Ее строгий профессор

— И ты представляешь! Вместо того чтобы поблагодарить меня за то, что я артефакт починила, или повысить… Да хотя бы к награде представить за спасение человека! Вместо этого они меня уволили! — почти кричала Гермиона, огромными не к месту кусками нарезая длинный огурец для салата. — Ну ты ведь знала, что рискуешь и правила нарушаешь. Чем ты теперь недовольна? — поджав губы, недовольно парировал Рон. Парень сидел за кухонным столом и нетерпеливо постукивал вилкой по краешку тарелки. В маленькой съёмной квартире на окраине города, которую они вдвоём с Гермионой снимали за бесценок у старой ведьмы, была такая убогая звукоизоляция, что о несправедливом увольнении волшебницы, наверняка, знали уже все соседи. — Ты мог бы хоть раз заступиться за меня?! — сердито обернулась в его сторону девушка. — Зайка, ты сама виновата. Не надо было делать то, что запрещено. Ты больше не в школе. — Рон! Мы с тобой решили строить семью. Недавно я согласилась стать твоей женой, и сейчас мы помолвлены! Неужели так сложно побыть на моей стороне? Я ведь человека спасла… — И что теперь? Этот человек вместо тебя оплатит половину этой квартиры? Я нас двоих тащить не нанимался, — волшебник встал со стула и демонстративно хлопнул входной дверью. «Ну и ладно. Пусть погуляет, хоть час без его нравоучений», — подумала Гермиона и с силой воткнула нож в деревянную столешницу. В последнее время их отношения действительно состояли из вечных ссор и постоянной нехватки денег. Гермиона уже год пропадала на работе в Министерстве в надежде на повышение. Рон же, в свою очередь, работал в Заповеднике Огненного Крыла помощником дрессировщика и по карьерной лестнице подниматься не торопился. Их отношения шли по накатанной. С того поцелуя в школе они не расставались дольше чем на сутки. Вместе сдавали экзамены, вместе жили у родителей Рона какое-то время и вместе сняли первую в жизни квартиру. А пару месяцев назад Рон сделал Гермионе предложение, и девушка согласилась. Всё это казалось логичным и правильным. Эти отношения были достаточно безопасны и предсказуемы для них обоих, но в то же время ни одному из них не приносили особой радости. Казалось, что девизом их семьи по жизни было: «Ну… могло бы быть и хуже». В последнее время пара часто ссорилась по мелочам, но сегодня, после известия об увольнении Гермионы, у Рона будто сорвало крышу. Парень ни на секунду не переставал причитать о потере дохода невесты и о том, что не нанимался её содержать. Несомненно, волшебница была не из тех, кто хотел бы сидеть «на шее» мужчины, но такой эгоизм жениха вместо поддержки сильно задел её. Девушка была без работы меньше суток, а недовольства с его стороны выслушала на несколько месяцев вперёд. «Мне срочно нужно искать работу», — отрывисто пронеслось в голове девушки. После того как её, словно школьницу, отчитали при всём совете и с позором выгнали из Министерства магии, планы Гермионы на место в правлении полетели к чертям, а других идей относительно заработка у неё заготовлено не было. Неожиданно в голове девушки всплыл образ спасённого Профессора. Интересно, а он вернётся работать в Хогвартс? После того короткого разговора в архиве они больше не виделись, и Гермиона поймала себя на мысли о том, что переживает о мужчине. Ведь ему сейчас наверняка намного тяжелее, чем ей. Свыкнуться с мыслью, что ты просто не существовал в этом мире больше года и теперь должен как ни в чём не бывало возвращаться к обычной жизни… Такого стресса и врагу не пожелаешь. Входная дверь тихонько скрипнула. «Странно, даже десяти минут не выдержал», — подумала девушка. В квартиру вошёл Рон. В его левой руке красовалась одна жёлтая роза, а голова была виновато опущена. — Слушай, я это… погорячился что-то, — промямлил парень, протягивая цветок. Гермиона молча приняла подарок. — Ты же не собираешься без работы сидеть? — не унимался волшебник. — Нет. Не собираюсь. Не переживай, тебе за меня платить не придётся, — сквозь зубы прошипела девушка. — Хорошо тогда, — выдохнул Рон. — А идеи у тебя какие-нибудь есть? Куда пойдёшь? Гермиона небрежно воткнула цветок в графин. Ей не хотелось разговаривать с ним. Даже видеть его не хотелось. Но усталость постепенно брала верх. — Завтра, милый. Давай всё завтра… Я просто с ног валюсь от усталости. Девушка скинула с себя шёлковый халат и лениво заползла на скрипучий диван, который являлся ещё и кроватью. — Ну так, может быть, расслабимся? Раз уж мы помирились? — Рон вальяжно погладил её по бедру. — Или продолжишь меня динамить? — Ты ведь не отстанешь? — риторически спросила девушка и устало стянула с себя комбинацию.