы.

Некоторое время спустя

      Я сидела за ноутбуком. Учительница что-то говорила, но я была погружена в свои мысли. Быстро перевела взгляд на учебник. Учительница, кажется, ничего не заметила, продолжая монотонно вещать о каких-то правилах.       — Главное — не выделяться, — твердила я про себя, как мантру. Чем быстрее я вернусь домой, тем лучше. Этот мир, с его бесконечными чудесами и героями, был мне совершенно чужд. Посторонний человек, попавший сюда, наверняка бросился бы штурмовать Академию UA, заводить друзей, спасать любимых персонажей. Ха! Только не я. Пусть считают меня кем угодно — бесчувственной сукой. С детства я усвоила одно: каждый сам за себя, и доверять нельзя никому.       Мой план был прост и гениален: завалить вступительные испытания. Если память меня не подводит, первый этап — это письменный тест, а второй — практическое испытание. Это отличный способ показать себя с самой неприглядной стороны. Я намеренно провалю его, продемонстрирую полное отсутствие каких-либо способностей.       Академия UA, даже за огромные деньги, вряд ли захочет принять в свои ряды такую «дуру». Зачем им портить свою репутацию? Я прекрасно знаю, что такое репутация, и именно поэтому мой план должен сработать.       Тихий, едва слышный смешок вырвался из моих губ.       — Выкуси, старик! — мысленно обратилась я к нему. — Я сделаю всё, чтобы туда не попасть. И твои сраные связи мне не помогут! — Я снова уткнулась в учебник, но теперь в глазах горел азарт.       Игра началась.

* * *

      3 марта       21:00 а.m Фукусима Намиэ       В заброшенном городе-призраке Намиэ собралось немало людей. Обычные люди сюда бы не пришли: ходят слухи, что здесь водятся призраки или даже убивают людей. Но для гонщиков это самое идеальное место. Полиции не будет, посторонних людей тоже. Ты можешь действовать, как хочешь — настоящие, как говорится, «гонки без правил».       Гремела модная музыка, ярко светили прожекторы, отражаясь на боках машин и хромированных деталях мотоциклов, в воздухе носился запах жженой резины. Кто-то разговаривал и смеялся, кто-то накачался какого-то дерьма и танцевал под мелодичный бит, кто-то дрифтил — на каждых гонках находились те, кто уходил в занос, считая это крутым занятиям.       Одна из машин стала импровизированной сценой — на ней вызывающе танцевали две девушки, одетые в откровенные наряды.       Я стояла в стороне от всей этой ебучей толпы, привалившись спиной к холодному металлу своей тачки. В пальцах зажата сигарета, дым от которой медленно таял в ночном воздухе. Вокруг стоял невообразимый хаос: со всех сторон давили басы, превращаясь в какую-то какофонию. Слева долбил агрессивный хип-хоп, справа визжал рок, а где-то вдалеке пищали эти сраные японские «няшные» песенки. Сука, аж блевать тянет от этих «мимимишных» девочек в коротких юбочках, которые строят из себя невинных овечек.       Я затянулась поглубже, чувствуя, как никотин приятно обжигает легкие, и выпустила густое облако дыма. За этот год я, кажется, окончательно проглотила тот факт, что домой мне не вернуться. Чтобы не сойти с ума в этом безумном мире, пришлось играть в «обычную жизнь».       Я начала учиться, мать его, заново. Ирония в том, что мой мозг, привыкший к взрослым нагрузкам, щелкал школьную программу как орешки. Учительница в восторге: «Аделина, ты так поумнела!». Ха, еще бы, учитывая, что мне на самом деле уже двадцать пять. А в этом теле — сраные шестнадцать. В начале я думала, что шестнадцать, а оказалось — пятнадцать. Чувствую себя каким-то гребаным шпионом в тылу врага.       Старик, слава богу, пока меня не трогал. Вспоминал о моем существовании, только когда ему что-то было нужно, как и всегда. Я была просто счастлива, что он про меня подзабыл. Но расслабляться нельзя: мой план «провалить поступление в UA» всё еще в силе. Ноги моей не будет в этой геройской академии. И тут тишину (если этот адский шум можно так назвать) разорвал оглушительный гул.       Началось.       Я бросила окурок на асфальт, с наслаждением раздавив его подошвой тяжелого ботинка, и запрыгнула в салон. Ковшеобразное сиденье привычно обняло тело. Я направила тачку к стартовой линии. Двигатель под капотом взревел так, что вибрация прошла по всему позвоночнику, наполняя ночь пронзительным, хищным звуком. Я чувствовала, как адреналин, словно чистый ток, пульсирует в венах.       Переключила передачу. Машина отозвалась мгновенно, послушная, как дрессированный зверь. Вокруг всё превратилось в смазанное пятно: орущая толпа, вспышки света, визг шин. Всё это слилось в один единый гул, но я его уже не слышала. В голове осталась только одна цель. Победа.       Свет мощных прожекторов ударил в лобовое стекло, ослепляя на долю секунды. Но страха не было. Только холодная ярость и азарт.       — Ну что, ублюдки, погнали, — прошептала я, и мои пальцы до белизны в костяшках сжались на руле.       На стартовую линию выплыла девица — высокая, с ядовито-розовыми волосами, в какой-то вызывающе короткой юбке и почти прозрачном топе. В руках она сжимала два клетчатых флага. Сначала она резко взмахнула ими влево: «Готовы, уроды?!». Потом вправо. Толпа взревела так, что заложило уши. Через секунду её руки взметнулись вверх.       Все гонщики замерли, впившись взглядами в эти флаги. Я уже бешено прогазовывала, чувствуя, как машина дрожит подо мной, словно хищник перед прыжком. И вот — руки девки рухнули вниз. Мы сорвались с места, как стая обезумевших зверей.       Старт был просто взрывным, нахрен! Шины взвизгнули, выплевывая из-под себя клубы едкого дыма и оставляя на разбитом асфальте жирные черные полосы. Я рванула вперед, вжимаясь в сиденье. Соперники мгновенно превратились в размытые, дергающиеся пятна в боковых зеркалах. Рев моторов и крики толпы слились в один сплошной гул, который вытеснил все мысли из головы.       Первый круг. Второй.       Ветер свистел в щелях, а адреналин бил по венам, как чистый спирт.       К третьему кругу какой-то сумасшедший ублюдок на черном матовом монстре попытался заблокировать мне дорогу. Его тачка дерзко вильнула, пытаясь тупо вышвырнуть меня с трассы на бетонные блоки.       — Ну уж нет! — прорычала я.       Я была готова. Резко вывернула руль, уходя от удара в сантиметрах. Тачка взвизгнула, задницу повело, колеса бешено заметались, цепляясь за крошащийся асфальт. На мгновение траектория сбилась, сердце подпрыгнуло к горлу, но это была лишь секунда. Я выровнялась, чувствуя, как ярость захлестывает меня с новой силой. Этот мудак реально думал, что сможет меня напугать? Наивный кусок дерьма. Я вдавила педаль газа в пол, буквально вминая её в кузов.       Четвертый, пятый круги…       Напряжение росло, превращаясь в густой пот на лбу. Каждый поворот — это ебаная битва, каждое ускорение — вызов самой смерти. Я видела, как остальные начинают сливаться, как их тачки отстают в зеркале заднего вида. Я шла на пределе, чувствуя машину кожей. Она была продолжением моего тела, моей воли.       Шестой круг.       Я на первой позиции, но расслабляться — значит сдохнуть. Финишная прямая всё ещё чертовски далеко, и любой косяк может стоить мне всего. И тут я слышу за спиной знакомый надрывный рев. Черт, это тот же самый ублюдок, который пытался меня выбить! Он снова нагоняет.       Злость придала мне сил, превратив страх в холодный расчет. Впереди был резкий вираж — я знала его как свои пять пальцев. Я вошла в поворот максимально широко, заманивая этого дебила в ловушку. И конечно же он повелся. Рванул по внутренней траектории, надеясь подрезать, но я резко вывернула руль, уходя в идеальный занос. Его тачка, лишенная возможности маневрировать на такой скорости, пролетела мимо, едва не впечатавшись в ограждение.       Сердце колотилось в груди, как пойманная в клетку птица, но на губах играла злая, торжествующая улыбка.       — Пососи, мажор! — выдохнула я, вырываясь вперёд.       Седьмой.       Последний, круг! Толпа взрывается дикими, оглушительными криками, сливающимися в единый рев. Я вижу финишную черту — она кажется такой близкой и такой, далекой одновременно. Скорость на пределе, каждый нерв в моём теле натянут, будто струна. Я чувствую, как за спиной приближается другая машина, её рёв давит на барабанные перепонки.       — Ну уж нет, моя смена! Сейчас меня никто не победит! — эта мысль пронзила меня, как разряд тока.       Финишная прямая. Воздух пропитан едким запахом жжёной резины, бензина и пота. Рёв моторов сливается в единый, апокалиптический апофеоз. Я жму на газ до упора, вжимая педаль в пол, чувствуя, как моя машина откликается, словно продолжение моего собственного, безумного сердца. И вот он — момент истины. Я пересекаю черту первой.       В ушах звенит, мир вокруг плывёт, но я слышу только стук собственного сердца, отдающийся глухими ударами. Моё тело дрожит от напряжения и внезапного, сладкого облегчения. Я с визгом разворачиваю машину, чуть ли не цепляя бампером барьер, и глушу двигатель. Как только я вываливаюсь из салона, на меня тут же набрасывается толпа. Все бегут ко мне, орут:       — Дракон! Дракон! — кричали они, смеясь и поздравляя.       Один парень протиснулся сквозь толпу, протягивая мне бутылку виски. Недолго думая, я приложилась к ней. Ощущение жгучей жидкости в горле было именно тем, что мне сейчас, блять, нужно. Толпа скандировала: «Давай! Давай!». Как только последняя капля упала мне на губы, я подняла пустую бутылку над головой. И все вокруг взорвались ещё более дикими криками.       Спустя какое-то время, когда адреналиновый ураган наконец-то поутих, толпа постепенно схлынула. Все начали разъезжаться, оставляя после себя лишь запах жжёной резины и пустые бутылки. Я же ждала Харуо. Нужно было ещё дождаться, пока виски хоть немного выветрится из головы, хотя это пойло было таким «лайтовым» по сравнению с русской синькой. И вот, наконец, он объявился.       — Слушай, пока дождёшься тебя, можно уже постареть! — сказала я, и Харуо рассмеялся. Его смех был каким-то слишком лёгким для этой разрухи.       — Деньги скоро переведу тебе, малая, — бросил он, поправляя свою бандану.       — Я не малая, — огрызнулась я, и снова услышала его смешок.       — Ещё какая! Ты ж, сука, бутылку виски высосала! Как ты вообще на ногах держишься? — спросил он, скрестив руки на груди. Я лишь подарила ему загадочную, хищную улыбку.       — Магия, — прошептала я, показывая ему язык.       — Даже не верится, что ты, восемнадцатилетка, гоняешь как профи, — пробормотал он, и я с трудом сдержала свой победный смешок.       За этот год я знатно прокачала свою причуду. Научилась пользоваться ею почти как Яойорозу, и, кстати, именно благодаря ей я смогла сделать себе фейковый паспорт, где мне якобы восемнадцать. Шестнадцатилетнюю девчонку вряд ли бы взяли на эти гонки.       — Давай, залезай в мою машину, я поведу, — сказал Харуо, протягивая руку, чтобы я отдала ему ключи от тачки. Он явно думал, что я уже никакая. Но я тут же хлопнула по его руке.       — Не-а! Ещё хочу прокатиться, но на ТВОЕЙ тачке, — сказала я, улыбаясь ему всеми тридцатью двумя зубами, как голодный хищник. Он захлопал глазами, как маленький ребёнок, которому только что объяснили, что Деда Мороза не существует.       — Ты уверена, что сможешь вести? — спросил он, в его голосе прозвучала нотка заботы, которая почему-то показалась мне немного забавной. Он всё ещё не верил.       — Я в полном порядке, — ответила я, забираясь на водительское сиденье. — Магия, помнишь? — Я подмигнула ему, и он покачал головой, не скрывая улыбки.       Устроившись за рулем, я почувствовала, как привычная сила разливается по моим венам. Кожа натянулась, чувства обострились. Я двигалась плавно, инстинктивно, уже слившись с машиной.       — Неужели ты действительно не пьяна? — голос Харуо вывел меня из задумчивости. Он уже удобно прислонился к пассажирской двери, видимо, смирившись.       — Скажем так, я могу трезво оценивать ситуацию, но чувства обострены до предела, — ответила я, запуская двигатель. Рёв мотора отозвался где-то глубоко внутри. После чего мы тронулись, оставляя город призраков позади.       Мы ехали молча. За нами тянулась колонна из других гоночных тачек. Харуо молчал, не отрывая взгляда от меня. Его сосредоточенный взгляд читался уважением, смешанным с лёгким недоумением.       Сначала мы мчались по практически пустым дорогам, пока наконец не въехали в Токио. А здесь уже было немного оживлённо и шумно, словно мы вернулись в цивилизацию после апокалипсиса.       Минут через пятнадцать мы повернули на дорогу, ведущую к мастерской. Харуо вытащил из своего кармана пульт от гаража, и тяжёлые ворота начали медленно подниматься, открывая доступ в полумрак. Как только они полностью открылись, мы заехали внутрь, и гараж бесшумно закрылся за нами, отрезая от внешнего мира.       Я быстро выключила мотор и повернула голову к Харуо, на моём лице играла лёгкая улыбка.       — Видишь? Я же говорила, — прошептала я, чувствуя, как прилив адреналина постепенно утихает, оставляя после себя лишь приятную усталость. Он кивнул, его глаза блестели в темноте.       — Да, ты меня удивила, малая, — сказал Харуо, и на этот раз я не стала ему возражать.       После чего мы оба вышли из машины, и я отдала ему ключи.       — Как только понадобятся деньги, скажешь мне, когда следующие гонки? — спросила я его.       — Конечно же! Всё-таки не зря мы тебя взяли в свою компанию, — сказал он, и я кивнула. Он тут же достал свой телефон, пару минут что-то печатал, и тут же пришла SMS в моём телефоне.       — Твоя доля. Как всегда, ты была на высоте, Аделина, — сказал он.       — Спасибо, Харуо! До следующего загона! Пока! — сказала я и, махнув рукой, направилась к выходу из мастерской.       Ощущение прохлады окутало меня, когда я вышла из мастерской, застроенной тёмными, молчаливыми зданиями. Ночной воздух, пропитанный запахом дождя и выхлопных газов, приятно контрастировал со стойким ароматом смазки и металла, который я чувствовала в гараже. Шагая по пустой улице, освещённой лишь тусклыми фонарями, я чувствовала себя одновременно опустошённой и наполненной.       Я шла, позволив своим мыслям свободно плыть. Хотелось поскорее добраться домой и тупо рухнуть на кровать. Пройдя пару кварталов, я наконец-то дошла до своей многоэтажки. Зашла в подъезд, нажала кнопку лифта и стала ждать свой этаж. Быстро доехав, я направилась к своей двери, достала ключи, вставила в замок и, повернув его, вошла в квартиру.       Как только я переступила порог, меня сразу же пришёл встречать Зевс.       — Зевс! — крикнула я и тут же опустилась на колени. Зевс лаял и прыгал, едва не запрыгнув мне на лицо, и принялся лизать щёки. — У-у-у, мой хороший мальчик! Соскучился по мне? — говорила я, тиская его за щеки, а он продолжал радостно гавкать.       — Дай хоть раздеться, пёс-босс! — сказала я, и Зевс ещё раз гавкнул. О да, он просто обожает, когда я его называю «пёс-босс».       Я улыбнулась, глядя на довольную морду своего пса. Я потрепала его по загривку, и он в ответ радостно завилял хвостом.       — Ну что, пойдём ужинать, мой хороший? — спросила я, и Зевс снова гавкнул, явно понимая, о чём идёт речь. — Ты, наверное, тоже проголодался, пока ждал меня.       Мы прошли на кухню. Я достала из холодильника остатки вчерашнего ужина и поставила их в микроволновку. Зевс стоял у моих ног, его глаза внимательно следили за каждым моим движением, словно он был моим верным телохранителем. Когда ужин был готов, я насыпала ему корм в миску, и он с аппетитом принялся за еду.       Пока он ел, я сама села за стол, чувствуя, как усталость окончательно наваливается на меня, впечатывая в стул. Я проверила телефон — сообщение от Харуо всё ещё было там, подтверждая, что моя доля уже на счету. Это, успокаивало.       После ужина я решила принять душ. Горячая вода приятно массировала уставшие мышцы, смывая остатки дня и той пыли. Когда я вышла из ванной, Зевс уже ждал меня у двери, виляя хвостом. Я забралась в постель, и он тут же запрыгнул ко мне, свернувшись клубочком у моих ног, словно плюшевая игрушка. Я тут же открыла телефон и перевела половину своих денег на счёт в банке.       — Скоро соберу нужную сумму и уеду отсюда. — пронеслось в голове. Да, у меня появился чёткий план. Я сейчас работаю как белка в колесе, коплю деньги на то, чтобы мы с Зевсом уехали из Японии. Не знаю, наверное, в Европу. Нужно как можно скорее уехать отсюда. Но сначала нужно выполнить первое действие в плане моего побега: провалить экзамены, которые будут через пять дней.

* * *

      8 марта.       8:40 а.m Академия UA       Сегодня день проведения вступительного экзамена, в знаменитую Академию UA. Сердце колотилось в груди, как пойманная в клетку птица, но не от волнения, а скорее от какого-то извращённого шока. Академия, которую я видела сотни раз на экране, теперь стояла прямо передо мной, мать её, во всей своей пафосной красе. Это величественное здание, будто вырванное из страниц манги, должно было внушать трепет и благоговение, но у меня вызывало лишь желание закатить глаза.       Я сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, и напомнила себе: это не сон, это, реальность, и я здесь, чтобы провалить эти сраные вступительные испытания. Музыка в наушниках, заглушая гул толпы, помогала сосредоточиться и отгонять ненужные мысли.       На входе меня встретила сцена, которая заставила меня замереть. Зелёные растрёпанные волосы, огромные, широко распахнутые глаза, полные какой-то наивной, но непоколебимой решимости — Мидория, собственной персоной. Рядом с ним — девушка с доброй улыбкой и взволнованным, но таким тёплым взглядом, Урарака. Смотреть на них, живых, с их мимикой и движениями, а не на застывшие картинки, было до одури сюрреалистично. Эта парочка, созданная, казалось, самой судьбой.       Я невольно, почти против своей воли, усмехнулась, проходя мимо них, но тут же почувствовала, как по спине пробежал холодок: на мне задержался чей-то пристальный, пробирающий взгляд. Я не стала оборачиваться, решив, что главное сейчас — не спалиться и сосредоточиться на своей истинной цели.       Внутренние коридоры академии оказались ещё более пафосными, чем я ожидала. Высоченные потолки терялись где-то вверху, просторные холлы гудели от голосов сотен подростков, каждый из которых уже видел себя будущим героем. Мои шаги отдавались эхом, и это эхо, словно насмешка, подчёркивало мою собственную незначительность. Или, скорее, моё полное нежелание быть частью всего этого цирка. Я стиснула зубы, отгоняя внутренний тремор. Нельзя, сбиться. Мой план был прост: провалиться с треском, чтобы выбраться из этого дурдома, обрести наконец чёртов покой и начать СВОЮ, а не навязанную кем-то другим, жизнь.       Шум и суета вступительных испытаний не казались такими уж пугающими, когда ты, знаешь все спойлеры наперёд. Я прошла регистрацию, получила свой порядковый номер и направилась в указанную локацию. Чувство, что за мной кто-то наблюдает, словно невидимая тень, не покидало меня ни на секунду. Я старалась действовать максимально уверенно, сохраняя на лице маску безразличия, чтобы не выдать ни единой эмоции. Пора было начать этот грёбаный спектакль.       На этом тесте я особо не заморачивалась. Конечно, чуть-чуть подготовилась, знала пару ответов, чтобы уж совсем не выглядеть конченой. Но по большей части действовала методом тыка.       Ради приличия я просидела минут сорок пять, а потом сдала тест. Конечно, на меня посмотрели с недоверием, но, проверив всё, наконец отпустили, и я вышла из аудитории.       — Урааа! Осталась лишь практическая часть, и всё, свобода! — радовался мой внутренний голос, и тут же я услышала другие, более громкие голоса.       — Все, кто написал экзамен, просим пройти сюда! — объявили пару старшекурсников, что вызвались быть волонтёрами на этот день.       Я направилась туда, куда они указали. Этим местом оказался просторный конференц-зал, куда ребят проводили другие волонтеры-старшеклассники. Я быстро заняла свободное место в среднем ряду, почти посередине. Конечно, хотелось бы забиться на последние ряды, но как назло, всё было уже занято. Чёрт бы их побрал.       Положив руки на парту, я решила немного вздремнуть. Объявили, что начало будет только через тридцать минут, а этого вполне достаточно, чтобы хоть немного выспаться. Ох, меня вчера Зевс замучил — постоянно гавкал во сне, да ещё и куча заказов навалилась. Ни фига не выспалась, вот и как раз подходящий момент для подзарядки.       Но меня вдруг во сне начали прерывать чьи-то крики.       — Да как ты смеешь! А ну вставай!       — А всё-таки это сон… — подумала я, но эти звуки становились всё громче и громче, прямо у меня над ухом. В итоге я резко открыла глаза и, повернув голову, увидела перед собой… Ииду Тенью!       Ооох, боже! Ну прямо вылитый, маменькин сыночек! В школьной форме, со своими очками (я ничего не имею против очков, но на нём они выглядят занудно), галстучек затянут так, что шея, кажется, вот-вот лопнет. Ну прям мамина гордость.       — Как неуважительно вы себя ведёте по отношению к организаторам! Почему Вы спите, когда вот-вот будет начало?! — ругался он, размахивая руками, словно робот, запрограммированный на морализаторство.       Ох, бляяяя… Мне сейчас совершенно не хотелось ни с кем разбиарться, но этот придурок реально испытывал моё терпение. Я чувствовала, как внутри закипает желание выдать ему такую тираду из отборных матов, чтобы он, до конца своих дней заикался при виде девушек. Но вместо этого я просто бросила на него максимально пренебрежительный взгляд и уткнулась обратно в свои мысли. Полный игнор — лучшее оружие против таких правильных мальчиков. Иида от такого обращения покраснел ещё гуще, став похожим на переспелый томат.       — Да как ты… — Схмурив брови, этот киборг недоделанный начал снова на меня орать. Опять пошла шарманка про то, что «такому сброду, как я, не место в элитной академии», про уважение к незнакомцам и прочий нудный бред.       Я просто молчала, давая парню выдохнуться. Господи, какой же он ещё ребёнок. Я здесь не для того, чтобы мериться интеллектом с малолетками, а свалить в закат. В конце концов, до Ииды дошло, что я его тупо не слушаю, и он, наконец-то, усадил свою задницу на место. Ого, неужели тишина?       Тут свет в зале наконец-то вырубили, и толпа мгновенно заткнулась.       — Ну наконец-то! — пронеслось в голове, и я позволила себе едва заметную ухмылку.       На гигантском экране вспыхнула эмблема UA, приковав к себе взгляды всех будущих «героев». Через пару секунд на сцене, в лучах прожекторов, материализовался Сущий Мик. В реальности он выглядел ещё более дико и безумно, чем на экране. Его причёска вообще нарушала все законы физики.       — ВЫ ВСЕЕЕ! ПРИШЛИ НА ЭКЗАМЕН! ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА МОЁ ШОУ! — заорал он так, что у меня чуть барабанные перепонки не лопнули. Он активно жестикулировал, строя из себя рок-звезду. — НУ-КА ВСЕ ВМЕСТЕ СКАЖЕМ: «ХЭЭЭЭЭЭЙ!!!»       В ответ — гробовая тишина. Настолько глубокая, что было слышно, как кто-то в углу нервно сглотнул. Провал года, честное слово.       — Какой изысканный ответ! — иронично усмехнулся Мик, приложив руку к уху, будто всё-таки что-то услышал. Я не выдержала и тихо хмыкнула. — Тогда я быстренько поясню вам за предстоящий практический экзамен! Вы готовы?! ДААААА! — сам же себе ответил герой, пока зал продолжал косплеить кладбище.       Парой рядов ниже начался какой-то подозрительный шум. Прислушавшись, я сразу узнала этот характерный фанатский бубнёж.       — Это же Герой Голоса, Сущий Мик! Офигеть! — восторженно бормотал Мидория. Его кудрявая макушка буквально подпрыгивала от возбуждения. — Я слушаю его по радио каждое утро! Это же легенда! В UA реально все учителя — про-герои! Как круто!       Его поток сознания грубо прервал низкий, пропитанный чистой агрессией голос соседа. О, а вот и наш взрывной пудель — Бакуго. Ну надо же, какое бинго я сегодня собрала.       — Заткнись, задрот, пока я тебе челюсть не взорвал, — прошипел блондин. Мидория тут же втянул голову в плечи. Мда, классика.       Тем временем Сущий Мик продолжал вещать, переключая слайды на экране:       — Как и было указано в ваших пригласительных, после этой десятиминутной лекции вы, ребятки, отправитесь на десятиминутное боевое испытание! Всё будет происходить в искусственных городских условиях. После презентации дружно валим в специально подготовленные боевые центры! Всем всё ясно?!       Я откинулась на спинку кресла, разглядывая схему «городов».       Все тут же уткнулись в свои бумажки, которые лежали перед каждым. Я не стала исключением. Взяв в руки небольшую брошюру, я принялась её разглядывать.       — Надо же, какой сервис — даже моё имя и фотка на месте, — хмыкнула я про себя, крутя в руках персональную карточку. Видимо, бюджет у UA реально резиновый, раз они тратятся на такую полиграфию.       — Три типа злодеев расположены в разных зонах испытания! — гремел со сцены Мик. На огромном экране замигала имитация города и мультяшные роботы. — За каждого из них вы получаете очки в зависимости от его сложности. 1, 2 и 3 поинта!       На экране включилась какая-то дешёвая мини-игра, где герой пинал этих жестянок.       — Ваша задача — косить этих гадов, используя свою причуду! Естественно, атаковать других участников или творить всякое антигеройское нельзя — дисквалификация! Вопросы есть?!       — Могу я задать вопрос?! — со своего места резко, будто его током ударило, подскочил Иида.       Я лениво скосила на него глаза, подперев щеку рукой. Ну что на этот раз, мистер Совершенство?       — Окей! — Мик фирменно оскалился, ткнув в него пальцем.       — В наших распечатках указано четыре типа злодеев! — Иида потряс бумажкой так яростно, будто это был смертный приговор. Его голос разносился по залу, как сирена. — Если это опечатка, то UA, самая выдающаяся школа в Японии, должна просто сгореть от стыда! — Он пафосно приложил руку к груди. — Мы пришли сюда, потому что хотим быть первоклассными героями!       Я почувствовала, как у меня начинает дергаться глаз. Господи, какой же пафос... Но этот очкарик не унимался. Он резко развернулся и указал пальцем куда-то вниз.       — И кстати! Ты, кудрявый!       Бедный Деку от такого внезапного наезда чуть под стул не сполз, сжавшись в комок.       — Ты бубнишь всё это время! Это, отвлекает! Если для тебя экзамен — это просто прогулка, то вали отсюда немедленно!       Очки Ииды блеснули в свете прожекторов. Он стоял в позе праведного судьи, отчитывающего неразумное дитя. В зале повисла неловкая тишина. Мидория выглядел так, будто сейчас в обморок упадет. И вот тут меня накрыло. Эта бессмысленная, напыщенная чушь пробила моё терпение. Я резко встала, громыхнув стулом, и почувствовала на себе сотни взглядов.       — Слушай, парень, ты реально не понимаешь, как со стороны выглядишь? — я посмотрела на него с нескрываемой брезгливостью. Иида замер, явно не ожидая отпора. — Раз ты пришёл сюда учиться на героя, как и все мы, то претензий у тебя, мой дорогой, слишком до хрена для того, кто ещё даже порог не переступил.       Я сделала паузу, наслаждаясь тем, как он начинает глотать воздух.       — Ты ведёшь себя максимально некомпетентно. Орешь на весь зал, перебиваешь ведущего... Сущий Мик даже договорить не успел, а ты уже вылез со своим «ценным» мнением. Если кто тут и мешает процессу, так это ты со своим синдромом отличника.       Я хмуро оглядела притихший зал, еще раз мазнула взглядом по охуевшему Ииде и, коротко бросив «Извините за задержку», села на место.       В голове пульсировала одна мысль:       — Блять, Аделина, ты же хотела не привлекать внимания! План "тихо завалить экзамен" катится к чертям, если ты будешь вступаться за каждого человека.       Сущий Мик на сцене на секунду завис, потирая подбородок, а потом широко ухмыльнулся:       — Оу, какой горячий настрой! Поступающая под номером 7011! — Мик замахал руками, пытаясь утихомирить прифигевших учеников. Он явно кайфовал от того, что в зале начался хоть какой-то движ. — Спасибо за отличный вопрос!       Мужчина широко улыбнулся и выкинул большой палец вверх. На экране сменился слайд — там появилось схематичное изображение огромной, громоздкой хрени.       — Четвертый тип злодея стоит ноль очков. Проще говоря, это ловушка, препятствие. В каждой точке арены есть такой «подарочек». Его лучше просто игнорировать и валить подальше.       Я его уже почти не слушала. Адреналин после стычки с Иидой всё еще гулял по венам, заставляя пальцы слегка подрагивать. План «быть тихой мышкой» официально провалился еще до начала самого экзамена. Сука, характер — мой главный враг.       — Да уж, всё это на видеоигру похоже, — долетел до меня шепот парней, сидящих сзади.       — В чем-то они правы, — согласилась я. Весь этот мир иногда казался мне одной большой, плохо прописанной игрой, где у каждого второго синдром главного героя.       — На этом у меня для вас всё! — Мик картинно развел руками в стороны, готовясь к финалу своего перформанса. — В конце я дарю вам, моим слушателям, небольшой подарок! Девиз нашей школы!       Зал замер. Даже те, кто до этого ковырял в носу, вытянулись в струнку.       — Истинный герой однажды сказал: «Герой — это тот, кто преодолевает невзгоды жизни!». Выходите за пределы возможного! Plus Ultra!       На экране вспыхнули эти два слова, оформленные в стиле комиксов 90-х — ярко, пафосно и до боли патетично. Зал взорвался аплодисментами и восторженными криками, а я лишь тихо хмыкнула. «Выходить за пределы», ага. Мой предел сейчас — это граница Японии, которую я собираюсь пересечь, как только накоплю денег.       — Что ж, удачи вам на испытании!       На этом шоу закончилось. Нас быстро, как стадо на убой, распределили по группам согласно номерам в карточках. Нас вывели из здания и погрузили в автобусы, которые должны были доставить нас к тренировочным полигонам.       Я забилась в самый угол автобуса, натянула наушники и уставилась в окно. Мы проезжали мимо массивных стен Юэй. Мимо проносились другие автобусы с напуганными или, наоборот, чересчур воодушевленными подростками.       Минут через десять мы прибыли. Автобус затормозил перед огромными воротами полигона, которые больше напоминали вход в какой-то секретный военный город. Масштабы этой школы поражали: они реально выстроили несколько целых кварталов чисто для того, чтобы школьники могли попинать роботов. Аж страшно подумать, сколько же денег они в это потратили.       Я вышла из автобуса, поправляя спортивный костюм, который уже начал бесить. Впереди, маячили ворота «Боевого центра». Вокруг толпились другие ребята, и, боже, какое же это было зрелище! Кто-то разминался так, будто собрался на Олимпийские игры, кто-то пафосно бил кулаком о ладонь, а кто-то просто тихо дрожал, надеясь не обделаться прямо перед камерами.       Я же просто стояла, засунув руки в карманы и лениво оглядывая толпу. Для меня все они были просто массовкой, NPC в этой игре. Но вдруг мой взгляд зацепился за знакомое пятно. Розовая кожа, рожки, копна непослушных волос... Мина! Мина Ашида!       — Твою же мать, ну что за лапочка! — пронеслось в голове. Мой внутренний фангерлинг на секунду победил циника. Мина всегда была моим самым любимым персонажем в аниме, и видеть её вживую, такую живую и энергичную, было просто... вау.       И тут ворота с оглушительным скрежетом поползли вверх. Толпа рванула внутрь, как стадо бизонов. Хмм, походу, все здесь прошаренные и поняли, что отсчётов не будет. Как только я переступила порог, створки за моей спиной с грохотом захлопнулись. Всё, выхода нет, только вперёд.       Пока все вокруг носились, как ошпаренные, пытаясь первыми убить роботов, я решила не светиться. Призвала свою причуду «Копирования» и создала вокруг себя эффект полной невидимости. Не хочу лишнего внимания. Пусть учителя, которые пялятся в свои мониторы, тупо про меня забудут — это будет мой главный джекпот.       Я осторожно начала двигаться вглубь полигона, стараясь не врезаться в кого-нибудь из этих перевозбуждённых подростков. Можно было, конечно, создать причуду порталов, как у того «Тени» из «Лигой злодеев», но она, сука, слишком сложная. Я пыталась её освоить, честно, но там такая сложная, что я её пока не доработала. Обидно конечно, но ладно.       Несколько минут я просто бродила среди руин искусственного города, наблюдая за этим цирком. Другие ученики вовсю хвастались своими силами: кто-то метал молнии, кто-то крушил стены. Герои, блять, недоделанные. Кто-то визжал от страха, кто-то пер на рожон. Для меня это всё было как фоновый шум.       Но вдруг я замерла. В одном из переулков Мина отчаянно отбивалась от трёх баллового робота. Эта огромная куча железа пёрла на неё, а её кислота... чёрт, она почти не помогала. Мине было явно не по себе, она едва успевала уворачиваться от тяжёлых манипуляторов.       — Пройди мимо, Аделина! Просто пройди мимо! Это не твоё дело! — приказывал мой мозг.       Но ноги уже сами несли меня туда. Цыкнув на саму себя за эту слабость, я решила на пару минут примерить нимб Матери Терезы. Я использовала свою причуду на максимум: представила мощный телекинетический поток, чтобы вмешательство выглядело максимально естественно и незаметно со стороны.       Я осторожно направила поток невидимой энергии прямо в робота. Мои пальцы сжались, я сфокусировалась на ключевых узлах гидравлики, которые успела рассмотреть сквозь обшивку. Шестерёнки внутри машины жалобно заскрежетали, металл начал гнуться сам по себе, и многотонная махина вдруг задергалась, словно у неё случился эпилептический припадок в невидимых тисках.       Мина, увидев, что её противник внезапно «залагал» и вышел из строя, на секунду замерла в изумлении. Но, не будь дурой, она тут же сообразила, что это шанс. Выплеснув мощную порцию кислоты прямо в сочленения замершего робота, она окончательно его добила. Громила рухнул на асфальт грудой бесполезного лома.       — Всегда пожалуйста, Пинки, — ухмыльнулась я, поправляя невидимую прядь волос.       Мина оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, что это сейчас было, но я уже скользнула дальше в тень зданий. Одной спасённой милашки на сегодня хватит. Пора идти и делать вид, что я абсолютно бесполезный кандидат на вылет.