Непростые чувства

Следующую неделю Юджин делает то, что и обещал, он все время крутится где-то рядом и касается Пагсли, проверяя, ударит тот его током или же нет. Поначалу его прикосновения легкие, едва заметные, вот он слегка коснулся плеча, вот пальцы случайно соприкоснулись, но понемногу он начинает смелеть. Он уже более уверенно закидывает руку на плечо Пагсли, когда они идут куда-то по коридору. Или же, сидя за столом в библиотеке, он тянется к волосам и зарывается в них пальцами. Порой, сидя рядом, Юджин наклоняется слишком близко, так что шею Пагсли опаляет его дыханием, и что-то шепчет, но тот не понимает ни слова... Неделя проходит для Пагсли как в тумане, поэтому, вернувшись в свою комнату после пятничных занятий, он падает на кровать, утыкаясь лицом в подушку. Приятные ощущения от прикосновений Юджина не дают ему покоя, он прокручивает каждый день у себя в голове, вспоминая каждое прикосновение, каждый шёпот. Голова слегка кружится, а сердце вновь начинает биться сильнее, и если бы кровь циркулировала в нём, как в обычном человеке, то щеки определенно бы начали гореть. Пагсли ощущает эйфорию от прошедших дней. И ему ужасно хочется повторения. Перевернувшись на спину, он прикрывает глаза, пытаясь успокоить сердцебиение. Но мысли все время возвращаются к соседу: его теплой коже, нежным прикосновениям, тихому тембру голоса. Пагсли судорожно вздыхает, и руки невольно сжимаются в кулаки настолько, что ногти впиваются в ладони, оставляя небольшие следы. Ему хочется Юджина. Очень сильно. Осознав это, Пагсли резко садится на кровати, его глаза горят странной смесью страха и решимости. – Попытка не пытка ведь? – проносится мысль в голове, и прежде чем он успевает её обдумать, дверь комнаты открывается и входит Юджин. – О, Пагсли, ты уже здесь! – удивленно произносит он, прикрывая за собой дверь. – Полагаю, занятия уже закончились, – направляясь прямиком к своему столу и начиная вытаскивать из сумки тетради, раскладывая их. Пагсли лишь кивает и внимательно следит за действиями Оттингера, а затем, набравшись смелости, он поднимается и делает несколько шагов в его сторону, останавливаясь совсем близко. Заметив это, Юджин вопросительно приподнимает бровь, и Пагсли открывает рот, чтобы что-то сказать, но тут же захлопывает его. Внутри все сжимается от смеси страха, волнения и надежды. Нервно облизнув губы, Пагсли отводит глаза в сторону и наконец решается. – Мне хотелось кое-что уточнить. – медленно выдохнув в попытке успокоиться, продолжает: – Все эти дни ты трогал меня просто из-за моей способности? Или... Голос срывается, и Пагсли вновь сжимает руки в кулаки, пытаясь успокоить дрожащие пальцы. Вся его поза кричит о том, что ответ для него очень важен. Он буквально висит на тонкой нити надежды. Юджин, наблюдая за ним, вдруг зависает на несколько секунд, внимательно вглядываясь в лицо и пытаясь понять, как ему стоит ответить. – Полагаю, что да, мне действительно было интересно, как это работает... А ты бы хотел, чтобы это было иначе? На миг Пагсли сжимается, будто от удара. «Ну конечно, как я вообще мог надеяться на что-то большее», – проносится в его голове, и его вдруг охватывает злость от собственной глупой надежды. Он прикусывает губы, практически до крови, чтобы не сказать что-то резкое в сторону Юджина, и делает небольшой шаг назад. – Нет... – его голос дрожит, но он старается говорить как можно ровнее и безразличнее. – Не имеет никакого значения, что я там хотел. Он собирается уже вернуться к своей кровати и лечь спать, или же уткнуться в конспекты, как это часто делал Юджин. Просто хочет отвлечься и не думать о том, как его сердце болезненно сжимается внутри. Но вдруг Юджин хватает его за руку и резко притягивает к себе, накрывая его губы своими в лёгком поцелуе. На миг у Пагсли нехорошо тускнеют глаза, и он теряется, но затем, ощущая мягкое прикосновение губ Юджина на своих, он буквально замирает, даже позабыв, как дышать. Голова мгновенно пустеет, руки неосознанно хватаются за его плечи в попытке как-то устоять на ногах. Ещё один миг, и его губы медленно и неуверенно начинают отвечать. Руки Юджина скользят вверх по телу Пагсли, одна ложится на шею, другая же зарывается в его волосы. Все внутри перемешивается в туман чувственных ощущений, а кожа словно горит под его ладонью. Пагсли забывает о времени, забывается о том, что может невольно ударить того током, забывает буквально обо всем на свете, кроме тёплых губ Юджина. Он сжимает его в объятиях, не желая отстраняться ни на миг... Поцелуй, мягкий и такой желанный, не переходящий грань, позволяющий насладиться каждым мгновением, прекращается так же резко, как и начался. Вся кожа словно покрывается мурашками, когда губы размыкаются, прерывая поцелуй, и Пагсли медленно приходит в себя, тяжело дыша. Все тело наполняется приятной тяжестью, а сердце не желает замедляться. Он утыкается носом в горячую шею Юджина, сжимая пальцы на ткани его рубашки и пытаясь вернуть ровное дыхание. – Ты этого хотел? – охрипшим голосом спрашивает Юджин. Пагсли прикрывает глаза, все еще не в силах отцепиться от него. Еще несколько минут он просто стоит, уткнувшись в его шею и вдыхая приятный аромат, а затем медленно, осипшим голосом отвечает на грани шепота: – Да... – Хорошо, – кивает Юджин. – Тогда, могу сделать два вывода. Первый, нам обоим это понравилось. Второй, ты нагреваешься не только из-за тока. – он усмехается, и Пагсли только сейчас обращает внимание на то, что весь горит. Возможно, сейчас его кожа горячее, чем когда-либо в его жизни. Нервно сглотнув, он наконец-то отстраняется от парня и делает шаг назад, создавая между ними пространство. Юджин не отрывает взгляда, внимательно следя за каждой мимолетной реакцией на лице парня, за его подрагивающими руками и бегающим взглядом, а затем, улыбнувшись, произносит: – Ну, если вдруг захочешь повторить, то ты знаешь, где меня искать, Аддамс. – подмигнув, он отворачивается к своему столу, продолжая разбирать сумку. Пагсли, не в силах произнести и слова, лишь кивает, а затем возвращается к себе в кровать. Руки дрожат, губы пересохли, и по ощущениям где-то в горле стучит сердце, пытаясь выпрыгнуть. Он всеми силами старается не обращать больше внимания на Юджина, который передвигается по комнате, занимаясь своими делами, но глаза каждый раз сами обращаются на него. И только после того, как Юджин покидает комнату, направляясь в душ, Пагсли садится на кровати и утыкается лицом в ладони. – Что это, черт возьми, было...